Библиотека    Новые поступления    Словарь    Карта сайтов    Ссылки





назад содержание далее

Часть 2.

также их эвристическое значение. Конкретное каузальное сведение отдельных событий в историческом исследова­нии, по существу, носит такой же характер. Так, напри­мер, объясняя, как проходила кампания 1866 г., необхо­димо сначала (мысленно) установить, как в случае идеальной целерациональности расположили бы свои войска Мольтке и Бенедикт, если бы каждый из них был полностью осведомлен не только о той ситуации, в которой находится он, но и о ситуации противника. Затем с этой конструкцией сравнивается фактическое расположение войск в упомянутой кампании, чтобы по­средством такого расположения каузально объяснить отклонение от идеального случая, которое могло быть обусловлено ложной информацией, заблуждением, логи­ческой ошибкой, личными качествами полководца или не­стратегическими факторами. Таким образом, и здесь (ла­тентно) используется идеально-типическая конструкция.

Конструированные социологические понятия идеаль­но-типичны не только в применении к внешним событиям, но и к явлениям внутренней жизни людей. «Предполага­емый смысл» реального поведения в подавляющем боль­шинстве случаев сознается смутно или вообще не созна­ется. Действующий индивид лишь неопределенно «ощу­щает» этот смысл, а отнюдь не знает его, «ясно его себе не представляет»; в своем поведении он в большинстве случаев руководствуется инстинктом или привычкой. Очень редко люди, а при массово-однородном поведении лишь отдельные индивиды отчетливо осознают его (ра­циональный или иррациональный) смысл. В реальной действительности подлинно эффективное, то есть пол­ностью осознанное и ясное по своему смыслу, поведе­ние — всегда лишь пограничный случай. Об этом необхо­димо помнить при исследовании реальности в историче­ской и социологической науке. Однако последнее обстоя­тельство не должно препятствовать образованию социо­логических понятий посредством классификации возмож­ных типов «предполагаемого смысла», то есть исходя из того, что поведение действительно ориентировано на его субъективно осознанный смысл. В социологическом ис­следовании, объектом которого является конкретная ре­альность, необходимо постоянно иметь в виду ее отклоне­ние от теоретической конструкции; установить степень и характер такого отклонения — непосредственная задача социологии.

[624]

Исследователю очень часто приходится делать выбор между методологически неясными и ясными, но нереаль­ными «идеально-типическими» процессами. При такой альтернативе в научном анализе следует отдавать пред­почтение вторым.

2. ПОНЯТИЕ СОЦИАЛЬНОГО ДЕЙСТВИЯ

1. Социальное действие (включая невмешательство или терпеливое приятие) может быть ориентировано на прошедшее, настоящее или ожидаемое в будущем пове­дение других. Оно может быть местью за прошлые обиды, защитой от опасности в настоящем или мерами защиты от грозящей опасности в будущем. «Другие» могут быть отдельными лицами, знакомыми или неопределенным множеством совершенно незнакомых людей. (Так, на­пример, «деньги» служат средством обмена, которое действующее лицо принимает потому, что ориентирует свои действия на ожидание готовности со стороны много­численных незнакомых и неопределенных «других» в свою очередь принять их впоследствии в процессе обме­на.)

2. Не все типы действия — в том числе и внешнего — являются «социальными» в принятом здесь смысле. Вне­шнее действие не может быть названо социальным в том случае, если оно ориентировано только на поведение вещных объектов. Внутреннее отношение носит социаль­ный характер лишь в том случае, если оно ориентировано на поведение других. Так, например, действия религиоз­ного характера несоциальны, если они не выходят за пределы созерцания, прочитанной в одиночестве молитвы и т. д. Хозяйствование (отдельного индивида) социально только тогда и постольку, если и поскольку оно принима­ет во внимание поведение других. В самом общем и формальном выражении, следовательно, — если в таком хозяйствовании отражено признание третьими лицами фактических прав данного индивида распоряжаться своим хозяйством по своему усмотрению. В материальной сфере подобная ситуация может быть выражена, например, в том, что в таком хозяйствовании при потреблении при­нимается во внимание также и будущая потребность треть­их лиц, и «запасы» отчасти ориентируются на это; или если при производстве продуктов в основу ориентации положен предполагаемый спрос на них третьих лиц в будущем.

[625]

3. Не все типы взаимоотношения людей носят соци­альный характер; социально только то действие, которое по своему смыслу ориентировано на поведение других. Столкновение двух велосипедистов, например, не более чем происшествие, подобное явлению природы. Однако попытка кого-нибудь из них избежать этого столкнове­ния — последовавшая за столкновением брань, потасовка или мирное урегулирование конфликта — является уже «социальным действием».

4. Социальное действие не идентично ни а) единооб­разному поведению многих людей, ни б) тому, на которое влияет поведение других, а) Если многие люди на улице открывают во время дождя зонты, то это (как правило) не означает, что действие человека ориентировано на поведение других; это просто однотипные действия для защиты от дождя, б) Известно, что на поведение челове­ка оказывает сильное влияние просто тот факт, что он находится среди столпившейся «массы» людей (предмет «массовой психологии», исследуемой в работе Лебона); такое поведение определяется как поведение, обусловлен­ное массовостью. Индивид может также оказаться объек­том массового воздействия со стороны рассеянных масс людей, если они влияют на него одновременно или после­довательно (например, через прессу), и он воспринимает их поведение как поведение многих. Реакции определен­ного типа становятся возможны только благодаря тому факту, что индивид ощущает себя частью «массы», дру­гие реакции, напротив, этим затрудняются. Вот почему какие-либо события или действия могут вызвать у чело­века в толпе самые разнообразные чувства — веселость, ярость, воодушевление, отчаяние и любые другие аффек­ты, которые не возникли бы в результате тех же причин у индивида в одиночестве (или не возникли бы с такой легкостью), при этом (во многих случаях по крайней мере) между поведением индивида и фактом его причаст­ности к толпе может не быть осознанной связи. Подобное поведение, обусловленное (или отчасти обусловленное) только фактом присутствия в толпе как таковым, выра­жающееся в простой реакции на данное обстоятельство и не соотнесенное с ним по своему смыслу, не входит в понятие «социального действия» в установленном нами значении. Правда, различие здесь с уверенностью провести трудно. Так, например, не только демагог, но и сама массовая аудитория может в различной степени и с

[626]

различной отчетливостью осмысливать свою связь с фак­том «массовости». Далее, просто «подражание» поведе­нию других (чему Г. Тард с полным основанием придает большое значение) не является специфически «социаль­ным поведением», если оно только реактивно и не ориен­тировано на поведение другого лица. Граница и в данном случае настолько размыта, что в ряде случаев едва ли можно провести должное различие. Однако тот факт, что индивид заимствует у других что-либо показавшееся ему целесообразным, не составляет социального действия в нашем понимании. Ориентация здесь не на поведение другого; индивид посредством наблюдения ознакомился с известными объективными возможностями, и на них он ориентируется в своем поведении. Его действие каузаль­но, но не осмысленно определено поведением другого лица. Напротив, если поведению других подражают пото­му, что оно «модно», считается традиционным, образцо­вым, «престижным», или из каких-либо иных соображе­ний такого рода, то такое подражание по своему смыслу соотнесено либо с поведением того, кому подражают, либо с поведением третьих лиц, либо с поведением тех и других. Между этими типами есть, конечно, множество промежуточных стадий. Феномен обусловленности массо­востью и феномен подражания не разделяются четкими границами, являют собой пограничные случаи социально­го действия и будут еще неоднократно встречаться в нашем изложении, например в разделе о традиционном действии (р. II). Причина недостаточной четкости границ объясняется в данном, как и в других случаях, тем, что ориентация на поведение других и смысл собственного действия далеко не всегда могут быть однозначно уста­новлены или даже осознаны, а еще реже — осознаны полностью. Уже по одному тому далеко не всегда можно уверенно разграничить простое «влияние» и осмысленную «ориентацию». Однако концептуально их разделять необ­ходимо, хотя чисто «реактивное» подражание имеет по крайней мере такое же социологическое значение, как «социальное поведение» в собственном смысле слова. Социология занимается отнюдь не одним «социальным действием», но оно являет собой (во всяком случае, для той социологии, которой мы здесь занимаемся) ее цент­ральную проблему, конститутивную для нее как для нау­ки. Впрочем, тем самым мы отнюдь не утверждаем, что эта проблема вообще важнее других.

[627]

II. МОТИВЫ СОЦИАЛЬНОГО ДЕЙСТВИЯ

Социальное действие, подобно любому другому пове­дению, может быть: 1) целерациональным, если в основе его лежит ожидание определенного поведения предметов внешнего мира и других людей и использование этого ожидания в качестве «условий» или «средств» для дости­жения своей рационально поставленной и продуманной цели, 2) ценностно-рациональным, основанным на вере в безусловную — эстетическую, религиозную или любую другую — самодовлеющую ценность определенного пове­дения как такового, независимо от того, к чему оно приве­дет; 3) аффективным, прежде всего эмоциональным, то есть обусловленным аффектами или эмоциональным со­стоянием индивида; 4) традиционным; то есть основан­ным на длительной привычке.

1. Чисто традиционное действие, подобно чисто реак­тивному подражанию (см. предыдущий параграф), нахо­дится на самой границе, а часто даже за пределом того, что может быть названо «осмысленно» ориентированным действием. Ведь часто это только автоматическая реакция на привычное раздражение в направлении некогда усвоен­ной установки. Большая часть привычного повседневного поведения людей близка данному типу, занимающему определенное место в систематизации поведения не только в ка