Библиотека    Новые поступления    Словарь    Карта сайтов    Ссылки





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Каминский А.В.

Введение в физику сознания. 1997

От Автора

В настоящее время мы переживаем уникальную эпоху в истории науки, которую можно было бы назвать эпохой конвергенции наук. Трудно не заметить, как различные области человеческого знания, среди которых физика и психология, математика и религия стали, вдруг, стремительно сближаться так, что вполне отчетливо теперь видна точка, где они должны сойтись, дав почву для очередного пересмотра всей системы взглядов на мир. Этой точкой является осознание фундаментальной роли субъективного в мире. Однако, понадобится еще не одно десятилетие для накопления знаний и психологической адаптации, прежде, чем новая парадигма займет свое законное место. В настоящей работе я попытаюсь экстраполировать существующее понимание вопроса с тем чтобы уже сейчас, хотя бы в общих чертах, новый взгляд на мир стал достоянием сегодняшнего дня.

Несмотря на характер названия, настоящее сочинение не следует судить с позиций научной строгости. Моей целью была не математическая строгость выводов, а демонстрация ряда новых идей на стыке философии и физики.

В работе показано, что ряд вопросов, касающихся проблемы сознания и традиционно признанных прерогативой философии, допускают математическую формализацию и имеют физические аналоги. Более того, некоторые философские категории, как то: сознание, личность, бытие и т.д., будучи включены в схему некоторой расширенной физической теории, открывают новые горизонты знания.

Показано, что на основе представления о неполноте, возникающего вследствие холлистического взгляда на Вселенную как целостность, может быть построена не только современная физическая картина мира, но и обоснована ключевая роль сознания в этой картине.

В введении кратко излагается суть проблемы сознания. Обосновывается возможность привлечения физической методологии.

В главе 1. исследуются механизмы сознания. Выделены два уровня. Один из которых подобен создаваемым нами логическим автоматам и поддерживает функции интеллекта, а другой обусловливает неалгоритмируемые функции сознания и обязан субъективной неполноте мира.

В главе 2. показано, как понятия "личности" и "сознания" могут быть включены в формальную схему квантовой механики. Обсуждается тесная связь познания с моделированием.

В главе 3. исследуется глубокая онтологическая связь познавательной активности человека и бытия во времени. Изучается феномен времени. Строится оригинальная модель скрытых переменных.

В главе 4. исследуется вопрос о свободе воли. Показана относительность этого понятия.

В главе 5. Предлагается иерархическая структура мироздания, каждым звеном в которой является модель созданная в результате самопознания мира стоящего на одну ступень выше по иерархической лестнице. Делается вывод о множественности миров, объединенных в единую надмирную структуру.

В главе 6. изучаются корни возникновения нравственного закона, а так же происхождение понятий "красота" и "совершенство". Обсуждается фундаментальная роль творческого процесса в мироустройстве.

Структурно сочинение построено на принципах научной методологии, где ничего не декларируется, кроме исходных посылок, и все выводы, получаемые по мере изложения наследуют исходную аксиоматику. Литературное приложение имеет целью настроить читателя на восприятие материала. Так как, в четырех небольших рассказах, которые он с интересом прочтет, в скрытом виде содержатся те же самые проблемы. Более того, я уверен, что наука и искусство - это альтернативные пути познания Мира.

"Я ничего не знаю и ничему не учу,

я только сомневаюсь"

Платон (Диалоги)

Введение

Проблема сознания

Субъективно, сознание проявляет себя в форме рефлексии, являющейся неким "интерфейсом" между внешним миром и "Я". Сознание, имеет дивергентную структуру, - оно всегда направленно от себя на внешний мир. Мы не будем противоречить ничему, кроме нашей устоявшейся привычки, или выработанному стереотипу, положив, что сфера субъективного лежит вне нашего имманентного "Я", и по отношению к нему тоже является частью внешнего мира. Тогда, рефлексирование можно определить единообразно, как способность осознавать собственное "Я" - как нечто отдельное, не только от внешнего физического мира, но и от своего внутреннего психического содержания.

Объективно сознание проявляет себя в форме ментальной активности, выражающейся в разумном поведении субъекта. Однако, такое определение не достаточно ясно в виду расплывчатости критерия разумности.

Любой рефлексии или психофизическому акту предшествует акт получения субъектом информации из внешнего мира. Этот акт есть ни что иное как измерение, осуществляющееся посредством его сенсорной системы. Действия субъекта, направленные на получение информации из внешнего мира мы будем называть познавательной активностью. Единственным подходом к изучению сознания является изучение этой активности, направленной не только на внешний мир, а так же внутрь сферы субъективного, как на часть этого мира.

Объекты нашего мира далеко не всегда могут быть логически осмыслены, но всегда даются нам в непосредственном видении. И оно, это видение <Sehen>, как пишет Гуссерль, есть "последний источник оправдания всех утверждений разума". Все наши знания, в конечном счете, опираются на этот зыбкий с одной стороны, но надежный с другой, фундамент субъективной очевидности. Например, мы непосредственно ощущаем течение времени, мы сознаем себя в этом потоке, хотя для рационального объяснения, что такое время и сознание не находим достаточно средств. Мы также знаем, что А=А не потому, что это одна из аксиом арифметики, а скорее, наоборот, мы взяли это соотношение за аксиому потому, что нам это дано в непосредственном восприятии.

Примечание: Человек в своей знаково-конструктивной деятельности может выразить только часть того, что "знает". Слово "знает" заключено в кавычки вследствие того, что вряд ли можно считать знанием то, что невозможно записать. Скорее здесь правильнее воспользоваться словом "видит" в смысле непосредственного видения.

Можно привести и другие примеры, но они вряд ли добавят в понимание этого вопроса. Все это наталкивает на давно не новую мысль, что человек, хотя и существо конечное, но в своем сознании выходящее за пределы конечного и этим уподобляющееся Богу. Настоящим исследованием мы попытаемся внести в сказанное определенный конструктивный смысл.

Обращаясь к любому вопросу, затрагивающему сущность трансцендентного, мы неизбежно попадаем в порочный круг умозаключений. По-видимому, и этому может быть дано рациональное объяснение, природа не позволяет нам понимать сущность объектов, но лишь их связь. Обоснование этого феномена будет дано позже, где мы будем исследовать проблему неполноты наших знаний в модели конечного мира.

Поэтому в основе любой научной методологии лежит не поиск смысла, вскрытие трансценденции, а выявление закономерностей связывающих по сути трансцендентные сущности, например, физические объекты (энергия, время, масса и т.д.).

То, что открывается нам, как непосредственное видение, обычно мы называем истинами (сущности, очевидные сами по себе или самим своим существованием доказывающие себя). Истины могут быть получены методом трансцендентальной редукции (Эпохе)[1]. Смысл операции Эпохе, изобретенной Гуссерлем заключается в том, что из области сознания исключаются "тут бытие" - изменчивые преходящие сущности то есть все, что дается нам в ощущениях и что может быть логически осмысленно. Они как бы заключаются в скобки. Тогда за скобками остаются сущности, истинность которых гарантирована очевидностью непосредствен-ного видения. К таким истинам видимо следует отнести такие понятия как "да" и "нет", "здесь", "сейчас" и "потом" понятия натурального ряда и тождества и многие другие элементы из которых строится все наше знание.

Среди этих истин выделим так же истину самосознания, возникающую при обращении интенционального акта сознания на себя. В этом акте сознанию открывается бытие "Я" в мире, присутствие или экзистенция. Истина самосознания открывается нам, как непосредственное видение в нашем имманентном восприятии. Здесь субъект выступает, как трансценденция, открываемая самой себе. Сущность субъекта, открываемая ему в непосредственном видении, не допускает дефиниций на логическом уровне и в этом смысле скрыта. Мы не ставим перед собой цель вскрыть эту сущность, о которой говорит Фихте: "Свет не вне меня, но во мне". Мы будем исследовать взаимосвязи сущности "Я" с внешним объектным миром, то есть мы будем строить "физику" имманентного "Я". В своем теософском сочинении "Наставление к блаженной жизни" Фихте пишет: "Бытие предельно просто, оно не многообразно, равно самому себе, не подвержено превращениям и неизменно; в нем нет ни возникновения, ни гибели, ни изменения и игры форм, но лишь всегда одно и то же спокойное бытие и пребывание. Бог, таким образом, есть не только внутреннее, он не только сокрыт в самом себе, но и наличествует тут <da> он изъявляет себя. Он наличествует тут так же, как он просто есть в себе, нисколько не изменяясь при переходе от бытия к тут-бытию, без разъединения и раскола. А поскольку знание, т.е. Мы, и есть само это божественное наличие, то и в Нас не может быть никакого разъединения, различия или раскола. Так должно быть, и иначе быть не может; поэтому так оно и есть"

Это отождествление не есть предмет терминологии. За ним стоит глубокое понимание различия чистого "Я" имманентного сознания и конкретного человека среди людей, каковым я нахожу себя, заброшенным в те или иные обстоятельства. Если же "Я" и есть это божественное наличие, чем же тогда является не "Я" или "Он"?. Так возникает проблема других "Я". Инструментарий философии не позволяет в достаточно ясной форме представить решение этой проблемы.

Г.Вейль приводит красивую математическую аналогию этой задачи[2]. Имманентное сознание "Я" -субъект он сравнивает с системой координат, а объекты -с некоторыми геометрическими структурами в пространстве. В разных системах координат объекты мира выглядят по разному, точно так же, как не найти двух человек, совершенно одинаково воспринимающих мир. Важно здесь то, что различные ЯЁ -системы координат, переходящие друг в друга при преобразовании координат, по существу представляют собой одну и ту же сущность- систему координат вообще. "Признание мною другого "Я" то есть "Ты", требует от меня не только подчинения моего мышления неким абстрактным нормам инвариантности или объективности, но и того, чтобы это подчинение было абсолютным: Ты для себя есть повторение того, чем Я являюсь для себя..."[3].

Эта аналогия может быть весьма плодотворно развита. Так, например, абсолютные истины, выделенные методом феноменологической редукции, могут быть интерпретированы как инварианты в мире "Тут бытия" "Что истинно, то абсолютно истинно, само по себе; истина тождественно едина, воспринимают ли ее в суждениях люди или чудовища, ангелы или боги", - пишет Гуссерль.

Насколько физична транценденция "Я"? Можно ли выделить какие-либо ее структуры или свойства? Имеем ли мы вообще какое-либо рациональное представление об этом предмете? Важнейшим прямым фактом является само его наличие, - неоспоримое, очевидное и потому не требующее доказательств. В предыдущем разделе мы назвали этот факт истиной самосознания. Свойства "Я" имеют косвенный характер и выражаются через сознание как способ бытия "Я". Из их совокупности мы попытаемся восстановить умопостигаемый образ предмета, другими словами построить его модель. Перечислим эти свойства:

1. Сознание носит локальный характер, оно всегда мое.

2. Сознание как-то связано с индивидуальным носителем личности.

3. Сознание экзистирует (проявляется, как присутствие в мире).

4. Сознанию разомкнута трансценденция мира (то есть предметный мир дается ему в непосредственном восприятии в форме рефлексии).

5. Сознание разомкнуто самому себе (то есть ему открыта трансценденция "Я").

6. Сознанию свойственна ситуационность (заброшенность в определенные обстоятельства, пространство и время).

Хайдеггер выделяет также ряд других модусов[4] сознания: конечность, озабоченность и др. Однако они не достаточно очевидны и мы не будем их рассматривать здесь. Подобно тому, как физик исследует свойства массы: инерцию и тяготение, а не саму трансценденцию массы, так и мы будем говорить о физике сознания, а не о сущности "Я".

Те, кто достаточно глубоко вникал в вопрос обоснования квантовой механики хорошо осознает всю сложность проблемы, связанную с субъективизмом, лежащим в ее основе. Действительно, волновая функция (ВФ) - это не что иное, как способ описания нашего знания, знания по сути всегда субъективного, ведь цепочка измерения: объект - прибор - органы чувств - мозг заканчивается в нашем сознании, и решение о редукции ВФ субъект принимает по собственной воле. Трудно не заметить, что форма бытия субъективного во многом изоморфна форме бытия квантовых систем. Первой попыткой вернуть субъект в физическую теорию с начала краха картезианской парадигмы, была ключевая работа фон Неймана "Математические основания квантовой механики" (1931). В настоящее время хорошо известны работы Д. Бома[5], Г. Стаппа[6], Р. Пенроуза[7] и Э. Уокера[8[ где авторы делают попытку внедрить сознание в тело физической теории. Мы не будем подробно рассматривать эти работы, но по мере необходимости, будем давать сравнительные комментарии.

1. Механизмы сознания.

1.1 Экспозиция вопроса о механизме сознания.

В моделировании интеллекта достигнуты значительные успехи только в сфере логической части мышления. Однако субъективные проявления психики, к которым относится творчество, интуиция, эмоции и т.д. остаются недоступными моделированию. Прежде всего это связано с тем, что мы просто не знаем, что моделировать. Мы знаем, что достаточно сложный алгоритм может имитировать духовную деятельность, Однако, мы не будем становиться на бихевиористскую позицию и утверждать, что разумен тот, кто разумно действует, или, если мы не можем отличить имитацию духовной деятельности от истинной духовной деятельности, то такая имитация и есть духовная деятельность.

Сознание не поддается определению извне. Будучи имманентным "Я", оно проявляется лишь, как субъективное знание. Когда мы голословно утверждаем, что в отличие от неодушевленных предметов обладаем сознанием, мы конечно что-то имеем в виду, но выразить это имеющимися языковыми средства мы не можем. Все это в известной мере накладывает ограничения на возможность научного изучения этого феномена. Мы не будем следовать Эшби, утверждая, что "наука имеет дело - и может иметь дело - только с тем, что один человек в состоянии продемонстрировать или доказать другому... мы еще не знаем способа, с помощью которого он мог бы продемонстрировать свое переживание другому лицу. А пока такой способ или его эквивалент не будет найден, факты сознания не могут быть использованы в научном методе". Напротив, здесь нет нужды что-либо доказывать другому лицу, ведь "Ты для себя есть повторение того, чем Я являюсь для себя..." Результаты интроспективного метода в этом контексте могли бы быть весьма полезны.

Мозг- это самое невероятное из известных нам "устройств", сотворенных природой. Прежде всего, заметим, что мозг это не только вычислительная машина с очень сложной организацией, но и "машина сознания". С большей осторожностью заметим, что во всяком случае мозг имеет какое-то отношение к феномену сознания. Как устройство, мозг проявляет принципиальные отличия от своих рукотворных "собратьев". Первое существенное отличие мозга от дискретного автомата заключается в том, что, извлекая информацию из ячейки памяти последнего, мы можем быть уверены совершенно определенно, что ее состояние не изменилось. Другими словами, за поведением машины можно следить, не нарушая его. Заставляя же кого-либо что-либо вспомнить, мы непредсказуемым образом воздействуем на ход его мыслей.

Хорошо известна аналогия принципа неопределенности с мыслительным процессом, изобретенная Бором. Он сравнивал возможные воздействия на человеческое сознание с процессом измерения. Таким образом, искусственный логический автомат так же отличается от живого интеллекта, как классический объект от квантового. Не исключено, что это подобие с квантовой неопределенностью нечто большее, чем простая аналогия.

До настоящего времени, для моделирования логических функций, мы использовали исключительно принципы классической механики, тогда, как возможности предоставляемые квантовыми законами оставались невостребованными. Известно, что каждый скачок в развитии цивилизации обусловлен освоением тех или иных ресурсов предоставляемых человеку природой. Есть все основания полагать, что в ближайшем будущем мы не только научимся использовать в наших информационных технологиях очень заманчивые квантовые ресурсы, но и приблизимся к пониманию устройства нашего сознания. Догадка о том, что в механизмах функционирования сознания природа использовала квантовые принципы не нова[9].

Вызывает удивление, восхищение и вместе с тем недоумение, значительная корреляция современного представления о роли субъективного в мироустройстве с восточными мистическими учениями. Этот факт отмечали еще Бор и Гейзннберг. Развернутое исследование по этому вопросу содержится в монографии Фритьефа Капра "Дао Физики". Параллели между современной физикой и восточным мистицизмом настолько заметны, что часто мы не можем определить взята ли та или иная фраза из современной научной статьи по квантовым вычислениям или она принадлежит восточными мистикам и написана в 1500г до новой эры. Когда мы говорим о "восточном мистицизме", то имеем в виду религиозные философии индуизма, буддизма и даосизма.

Например, принцип тождества субъекта и объекта, выдвигаемый в онтологии дзенской философии, тесно коррелирует с представлениями о квантовых механизмах сознания. Установление "шуньи" (термин из дзен-будизма, означающий отсутствие противостояния субъекта и объекта), достигаемое практикой медитации вероятно описывает нерефлектирующее, созерцательное состояние сознания. Такое состояние сознания имеет место в случае, когда субъект не производит измерений. При этом вся система субъект-объект описывается единым мировым вектором состояния Y, являющимся аналогом дзенского или даосского Абсолюта.

И еще одна параллель: Человек, пытающийся во что бы то ни стало добиться некой определенной цели, часто получает обратный результат. Не связано ли это с тем, что сознание подобно квантовой частице, подчиняющейся принципу аналогичному принципу неопределенности Гейзенберга, будет при этом выброшено за пределы окрестности цели?. Отсюда должно следовать, что чем меньше мы будем сосредотачивать свое внимание на цели, тем вернее достигнем ее. Но это и есть типичный даосский подход к решению проблемы.

Сильные личности могут позволить себе роскошь добиваться цели силой. Действительно, опять же по аналогии с механикой, если энергия и соответственно импульс частицы велики, то относительное изменение импульса при возникающей в процессе рассеяния неопределенности будет незначительным. Однако такие личности оказывают сильное разрушающее действие на окружающий мир. "Действующий всегда бессовестен, совесть лишь у созерцающего"[10]. Все эти, по-видимому, не случайные параллели укрепляют нас в вере найти строгое научное обоснование феномену сознания.

2 Сознание в модели конечного мира

2.1 Физическая неполнота Мира и моделирование

В нашем дальнейшем анализе будем опираться на предположение о конечности мира. Сразу же заметим, что такое представление не лишает субъект этого мира понятия бесконечности. Рассмотрим множество целых чисел нумерующих состояния мира. Максимальным числом, очевидно, является число соответствующее полному числу состояний этого мира. Максимальным конечным числом в конечном мире следует считать максимальное число, которое субъект этого мира способен прочитать и понять. Это число можно указать. Но им не исчерпывается все конечное множество чисел этого мира. Уже из этого простого анализа следует, что дополнение к этому множеству, будучи частью этого мира актуально существует, тогда, как субъект этого мира не способен читать и понимать эти числа в силу принципиальной ограниченности тех ресурсов которыми он располагает для их чтения и записи. Следовательно, такие числа для него трансфинитны и будут иметь смысл только в плане своей потенциальной бытийности, наподобие наших трансцендентных чисел или разного рода бесконечностей.

Примечание: Неспособность воспринимать все числа возможные в этом мире обусловлена фундаментальной неполнотой с которой сталкивается субъект конечного мира. Подробнее об этом можно прочитать в работе автора "Алгоритмическая модель мира".

Таким образом для субъекта конечного мира, он (этот мир) представляется бесконечным. Таким образом по-видимому лишен смысла сам вопрос о конечности мира, - мир для его субъекта всегда бесконечен и непрерывен. Актуализация бесконечностей, проведенная Кантором находит в таком предположении свое осмысленное обоснование. Эту ситуацию имеющую место в модели конечного мира мы назовем неполнотой, по аналогии с неполнотой замкнутых аксиоматических систем, исследуемых математической логикой.

Примечание: Известно, что непротиворечивые системы математической логики, то есть такие где не могут быть одновременно доказаны формулы E и E полны. То есть в них могут быть доказаны все формулы. Однако более сложные системы, например, содержащие арифметику натуральных чисел если непротиворечивы, то неполны (Первая теорема Геделя). Это означает, что не все формулы этой системы разрешимы. Хотя они могут быть содержательно истинны. Такая ситуация возникает в том случае когда исследуя инфинитную систему, каковой является арифметика всех натуральных чисел мы ограничиваем себя только финитными методами исследования. В таком понимании "удивительные" открытия Геделя не столь уж неожиданны. В принципе, любая замкнутая математическая теория генерирует только истинные формулы, наследующие эту истину от аксиом принятых "ad hoc" и не генерирует никаких лишних формул.

Таким образом, для субъекта конечного мира всегда существуют в этом мире объекты, которые он не способен познать до конца. Таким образом агностицизм в данном случае является строгим следствием наших исходных модельных представлений.

Мир-в-целом трансцедентальная сущность, могущая в качестве абстрактного понятия быть идеальным объектом теории. Означает - субъект-объектную целостность (Я + не Я). В отличие от него, - физический мир или Мир-без-меня, будучи субъективен по определению, представляет собой только часть Мира. Именно поэтому смысл некоторых объектов или явлений, хотя и открыт сознанию как феномен, но непостижим логически. Эти явления не могут быть записаны знаками и не могут быть смоделированы. Это свойство мы называем физической неполнотой .

Любой трансцендентный объект, существующий в мире и данный нашему сознанию фрагментарно в комплексе ощущений, как феномен, допускает формализацию. Деятельность, формализующую феномен, мы называем созданием теории соответствующего объекта или его моделированием. В феноменологической терминологии, которую мы здесь широко используем, модель составляет умопостигаемую часть объекта или ноумен. Теория и модель- это различные понятия, которые часто смешивают, поэтому нам следует договориться о терминологии. Теория- это предписание или рецепт создания модели. Модель же это всегда упрощенная копия объекта (макет). Именно, вследствие этого упрощенного описания моделирование не позволяет проникнуть в сущность трансцендентного по сути объекта моделирования.

Познание, понимаемое как субъективное отображение мира в пространство нашего сознания, есть не что иное, как его моделирование. Человек постоянно, сознательно или на уровне подсознания строит модели. Решая физическую задачу или просто готовясь перейти через улицу, в нашем мозгу возникает упрощенная схема этой задачи и ее возможные решения. Выбирая между ними, мы выбираем способ своего поведения. Физически, акт сознания всегда приводит к построению модели той или иной степени достоверности. Из такого понимания, немедленно следует ограниченность наших возможностей познания. Действительно, модель, по определению, является упрощенной схемой объекта. И это свойство лимитирует возможности этого метода познания. Мы не исключаем, конечно, возможности существования других способов познания, не связанных на прямую с моделированием и с соответствующими ограничениями. Интуицию и искусство вероятно следует отнести к таким способам. Хотя, например, театр, что это если не моделирование нашей жизни? Посредством моделирования, мы получаем возможность анализировать поведение объекта в сжатом или обращенном времени, менять начальные и граничные условия. Одним словом, делать с ним все то, что не можем делать с реальным объектом. На основе получаемой при моделировании информации мы делаем прогнозы касающиеся поведения реального объекта в тех или иных условиях. Легко понять, что предельно точная модель объекта и есть сам объект моделирования, свойства и поведение которого по известным причинам (неполнота) уже не могут быть полностью доступны наблюдателю. В этом несложном анализе трансцендентность объекта находит свое обоснование. Для более строгого доказательства необходим теоретический анализ субъект-объектного отношения в конкретной модели мира.

Примечание: Такой анализ для конечной модели мира проведен в работе автора "Алгоритмическая модель мира".

Фон Нейман, размышляя над механизмом человеческого мышления, пришел к гипотезе, что если система достигает определенной степени сложности, то ее модель не может быть проще, чем она сама. Это есть не что иное, как определение максимальной сложности физической системы, аналогичное понятию максимальной сложности из теории алгоритмов.

Примечание: Информация в максимально сложной последовательности знаков закодирована необратимо, то есть нет более простого способа восстановить такую последовательность, нежели предъявить ее копию.

Есть основания предполагать (смотрите ниже), что функция сознания реализуется максимально сложным механизмом. В этом случае нам никогда не удастся воплотить в жизнь мечту фантастов и построить модель живого организма, обладающего сознанием.

Примечание: Это, конечно, не является препятствием для искусственного копирования биологических объектов, так как создание копии не предполагает полного знания ее структуры и механизмов функционирования.

В связи с этим следует упомянуть так называемый Геделевский аргумент[11], указывающий на принципиальные ограничения для искусственного интеллекта налагаемые теоремой Геделя о неполноте, примененной к формальной системе которая моделируется тем или иным устройством. Согласно теореме Геделя, в рамках такой системы всегда можно указать истинные для нас (содержательно истинные) высказывания, истинность которых не может быть опознана самой системой (компьютером). Наш Мир, будучи несравненно богаче любой искусственно построенной формальной системы, тем не менее должен подчиняться тем же ограничениям. Это означает, что человек всегда будет встречаться с объектами, истинность которых не сможет идентифицировать. Более того, тест на истинность некоторых достаточно сложных суждений о Мире может служить зондом для диагностики фундаментального строения нашего Мира. Так, например, если окажется, что некоторые неразрешимые, в рамках формальной арифметики Пеано алгоритмические проблемы действительно неразрешимы, то это будет означать изоморфность нашего Мира этой формальной системе.

2.2 Векторный формализм.

Определим сознание, как способ бытия субъект - объектного отношения в конечном мире. Конечно, эта фраза означает не больше, чем, например, "инерция это способ бытия массы в пространстве - времени" и является простым переопределением терминов. Однако, такой подход, являясь основным и единственным способом нашего мышления, создает платформу, опираясь на которую, мы строим наше знание. Так и мы будем строить наше дальнейшее представление о сознании, опираясь на приведенное выше определение. В частности, такое определение может означать, что сознание не есть продукт деятельности автономного логического устройства, каковым, как может показаться, является мозг, но укоренено в структуре самого Мира. В дальнейшем будет полезно воспользоваться векторным формализмом.

Примечание: Для обозначения состояний сознания мы будем использовать систему обозначений Дирака, которую он предложил для описания квантовых состояний.

В акте экзистирования, сознанию открывается трансцеденция Мира в форме выборки одного элемента из ансамбля. Этим элементом, является состояние: человек-в-Мире, а точнее, конкретная личность, обнаружившая себя в Мире, который находится в определенном состоянии. Каждый такой элемент является состоянием сознания, и в нашем формализме будет отождествляться с некоторым вектором ЯЁ в пространстве "тут-бытия", составляющим весь ансамбль потенциально возможных состояний сознания. Будем считать, что мое имманентное "Я" это вектор, который может быть разложен по состояниям сознания:

|Я>= ?ai|Яi>

аi=<Яi|Я> коэффициенты, задающие амплитуду процесса экзистирования или весовой вклад того или иного состояния в состояние |Я>, которое по-видимому следует отождествить с чистым мировым состоянием |Y>.

Вместе с появлением Homo Sapiens, в процессе эволюции появляется новый тип сознания, который в дополнение к эмоциональному типу мышления и к зачаточной форме логического имеющихся и у животных, добавляет абстрактно-логическое дискурсивное мышление. Оставляя в стороне вопрос о причинах этого незначительного в морфологическом аспекте, но грандиозного эволюционного скачка, приведшего некоторое время назад (некоторыми ученными этот срок оценивается приблизительно 30000 лет) к возникновению этого вида, рассмотрим корни выделенной нами дуальной структуры сознания. Мы имеем в виду две стороны бытия сознания. Его субъективную сторону, выражающуюся целым рядом необъяснимых и не подающихся обычным методам исследования феноменов и объективную напоминающую наши логические автоматы. Механизм обеспечивающий логическое мышление и по-видимому физически реализованный в виде конечного логического автомата назовем механизмом низшего уровня. Механизм, ответственный за имманентные проявления сознания условно назовем механизмом высшего уровня. Относительно физической реализации этого механизма мы можем только догадываться. Но многое указывает на то, что мозг является неким экраном (что-то вроде фотопластинки) на котором в процессе рефлексии редуцирует мировой вектор состояния Y или какие либо из его спектральных компонент.

На нижнем уровне сознания производятся логические операции, не имеющие абсолютного характера, т.е. они приблизительны (2x2?4), хотя и степень достоверности обработки информации, очевидно, достаточно высока. Приблизительность обусловлена броунизирующим влиянием Вселенной- термостата на логические информационные ячейки мозга. Информационной ячейкой является некоторая условная область фазового пространства. Частица в потенциальной яме рис.1 пример информационной ячейки. Увеличение фазовой информационной ячейки настолько, чтобы отношение потенциального барьера к тепловому кванту было много больше 1 , может повысить достоверность вычислений. Однако, очевидно, что этот способ принципиально не позволяет преодолеть барьер, за которым становится возможна логическая дискуссия. Тем не менее, человек знает, что 2x2?4, а не 2x2?4.

Рис. 1.

Здесь и вступает в действие механизм высшего уровня каким-то образом приводящий к идеализации результата, полученного на нижнем уровне. Формально механизм идеализации может быть понят как процесс, обратный редукции состояния сознания <Я|Яi>. При этом информационная энтропия результата, полученного на нижнем уровне, обращается в "0". (Здесь мы имеем в виду, что конечный мир, как автономная система описывается чистым квантово-механическим состоянием и его энтропия равна нулю). Продуктом взаимодействия уровней является некий идеальный объект, данный нам в непосредственном видении, но недоступный для записи и логического исследования в силу своей трансцендентности. Такими объектами являются, например, актуальные бесконечности или трансцендентные числа. Именно так в действительности, в процессе функционирования нашего сознания осуществляется трансцедентальная редукция, изобретенная Гуссерлем.

2.3 Непрерывность сознания и множественность LЯ".

Остается не достаточно ясным вопрос о том, как все же совместить конечность моего физического я или |Яi>. с инфинитным характером сознания. Для углубления понимания, в экспликации проблемы, прибегнем к методу мысленного эксперимента. Предположим, что вам предложили участвовать в следующем эксперименте:

Предварительно детально исследуется ваш организм. Затем, в некоторый момент его уничтожают, чтобы через некоторое время построить копию на основе ранее собранной информации о строении вашего организма. Согласились бы вы участвовать в таком эксперименте? Возможно, вы не откажетесь участвовать в этом эксперименте, предположив, что воссоздание копии обеспечит продолжение вашего существования.

Теперь, предположим, что так же, как в первом эксперименте создают вашу копию, но оригинал до поры не уничтожают. Через некоторое время, вы убеждаетесь, что ваша копия- это независимая личность, хотя и весьма схожая с вами. Согласитесь ли вы теперь участвовать в эксперименте? Вероятнее всего, на этот раз вы откажетесь, мотивируя свой отказ тем, что тот другой не вы, ибо вот "Я", а вон там он. Казалось бы, что этим вы противоречите сами себе, ведь процедура вашего воссоздания в обоих случаях одна и та же. Оставив эмоции, легко понять, что корень вопроса состоит в том, что же является носителем моего "Я". Если "Я" определяется на системном уровне, то создание копии "Я" не только было бы возможно, но в принципе не чем не отличалось бы от того как и завод выпускает функционально совершенно одинаковые компьютеры или телевизоры. Однако, это противоречит нашему непосредственному знанию и видению "Я". Если же сознание определяется более глубоким уровнем материи, то сама возможность копирования таких объектов уже не очевидна. Так например, согласно принципу неопределенности, невозможно получить два квантовых объекта в одном и том же состоянии. По-видимому, нам следует принять последнюю возможность.

Для прояснения ситуации, прежде всего необходимо четко различать понятия личности с одной стороны и сознания с другой. Б.Рассел утверждает[12]: "Мы думаем, чувствуем и действуем; но не существует, в дополнение к мыслям, чувствам и действиям, какой-то чистой сущности- сознания или души, которая делает эти вещи или с которой все это происходит. Непрерывность человеческого сознания есть непрерывность привычки и памяти: вчера был человек, чувства, которого я помню, и этого человека я считаю самим собою вчерашним." Не противоречит ли здесь Рассел самому себе?. Действительно, вопрос- кто считает себя самим собой вчерашним?, сразу же ставит в тупик. Дело в том, что эти рассуждения Рассела относяться к понятию личности гораздо в большей мере, чем к понятию сознания. Действительно, память определяет личность и, видимо, является необходимым условием сознания. Можно даже предположить, что не может быть сознания вне личности. Однако, следует четко понимать различие этих понятий. Далее он пишет: "...Поэтому, если мы хотим верить, что человек живет после смерти, то мы должны допустить, что память и привычки, которые образуют его личность, будут воспроизводиться в новых обстоятельствах". И еще: "Если мы хотим верить в жизнь личности после смерти тела, мы должны допустить, что имеется непрерывный ряд воспоминаний или же привычек, т.к в противном случае нет оснований полагать, что продолжается та же самая личность" Выводы Рассела относительно личности представляются нам совершенно точными. В частности, непрерывность личности после смерти, действительно, кажется весьма маловероятной, ибо трудно себе представить, каким образом информация, утраченная при распаде ее носителя, может быть где-то или как-то воспроизведена. Однако, трудно согласиться с аналогичным высказыванием относительно категории сознания: "Непрерывность человеческого сознания есть непрерывность привычки и памяти". По-видимому, память не имеет отношения к феномену сознания. Если искусственно изменить содержание памяти некого индивида, непрерывность его сознания, очевидно, не нарушится, - просто, при обращении к этой части памяти он будет думать, что соответствующая информация получена естественным путем. Об этом свидетельствуют и многочисленные клинические случаи нарушений памяти. Таким образом, непрерывность личности не является необходимым условием непрерывности сознания. Соответственно из смертности личности вовсе не должен следовать вывод о смертности сознания.

2.4 Формализация проблемы множественности LЯ".

Независимость сознания от личности очевидна. Из простых логических рассуждений следует, что сознание никак не связано с личностью, и парадоксальный, на первый взгляд, вывод о том, что даже физическая ликвидация индивида не отражается на (его) сознании. Такие свойства сознания придают ему характер некого инвариантного объекта. Формально, это означает лишь то, что норма вектора |Я> не меняется при ортогональных преобразованиях личностного базиса, хотя его проекции- личности |Яi> при этом меняются, приобретая в некотором случае и нулевые значения |0>. По аналогии с квантовой механикой, можно предположить, что состояния |Яi> являются собственными векторами личностного оператора L, описывающего личностное представление. Понятие инвариантной личности |Я> перекликается с понятием "интерсубъективного" Гуссерля, у которого общность |Я> первичнее отдельного |Яi > определяемого памятью, привычками, характером и т.д., и любое субъективное начало производно.

В настоящем исследовании мы не открываем ничего нового. Сходное понимание бытия встречается у многих мыслителей, начиная с Лао-цзы (5-6 вв д.н.э). Это понимание в современной форме предоставляет нам Фихте в своих теологических исследованиях[13]. Это же знание открывается любому всматривающемуся в направлении, противоположном трансценденции объектного мира, а именно вглубь себя, где лежит первопричина нашего Мира и откуда проистекает "свет сознания". Прогресс заключается в более компактном представлении этого знания. Если текст "Дао де цзин" содержит 5000 иероглифов, то упомянутое сочинение Фихте уже более информативно. И здесь нет ничего удивительного, ведь понятия, которыми мы теперь пользуемся куда более емки. Развив векторный формализм, мы убеждаемся, что физика сознания допускает аксиоматическое описание.

В основе разрабатываемого формализма лежит инвариантная личность |Я>, которую мы описываем как вектор в пространстве тут-бытия (Da-sein) или присутствия. Компонентами этого вектора являются экзистенции |Яi> или состояния сознания. Бытие конкретной личности (экзистенция), выражающаяся соответствующей компонентой, имеет смысл проекции инвариантной личности |Я> на направление сознания данного индивида. Однако процесс самосознания, выражающийся в осознании себя конкретной личностью, должен пониматься, как редукция инвариантного сознания |Я>. При этом сома экзистирующего индивида играет роль аналогичную роли измерительного прибора, состоящего из фильтра, выделяющего из |Я> компоненту |Яi> и детектора.

Примечание: Понятие редукции состояния используется в квантовомеханической теории измерений. См. например, Ландау Л.Д., Лифшиц Е.М. "Квантовая Механика": Нерелятивистская теория.

Несмотря на логическую ясность предложенного формального описания предмета, смысл сознания остается скрыт, однако, сознание мыслимое, как способ бытия описанной выше структуры, придает видимость некоторой понятности. В таком подходе проблема множественности "Я" имеет простое формальное решение и вопрос "Почему Я именно Я", тоесть тот конкретный человек, заброшенный во вполне определенные обстоятельства, имеет не больше смысла, чем вопрос "Почему вектор среди множества компонент своего разложения имеет и эту вполне конкретную компоненту" Многим вряд ли такой ответ покажется удовлетворительным. Ведь если Я есть сознающее начало, экзистирующее в свои компоненты, то почему все же моему имманентному сознанию открыта только одна возможность? Вероятно, теперь кого-то удовлетворит такой ответ:

<Яj|Яi>=?ij

Означающий ортогональность экзистенций. Однако, ответить лучше так: Экзистенция есть способ бытия "Я", поэтому никакого "Я" вне экзистенции не существует. Она по определению конечна и исторична, то есть она суть конкретного индивида. Ничего другого помимо этого нет необходимости предполагать. Не существует, видимо, того, что можно было бы назвать сознанием Бога или Мировым Разумом, точно так же как вектор в отрыве от своих составляющих не имеет самостоятельной реальности.

2.5 Формализация феномена смерти.

Достоверна может быть только разомкнутая трансценденция. Смерть же не может быть разомкнута до поры, и это дает почву для многочисленных толкований этого феномена и, в частности, нашего анализа. Согласно нашему формализму, смерть личности приводит к потере индекса у |Яi>

|Яi>>|Я>

так как он связан с индивидуальной частью сознания. Физическим аналогом этого процесса является процесс обратный редукции вектора состояния. Этот процесс имеет место в промежутке времени после последнего измерения проводимого над объектом. Некоторые виды психофизической практики, особенно развитые в странах Востока, также приводят к потере индекса, но не являются смертью в обычном смысле этого слова. Об этом мы поговорим позже, а теперь рассмотрим, как может быть описана необратимая смерть, т.е. процесс, сопровождающийся разрушением сомы и приводящий к утрате или занулению личности.

|Яi>>|0>.

Этот процесс можно сравнить с разрушением физического прибора, измерявшего одну из компонент вектора состояния. Например, измерение одной из спиновых компонент частицы в опыте Штерна-Герлаха. Очевидно, что при разрушении прибора Штерна-Герлаха вектор состояния системы |S> и соответственно компонентный состав останется прежним, однако процесс фильтрации и измерения (экзистирования) конкретной спиновой компоненты |Si> (аналогично |Яi>) уже не возможен. Интересно, что с точки зрения внешнего наблюдателя, для которого все процессы в рассматриваемой системе (включая измерение) выглядели бы обратимыми, разрушение измеряющего прибора привело бы к освобождению ранее "плененной" прибором спектральной компоненты и к когерентному "восстановлению" вектора |S> (аналогично |Я>).

Возвращаясь к проблеме множественности "Я" и несколько снижая постановку вопроса заметим, что когда "Я" осознаю себя индивидом " Яi", то делаю неверный вывод о том, что "Яi " всегда связано с "Я". Это происходит потому, что когда Я обращаюсь к своей памяти, то вспоминаю всю свою "i-биографию", но не принимаю в расчет, что это биография личности, а не самого "Я". Таким образом, смерть индивида не отражается на безличном, каковым является инвариант |Я> в пространстве тут-бытия.

3. Физика сознания в онтологической схеме

3.1 Роль измерений.

Развивая далее наш холистический подход к мироустройству, сразу же отметим, по всей видимости, незамеченный ранее факт, что условие конечности мира автоматически приводит к возникновению всего спектра квантовых закономерностей. Рассмотрим в качестве модели замкнутую изолированную систему (далее Мир) с конечным числом фундаментальных состояний N.

Как мы уже говорили, для субъекта этого мира, фундаментальные состояния, о которых здесь идет речь, неразличимы в силу неполноты доступного ему описания реальности. А это значит, что он не сможет отличить переход системы в некоторое состояние, от перехода в любое другое состояние лежащее в его e-окрестности. В русле понимания бесконечного, описанном выше, e-окрестность объективно имеет конечное число состояний, хотя для субъекта оно может казаться бесконечным. Предположим, что поведение рассматриваемой системы детерминистично. То есть внешний наблюдатель мог бы описать последовательность переходов между ее состояниями неким уравнением, симметричным относительно номера состояния. Учитывая конечное число состояний лучше говорить об алгоритмическом описании и вместо номера состояния использовать термин "алгоритмическое время" из теории алгоритмов. e-окрестность фундаментального состояния назовем физическим состоянием.

Итак будем считать, что Мир конечен в смысле актуально существующего перечислимого множества элементарных состояний. Состояние мира может быть записано (внешним наблюдателем) словом в любом доступном ему алфавите. Особый интерес в виду своей предельной простоты представляет двоичный алфавит {0,1}. Состояние мира в таком алфавите может быть записано словом длиной log2N. Известно, что на конечных полях могут быть определены операции умножения и деления обладающие теми же свойствами ассоциативности, дистрибутивности и коммутативности, что и на вещественном или комплексном полях. Более того, над этими полями могут быть построены не только афинная, но и неевклидовы геометрии тех же типов, что и над непрерывными полями. Предположим, что элементы рассматриваемого конечного поля генерируются алгоритмом, так, что в каждый момент времени мир находится в одном из N состояний, вычисляемых Алгоритмом. Рассмотрим поле Галуа GF(2n). Каждый элемент этого поля является классом вычетов по модулю некоего простого многочлена. Субъект не способен различать эти состояния в силу неполноты. Пронумеруем эти состояния (элементы поля) и назовем соответствующий параметр ta v алгоритмическим временем. Субъект различает множества этих состояний, образующие физические состояния. Пронумеруем эти состояния и соответствующий параметр назовем физическим временем tp. Над полем GF(2n) можно построить функцию:

Мы назовем ее Мировой функцией - это функция вычисяемая алгоритмом. Она определяет состояние объекта мира в момент ta. Z(i) - здесь i-ый элемент поля. K(i,x) v функция, равная единице в том случае, если i- ое алгоритмическое состояние входит, как образующий элемент в физическое состояние X. Можно показать, что эта функция обладает всеми характерными признаками квантовомеханической волновой функции. В частности, квадрат ее модуля равен числу алгоритмических состояний, формирующих данное физическое состояние и следовательно, в акте измерения вероятность выхода из алгоритма в данном состоянии будет пропорциональна этому числу.

Переходы между физическими состояниями, в отличие от переходов между фундаментальными состояниями доступны для наблюдателя, являющегося частью системы, то есть для субъекта. Эти переходы имеют место уже в физическом времени, в отличие от алгоритмического времени о котором говорилось выше. Физическое время в отличие от алгоритмического необратимо. Причина необратимости здесь очевидна: Пусть система перешла из физического состояния "А" в физическое состояние "В", тогда при обращении физического времени уже не очевидно, что система вернется в состояние "А" . Обращение алгоритмического времени несомненно привело бы систему в прежнее состояние, но такое обращение доступно только внешнему наблюдателю. Таким образом, переходы между физическими состояниями, очевидно, не детерминированы так как истинная обратимость скрыта от субъекта. Легко видеть, что этот подход не только единым образом обосновывает статистическое поведение квантовых объектов, и макроскопическую необратимость, но и естественным образом приводит к несепарабельности физического мира.

Допустим система из физического состояния "А" может перейти либо в состояние "В" либо в "С". Все эти состояния вырождены по фундаментальным мировым состояниям. Субъект (наблюдатель) не владея, вследствие неполноты, истинной информацией о скрытой динамике системы не в состоянии достоверно определить какой из переходов осуществится. Все зависит от того в какое фундаментальное состояние перейдет система, и к какому из физических состояний оно принадлежит (точнее в какую e-окрестность попадает). И, поэтому, единственно доступной для него является статистическая информация. Кроме того скрытое множество состояний образуя, в терминах теории расслоений, слой скрытых переменных над физическим континуумом состояний, и по определению не принадлежа к слою физической реальности, может иметь связанность приводящую к нелокальному поведению объектов на физическом плане реальности.

На рис. 1 изображены 2 физических состояния, которые можно выразить предикатами: "иметь координату X1" и "иметь координату X2". На рисунке показана внутренняя скрытая структура этих состояний. Черными кружочками показаны фундаментальные состояния, а стрелками переходы между ними. Левая стрелка соответствует некоторому измерению, после которого система предоставлена самой себе. Стрелка справа соответствует второму измерению в котором система была обнаружена в состоянии X2. Заметим, что состояния X1 и X2 могут быть разделены значительным расстоянием. Переходы между фундаментальными состояниями осуществляются вне времени наблюдателя ибо вследствие все той же неполноты столь малые промежутки времени не могут быть определены никакими физическими средствами. Вероятность исхода измерения зависит от статистического веса фундаментальных состояний образующих то или иное физическое состояние. Еще раз обратим внимание на принципиальный для правильного понимания момент. Фундаментальные состояния о которых мы говорим, и которые для наглядности изображены на рисунке черными кружочками, являются состояниями всего мира в целом. Это не состояния отдельной частицы- фотона или электрона, находящейся в точке с координатой X1 или X2, но такие состояния Мира, которые субъект этого мира, проведя измерения, интерпретирует как частицу имеющую ту или иную координату. Отсылая читателя к работе автора "Алгоритмическая модель мира" за более подробным описанием этой модели, вернемся к роли сознания в этой схеме. Так как мы связали сознание с коллапсом вектора состояния, рассмотрим подробнее что представляет собой этот феномен.

Коллапс вектора состояния не описывается аппаратом квантовой механики и присутствует в теории как один из постулатов. Это и понятно, ведь квантовая теория это физическая теория. И она исчерпывающим образом описывает картину физической реальности, открывающейся субъекту. И в этом смысле на вопрос о полноте квантовой теории следует ответить утвердительно. Но физическая реальность это только верхушка айсберга высшей реальности лежащей в основе всех явлений. И в этом смысле теория пополнима.

Корни явления редукции берут свое начало в субъективном, там, где квантовая теория складывает свои полномочия. В связи с этим сразу же возникает вопрос: может ли вообще какая либо физическая теория, не поступаясь своими методологическими принципами описать эту высшую реальность? Ответ, очевидно, отрицательный. Однако ничто не запрещает нам построить некую метатеорию, которая включила бы во множество своих объектов не только физический, но и субъективный планы. Позволит ли такая теория делать какие либо количественные предсказания, например, рассчитать в какую точку экрана попадет электрон в классическом двухщелевом эксперименте? Очевидно тоже нет. Однако, даже, если такая теория будет бесполезна с прагматической точки зрения, и не позволит выразить свои результаты в виде цифр, она окажется весьма полезной в нашем стремлении к созданию полной самосогласованной картины мира.

Лао-цзы, основатель даосизма, говорил "Тот , кто знает не говорит. Тот, кто говорит не знает". Мы пока не знаем, и потому будем говорить. Вернемся к проблеме коллапса вектора состояния. Вопервых, заметим, что понятие коллапса относительно. Это наглядно продемонстрировано Вигнером в парадоксе "Друг Вигнера". Так, если для субъекта нашего мира имеет место коллапс, то для внешнего гипотетического наблюдателя система по-прежнему будет описываться уравнением Шредингера без всяких разрывов и сингулярностей. Все дело, оказывается, в субъективности и следовательно относительности необратимости. Для субъекта замкнутого мира процесс измерения приводит к коллапсу вектора состояния только потому, что этот процесс необратим, и следовательно может фиксировать знание [L.Brillouin, Science and Information Theory, Academic Press Inc., New York, 1956]. Но необратимость обусловленная неполнотой физического мира, как мы показали выше, как раз имеет место только для субъекта.

Неполнота физического мира приводит к наличию скрытых степеней свободы, образующих скрытую мировую "тепловую баню". С точки зрения внешнего наблюдателя, для которого было бы доступно полное описание нашего мира, никаких скрытых степеней свободы нет, и процессы имеющие место в системе выглядят обратимыми. Суждения внешнего наблюдателя относительно обратимости процессов в наблюдаемой им системе справедливы до тех пор пока он сам не проводит над ней измерения. Будучи включен в некую расширенную и тоже изолированную систему, такой наблюдатель, столкнется с теми же ограничениями, обусловленными неполнотой. А измерения, проводимые им в этой системе, будут, как обычно, приводить к редукции вектора состояния.

Экзистирование подобно измерению в котором Я обнаруживаю, что Я есть Я. Точнее Я обнаруживаю, себя как Яi. Материальная основа индивида, обуславливающая личность выполняет при этом роль "прибора" но не наблюдателя.

Примечание: Напомним в связи с этим, что в квантовой физике прибор рассматривается как тандем фильтра и детектора.

Субъектом экзистирования является инвариантное "Я" коллапсирующее в одно из состояний сознания. Измерить значит осознать, а осознать это значит построить модель. Как мы показали выше, модель, возникающая в сознании субъекта, и называемая им "реальностью", очевидно, будет иметь каузальную структуру.

Непрерывность сознания, таким образом, обусловлена перманентной познавательной активностью субъекта. Что же принуждает субъект к исследовательской активности? Априорное ли это свойство субъект - объектных отношений, лежащее в самой сущности этого понятия или гипотетический внешний наблюдатель смог бы дать на него ответ, видя божественный замысел? В силу той же неполноты вряд ли мы когда-нибудь сможем ответить на этот вопрос.

Измеряя, например, энергию E некой физической системы, которая изначально известна с точностью ?E [Это означает, что система находится в нестационарном состоянии], я получаю как бы статичную модель этой системы с энергией Ei (собственное значение оператора энергии). Аналогично этому, в процессе экзистирования, инвариантное безличное Я создает свою модель в виде себе-подобной личности Яi (по своему образу и подобию). В одной Рождественской проповеди известный западный мистик Майстер Экхарт пишет: "Где родившийся Царь Иудейский?" "Заметьте сперва, - говорит он, - где совершается это рождение. Я утверждаю, как часто уже утверждал, что это вечное рождение совершается в душе точно так же, как в вечности, и никак не иначе, ибо это одно и то же рождение. А именно, оно совершается в существе и основе души". Завершается проповедь следующими словами: "В этом рождении да поможет нам Бог, ныне вновь родившийся как человек, дабы мы, бедные дети Земли, родились в Нем как Боге, да поможет Он нам в этом. Аминь!"[ Цитировано по сборнику произведений Германа Вейля "Математическое мышление"]. Такое понимание бытия не искусственная конструкция, а некая скрытая истина, более глубокая, чем истина сознания, которая дана любому как непосредственное восприятие. И поэтому, даваемая лишь избранным в виде откровения или творческого прозрения. Знаменателен тот факт, что наука, которая, как известно, идет другими путями познания Мира, в настоящее время (начало третьего тысячелетия) себе на удивление, вплотную подошла к аналогичному пониманию действительности.

3.2 Сознание и время

Сознание не множественно, но оно и не мое, - Я есть Яi не тождество, но операция. Когда я отождествляю себя с конкретной личностью, то вербальный акт Я есть Яi сопряженный с коллапсом инвариантного "Я" есть способ которым Мир есть. Мир это набор всех его состояний взятый актуально, а значит и вневременно, и те состояния где я есть вследствие их естественной, для меня, выделенности (антропный принцип) в трансцендентальном акте сознания укладываются мной в каузальную схему, в которой этим состояниям приписывается статус настоящего. Таким образом, в Мире я есть всегда и лишено всякого смысла понятие объективного бытия Мира (бытия без меня).

Интенциональная познавательная активность Я, выражающаяся в моделировании и анализе окружающего мира приводит к возникновению потоков информации между доступными субъекту и скрытыми степенями свободы. Действительно, как известно [Квантовая механика. Вопросы теории измерений], наблюдение приводит к разрушению когерентности состояний и энтропия объекта измерения возрастает. Это свойство наблюдения порождает необратимость времени. В связи с этим трудно устоять от соблазна что бы не упомянуть библейскую легенду о грехопадении.

По-видимому, до грехопадения время отсутствовало, а обитатели Райского сада прибывали в созерцательном наслаждении своим бытием. Но, как известно, вкусив с древа познания добра и зла, люди приобрели способность наблюдать (возникновение низшего уровня сознания) в отличие от простого созерцания, и значит не просто видеть, а понимать и анализировать увиденное. В наказание Бог запустил часы, - и человек потерял бессмертие. С тех пор человек живет в потоке времени, который сам же и создает ибо смотрит на мир вожделея новое знание, и видимо никогда не откажется от этого. И в этом смысл и секрет жизни. Глубокую фундаментальную роль познания в мироустройстве отмечали многие мыслители. "Природа и человеческое познание находятся в глубоком соответствии (видимого и видящего, света (солнца) и глаза), так что видение-познание природы человеком есть вместе с тем самопознание природы через человека", - пишет Гете.

Таким образом, ключ к пониманию феномена времени лежит в субъективном и поэтому для традиционной физики, предметом которой является исключительно внешний мир (мир без меня) он не доступен. Расширение области действия физической науки на трансценденцию сознания позволяет приблизиться к осмыслению сущности не только феномена времени но и других трансценденций. По сути дела речь идет о некой метатеории, а не о расширении физики, ибо такое расширение затрагивает сущность самой методологии. Так же как субъектом физики является "наблюдатель", а объектом "мир без меня", точно так же субъектом новой теории могло бы быть инвариантное "Я", а ее объектом "мир-в-целом". В работе "Алгоритмическая модель мира", мы заложили основы соответствующей метатеории и показали, что каузальная структура времени возникает вследствие расслоения состояний физического мира различаемых субъектом, по состояниям мира-в-целом скрытых от него вследствие неполноты. В трансцедентальном акте сознания, завершающим процесс наблюдения, субъект (Вы) разделяет Мир на две части- осознанную и неосознанную. При этом часть информации теряется в скрытых степенях свободы и становиться для него не доступной, - в сознании формируется модель объекта. Осознанную часть мы называем прошлым. Границу между множеством осознанных и неосознанных состояний назовем настоящим. Будущее определим как множество состояний, экстраполируемых нами на основе опыта прошлого. Этот опыт мы выражаем в виде законов природы. Будущее для сознающего наблюдателя (субъекта) так же как и прошлое неоднозначно, так как в пределах доступной ему конечной точности, он в принципе не может иметь знание об истинных состояниях Мира. Неосознанная часть состояний не разделима на прошлое и будущее, - это тот материал, который сознанием превращается во временную форму. Таким образом, время существует для меня как модель и поэтому бессодержательно для Бога или мира-в-целом.

Состояния физического мира образуют особое ассиметричное по скрытому статистическому весу многообразие, представляющее собой пространство, имеющее каузальную структуру. Таким образом, физическая реальность предстает перед субъектом в виде цепи причинно связанных состояний. Экзистируя в одном из звеньев этой цепи, и распоряжаясь по своему усмотрению моделью физической реальности, той или иной степени достоверности, мы можем вспоминать прошлое или строить прогнозы на будущее. Ощущение же временного потока возникает в результате работы физиологического адаптивного механизма, связывающего сознание с физической реальностью.

Подчеркнем, что подобные теории так же как и физика не позволяют проникнуть в сущность трансцендентного. Поэтому неверно было бы думать, что мы решаем здесь проблему времени. Так наша теория позволяет лишь эксплицировать структуру этого феномена, ядром которого всегда останется трансцендентный акт сознания.

Каждый раз мы обнаруживаем себя в определенных обстоятельствах времени и места. Почему "видимость" по временному измерению ограничена?, - мы забываем прошлое и с трудом прогнозируем будущее. Легко понять, что это одно из проявлений неполноты. Экзистенции не могут быть открыты все состояния мира, поскольку субъект является его частью. Скрытые состояния представляются нам отдаленными во времени. Структура состояний мира в нашем сознании приобретает характер каузальной, что определяется характером их вырождения по скрытым состояниям. Еще раз отметим, что не следует думать, что состояния мира сменяют одно другое, как "до" и "после". Как мы уже говорили, каузальная структура мира существует лишь в нашем сознании. Актуально и вневременно существуют все состояния мира и лишь трансцендентальный акт сознания забрасывает экзистенцию Я в определенное состояние, которое мы называем "теперь".

4. Свобода воли и детерминизм

Понятие свободы воли имеющее свои корни в психологии, религии и философии не имеет достаточно ясного определения, позволившего бы нам производить анализ на логическом уровне. ниже мы доопределим это понятие так, чтобы не противоречить традиционному представлению о предмете.

Возникновение высшего уровня сознания изоморфно понятию первородного греха. Ветхозветня мистерия грехопадения описывает первый случай проявления человеком свободной воли. В Библии говорится, что Всемогущий Бог, конечно же, мог не допустить падения первых людей, но он не захотел подавлять их свободы, потому что не захотел уродовать в людях свой собственный образ. По Шеллингу акт грехопадения, фомально выраженный как Я > (Я) + (не Я) Надвременной акт; бессознательная воля действует до всякого самосознания и человек оказывается виновным уже в момент своего рождения. Целью же истории он считает искупление этой первородной вины путем воссоединения с Богом (Я) + (не Я) > Я

Традиционно волю можно определить как необусловленный позыв к действию, или осуществление выбора при неразличимых альтернативах. Возможность такого выбора не парадоксальна (проблема Буриданова осла), так как равные альтернативы для "Яi" могут быть не равны для "Я" вследствие неполноты.

Альтернативы выбора занимающие часть состояний мира (в нашем понимании они локализованы в будущем) и являющиеся объектом воли, для субъекта могут представляться равными, вследствие их принципиальной неразличимости, обусловленной неполнотой. Как нелегко, порой, сделать правильный выбор!. Мы испытываем при этом напряжение и душевные страдания. Что это? Какого характера работу выполняет при этом наш мозг? Конечно, прежде всего, это моделирование ситуации. Но что если просчет вариантов не дает преимущества ни одной из альтернатив? . Делая выбор Я руководствуюсь исключительно интуицией, эмоциями и другими неалгоритмируемыми проявлениями сознания. Именно в этом проявляется то свойство нашего интеллекта, которое мы называем умом. Трудно, к примеру, понять кому отдать предпочтение при тестировании, если члены исследуемой группы поставлены в стандартную ситуацию и действуют по трафарету.

Как считает Д. Бом, субъект, проявляя волю в своей ментальной активности совершает работу по "вскрытию" свернутого порядка "implicate order". Именно благодаря этому свойству, присущему всему материальному и остается жив Буриданов осел. Свернутый порядок это некое обобщение понятия скрытых переменных физики. Так, если для электрона свернутым порядком являются скрытые переменные, то для человека свернутый порядок имеет более сложную и дифференцированную структуру. Согласно Д.Бому, ментальная активность на каждом уровне материи определяется соответствующим уровнем скрытого порядка. Поведение квантовых частиц он интерпретирует, как проявление ими некой рудиментарной ментальной активности. Не терзается ли электрон сомнениями решая через какую щель пройти в интерферометре?.

Так или иначе, именно Я делая выбор в акте воли, определяю свое субъективное будущее (будущее моего Мира), редуцируясь при этом в Яi для которого это будущее становится прошлым. И хотя создается иллюзия, что выбор осуществляет конкретная личность Яi в действительности его реализую Я- инвариантная личность и мой выбор единственно правильный потому, что единственно возможный.

С точки зрения некого гипотетического наблюдателя, имеющего возможность посмотреть на наш мир со стороны, не только электрон движется по своей единственной и предопределенной траектории, но и мы сами не проявляем никаких признаков разумного поведения. Ибо разве можно было бы поведение заводной куклы, двигающейся по заложенной программе назвать разумным?. Таким образом, характер субъект-объектного отношения определяет не только относительность конечного и бесконечного, случайности и детерминированности, но и относительность понятия разумности.

Мир детерминестичен и представлен конечным множеством состояний, определенных и связанных алгоритмом. Однако на уровне субъекта этого мира господствует индетерминизм, обусловленный неполнотой и интерпретируемый нами, как статистическое поведение в случае простых квантовых объектов и как проявление сознания в случае сложных биологических объектов. Перефразируя А.Эйнштейна можно сказать: Бог не играет в кости, но мы вынуждены это делать. Можно так же добавить: Мир конечен, но неисчерпаем для нас. А так же мир механистичен, но разумен и духовен. Заметим, что все эти противоречивые высказывания являются строгим логическим следствием неполноты физической реальности с которой сталкивается субъект мира, рассматриваемого как конечная целостность. Таким образом, восстановление статуса субъективного в физической картине мира, позволяет вернуть в нее и Лапласовский детерминизм.

5. Множественность Миров.

5.1 Мир как модель.

Важнейшим свойством присущим модели является устойчивость образующей ее структуры на протяжении некоторого времени Tмодели<Tмира. Этого можно достичь используя конструктивные (образованные из фундаментальных состояний) запоминающие ячейки. Сама природа предоставляет нам такие структуры в виде физических (квантовых) состояний. Квантовое состояние, как известно из теории квантовых вычислений, представляет собой целый регистр с числом разрядов, зависящим от размерности гильбертова пространства системы. Такие регистры называют кубитами[17]. При помощи этих регистров и совместимых с ними логических гейтов, объединенных в систему, могут записываться слова, выражающие состояние этой системы, а так же выполняться программа (алгоритм), определяемый внутренними связями в системе, ее гамильтонианом. Предположим, что такая система (компьютер) с независимым от времени гамильтонианом, функционируя автономно, от измерения до измерения, моделирует наш мир. Однако ни одна компьютерная программа, не только не может определить природу и структуру логических элементов компьютера, но даже само понятие об элементарных ячейках может быть определено лишь в потенциальном плане. Модель Мира, являющаяся замкнутой, автономно функционирующей на определенном промежутке времени системой тоже является Миром, но миром-потомком, по отношению к объекту моделирования. Сделаем важный шаг, отождествив понятие Мира с понятием модели. Более того, будем утверждать, что модель, возникающая в акте сознания материнского мира может рассматриваться как мир - потомок,

5.2 Иерархия моделей.

Не верно говорить о сознании субъекта, ведь сознание это имманентное проявление бытия субъект- объектной целостности. Но можно говорить о сознательной активности субъекта. Так внешнее проявление работы некоторой программы, напТимер, пишущей стихи, может показаться нам разумным, тогда как у программиста, создавшего эту программу и знающего, что она работает по жесткому алгоритму такая иллюзия не создается. Субъект всегда строит модели, хочет он этого или нет. Ибо это априорное свойство следующее из самого смысла укорененности субъекта в целостности. Действительно, часть это всегда модель целого. Например, если единица это целое делимое на части, то любая часть единицы в свою очередь тоже может быть рассмотрена, как целое делимое на части. Любая часть замкнутой физической системы может рассматриваться как модель другой ее части.

С точки зрения материнского мира, развитие мира- потомка полностью детерминистично и в его поведении нет признаков сознательного поведениС. Однако, все становится менее очевидным, если поставить себя на место субъекта мира-потомка. Таким субъектом может мыслиться некоторая виртуальная структура. Например алгоритм действующий над полем конструктивных с точки зрения материнского мира ячеек. Такому алгоритму не дано знать, что его действия могут быть объяснены чем-то еще, кроме его собственной логики. И поэтому, его поведение с его собственной точки зрения разумно. Обобщая, можно сказать, что действия объекта, согласно алгоритму, или механистическое поведение противоположно разумному поведению, которое, вообще говоря, является неалгоритмируемым.

В этом контексте активность субъекта, выражающуюся в моделировании следует считать разумным поведением. Тогда, как поведение самой модели механистично. Далее, субъект мира-модели свое поведение будет считать разумными т.д.

Субъект, являясь органической частью структуры своего мира, очевидно, является максимально сложным объектом так, как мы определили это понятие выше, со всеми вытекающими отсюда последствиями, как то: трансцендентность, немоделируемость и т.д. Как можно мыслить бытие описанной выше генеологической структуры мироздания? Пользуясь компьютерной терминологией, назовем материальную основу Мира Hard-level, а алгоритм ею управляющий Soft-level. Интересно, что Hard-level может быть общим для всех уровней Soft- иерархии. В такой схеме нужно было бы предположить существование некой тонкой материи (эфира?), лежащей в основании простирающейся в одном направлении иерархии миров. Более привлекательна симметричная модель, в которой необходимость в Hard-level вообще отпадает. На первый взгляд это может вызвать протест, - разве возможен компьютер без Hardwore? Однако, зададимся вопросом: Что есть этот камень, который, я сейчас держу в руках, если наш мир является звеном в иерархической цепи моделей? Очевидно, как и другие материальные объекты это некая Soft- структура, которая взаимодействуя с миром в целом как основной программой, вызывает в сознании образ камня. Предполагать дополнительно к этому существование некой "материальной" субстанции было бы очень нелепой фантазией. /span>

Познавательная активность инвариантного сознания |Я>, осуществляется посредством рефлексивного восприятия феноменального мира или проще посредством измерений, на основании которых проявляя творческую активность, Мир строит собственные модели. В акте самосознания инвариантная личность |Я> создает свою модель в виде человека-в-мире. Человек в свою очередь, будучи создан по образу и подобию, тоже проявляет творческую активность, приводящую к созданию моделей бытия. И этот процесс не является чем то второстепенным, но лежит в самой основе мироустройства.

Познавательная активность художника, выражающаяся в виде творческого процесса является не чем иным как моделированием, а его результатом является художественное произведение- модель нашего мира. Заметим, что у нас нет оснований полагать, что описанная выше структура из трех элементов (рис.4) ограничена сверху или снизу и не является частью более сложной иерархической структуры (бесконечной?). В этой структуре каждый элемент может рассматриваться как дочерний мир- потомок, представляющий собой модель, созданную материнским миром, лежащим выше на одну ступень в иерархии мироздания. Такая иерархическая мировая Lконструкция¦ может мыслиться либо ограниченной сверху некоторым значением N истинно элементарных ячеек (конструктивных элементов), либо неограниченной, что более привлекательно в силу отсутствия необходимости вводить при этом понятие абсолютной элементарности.

Рис. 4.

Возможен, так же вариант топологически замкнутой в кольцо структуры. Д. Бомм рассматривает более сложные топологические структуры типа "ожерелья Индры".Понятие элементарного объекта тогда становиться относительным и имеет силу только в каждом отдельном мире. Эта относительность той же природы, что и относительность бесконечности. Элементарная ячейка мира- потомка в материнском мире представляется конструктивной, (например триггеры компьютера состоят из атомов). Мир- потомок, будучи построен над полем этих ячеек, имеющих вообще говоря конечное множество состояний уже не является физическим с точки зрения материнского мира, а является виртуальным миром, лежащим совершенно в другом слое реальности, - реальности искусственной с точки зрения материнского мира. Для материнского мира дочерний мир представляется просто неким объектом, занимающим определенное место и существующим конечное время. (вроде книги на полке или компьютера). Для субъекта же дочернего мира, объекты материнского мира, очевидно, не доступны. То есть имеет место неголономность рассматриваемой иерархической структуры.

Являясь миром-потомком по отношению к реальному миру, вновь сотворенный мир (например мир художественного произведения) будучи полным и непротиворечивым для художника-творца, для субъекта этого мира (героя произведения) проявит неполноту, аналогичную неполноте нашего мира. Это можно назвать принципом подобия миров. Каждый из миров рассматриваемой иерархии наследует все основные черты и свойства своего родителя, среди которых важнейшее свойство, являющееся и способом его существования -самопознание, осуществляющееся посредством активного опыта.

6. Основания этики

6.1 Разные взгляды на проблему

Понятия добра и зла - основной источник художественного творчества и философской мысли человека. Споры об основаниях этих этических категорий идут и по сей день. Абсолютно ли добро или оно имеет смысл только в сравнении со своим антиподом? Что такое бескорыстность? Почему добродетель зачастую имеет обратную сторону? Искоренимо ли зло? Почему на протяжении всего существования человечества добро и зло пребывают в неком балансе? В чем смысл этих понятий?

Кант абсолютизирует нравственный закон, наделяя абсолютный дух соответствующими качествами. Для материалистов нравственный закон формируется условиями общественных отношений и определяется интересами общества, а не отдельного индивида. Рассмотрим эти противоположные взгляды с точки зрения физики сознания.

Деятельная активность человека проявляется в двух основных направлениях: Духовном, связанном с мировым познавательным процессом (занятия наукой, музыкой, философией...) и социальном связанном с его существованием как биологического вида. Социальная деятельность направлена на сохранение вида и его экспансию. Способность человека к логическому мышлению, абстракции, обобщению и самосознанию отличает человека от остальной живой природы. Эти качества он реализует, формируя социальные системы. Поэтому принято говорить о человеке как о существе социальном (общественном). Социум, как и любая система приобретает новые самостоятельные качества. В основе социальной активности человека, как и во всей живой природе лежит борьба за существование, причем этот процесс должен учитывать взаимные интересы как отдельного индивида так и вида в целом. Эти интересы зачастую противоречивы и поэтому процесс должен быть регулируемым, - агрессивному началу, доставшемуся в наследство от дикой природы, должно противопоставляться начало сдерживающее. Оба эти начала действуют во всей живой природе. Человека же отличает большая изощренность агрессивного, но с другой стороны и утонченность сдерживающего, выражающаяся в осознанных нормах поведения моральном и этическом кодексе общества. Что за механизм обуславливает равновесие этих качеств в популяции? Им может быть механизм, работающий на генетическом уровне, либо на уровне приобретенных признаков, либо механизм еще неизвестной нам природы. Наиболее широко в человеческом сообществе представлены агрессивные качества, а сдерживающие, или работающие на популяцию в целом обычно находятся в дефиците. Однако, хорошо известны исключения из этого правила, проявляющиеся в условиях прямой угрозы популяции (войны, стихийные бедствия и т.д.), когда начинают доминировать такие качества как самоотверженность, героизм, энтузиазм и т.д., качества, работающие на популяцию, но во вред индивиду. Очевидно, в данном случае активизируется некий "быстрый" механизм, действующий, вероятнее всего, на подсознательном уровне. Известно, что подобные механизмы имеют место и в животном мире. Примером может служить групповой суицид некоторых видов грызунов в условиях нехватки пищи. Таким образом производиться активное регулирование численности популяции. Процесс, обуславливающий динамическое равновесие добродетели в человеческом сообществе весьма сложен и обусловлен действием целого ряда факторов и механизмов.

Приоритет качеств, работающих на популяцию, обусловленный их важностью для сохранения вида приводит в конечном счете к зарождению той или иной формы религиозной этики, идеализирующей эти качества, - в человеческом сознании укореняется представление о том, что добродетели соответствуют высшим этическим идеалам, а индивидуальные агрессивные качества безнравственны. Будучи в опасной близости от того, чтобы механистически свести добродетель к одному из факторов действующих в механизме регулирования борьбы за существование социальных популяций, отмечая непротиворечивость такого подхода, заметим, что это лишь внешняя сторона явления, не затрагивающая его сущности, открываемой лишь в непосредственном восприятии. Приблизиться к эстетической сущности нравственных категорий позволяет наш гиперфизический подход. Эволюционная этика рассматривает нравственность как функцию приспособления к окружающей среде. Пьер Тейяр де Шарден и др. Противоположного понимания придерживается И.Кант. В основе его эстетики лежит тезис об априорности личной совести. Этические нормы для всего человечества при этом обусловлены ее активностью не зависящей от природной или социальной целесообразности [18].

Примечание: Эволюционная этика рассматривает нравственность как функцию приспособления к окружающей среде. Пьер Тейяр де Шарден и др.

6.2 Возникновение нравственности

Человек в отличие от своих животных предков противопоставляет себя окружающему миру, в результате чего с некоторых пор мир представляется ему фрагментарно в виде противоположных сущностей: белое - черное, доброе - злое и т.д. Мир сам по себе не может быть добрым или злым, красивым или безобразным. Поэтому дату возникновения этих понятий мы сопоставляем со сроком появления нового вида Homo Sapiens.

У первых людей был просветленный разум, - "знал Адам каждую тварь по имени", ему были открыты законы мироздания, которые теперь скрыты от нас. Но что-то нарушило гармонию духа, души и тела, - человек противопоставил себя Богу, и обретя способность к дискурсивному мышлению расчленил мир на части, дав им имена: добро, зло, красота и т.д.

Примечание: Мир существует актуально в единстве своих противоположностей и только его субъекту в акте сознания он представляется фрагментарно: Я v не Я, здесь v там, сейчас v тогда и т.д.

Человек уклонил свою душу от Бога и замкнул ее в своей самости. Другими словами разделив мир на (Я) и (не Я) человек отделился от Бога, который есть (Я + не Я) и таким образом потерял Рай, который и есть Бог. Гегель представляет это, как расчленение мира на материальный и идеальный в результате мирового познавательного процесса - анализ (самопознание духом самого себя через свою материальную модель).

Примечание: Итогом мирового эволюционного процесса по Гегелю является синтез (возврат в духовную сферу).

6.3 Инвариантность эстетических категорий

Возвратимся к вопросу универсальности добродетели. Как мы уже говорили, добро для отдельного индивида может быть злом для общества и наоборот. Кроме того добро для одного человека может обратиться злом для другого. Мы говорим медвежья услуга- это тоже пример того когда добро оборачивается злом. Часто бывает наоборот- зло оборачивается добром. Такие понятия как красота, любовь, гармония и хаос так же проявляют относительные свойства. Безобразное для одного может казаться прекрасным для кого то другого. Однако, все эти понятия абсолютны в смысле своей универсальной безличной тождественности. Можно сказать, что они инвариантны относительно личностных сознаний ЯI(воплощений духа). Так же, как явление природы принимает тот или иной облик в зависимости от того в какой системе координат его наблюдают, так и рассматриваемые категории меняются в зависимости от воплощения инвариантного Я в личную самость Яi

В этом смысле добро и зло разные грани одной сущности. Эту мысль подтверждает тот очевидный факт, что к примеру добро, без своего антипода теряет содержательность. То, что для некоторого конкретного индивида Яi объект может быть приятен, либо вызывать негативные чувства говорит о бедности или неполноте личностного восприятия. Для инвариантной личности объект выступает во всей своей противоречивости и единстве одновременно.

Задача художника не отражение объекта его творчества, а настройка сознания зрителя на отождествление его с объектом художественного произведения, временный паралич фрагментирующего мир логического мышления, приведение психики в первобытное состояние, позволяющее увидеть объект во всей его полноте. При этом зрителю становиться доступна вся гамма красок, вся глубина звучания, вся сложность и простота художественного образа. На время ему становиться доступна красота более высокого порядка- инвариантная божественная красота.

Почему Бог, сам являясь воплощением красоты, гармонии и любви допускает безобразное и злое? Ортодоксальная теология как мы уже говорили объясняет это свободой воли человека. Оказываясь перед нравственным выбором мы не всегда следуем ее принципам, а Бог, создав нас свободными, не подавляет этого нашего выбора. Такой подход к решению проблемы равновесия в мире добра и зла предполагает априорность и следовательно абсолютность добродетели, что противоречит нашему пониманию. Богу чужда человеческая эстетика. Являясь воплощением добродетели и красоты совсем иного рода, инвариантное Я, расчленяя мир на Я и не Я в акте низшего уровня сознания создает по своему образу и подобию уже человеческие относительные понятия добра и красоты. Божественная красота безличного Я возникает только при соединении безобразного и прекрасного, доброго и злого, только в единстве гармонии и хаоса, любви и ненависти.

6.4 Совершенство и максимальная сложность.

Если произведение искусства совершенно, то оно не допускает даже минимального вмешательства в свое содержание, - каждый мазок, каждая строка, каждая нота незаменимы и неустранимы. Любое изменение разрушает все здание. Объекты обладающие подобным свойством математики называют максимально сложными. Это объекты не допускающие упрощения. Так информация, содержащаяся в максимально сложной последовательности знаков, закодирована необратимо и нет более простого способа восстановить последовательность, нежели предъявить ее копию.

Анализ совершенного произведения, попытки расчленить его на составные части с тем что бы выявить художественные приемы или понять структуру гармонии не дают в этом случае видимых результатов. Даже сам художник не может порой объяснить почему он ввел в пьесу тот или иной персонаж, с тем или иным характером, или почему он выбрал ту или иную гамму красок. Да он и не пытается это делать, - ему это не нужно и не интересно! Но он не может не творить, потому что творчество это способ его жизни. Понимание шедевра как максимально сложного объекта вносит ясность в эту ситуацию.

Совершенное произведение, будучи максимально сложным, не может быть заранее "спроектировано", а процесс его создания алгоритмируемым, поэтому рождается оно в мозгу художника единовременно как целое. И иначе не может быть, так как максимально сложный объект не конструктивен, хотя и состоит из элементов. Анализируя процесс художественного творчества обычно отмечают, что в момент вдохновения образ творения возникает спонтанно, как данный свыше, и художнику остается только перенести его на бумагу или холст. Конечно, это не значит, что происходит это без затрат усилий. Зачастую рождению шедевра предшествует долгий и упорный труд, подготавливающий почву для прорыва в мир гармонии. В апогее вдохновения, когда из под пера поэта выходят строки, способные пережить само время, большая часть затраченной энергии возвращается обратно в форме величайшего дара удовлетворения. В отличие от истинного творчества, "ремесленник" затрачивает не меньше усилий в процессе работы, ничего не получая взамен.

Совершенное произведение не может быть создано ибо само слово со-здано предполагает поэтапный процесс, - оно же рождается дух от духа художника в момент вдохновения, как рождается ребенок плоть от плоти своей матери. И в этом сокрыт глубокий смысл, заключающийся в том, что истинные шедевры не могут быть созданы искусственно, по заказу или по желанию. Являясь частью природы, они принадлежат ей, а не нам, легкомысленно присваивающим плоды чужого труда; ей, затратившей миллионы лет на биологические эксперименты чтобы сначала создать гения как инструмент для самовыражения, и только потом само совершенство, хрупкая красота которого дается нам только в непосредственном восприятии и разрушается при попытке анализа.

Послесловие

Пусть простит меня читатель за туманные рассуждения, где он нашел больше вопросов, чем ответов на них, за сухость научного языка в одних местах и неуемный пафос в других. Я действительно уделил недостаточно внимания стилю изложения. Главной моей целью было вновь поставить те вечные вопросы, которые не дают нам покоя уже не одно тысячелетие. Это вопросы о сущности жизни, о нашем месте в этом мире, вопросы нравственности и свободы воли, - вопросы о которых в наш прагматичный век вспоминают все реже и реже; Поставить их ясно, как говорится "в упор", доведя до крайней остроты. Ведь, если собственный комфорт и благополучие (тоже не маловажные вопросы) станут единственной целью нашей жизни, поглотив все другие помыслы и стремления, то мы довольно быстро вновь обретем Рай, придя в то блаженное животное состояние, от которого некогда отказались впервые задавшись вопросом не имеющим прямого отношения к тому где найти пищу или укрыться от дождя.

В заключение, возвращаясь к эпиграфу, который вы прочли взяв в руки эту книгу, скажу, что я сам не склонен верить во что либо безотчетно. В частности и к своим собственным изысканиям я отношусь с большим недоверием. Мир может быть совсем иным, и все наши "умные" построения не более чем игра необузданной фантазии. Мы ходим кругами по окрестностям, где как нам кажется находится истина, и ищем там неизвестно что и неизвестно зачем. Иногда нам даже кажется, что она близко, и видим какое-то сияние из-за ближнего поворота, но подойдя ближе к тому месту, обнаруживаем там только новые вопросы. Но это есть наша жизнь, и почему она такова это еще один вопрос.

В настоящем сочинении я тоже ходил кругами и пытался найти ответы, и кажется даже добился определенного успеха, направив Вас по ложному пути! Потому, что, как мне видится, было бы очень неинтересно и скучно все знать. А если я ошибся и указал Вам верный путь, да простит меня Господь, то сделав следующий шаг в предвкушении узнать, наконец, - в чем же смысл всего этого?, Вы будете ослеплены девственной красотой и женственностью Истины. И это последнее, что запечатлеется в Вашем мозгу, потому, что Мир на этом завершит свою историю утратив способ, которым он есть.

Я считаю своим долгом так же донести до Вас, что сам я не достаточно хорошо понимаю смысл всего того о чем сам же и говорил, - он то кристаллизуется, приобретая более ли менее ясные очертания, то ускользает, расплываясь как в тумане. Но это не пугает, а обнадеживает меня.

1. Encyclopedia Britannica. 14-th edition., 17, (p.699-703) 1939.

2. Г.Вейль "Познание и Осмысление" Доклад, прочитанный в Лозанском университете. 1954г.

3. Г.Вейль Там же.

4. Мартин Хайдеггер "Бытие и время"

5. Bohm D. Wholeness and the Implicate Order. L., 1983.

6. Stapp H.P. Why Classical Mechanics Cannot Naturally Accommodate Consciousness bat Quantum Mechanics Can //Psych. 2(21), 1996.

7. Penrose R. The Emperor`s New Mind. L., 1993.

8. Walker E.H. The Nature of Consciousness // Mathematical Biosciences. 1970.N7.P.131-178.

9. Globus G. Quantum Consciousness is Cybernetic // Psyche. 2 (21). 1996.

Hameroff S., Penrose R. Orchestrated Reduction of Quantum Coherence in Brain Microtubules : A Model of Consciousness // Toward a Science of Consciousness. The First Tucson Discussions and Debates. Tucson. 1996.

10. Гете. "Максимы и рефлексии"

11. Lucas J.R. Mind, Machines, and Godel// Philosophy, 1961, 36, pp. 112-127

12. Б".Рассел сборник статей" "The Mysteries of Life and Death" London: Hutchinson, 1936 статья "Do we SurviveDeath"

13. Фихте "Наставление к блаженной жизни"

14. L.Brillouin, Science and Information Theory, Academic Press Inc., New York, 1956.

15. Цитировано по сборнику произведений Германа Вейля "Математическое мышление"

16. Квантовая механика. Вопросы теории измерений

17. Feynman R. Simulating Physics with Computers // Int. Journ. Of Theoretical Physics. 1982. Vol.21, 6/7. P. 467-488.

18. И.Кант "Критика практического разума" (1788).

Каминский А.В.

Литературные приложения

Предисловие к литературному приложению

Завершая работу над сочинением, и вновь перечитывая отдельные главы, я в очередной раз получил возможность на деле убедится в том, что "мысль изреченная есть ложь". Рассуждения и доводы, которые казались ясными и весомыми в процессе работы, теперь потускнели и уже не кажутся таковыми. Очевидно суть этого феномена в том, что наш мозг пользуется несравненно более богатым языком, чем тот которым пользуемся мы для записи наших мыслей. Это и понятно, ведь язык нашей мысли- это язык самой сложной формальной системы, каковой является наш Мир. И потери при трансляции с этого языка на другой могут быть настолько велики, что теряется сам смысл сказанного или записанного. Художественный язык, в этом случае, имеет больше возможностей, индуцируя в нашем сознании ассоциативные образы. Таким образом появилась идея дополнить научную часть литературным приложением.

Четыре рассказа завершающие этот труд имеют целью проиллюстрировать основные темы нашего исследования. Мы не станем подробно разбирать эти произведения, ограничившись лишь краткими аннотациями, поскольку главные мотивы легко узнаются.

В рассказе "Последняя истина" действие происходит в далеком будущем, когда человечество, или то чем оно стало к тому времени, построило полную систему знаний, ответив на все вопросы и решив все проблемы, и только последняя истина, которая не может быть постигнута рациональным образом все время ускользает из рук ученых, - это истина любви. Конечно же в мире в котором место человека заняли его "двоичные образы" эта истина едва ли может быть осмыслена. Но мы ошибаемся. В финальной сцене мы видим двоих влюбленных, держащихся за руки, и истина, не будучи сформулированной, торжествует, доказывая себя самим своим существованием. Рассказ затрагивает тему фундаментальной роли познания в устройстве Мира.

В рассказе "Попутчица" командировочный, летящий на конференцию в какой-то южный город погибает в авиакатастрофе. Но там за чертой опять жизнь, - он продолжает мыслить. Здесь эффект непрерывности сознания достигается необычным художественным приемом. И вот он, (хотя это уже другой человек) стоит на берегу моря и печалится о том что отпуск подходит к концу. И мы понимаем, что не важно, что мыслит уже другой человек. Ведь у него те же заботы и любит он такую же девушку, которую совершенно случайно тоже зовут Мариной. Этот рассказ не о вульгарном переселении душ, а о непрерывности инвариантного сознания.

В рассказе "Сын красоты" молодой композитор задается целью создать шедевр. И вот он целенаправленно идет к цели, но проходит мимо нее. Он не понимает, что совершенство не может быть сконструировано, и каждый день с завидным упорством строчку за строчкой вписывает ноты в партитуру, как если бы складывал стену из кирпичей. Но вот, однажды, к нему приходит вдохновение в образе прекрасной девушки по имени Красота. И он осознает, что совершенное произведение может быть только рождено, а не создано, как дитя рождается плоть от плоти своей матери. Этот рассказ о неконструктивности творения.

Герой рассказа "библиотека" служащий строительной конторы с душой исследователя. Вечерами он приходит в университетскую библиотеку, но не для того что бы взять книги для чтения. Он приходит сюда подышать воздухом, пропитанным терпким запахом книжных переплетов. Он всматривается в глубину книжных стеллажей и видит ночное небо с разбросанными в нем мириадами миров. Этот рассказ о иерархической структуре мироздания, обусловленной актом творения.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, разработка ПО 2001–2017
Все права на тексты книг принадлежат их авторам!

При копировании страниц проекта обязательно ставить ссылку:
'Электронная библиотека по философии - http://filosof.historic.ru'
Сайт создан при помощи Богданова В.В. (ТТИ ЮФУ в г.Таганроге)