Библиотека    Новые поступления    Словарь    Карта сайтов    Ссылки






назад содержание далее

Часть 2.

250 Приложение, содержащее метафизические силы

обнаруживается в действиях. Точно так же проявленияволи (volitiones) и решения (decreta) Бога (так я хотел быназвать его познание сотворенных вещей), рассматривае-мые в Боге, не являются множественными, хотя они разно-образно выражаются через или лучше в сотворенных ве-щах. Наконец, принимая во внимание сходство (analogia)всей природы, мы можем рассматривать ее единым суще-ством (Ens), а следовательно, и идея или решение Бога опорожденной природе будет только одно.

Глава VIIIО воле Бога

Мы не знаем, как различаются сущность и разум Бога,которым он себя познает, и его воля, которою он себялюбит. Воля Бога, которою он хочет себя любить, необхо-димо вытекает из его бесконечного разума, которым онсебя познает. Но как эти три вещи, именно его сущность,разум, которым он себя познает, и его воля, которою онхочет себя любить, различаются между собою, познаниеэтого мы включаем в число недостающего нам. Мне небезызвестно слово (именно личность), употребляемое тео-логами для объяснения этого предмета. Но хотя мы изнаем слово, мы не знаем его значения и не можем себесоставить о нем ясное и отчетливое понятие; хотя мымогли бы твердо верить, что в блаженном лицезрении Бога,обещанном верным, Бог откроет это сам.

Воля и могущество Бога внешним образом не отлича-ются от его разума. Воля и могущество (мощь) Бога внеш-ним образом не отличаются от его разума, как вполнеочевидно из предыдущего; ибо мы показали, что Бог нетолько предрешил существование вещей, но и их природу.Это значит, что сущность и существование вещей должнызависеть от воли и могущества Бога. Отсюда мы ясно иотчетливо понимаем, что разум Бога, его могущество и во-ля, которыми он создал, познал и сохраняет или любит

Вторая часть

сотворенные вещи, вовсе не различаются между собою, нолишь относительно нашего мышления.

Лишь в переносном смысле можно сказать, что Богненавидит одно и любит другое. Но когда мы говорим, чтоБог одно ненавидит, а другое любит, то это говорится в томже смысле, в каком в Писании сказано, что земля изверг-нет людей и тому подобное. Бог ни на кого не гневается ине любит ничего так, как в этом уверена толпа, что до-вольно ясно из того же Писания. Именно Исайя говорит(45, 9 и сл.), и еще яснее апостол Павел в «Послании кримлянам» (гл. 9 и сл.): «Хотя они (именно сыновья Исаа-ка) еще не родились и не творили еще ни добра, ни зла, ноему сказано, что старший будет служить младшему, дабырешение Бога оставалось по его выбору, не по делам, но попризванию Бога» и т. д. Затем немного дальше: «Поэто-му он сжаливается над этим и ожесточает того. Ты ска-жешь мне: зачем еще жаловаться? Кто воспротивится еговоле? Но ты, человек, кто ты, что споришь с Богом? Развеговорит творение своему творцу: почему ты создал менятаким? Разве горшечник не имеет власти над глиной, что-бы из той же массы сделать один сосуд к чести, а другой кпозору?» и пр.

Почему Бог предостерегает людей, почему он не спаса-ет их без предостережения и почему наказываются нечес-тивые. Если же спросят, зачем Бог предостерегает людей, тона это легко ответить, что Бог от вечности решил вовремяпредостеречь тех людей, которых он хотел спасти, чтобыони обратились к нему. Если же спросят: «Разве Бог не могспасти их без предостережения?» Мы ответим: «Мог бы.»«Но почему он не спасает их?» — спросят, может быть, даль-ше. На это я отвечу в том случае, если мне сначала скажут,почему Бог не сделал Красного моря переходимым без силь-ного восточного ветра и почему он не совершает всех от-дельных движений без других, и много прочего, что Бог со-вершает посредством причин. Можно снова спросить:«Почему нечестивые наказываются, ибо они поступают посвоей природе и Божественному решению?» На это я отве-чу, что и наказание их происходит вследствие Божественно-го решения. Если бы наказывались только те, о которых

252

Приложение, содержащее метафизические силы

Вторая часть

253

мы думаем, что они грешат добровольно, то зачем людистараются истреблять ядовитых змей? Ведь они также гре-шат по своей природе и не могут иначе.

Писание не учит ничему, что противоречит естествен-ному свету. Если, наконец, в Священном писании встреча-ется и нечто еще, возбуждающее в нас сомнение, то здесь неместо объяснять это. Наше исследование касается лишьтого, что с полной достоверностью может быть достигнутоестественным разумом, и достаточно ясно доказать это, что-бы мы знали, что и Священное писание должно учить то-му же. Ибо истина не стоит в противоречии с истиной иПисание не может учить глупостям, как обычно вообража-ют. Но если бы мы нашли в нем нечто, противоречащееестественному свету, то могли бы опровергнуть это с тоюже свободой, с какой мы опровергаем Коран и Талмуд. Номы далеки от мысли, что в Священном писании находит-ся нечто, стоящее в противоречии с естественным светом.

Глава IXО могуществе Бога

Как понимать всемогущество Бога. Было уже доста-точно доказано, что Бог всемогущ. Здесь мы лишь постара-емся кратко объяснить, как следует понимать этот атри-бут, так как многие говорят о нем без достаточногоблагочестия и не в соответствии с истиной. Именно, ониговорят, что некоторые вещи возможны по своей природе, ане по решению Бога, другие невозможны, третьи, наконец,необходимы и что всемогущество Бога имеет отношениелишь к возможным вещам. Но мы уже показали, что всебезусловно зависит от Бога, и потому говорю, что Бог все-могущ. Но поняв, что Бог предрешил некоторые вещи почистой свободе своей воли и что он неизменяем, мы гово-рим, что Бог ничего не может сделать против своих реше-ний, это невозможно только потому, что не согласуется ссовершенством Бога.

Все необходимо по решению Бога, а не так, что однонеобходимо само по себе, а другое — по его решению.

Кто-нибудь, может быть, возразит, что мы находим необ-ходимое только тогда, когда имеем в виду решение Бога, апротивоположное тогда, когда не имеем его в виду, напри-мер, что Иосия сжег кости идолопоклонников на алтареИеровоама. Обращая внимание лишь на волю Иосии, мысчитаем это дело возможным и никоим образом не мо-жем признать его необходимым, разве если пророк пред-сказал это по решению Бога. Напротив, равенство трехуглов треугольника двум прямым очевидно само по себе.Но люди по своему неведению измышляют различия в ве-щах. Ибо если бы люди ясно познали весь порядок При-роды (totus ordo Naturae), они нашли бы все так же не-обходимым, как все то, чему учит математика. Но так какэто превосходит человеческое разумение, нечто мы считаемвозможным, а не необходимым. Поэтому надо сказать, чтолибо Бог ничего не может, так как, на самом деле, все необ-ходимо; либо что Бог может все и что необходимость, нахо-димая нами в вещах, происходит лишь из решения Бога.

Если бы Бог создал другую природу вещей, он долженбыл бы дать нам и другой разум. Если же спросят теперь,что если бы Бог решил иначе и сделал ложным то, чтотеперь истинно, то мы не признали бы это единственноистинным. На это я отвечу: конечно, если бы Бог оставилнам данную теперь природу. Но и тогда он мог бы, если бызахотел, дать нам такую природу, как он это сделал теперь,благодаря которой мы познаем природу и законы вещей,как они определены Богом; а в виду правдивости Бога ондолжен был это сделать. Это очевидно также из того, чтомы выше сказали, именно что вся сотворенная природаесть единое существо. Отсюда следует, что человек естьчасть природы, связанная с остальными. Из простоты жеБожественного решения следовало бы, что, если бы Бог соз-дал вещи иначе, он одновременно устроил бы нашу приро-ду таким образом, что мы познавали бы вещи так, как Богсотворил их. Поэтому мы хотели бы удержать установ-ленное философами различение в могуществе Бога, но мыдолжны изложить его иначе.

254 Приложение, содержащее метафизические силы

Сколько степеней в могуществе Бога. Поэтому мы де-лим мощь Бога на упорядоченную и абсолютную.

Что такое абсолютная, упорядоченная, обыкновеннаяи чрезвычайная мощь. Абсолютной мы называем мощьБога, когда рассматриваем его всемогущество независимоот его решений; упорядоченной — когда имеем в виду этирешения. Затем есть обыкновенная и чрезвычайная мощьБога. Обыкновенная сохраняет мир в известном порядке;чрезвычайная — та, когда Бог творит нечто вне порядкаприроды, например чудеса, как речь ослицы, явление анге-лов и т. п. Но в этом можно очень усомниться, так как,по-видимому, большим чудом является, если Бог управля-ет миром в одном и том же твердом и неизменном по-рядке, чем, если бы он отменял законы ради глупости лю-дей. Ведь он сам установил их как наилучшие для природы,причем единственно по своей свободе (что может оспари-вать только совершенно ослепленный). Но решение этоговопроса мы предоставляем теологам.

Наконец, мы оставляем в стороне другие вопросы, обык-новенно выставляемые относительно могущества Бога, как-то -.распространяется ли эта мощь также на прошедшее;мог ли Бог сделать лучше сделанное им; мог ли он сде-лать больше, чем сделал. Все эти вопросы могут быть лег-ко разрешены на основании вышеизложенного.

Глава XО творении

Выше мы уже установили, что Бог есть Творец всех ве-щей; здесь мы попытаемся объяснить, что следует разуметьпод творением; затем мы по возможности исследуем, чемуобыкновенно учат относительно творения-. Начнем с первого.

Что такое творение. Мы говорим: творение есть дея-тельность, при которой не вступают никакие причины,кроме действующей, или сотворенная вещь есть та, кото-рая для существования не предполагает ничего, кроме Бога.

I

255

Вторая часть

Обычное определение творения отвергается. Здесь на-до заметить: 1) мы избегаем слов, обыкновенно употреб-ляемых философами, именно из ничего (ex nihilo), как буд-то ничто есть материя, из которой были произведены вещи.Так говорят потому, что существует привычка, когда речьидет о возникновении вещей, предполагать, что до вещейсуществует нечто, из чего они возникают, почему и не мог-ли также при творении выпустить эту частицу из. То жеслучилось с ними и относительно материи, именно видя,что все тела находятся в каком-нибудь месте и окруженыдругими телами, они спрашивали себя, где же находитсявся материя, и отвечали: в воображаемом пространстве.Отсюда несомненно, что они рассматривали ничто не какотрицание всякой реальности, но представляли или вооб-ражали его чем-то действительным.

Объяснение принятого определения. 2) Я говорю, чтокроме действующей причины в творении не вступают ни-какие другие. Я мог бы сказать, что творение отрицаетили исключает все другие причины, кроме действующей.Но я предпочел слово вступают, чтобы не отвечать тем,которые спрашивают, не поставил ли себе Бог при творе-нии какой-либо цели, ради которой он создал вещи. Далее,для лучшего объяснения вещи я прибавил второе опреде-ление, именно, что сотворенная вещь не предполагает ни-чего, кроме Бога. Ибо если Бог поставил себе какую-либоцель, то она находится не вне Бога, так как вне Бога нетничего, чем бы он был побужден к деятельности.

Акциденции и модусы не создаются. 3) Из этого опре-деления достаточно ясно, что нет творения акциденций имодусов, так как кроме Бога они предполагают еще сотво-ренную субстанцию.

До творения не было ни времени, ни длительности. 4) На-конец, мы не можем себе представить до творения никакоговремени и никакой длительности. Время и длительность на-чались вместе с вещами, ибо время есть мера длительностиили же, скорее, только модус мышления. Поэтому оно пред-полагает не только какую-либо сотворенную вещь, но, глав-ным образом, мыслящих людей. Длительность же прекра-щается, когда прекращается бытие сотворенных вещей, и она

256 Приложение, содержащее метафизические силы

начинается, когда начинают существовать сотворенные ве-щи. Я говорю: сотворенные вещи, так как Богу не присущаникакая длительность, но только вечность, как выше ужедостаточно очевидно доказано нами. Поэтому сотворенныевещи должны предшествовать длительности или, по крайнеймере, предполагаться одновременно с ней. Кто же вообразит,что длительность и время предшествовали сотворенным ве-щам, тот подвержен тому же предрассудку, какой свойстве-нен тем, которые воображают пространство вне материи, какэто явствует само собою. Это об определении творения.

Деятельность творения мира и деятельность его со-хранения есть одна и та же деятельность Бога. Здесь нетнеобходимости повторять доказанное нами в акс. 10, ч. I,что для сотворения вещи необходимо столько же силы,как для сохранения ее, т. е. что та же деятельность Богатворит и поддерживает мир.

После этих замечаний перейдем теперь ко второму пунк-ту. Нам нужно исследовать:

1) что сотворено и что не сотворено;

2) могло ли сотворенное быть созданным от вечности.

Каковы сотворенные вещи. На первый вопрос мы отве-чаем кратко: сотворено все то, сущность чего представля-ется ясно без всякого существования, однако представля-ется сама собой. Такова материя, о которой мы имеемясное и отчетливое понятие, так как воспринимаем ее податрибутом протяжения и представляем ясно и отчетливо,независимо от того, существует она или нет.

Как мышление Бога отличается от нашего. Кто-ни-будь может нам сказать, что мы ясно и отчетливо пред-ставляем мышление без существования и, однако, припи-сываем его Богу. На это мы отвечаем, что Богу приписы-вается не такое мышление, как наше, т. е. страдательное,ограниченное природой предметов, но такое, которое пред-ставляет чистую деятельность и поэтому заключает суще-ствование, как мы выше достаточно подробно доказали.Ибо мы показали, что разум и воля Бога не отличаются отего мощи и сущности, включающей существование.

Вне Бога нет ничего вечного подобно Богу. Итак все,сущность чего не включает существования, для своего су-

257

Вторая часть

ществования необходимо должно быть создано Богом и,как мы многократно объясняли, должно постоянно поддер-живаться самим Творцом. Нам не нужно останавливатьсяна опровержении мнения тех, которые считают, что мир, илихаос, или материя, лишенная всякой формы, вечны и неза-висимы подобно Богу. После этого я перехожу ко второмувопросу: могло ли сотворенное быть создано от вечности?

Что обозначается здесь словами: «от вечности». Чтобыправильно понять этот вопрос, надо обратить внимание навыражение: «от вечности». Ибо этим мы хотим обозна-чить нечто совсем иное, чем то, что мы выше объясняли,когда говорили о вечности Бога. Здесь мы имеем в виду нечто иное, как длительность без начала длительности, такуюдлительность, которую мы не могли бы выразить никакимчислом, как бы оно ни было велико, если бы даже мы захо-тели увеличить ее на много лет или на мириады лет иполученный результат умножили бы на новые мириады.

Доказательство, что ничто не могло быть создано от веч-ности. Доказывается вполне очевидно, что такая длитель-ность не может существовать. Ибо если бы мир от данногомомента возвратился назад, то он никогда не мог бы иметьтакой длительности; следовательно, мир от этого начала нико-гда не мог бы достичь данного момента. Может быть, ска-жут, что для Бога нет ничего невозможного; поскольку онвсемогущ, он мог бы создать такую длительность, большекоторой не может быть. Отвечаем: именно потому, что Богвсемогущ, он никогда не будет творить такую длительность,больше которой он не мог бы создать. Ведь природа дли-тельности такова, что всегда может быть представлена боль-шая или меньшая данной, как это наблюдается в числах.Можно возразить, что Бог существует от вечности и пребы-вает до настоящего момента, а потому есть длительность,больше которой нельзя себе представить. Но таким обра-зом Богу приписывают длительность, состоящую из частей,что уже достаточно опровергнуто нами, когда мы доказали,что Богу присуща не длительность, а вечность. Если бы этотвердо помнили, то могли бы избавиться от многих доказа-тельств и нелепостей и с величайшим наслаждением пре-бывали бы в блаженнейшем созерцании этого существа.

258

Приложение, содержащее метафизические силы

Вторая часть

259

Тем не менее перейдем к опровержению приводимыхнекоторыми аргументов, посредством которых пытаютсядоказать возможность такой бесконечной длительности, ко-торая уже окончилась.

Из того, что Бог вечен, не следует, что его действиятакже могли существовать от вечности. Сначала говорят:«Произведенная вещь может быть одновременна со своейпричиной; следовательно, поскольку Бог существовал отвечности, то и действия его могли быть произведены отвечности». Это подтверждают примером Сына Божия, ко-торый был создан Отцом от вечности. Но из предшест-вующего ясно видно, что при этом вечность смешиваетсяс длительностью и Богу приписывается лишь длительностьот вечности, что очевидно также из приведенного примера.Ибо та же самая вечность, которую они приписывают Сы-ну, они считают возможной и для творений. Затем онивоображают длительность и время до сотворения мира идопускают длительность, независимую от сотворенных ве-щей, как другие — вечность вне Бога; однако то и другоемнение наиболее удалены от истины. Итак, мы отвечаем,что совершенно ложно пред полагать, что Бог может сооб-щить свою вечность творениям и что Сын Божий не со-творен, но вечен подобно Отцу. Таким образом, говоря, чтоОтец сотворил Сына от вечности, мы хотим лишь сказать,что Отец всегда сообщал Сыну свою вечность.

Если бы Бог действовал по необходимости, то он неимел бы бесконечной благости. Их второй аргумент: «Бог,действуя свободно, имеет не меньшую мощь, чем если ондействует необходимо. А если Бог действует по необходи-мости, то, будучи бесконечно благим, он должен был сотво-рить мир от вечности». На этот аргумент легко ответить,обратив внимание на его основание. Эти добрые люди пред-полагают, что они могут иметь различные идеи о существебесконечной благости, ибо они представляют Бога обла-дающим бесконечной добродетелью, действует ли он понеобходимости природы или свободно. Но мы оспариваем,что Бог, действуя по необходимости своей природы, обла-дает бесконечной благостью; нам позволительно это оспа-ривать; более того, эти люди с необходимостью должны

согласиться с нами, поскольку мы доказали, что совершен-нейшее существо действует свободно и может быть пред-ставлено лишь как единственное. Если бы они возразили,что можно допустить, хотя на самом деле это невозможно,что Бог, действуя по необходимости своей природы, обла-дает бесконечной добродетелью, то мы бы ответили, чтотакое предположение так же мало возможно, как допуще-ние четырехугольного круга, с тем чтобы вывести, что невсе линии, проведенные от центра к окружности, равны. Аэто достаточно доказано вышеизложенным, так что намне нужно этого повторять. Мы только что доказали, чтонет такой длительности, чтобы нельзя было представитьсебе двойную или такую, которую можно себе представитьмного больше или много меньше данной, и поэтому онавсегда может быть сотворена Богом, свободно действую-щим по своей бесконечной благости, больше или меньшеданной. Если же Бог действовал бы по необходимости при-роды, то это бы никоим образом не следовало, так как онмог бы тогда произвести лишь одну длительность, выте-кающую из его природы, но не множество других, большихданной. Излагая это кратко, скажем: если бы Бог создалнаибольшую длительность, больше которой он не мог бысоздать, этим он необходимо умалил бы свою мощь. Ноэто заключение ложно, так как могущество Бога не отли-чается от его сущности; следовательно и т. д. Затем, еслибы Бог действовал по необходимости природы, то он дол-жен был бы создать такую длительность, больше которойон не мог бы создать. Но Бог, творящий такую длитель-ность, не имел бы бесконечной благости; так как мы все-гда можем представить длительность большую, чем дан-ная. Итак, если бы Бог действовал по необходимости при-роды, то он не имел бы бесконечной благости.

Откуда мы имеем понятие большей длительности, чемв нашем мире. У кого-нибудь возникает сомнение, как мыможем себе представить большую длительность, если мирсоздан всего за 5000 с небольшим лет и если счислениехронологов верно, тогда как мы утверждали, что длитель-ность не может быть понята без сотворенных вещей. Этосомнение легко устранить, имея в виду, что мы познаем

260 Приложение, содержащее метафизические силы

длительность не только из рассмотрения сотворенных ве-щей, но также из созерцания бесконечного могущества Богав творении. Ибо творения могут быть представлены суще-ствующими или длящимися не сами по себе, но лишь побесконечному могуществу Бога, от которого они имеют всюсвою длительность (см. т. 12, ч. I и ее кор.).

Наконец, чтобы не тратить времени на опровержениеникчемных аргументов, надо помнить, с одной стороны, лишьразличие между вечностью и длительностью, а с другой —то, что длительность без сотворенных вещей и вечностьбез Бога никоим образом не могут быть поняты. Уяснивэто, легко ответить на все возражения, и нам не нужноостанавливаться на них дольше.

Глава XIО содействии Бога

Об этом атрибуте остается мало — или ничего не оста-ется — сказать после того, как мы показали, что в каждоемгновение Бог непрерывно как бы заново творит вещь.Отсюда мы вывели, что вещи сами по себе никогда не име-ют никакой мощи производить что-либо или определятьсебя к какому-либо действию; и это имеет место не тольков вещах вне человека, но и в самой человеческой воле.Затем мы ответили также на некоторые относящиеся сю-да возражения; и, хотя обыкновенно приводят много дру-гих, у меня нет намерения на них задерживаться, так какони относятся главным образом к теологии.

Однако многие допускают содействие Бога, но совсем вдругом смысле, чем указанный нами. Чтобы легче открытьих заблуждение, надо помнить то, что выше изложено на-ми, именно, что настоящее время не имеет никакой связи сбудущим (см. акс. 10, ч. I), и это познается ясно и отчет-ливо. Твердо помня это, можно без всякого затрудненияопровергнуть все доказательства, какие только могут бытьзаимствованы из философии.

261

\Вторая часть

Как понимать сохранение Богом вещей, определен-ных к действию. Чтобы не напрасно затронуть этот пред-мет, мы ответим мимоходом на следующий вопрос: при-бавляется ли к сохраняющей деятельности Бога нечто,когда он определяет вещь к действию? Впрочем, говоря одвижении, мы уже в какой-то мере ответили на этот во-прос. Мы говорили там, что Бог сохраняет в природе однои то же количество движения. Поэтому если иметь в видувсю материальную природу, то к ней не прибавляется ни-| чего нового. Напротив, в отношении отдельных вещей можнодо известной степени сказать, что к ним присоединяетсянечто новое. По-видимому, это не имеет места в духовныхвещах, так как они, кажется, не зависят так друг от друга.Наконец, так как части длительности не имеют никакойсвязи между собой, мы можем сказать, что Бог не столькосохраняет вещи, сколько снова творит их. Поэтому, еслисвобода человека определена к какому-либо действию, тонадо сказать, что Бог в этот момент так создал его. Этомуне противоречит то, что человеческая воля часто определя-ется внешними по отношению к ней вещами и что всевещи, существующие в природе, взаимно определяются другдругом к какому-либо действию; ибо эти вещи также оп-ределены Богом. Ни одна вещь не может определять воли,и, наоборот, никакая воля не может определяться иначе,как лишь могуществом Бога. Но как это примиряется счеловеческой свободой, или как Бог может производить это,сохраняя человеческую свободу, этого мы, признаться, незнаем, как мы уже часто говорили.

Обычное подразделение атрибутов Бога скорее номи-нальное, чем реальное. Вот что я хотел сказать по поводуатрибутов Бога, подразделения которых я до сих пор еще недал. Часто даваемое писателями подразделение атрибутов Богана несообщаемые и сообщаемые, кажется мне, как я долженпризнаться, скорее номинальным, чем реальным. Ибо зна-ние Бога так же мало похоже на знание человека, как со-звездие Пса на лающее животное, и, может быть, еще менее.

Подразделение автора. Мы же даем следующее подраз-деление: одни атрибуты Бога выражают его деятельнуюсущность, другие же не выражают никакой его деятельно-

263

262 Приложение, содержащее метафизические силы

сти, а выражают лишь модус его существования. К послед-ним относятся единство, вечность, необходимость и т. д.;к первым — разум, воля, жизнь, всемогущество и т. д. Этоделение ясно и понятно и обнимает все атрибуты Бога.

Глава XIIО человеческой судьбе

Теперь надо перейти к сотворенной субстанции, кото-рую мы разделили на субстанцию протяженную и субстан-цию мыслящую. Под субстанцией протяженной мы разу-меем материю, или телесную субстанцию, под субстанциеймыслящей — только человеческие души.

Ангелы относятся не к метафизике, а к теологии. Хотяангелы также сотворены, но они не познаются естественнымсветом и потому не относятся к метафизике. Их сущность исуществование известны лишь через откровение; поэтому ониотносятся только к теологии, познание которой совершенноиное и по своему характеру полностью отличается от естест-венного познания и потому никоим образом не должно сме-шиваться с последним. Итак, пусть никто не ожидает, чтомы будем что-либо говорить об ангелах,

Человеческая душа не происходит от какого-либо по-средника, а создана Богом, и мы не знаем когда. Возвра-тимся к человеческим душам, о которых необходимо ска-зать еще кое-что. Нужно только предупредить, что мыничего не сказали о времени сотворения человеческой ду-ши, так как недостаточно установлено, когда Бог создаетее, если она в состоянии существовать без тела. Известнотолько, что она происходит не от какого-либо посредника,ибо это имеет место лишь в вещах, которые порождены,каковы модусы субстанции; сама же субстанция порожде-на быть не может, а может быть сотворена единственнолишь Всемогущим, как мы выше достаточно доказали.

В каком смысле человеческая душа смертна. Прибав-лю кое-что о бессмертии души. Достаточно известно, что

Вторая часть

ни об одной сотворенной вещи нельзя сказать, что ее при-рода не включает разрушения мощью Бога. Кто имел власть(potestas) создать вещь, имеет власть и разрушить ее. Мытаакже достаточно уже доказали, что ни одна сотвореннаявещь ни одно мгновение не может существовать по своейприроде, но непрерывно продолжает твориться Богом.

В каком смысле она бессмертна. Хотя это и так, мы, однако, видим ясно и отчетливо, что не имеем никакойидеи, посредством которой мы восприняли бы разрушениесубстанции в том смысле, в каком мы обладаем идеями о разложении и зарождении модусов. Рассматривая строе-ние человеческого тела, мы получаем ясное представление,что такое строение может быть разрушено; но это не име-ет места в телесной субстанции, где нельзя таким же обра-зом представить себе ее уничтожения. Наконец, философспрашивает не о том, что Бог может сделать в своем всемо-гуществе, но он судит о природе вещей по законам, кото-рые Бог дал им; поэтому он считает прочным и незыбле-мым то, что он может вывести из этих законов как прочноеи незыблемое; он не оспаривает при этом, что Бог можетизменить эти законы и все остальное. Поэтому, говоря одуше, мы не спрашиваем о том, что Бог может сделать, нолишь о том, что вытекает из законов природы.

Ее бессмертие доказывается. Из этих законов ясно сле-дует, что субстанция не может быть разрушена ни самасобой, ни другой сотворенной субстанцией и, как мы ужераньше, если не ошибаюсь, достаточно доказали, что позаконам природы мы должны считать человеческую душубессмертной. Если мы хотим рассмотреть это еще точнее,то можно доказать с наивысшей убедительностью, что онабессмертна. Действительно, как ми только что видели, бес-смертие души ясно следует из законов природы. Эти зако-ны природы суть решения Бога (decreta Dei), открытыеестественным светом, как это тоже очевидно из вышеска-занного. Но решения Бога неизменны, как мы уже доказа-ли. Из всего этого мы ясно заключяем, что Бог сообщиллюдям свою неизменную волю относительно длительно-сти душ не только через откровение, но и посредствоместественного света.

265

264 Приложение, содержащее метафизические силы

Бог не действует против природы, но свыше ее; в чемсостоит эта деятельность, по мнению автора. Мы не бу-дем останавливаться на опровержении возможного возра-жения, что Бог когда-нибудь ради совершения чудес можетуничтожить эти естественные законы, ибо большинство бо-лее мудрых теологов признает, что Бог ничего не делаетпротив природы, но свыше природы, т. е. Бог, как я объяс-няю это, имеет много законов деятельности, которых он несообщил человеческому разуму. Если бы эти законы былисообщены человеческому разуму, то они представлялисьбы нам столь же естественными, как остальные.

Отсюда вполне очевидно, что души бессмертны, и я не вижу,что еще можно сказать здесь о человеческой душе вообще. Неоставалось бы также сказать ничего особенного об ее функци-ях, если бы отвечать на это не принуждали доказательстванекоторых писателей, которые стараются убедить, что они невидят и не чувствуют того, что они видят и чувствуют.

Почему некоторые полагают, что воля не свободна.Некоторые думают, что могут доказать, что воля не свобод-на, но всегда определяется чем-либо. Они утверждают этопотому, что они разумеют под волей нечто, отличное отдуши, и считают ее субстанцией, природа которой состоит втом только, что она индифферентна ко всему. Чтобы уст-ранить всякую путаницу, мы объясним сначала суть дела,после чего легко обнаружим ложность их аргументов.

Что такое воля. Человеческую душу мы назвали мыс-лящей вещью, откуда следует, что благодаря своей природеи рассматриваемая сама по себе она может совершать не-что, именно мыслить, т. е. утверждать и отрицать. Но этимысли определяются или вещами вне души, или толькодушой; ибо сама она есть субстанция, из мыслящей сущ-ности которой могут и должны следовать многие действиямысли. Те мыслительные действия, которые признают сво-ей единственной причиной человеческую душу, называют-ся хотениями (volitiones). Человеческая же душа, посколькуона считается достаточной причиной для возбуждения та-ких действий, называется волей.

Существует воля. Тот факт, что душа, даже не опреде-ляемая никакими внешними вещами, имеет такое могуще-

Вторая часть

ство, может быть объяснен лучше всего примером Бурида-нова осла. Если в такое равновесие вместо осла поставитьчеловека, то его следовало бы считать не мыслящей ве-щью, но глупейшим из ослов, если бы он погиб от голода ижажды. Это ясно также из того, что мы, как раньше заме-чено, хотели сомневаться во всех вещах и не только счи-тать сомнительными вещи, которые могут быть поставле-ны под сомнение, но и отвергнуть их как ложные (см. § 39,ч. I «Начал» Декарта).

Воля свободна. Следует, кроме того, отметить, что еслидуша определяется внешними вещами к утверждению илиотрицанию чего-либо, то она не определяется таким обра-зом, что принуждается внешними вещами, она остается все-гда свободной. Ибо ни одна вещь не имеет силы разру-шить ее сущность; поэтому ее утверждение или отрицаниевсегда происходит свободно, как это достаточно объясненов четвертом «Размышлении». Итак, если кто спросит, поче-му душа хочет того или этого, а того или иного не хочет, мыответим: потому что она мыслящая вещь, т. е. вещь, имею-щая по своей природе власть хотеть и не хотеть, утвер-ждать и отрицать. Ибо это значит быть мыслящей вещью.

Волю не следует смешивать с влечением (appetitus). По-сле этого объяснения рассмотрим аргументы противников.

Первый аргумент таков: «Если бы воля могла хотетьчто-либо против последнего повеления разума, если бы онамогла желать нечто, противоположное добру, предписанно-му последним повелением разума, то она могла бы желатьзло, притом как зло; но это нелепо, следовательно, нелепои первое». Из этого возражения ясно, что противники са-ми не знают, что такое воля; ибо они смешивают ее свлечением, имеющимся в душе после утверждения или от-рицания чего-либо; они научились этому от своего учите-ля, который определил волю как влечение ради блага. Мыже говорим, что воля есть утверждение того, что нечтохорошо и в отрицании этого, как мы достаточно объясни-ли это раньше, когда речь шла о причине заблуждения икогда мы показали, что оно возникает оттого, что воляпростирается дальше разума. Но если бы душа, будучисвободной, не утверждала, что нечто хорошо, не было бы и

267

266 Приложение, содержащее метафизические силы

влечения. Итак, в ответ на это возражение мы допускаем,что воля ничего не может хотеть против последнего пове-ления разума, т. е. она ничего не может хотеть, посколькуона считается нехотящей; и, как здесь еще говорится, онасчитает некоторую вещь дурной, т. е. не желает ее. Но мыоспариваем, чтобы воля абсолютно не могла желать того,что дурно, т. е. считать это хорошим: это противоречилобы опыту. Ибо многое дурное мы считаем хорошим и,наоборот, хорошее дурным.

Воля есть не что иное, как сама душа. Второй аргу-мент (или, если угодно, первый, так как до сих пор не былоникакого) таков: «Если воля не определяется к хотениюпоследним суждением практического разума, то она будетсама себя определять. Но воля сама себя не определяет,потому что она сама по своей природе неопределяема». Иони продолжают доказывать таким образом: «Если волясама по себе и по своей природе безразлична к хотениюили нехотению, то сама она не может определять себя кхотению: ибо определяющее должно быть так же опреде-лено, как не определено то, что определяется. Воля же,рассматриваемая как сама себя определяющая, так же неопределена, как рассматриваемая подлежащей определению.Ибо наши противники не предполагают в определяющейволе ничего, чего не было бы в воле определяемой илиопределенной; и нельзя предположить ничего иного. Сле-довательно, воля не может сама себя определять к хоте-нию, а если это так, то она должна определяться чем-либоиным».

Таковы собственные слова профессора Хеерборда из Лей-дена*. Этим он показывает, что под волей он разумеет несамую душу, но нечто вне или внутри души, что, как чис-тая доска (tabula rasa), лишено всякого мышления и спо-собно принять любое изображение; или, скорее, воля естьдля него нечто, подобное грузу, находящемуся в равнове-сии, который всякой тяжестью увлекается в ту или другуюсторону, смотря по направлению этой тяжести; или, нако-нец, он разумеет под волей то, чего ни он сам, ни кто-либо

* См. его «Философские упражнения» (Meletemata Philosophi-са), изд. 2, Лейден 1659.

: Вторая часть

из смертных никаким размышлением не может понять.Мы же только что сказали и ясно показали, что воля естьне что иное, как сама душа, называемая нами мыслящейвещью, т. е. утверждающей или отрицающей; отсюда ясновытекает, что, когда мы обращаем внимание единственнона природу души, она имеет равную власть утверждать иотрицать, а это и значит мыслить. Итак, мы из того, чтодуша мыслит, заключаем, что она имеет власть утверждатьи отрицать, то зачем еще искать случайных причин длясовершения того, что следует единственно из ее природы?Но скажут, сама душа не более определена к утверждению,чем к отрицанию, и отсюда выведут, что мы необходимодолжны искать причину, определяющую ее. На это я воз-разил бы, что, если бы душа сама по себе и по своей приро-де определялась только к утверждению (хотя этого нельзясебе представить, пока мы считаем ее мыслящей вещью),тогда единственно в силу своей природы она могла бытолько утверждать, но никогда не могла бы отрицать, сколь-ко бы ни представлялось к тому причин. Если же, наобо-рот, она не определялась ни к утверждению, ни к отрица-нию, она не могла бы делать ни того, ни другого. Если,наконец, она, как только что показано, имеет власть де-лать то и другое, то она будет в состоянии лишь по своейприроде и без всякого содействия другой причины испол-нять оба действия; это будет ясно всем, которые считаютмыслящую вещь мыслящей вещью, т. е. между атрибутоммышления и мыслящей вещью допускают только мыслен-ное различие и ни в коей мере не отделяют их друг отдруга, как это делают наши противники, которые лишаютмыслящую вещь всякого мышления и в своих измышле-ниях делают его первичной материей перипатетиков. По-этому вот мой ответ на этот более значительный аргу-мент: если под волей мы разумеем вещь, лишенную всякогомышления, мы признаем, что воля по своей природе неоп-ределима. Но мы оспариваем, чтобы воля была чем-то ли-шенным всякого мышления и, напротив, утверждаем, чтоона есть мышление, т. е. могущество как утверждения, таки отрицания, под чем, очевидно, нельзя разуметь ничегодругого, кроме причины достаточной для того и другого.

268

Приложение, содержащее метафизические силы

Далее, мы отрицаем, что, если бы воля была неопределима,т. е. лишена всякого мышления, какая-либо случайная при-чина, отличная от Бога и его бесконечной мощи творить,могла бы ее определить. Ибо представить мыслящую вещьбез мышления есть то же, что представить протяженнуювещь без протяжения.

Почему философы смешали душу с телесными веща-ми. Наконец, чтобы не перечислять здесь множество дру-гих аргументов, я напомню лишь, что наши противники, непоняв воли и не имея ясного и точного понятия о разуме,смешали разум с телесными вещами, это произошло отто-го, что слова, обыкновенно употребляемые для обозначе-ния телесных вещей, они перенесли на духовные вещи, ко-торых они не понимали. Они привыкли называть тела,толкаемые внешними равными и прямо противоположны-ми силами в противные стороны и потому находящиеся вравновесии, неопределимыми. Считая волю неопределимой,они, по-видимому, представляли ее как тело, находящеесяв равновесии; а так как эти тела имеют в себе лишь то,что они получили от внешних причин (откуда следует, чтоони всегда должны определяться внешней причиной), тоони думали, что то же имеет место и для воли. Но мы ужедостаточно объяснили, как обстоит дело, почему мы здесьи заканчиваем.

Что же касается протяженной субстанции, то выше мыуже достаточно поговорили о ней, а кроме этих двух мы незнаем никаких других. Что же касается реальных акци-денций и других качеств, то они достаточно устранены, ибыло бы бесполезным тратить время на их опровержение. Поэтому здесь мы откладываем перо.

назад содержание далее



ПОИСК:







© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, разработка ПО 2001–2019
Все права на тексты книг принадлежат их авторам!

При копировании страниц проекта обязательно ставить ссылку:
'Электронная библиотека по философии - http://filosof.historic.ru'
Сайт создан при помощи Богданова В.В. (ТТИ ЮФУ в г.Таганроге)