Часть 9.

Глава VII

риодизация и типологизаиия мировой культуры, содержащиеся в работах буржуазных философов ^ культурологов, отражают их идеалистическую методр^ логик”, они произвольны и, зачастую, откровенно ай^-тиисторичны. '^

Так, А. Тойнби в основу своей однолинейной системы изолированных цивилизаций ставит религиозные формы, утверждая, что та или иная отдельная культура ( в его терминологии цивилизация) в состояний выполнить свою роль лишь в том случае, если oast создает новую высшую религию. Питирим Сороки^ строит свою периодизацию, исходя из искусетвенаэ^ сконструированных типов социального мировоззрен Представители модного технологического детермин ма исходят из деления обществ и соответствующих культур на традиционные и нетрадиционные. По М.. беру, основой периодизации служит понятие “идеа ного типа”, с помощью которого он пытается толы типологические (а следовательно, открыто неистория^ ски) выявить этапы культуры. „^

Весьма показательны для характеристики приВДЙ пиальной антиисторичности буржуазных теорий кул| туры внешне противоположные, но содержательно оо| падающие культурно-исторические концепции Ф. НидЕ ше и X. Ортеги-и-Га1ссета. Ф, Ницше в своем сц. чинении “О пользе и вреде истории для жизни” улс”| доблял историю зыби на морской поверхности, чис^ внешнему изменению извечно одинаковой жизни. Of писал: “...Прошлое и настоящее—это одно и то же именно нечто, при всем своем изменении тиггичесю одинаковое, и, как постоянное повторение непреходящих типов^ представляющее собой неподвижный обраЩ неизменной ценности и вечно одинакового значения” У Культура, по Ф. Ницше, представляется последователь^" ностью сменяющих друг друга неизменных духовш типов иллюзорного характера. Казалось бы, с проти! положных позиций рассматривает проблемы культу^ Ортега, утверждающий, что ключом к познанию чез

1 Ницше Ф. Полн. собр. соч., т. 2. СПб, 1909, с. 99.

233

КУЛЬТУРА КАК ПРОЦЕСС

вечеекои жизни и культуры является их история. Вслед за В* Дильтеем он призывал к рассмотрению реальных исторических форм культуры, призывал к созданию мета^истории, долженствующей определить суть энс-торико-культурной реальности. Отвергая марксистское понимание историзма как якобы односторонне трактующее субстрат истории, сводящее его лишь к экономике, Ортега строит схему культурно-исторического процесса на основе произвольно избранных оснований, связываемых с типами мировоззренчески структур. Бытие той или иной эпохи культуры для:

Ортеги придает определенным мировоззрениям жизненность и силу. Но само это бытие остается неуловимым для исследователя, оно, по его словам, как вода^ убегает из сита. Поэтому история культуры у него оЕка^ зывается кладбищем вымерших идеалов, скоплением:

былых иллюзий. Исходные позиции вроде бы разные.. но ито-г получается тот же, что и у Ницше.

В современной буржуазной культурологии (какэто' убедительно показывает О, Туганова в ст, “Некоторые вопросы типологии течений в культуре современного буржуазного общества”1) широко предстщвл&на типо-лЬ-гическая классификация, в которой выделены типы:

народная, высокая, элитарная, массовая, популярная.:

Это выделение пластов культуры связано с реально существующими социально-классовыми, стратификационными различиями. Определенное инструментальное-значение эта типология несомненно имеет, однако для:

марксистского анализа она, разумеется, непригодна.

Выделение реальных ступеней ('этапов, периодов,, фаз) исторического развития вообще и истории культуры в частности дано марксизмом на основополагаЮ^ щем твердом фундаменте теории социально-экономических формаций. Именно эта теория дает понимании действительного формообразования мировой культуры в ее различных фазах, позволяет выявить их специфику и установить реальную связь между иимй.

' Туганова О. Некоторые вопросы типологии течений в культуре современного буржуазного общества. — “Вопрбйл философии”, 1977, Ns 8, с. 54—62. i

8. Зак, 102 333

Глава VII

В самом общем виде основы понимания всех ист< рических форм (имеющие несомненное значение и дл^ периодизации истории мировой культуры) были выраЦ жены К. Марксом. В рукописях 1857—1859 гг. он шй сал: “Отношения личной зависимости (вначале cosepi шенно первобытные)—таковы те первые формы общества, при которых производительность людей развив вается лишь в незначительном объеме и в изолирована ных пунктах. Личная независимость, основанная н^Ц вещной зависимости,—такова вторая крупная формат при которой впервые образуется система всеобщего об^ хцественного обмена веществ, универсальных отноше-3 лий, всесторонних потребностей и универсальных по? тенций. Свободная индивидуальность, основанная н4 универсальном развитии индивидов .и на превращенщ их коллективной общественной производительности в их общественное достояние,—такова третья ступень” ! Здесь в основу периодизации всемирной истории по ложены противоречия человеческой деятельности прежде всего производительного труда, совершающе гося в рамках и на основе определенных обществен ных отношений.

В многочисленном творческом наследии К. Маркс содержится богатый материал, позволяющий понят) как формировались его представления о глобально] членении исторического процесса. Поставив в цент внимания современное ему капиталистическое обществ во, К. Маркс вместе с тем осуществил исследование до! капиталистических социальных структур, дал прогноз дальнейшего движения истории (ход исследовательской мысли К. Маркса по выявлению основных рубежей исторического процесса подвергнут анализу в работе Ю. Бородая, В. Келле и Е, Плимака “Наследи “К. Маркса и проблемы теории общественно-экономич^ ских формаций”. М., 1974). Рассматривая в разных й^ мерениях проблему членения истории, К. Маркс осз| ществлял его на разных теоретических уровнях: це?Й^

-Jl

1 Маркс К. Экономические рукописи 1857—1859 годов. Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 46, ч. 1, с. 100--101.

—Я34—

КУЛЬТУРА КАК ПРОЦЕСС

стном (по трем основным формам), выделяя форма-” ционные различия, связанные с отличием форм собственности как ступеней развития общественных отношений внутри антагонистической формы, и, наконец, используя внутриформационную типологию. В результате в марксистской исторической науке утвердилось известное пятичленное деление истории на сменяющие друг друга этапы.

В последние годы в ходе ряда дискуссий эта пятичленная схема подвергалась сомнению <в связи с обсуждением проблемы так называемого азиатского способа производства. Выдвигался ряд теоретических гипотез, предлагались различные варианты членения исторического процесса, в основном построенные на попытках выяснения специфики древней и средневековой истории стран Востока, В этих дискуссиях'с опорой на богатый фактический материал были уточнены параметры исторической периодизации. Однако в итоге пятичленная схема не была сколько-нибудь существенно поколеблена. Выявление вариантов и различий, особенно применительно к начальному периоду вступления тех или иных народов на ступень цивилизации, подтвердило общую верность той картины мировой истории, .которая представлена “пятичлеяной” периодозациеЙ'.

Только опора на проверенное временем марксистское учение об общественно-экономических формациях может дать надежную основу для решения проблемы периодизации культуры. Этапы ее истории несут в себе преломленные через специфичность феномена культуры особенности тех формационных образовании истории, в лоне которых вызревает и живет сама культура. Историко-культурная периодизация в нашей литературе в развернутом и достаточно обоснованном виде пока отсутствует. Ее создание—дело будущего. Трудность здесь заключается, в частности, и в том, что этапы культуры не повторяют дословно определяюгЦие их этапы асоциально-экономического развития, обладают относительной самостоятельностью. К тому яеёв

Никифоров В. Восток и всемирная история. М.. -1973,

-235

Глава VII

рамках такого сложного явления как культура в каж-й дои ее cфePe выявляются собственные фазовые мо|| дификации. Те поиски, которые идут в литературе ^ претендуют на обобщенное выделение основных ието^Ц рических типов культуры, касаются главным образом! духовной культуры. ^

Поскольку проблема периодизации не решена ещ^ даже в общелогическом плане, не сформулированы! четко принципы вычленения структуры каждого исто-| рически очерченного состояния (периода) и его крите-'| ^)ии, постольку и история культуры предстает подчас как набор конструкций, построенных на произвольж избранных, порой чисто субъективных основаниях Особенно это характерно для всей немарксистской культурологии от Дж. Вико и Ф. Шиллера до П. Со| рокина и А. Тойнби, Стоит вспомнить имеющие до сиз| пор широкое хождение на западе идеальные типы, вы| шедшие из-под пера неокантианца М. Ве1бера, утверж} давшего, что идеально-типические понятия выступаю| ,не как отражение реального исторического процесса а лишь как познавательно-инструментальные средс^ за, помогающие исследователю упорядочивать дейс1| вительиую хаотичность фактов. )|

Спекулятивность и искусственность типологически! схем и хронологических периодизаций историко-кульй турных построений иной раз приводит к тому, чтоб? противопоставлять им чисто эмпирические описания ф^ яоменов культуры. Характерна в этом отношении ш сылка, сформулированная А. Гуревичем, автором кни| ти “Категории средневековой культуры”, писавшего что “модель мира” данной социокультурной система можно построить лишь эмпирически” 1. В соответствй с этим он берет лишь некоторые, достаточно произвола ные компоненты средневековой “модели мира” (врец я пространство, право, богатство, труд, собственносзй

•г и f ' "is

и создает из них некоторый впечатляющий образ д^ ховной культуры ср&дневековья. При всей сочное' такого образа, высвеченного несомненной эрудицией

' Гурееич Л. Категории средневековой культуры, с. 19. |

. .5

—236—

К