Библиотека    Новые поступления    Словарь    Карта сайтов    Ссылки





назад содержание далее

Часть 6.

202

Григорий Богослов

ствовать за истину, когда потребуют обстоятельства, и не изменять благочестию из робости, но также и не вызываться, пока можно, на опасность, как страшась за свою душу, так щадя и тех, которые повергают нас в опасность.

Когда же мрак рассеялся, далекая страна прекрасно решила дело, оружие очищенное (Пс. 7,13) низложило нечестивца, а христиане снова восторжествовали; нужно ли говорить, с какой тогда славой и честью, при ка- i ких и скольких засвидетельствованиях, принят опять к , царскому двору Кесарий, как будто он через это оказы- I вал, а не сам получал, милость? Новая почесть заняла ' место прежней. И хотя государи менялись по времени однако же доброе мнение о Кесарий и его первенство i при дворе было непоколебимо. Даже государи препирались между собой в том, кто из них более ласкал Кеса-рия и кто имел больше права назвать его искреннейшим другом и приближенным. Таково было благочестие Кесария, и таково воздаяние за благочестие! Пусть слы- | шат об этом и юноши, и мужи, и пусть той же доброде- ] телью снискивают подобную знаменитость все, которые домогаются ее и почитают ее частью благополучия! Толькога/год добрыхтрудов славен (Прем. 3,15).

Но вот еще чудное событие в жизни Кесария, которое служит сильным доказательством богобоязненности, вместе и его собственной, и родителей его. Кесарий проживал в Вифинии и был начальником по такой части, которая близка к самому государю. Он был хранителем царской казны и имел под своим смотрением сокровища. А этим государь пролагал для него путь к высшим чинам. Но во время недавнего в Никее землетрясения, которое, как сказывают, было ужаснее прежних и почти всех застигло и истребило вместе с великолепием города, из знатных жителей едва ли не один, или весьма с немногими, спасается от гибели Кесарий. И спасение совершилось невероятным для него самого образом: он был покрыт развалинами и понес на себе только малые признаки опасности, насколько нужно было для него,

< лево 7

203

• 111 )бы принять страх наставником высшего спасения, и i •> тавив служение непостоянному, из одного царского дн< )ра поступив в другой, совершенно перейти в горнее ш )i ii ICTBO. Он сам встретился с такой мыслью и ревностно нозжелал ее исполнения, как уверял меня в письмах шейх; а я воспользовался случаем присоветовать то, к ч с му и прежде не переставал увещевать, сожалея, что ве-

•iii кие его дарования обращены на худшее, что душа (толь любомудрая погружена в дела общественные и \ i юдобляется солнцу, закрытому облаком.

Но спасшись от землетрясения, Кесарий не спасся <»г болезни, потому что был человек: и первое принадлежало ему собственно, а последнее было ему общим <<) всеми; первым одолжен он благочестию, а в после-/II ICM действовала природа. Так утешение предшество-нало горести, чтобы мы, пораженные его смертью, мог-ли похвалиться чудным его спасением в то время. И теперь сохранен для нас великий Кесарий; перед нами / \\ ^агоценный прах, восхваляемый мертвец, переходящий от песнопений к песнопениям, сопровождаемый к .ьтгарям мученическим, чествуемый и святыми руками

I х адителей, и белой одеждой матери, заменяющей в себе i ()ресть благочестием и слезами, которые препобежда-к >•[ ся любомудрием и псалмопениями, которыми укро-111дется плач; перед нами приемлющий почести, достой-

II ые души новосозданной, которую Дух преобразовал i к щой.

Таково тебе, Кесарий, погребальное от меня прино-

III сние! Прими начатки моих речей, ты часто жаловал-< я. что скрываю дар слова, и вот, на тебе надлежало ему ' > i крыться! Вот от меня тебе украшение, и знаю, что оно , 1.'1я тебя приятнее всякого другого украшения! Не принес я тебе шелковых волнующихся и мягких тканей, ко-| (>рыми ты не увеселялся и прежде, потому что украшал ' соя одной добродетелью. Не принес и тканей из чис-11 >го льна, не возлил многоценных благовоний, которые ты и при жизни отсылал в женские чертоги и кото-I'l.ie благоухают не долее одного дня; не принес

204

Григорий Богослов

чего-либо другого, столь же ничтожного и уважаемого людьми ничтожными; так как все это, вместе с прекрасным телом твоим, покрыл бы ныне этот холодный камень. Прочь от меня с теми языческими игрищами и представлениями, которые совершались в честь несча- ;

стных юношей и при которых за маловажные подвиги \ предлагались маловажные награды! Прочь с теми обря- | дами, в которых насыпями, приношением начатков, i венцами и свежими цветами упокоивали усопших лю- ) дей, покоряясь более отечественному закону и неразумию горести, нежели разуму! Мой дар — слово, оно, пе- ! реходя далее и далее, достигнет, может быть, и будущих времен и не попустит, чтобы переселившийся отсюда совершенно нас оставил, но сохранит его навсегда для слуха и сердца, явственнее картины представляя изображение возлюбленного. Таково мое приношение! Если оно маловажно и не соответствует твоим достоинствам, то по крайней мере благо-угодно Богу, как соразмерное силам. Притом, мы воздали часть, а другую, кто останется из нас в живых, воздаст при годичном чествовании и поминовении.

А ты, божественная и священная глава, войди на небеса, упокойся в недрах Авраамовых (что ни знаменовали бы они), узри лик Ангелов, славу и великолепие Блаженных, или лучше, составь с ними один лик и возвеселись, посмеиваясь с высоты всему здешнему, так называемому, богатству, ничтожным достоинствам, обманчивым почестям, заблуждению чувств, превратностям этой жизни, беспорядку и недоразумениям кай бы среди ночного сражения! И да предстоишь Великому Царю, исполняясь горнего света, от которого и мы, при-^ няв малую струю, сколько может изобразиться в зерка^ ле и гаданиях, да взойдем наконец к Источнику блага чистым умом созерцать чистую истину и за здешне» ревнование о добре обрести ту награду, чтобы наела диться совершеннейшим обладанием и созерцание» добра в будущем! Ибо это составляет цель нашего тай-1 новодства, как прорицают и Писание и богословы.

( лоно 7

205

Что остается еще? Предложить исцеляющие слова

• «ч 1рбящим. Для плачущих действительнейшее пособие 11), к< /горое подано сетующим с ними. Кто сам чувствует [швную горесть, тому удобнее утешать страждущих. 111 n i ч 'ом, слово мое обращается особенно к тем, за кото-I )i .I x было бы мне стыдно, если бы они не превосходили 1.1 к же всех в терпении, как превосходят во всякой дру-11 in добродетели. Ибо они хотя больше всех чадолюби-HI.I, однако же больше всех и любомудры, и христо-' i к >пивы. Как сами всего более помышляют о переселении < i i •(. • к )да, так и детей научили тому же, или, лучше сказать, i и -я; i я жизнь определена у них на помышление о смерти.

II ли же горесть омрачает мысли и, подобно гноетечению из глаз, не позволяет чисто рассмотреть, что долж-ич. к) да примут утешение старцы от юного, родители

III t ына, подававшие многим советы и приобретшие ;ii i.'11-о временную опытность — оттого, кто сам имеет nv/кду в их советах. Не удивляйтесь же, если будучи к ч i I>IM, даю уроки старцам; и то ваше, если умею видеть 11111 >c лучше седовласых.

< -калька еще времени проживем мы, почтенные и 11| ч юлижающиеся к Богу старцы? Долго ли еще продлят-( я щешние злострадания? Непродолжительна и цела

• i < -11 < >веческая жизнь, если сравнить ее с Божественным 1111 сскончаемым естеством. Еще более краток остаток ж и ши и, так сказать, прекращение человеческого ды-х.п |ия, окончание временной жизни. Чем предварил нас KC( ;1рий? Долго ли нам оплакивать его, какотшедшего < 11 i i.ic? Не поспешаем ли и сами к той же обители? Не

• к ж) x )етли и нас вскоре тот же камень? Не сделаемся ли и > к< >ром времени таким же прахом? В эти же краткие ;u 1111 ic столько приобретем доброго, сколько увидим, шш ,ггаем, а может быть, сами сделаем худого; и потом 111 ч 111 сеем общую и непременную дань закону природы. «>; u 111 x сопроводим, другим будем предшествовать; од-»111 \ о i шачем, для других послужим предметом плача, и el 111 i i )[х воспримем слезный дар, который сами прино-I и in умершим. Такова временная жизнь наша, братия!

206

Григорий Богослов

Таково забавное наше появление на земле — возникнуть из ничего и, возникнув, разрушиться! Мы то же, что беглый сон, неуловимый призрак, полет птицы, корабль на море, следа не имеющий, прах, духовение, весенняя роса, цвет, временем рождающийся и временем облетающий. Дмм человека, как трава, как цвет полевой, так он цветет (Пс. 102, 15); прекрасно рассуждал о нашей немощи божественный Давид. Он то же говорит в следующих словах: изнурил силымои, сократил дни мои (Пс. 101,24), и меру дней человеческих определяет пядями (Пс. 38,6). Что же сказать вопреки Иеремии, который и к матери обращается с упреком, сетуя на то, что родился и притом по причине чужих грехопадений (Иер. 15,10у Видел всяческое, говорит Екклесиаст; обо-зрел я мыслью все человеческое, богатство, роскошь, могущество, непостоянную славу, мудрость, чаще убегающую, нежели приобретаемую; неоднократно возвращаясь к одному и тому же, рассмотрел опять роскошь и опять мудрость, потом сластолюбие, сады, многочисленность рабов, множество имения, виночерпцев и виночерпиц, певцов и певиц, оружие, оруженосцев, коленопреклонения народов, собираемые дани, царское величие и все излишества и необходимости жизни, все, чем превзошел я всех до меня бывших царей; и что же во всем этом?Дсе суета сует, всяческая суета и томление духа (Еккл. 1, 2. 14), то есть какое-то неразумное стремление души и развлечение человека, осужденного на это, может быть, за древнее падение. Но сущность всего, говорит он,Бога бойся (Еккл. 12,13), здесь предел твоему недоумению. И вот единственная польза от здешней жизни — самим смятением видимого и обуреваемого руководствоваться к постоянному и незыблемому. Итак, будем оплакивать не Кесария, о котором знаем — от каких зол он освободился, но себя самих;

ибо знаем, для каких бедствий оставлены мы и какие еще соберем для себя, если не предадимся искренно Богу, если, обходя преходящее, не поспешим к горней жизни, если, живя на земле, не оставим землю и не бу-

207

;(( м искренно последовать Духу, возводящему в горнее. > 11 > прискорбно для малодушных, но легко для муже-< гпенных духом.

i '.к-смотрим еще и то: Кесарий не будет начальство-п.| -I ъ, но и у других не будет под начальством; не станет |к спять в иных страха, но и сам не убоится жестокого ш.к-телина, иногда недостойного, чтобы емуначаль-( п« жать; не станет собирать богатства, но неустрашит-1 я и зависти, или не повредит души несправедливым i гяжанием и усилием присовокупить еще столько же, < м >лько приобрел. Ибо таков недуг богатолюбия, что не имеет предела в потребности большего и врачует < < пя от жажды тем, что непрестанно пьет. Кесарий не i ' i < »жит новых речей, но за речи же будет в удивлении, не оудет рассуждать об учении Гиппократа, Галена и их 11| >i > тивников, но не станет и страдать от болезней, из чужих бед собирая себе скорби; не будет доказывать i II '.'южений Евклида и Птолемея и Герона, но не станет 111 г товать о надменных сверх меры невеждах; не ста-| к-1 показывать своих сведений в учении Платона, Ари-| i < >гсля, Пиррона, Демокритов, Гераклитов, Анаксаго-1"ш, Клеанфов, Эпикуров, и еще не знаю кого из i г >' i генных стоиков или академиков, но не будет и за-

•"' и ггься о том, как решить их правдоподобия. Нужно

111 м i ic упоминать о чем-либо другом? Но что, конечно, iu я к< )му дорого и вожделенно, у него не будет ни жены, ни детей. За то ни сам не станет их оплакивать, ни ими i к оудет оплакиваем; не останется после других и для ;i| 'MI ix памятником несчастья. Он не наследует имения,

i.i in будет иметь наследников, каких иметь всегда по-

•к ;i к-с и каких сам желал, чтобы переселиться отсюда ' ч" и .пценнымивзятьссобой все свое.Икакая щедрость! к .i ],< >(.• повое утешение! Какое великодушие в исполни-| • i я х! Услышана весть, достойная общего слышания, и i' 'I«•(-ть матери истощается прекрасным и святым обе-| • •' i все, что было у сына, все его богатство, отдать за in i' i и погребальный дар, и ничего не оставлять ожи-,1.||'.111имнаследства.

208

Григорий Богослов

Ужели и этого недостаточно к утешению? Предложу сильнейший способ лечения. Для меня убедительны слова мудрых, что всякая добрая и боголюбивая душа, как скоро, по разрешении от сопряженного с нею тела, освободится, приходит в состояние чувствовать и созерцать ожидающее ее благо, а по очищении или по отложении (или еще, не знаю, как выразить) того, что ее омрачало, услаждается чудным каким-то услаждением, веселится и радостно шествует к своему Владыке;

потому что избегла здешней жизни, как несносной тюрьмы, и свергла с себя лежавшие на ней оковы, которыми крылья ума влеклись долу. Тогда она в видении как бы пожинает уготованное ей блаженство. А потом и соприрожденную себе плоть, с которой упражнялась здесь в любомудрии, от земли, ее давшей и потом сохранившей, восприняв непонятным для нас образом и известным только Богу, их соединившему и раз- . лучившему, — вместе с ней вступает в наследие гряду- | щей славы. И как, по естественному союзу с плотью, сама , разделяла ее тяготы, так сообщает ей свои утешения, ' всецело поглотив ее в себя' и сделавшись с ней еди- ;

ным духом, и умом, и богом, после того как смертное и ! преходящее поглощено жизнью. Послушай же, каклю-, бомудрствует божественный Иезекииль о соединении костей и жил (Иез. 37), а за ним и божественный Павел о скинии земной и о храмине нерукотворенной, из которых одниразрушится, а другая уготована на небесах (2 Кор. 5,1). Он говорит, что выйти из тела значит войти к Господу; и жизнь в теле оплакивает как отхожде-ние от Господа, и потому желает и поспешает отрешиться от тела. Для чего же мне малодушествовать в, надежде? Для чего прилепляться к временному? Дождусь, архангельского гласа, последней трубы, преобразования неба, претворения земли, освобождения стихий, обновления целого мира. Тогда увижу и самого Кесари

' Св. Богослов указывает на истину, раскрытую 1 Кор. 15,1 42-44.53.54.

( 'лово 7

209

iif (входящим, не износимым, не оплакиваемым, не ((^калениями сопровождаемым, но святым, прославлен-11ым, превознесенным, каким ты, возлюбленнейший из пр.пъев и братолюбивейший, неоднократно являлся MI ie во сне, потому ли, что так изображало тебя мое же-л.тие, или потому, что это была сама истина.

А теперь, оставив слезы, обращусь к себе, чтобы са-\к >му против воли не сделаться достойным слез, и рассмотрю свое положение. Сыны человеческие (ибо к вам 11 [ -к -«стирается слово), доколе будете и тяжелы мыслью, Соколе будете любить суету и искатьлжи (Пс. 4, 3), i к )читая здешнюю жизнь чем-то великим и немногие • ги многочисленными, а этого вожделенного и приятного разлучения отвращаясь, как чего-то тяжкого и ужасного? Еще ли не познаем самих себя? не отвергнем ви-дпмого? не обратим взоров к мысленному? Ежели > к< >рбеть о чем-нибудь должно, то не поболезнуем ли о и I'одолжении пришествия (Пс. 109, 5), вместе с боже-< inci 1ным Давидом, который называет все земное селениями тьмы', местом озлобления (Пс.43,20), глубоким плотом (Пс.б8,3), тенью смертной (Пс. 106,10)?По-|" 1лсзнуем; потому что медлим в гробах, которые но-. 11 м с собой; потому что мы, бывшие богами, умираем, к .i к люди, греховной смертью. Этот-то страх объемлет мп 1я; об этом помышляю день и ночь; не позволяют мне \ > i к жоиться и будущая слава, и будущий суд. Одной на-< i (шько желаю, что могу сказать: истаевает душамоя ч < насении Твоем (Пс. 118,81); а другого ужасаюсь и от-| ч i .i i цаюсь. И страшит меня не то, что это тело мое, удо-| м ч разрушаемое и тленное, совершенно погибнет, но то, 'но славное творение Божие (славное, когда преуспе-11.К-Г в добре, а равно и бесчестное, когда грешит), творение, в котором есть ум, закон и надежда, осуждено i >\ 'дет на одинаковое бесславие с неразумными, и по I i.i: (лучении с телом станет ничем его не лучше, чего и

' (деления тьмы, по объяснению св. Богослова, вероятно, i. то же, что и селения Кидарские (Пс. 119,5).

210

Григорий Богослов

желали бы люди порочные и достойные будущего огня. О если бы мне умертвить земные члены (Кол. 3, 5)! О если бы мне, идя путем узким, для немногих проходимым, а не широким и легким, все принести в жертву духу! Ибо славно и велико то, что последует за этим;

уповаемое — более того, чего мы достойны. Что есть человек, что Ты помнишь его (Пс. 8, 5)? Какая это новая обо мне тайна! Мал я и велик, унижен и превознесен, смертей и бессмертен, я вместе земной и небесный! Одно у меня общее с дольним миром, а другое — с Богом; одно — с плотью, а другое — с духом! Со Христом должно мне спогребстись, со Христом воскреснуть, Христу сонаследовать, стать сыном Божиим, даже Богом!

Видите, куда, наконец, возвело нас слово. Я готов почти благодарить постигшую нас горесть, которая расположила меня к такому любомудрию и даже сделала пламенно желающим переселиться отсюда. Это предназначает нам великая тайна, предназначает Бог, за нас очеловечившийся и обнищавший, чтобы восставить плоть, спасти образ и воссоздать человека, да будем все одно во Христе, Который во всех нас сделался совершенно всем тем, что сам Он есть; да не будет в нас более нимужского пола, ни женского, ни варвара, ни скифа, нираба, ни свободного (Гал. 3,28.29), так как это плотские признаки; но да имеем единый Божий Образ, Которым и по Которому мы созданы; да изобразится и запечатлеется в нас Он настолько, чтобы по Нему только могли узнавать нас. И в этом надеемся успеть по великому человеколюбию великодаровитого Бога, Который, требуя малого, искренно любящим Его и в настоящем, и в будущем дарует великое, будем все переносить, все терпеть ради любви к Нему и по упованию, за все благодарить, как за правое, так и залевое, то есть, за приятное и за скорбное, потому что Божие слово часто и последнее обращаем в оружие спасения (2 Кор, 6,7). Вверим Богу и наши души, и души тех, которые предварили нас в месте успокоения, потому что были на общем пути как бы готовое нас.

Слово 8

211

И сам, шествуя тем же путем, прекращу здесь слово. 1 Io прекратите слезы и вы, поспешающие ко гробу своему, ко гробу, который приемлет от вас Кесарий в дар скорбный и всегдашний; ко гробу, который готовился [юдителям и благовременен был для старости, но Рас-| юрядителемдел наших дарован сыну и юности, хотя и I ic в обыкновенном порядке, однако же не вне порядка.

Ты же, Владыка и Творец всяческих, а по преимуще-<. тву, этого создания'! Боже людей Твоих, Отец и Правитель, Господь жизни и смерти! Хранитель и Благодетель душ наших, все благовременно творящий и предуготовляющий художническим Словом, как Сам ведаешь, во глубине премудрости и мироправления! Прими ныне Кссария в начаток нашего отшествия. Хотя он после -ч 1ий из нас; однако же, первым предаем его судьбам I поим, которыми все держится. А напоследок и нас, со-\ 1 хшив в теле, пока полезно, прими во время благопот-I х.-бное; прими уготованных, не смущенных, не преда-loii щхся бегству в последний день, не насильно отсюда упускаемых, что бывает с душами миролюбивыми и | i.'K гголюбивыми, но благодушно отходящих к тамошне и жизни долговечной и блаженной, к жизни во Хри-i ic. Аминь.

Слово 8

НАДГРОБНОЕ ГОРГОНИИ, СЕСТРЕ

Св. ГРИГОРИЯ НАЗИАНЗИНА

Хваля сестру, буду превозносить свое собственное. I ti i[ ючем, нельзя признать этого ложным потому един-' | r.ci IHO, что оно свое. Напротив, поскольку оно истин-11' | i ютому и похвально; а истинно не потому только, 'in) справедливо, но и потому, что известно. Мне нельзя i "и< >рить и по пристрастию, хотя бы и захотел; моим . \ и ,сю будет слушатель, который умеет сличить слово

Кссария.

212

Григорий Богослов

с истиной, и если справедлив, то как не одобрит похвал незаслуженных, так потребует заслуженных. Поэтому не того боюсь, что скажу сверх истины, а напротив того, что не выскажу истины и, далеко не достигнув достоинства предмета, своими похвалами уменьшу славу сестры, ибо при ее доблестях трудно сделать, чтобы слово равнялось делам. Как не надобно и хвалить всего чужого, если оно несправедливо, так не должно и унижать своего, если оно достойно уважения; дабы первому не послужило в пользу то, что оно чужое, а последнему — во вред то, что оно свое. Ибо закон справедливости нарушается в обоих случаях — и когда хвалят только чужое, и когда умалчивают о своем. Но приняв для себя целью и правилом одну истину и ее только имея в виду, и не заботясь о всем прочем, что важно для людей простых и низких, буду хвалить или обходить молчанием, что достойно хвалы или молчания. Если отнять что у своего, злословить, обвинять его или нанести ему другую большую или меньшую обиду, не почитаем делом честным, а напротив, всякое преступление против родственника признаем самым тяжким, то всего несообразнее будет думать, что поступим справедливо, кого-либо из своих лишив слова, которым особенно обязаны мы служить людям добрым и через которое можем доставить им бессмертную память. Неуместно также обращать большее внимание на мнение людей злонамеренных, которые могут обвинить в пристрастии, а не на мнение благонамеренных, которые требуют должного. Если хвалить чужих не препятствует нам то, что дела их неизвестны и не засвидетельствованы (хотя бы это могло быть справедливейшим препятствием), то ужели наша любовь и зависть других воспрепятствуют хвалить знаемых, особенно тех, которые уже переселились от нас, которым и льстить уже поздно; потому что они оставили, как все прочее, так и хвалителей и порицателей.

Но поскольку я достаточно защитил себя и доказал, что настоящее слово для меня самого необходимо, то приступлю теперь к самим похвалам и не будузаботить-

Слово 8

213

(я об украшении и изяществе слога (ибо и та, которую \| >чу хвалить, не любила украшений, а поставляла кра-(с >ту в том, чтобы не иметь прикрас), но воздам усопшей приличную честь, как самый необходимый долг, и имеете постараюсь научить других соревнованию и | к )Дражанию ее добродетелям. Ибо у нас цель всякого слова и дела — вести к совершенству тех, которые нам ниерены. Итак, пусть другой, соблюдая правила похвальных слов, хвалит отечество и род почившей, и действительно ему можно будет сказать много прекрасного, ежели захочет украшать ее и извне, как дорогую 11рекрасную картину убирают золотом, камнями и такими украшениями искусства и искусной руки, которые плохую картину своим прибавлением еще больше < )6i шруживают, а прекрасной, будучи ее ниже, не при-д;| ют красоты. А я выполню закон похвального слова в том единственно, что упомяну о наших общих родителях (ибо, говоря о таком сокровище, несправедливо бу-; (ст умолчать о родителях и учителях). Потом немедлен-IK) обращу слово к ней самой и не утомлю ожиданием желающих слышать о делах ее.

Кто не знает нового нашего Авраама и наших вре-м L-I i Сарру? Так именую Григория и Нонну, супругу его (ибо полезно — не оставлять в забвении те имена, ко-1 < )рые возбуждают к добродетели). Один из них оправдался верой, другая жила в супружестве с верным? Один t нсрх надежды стал отцом многих народов, другая духовно рождает; один избег служения отечественным п< )гам, другая быладочерыо и матерью свободных; один i к-реселился из своего рода и дома для земли обетован-1 к >й, другая была причиной переселения, и в этом уже ' 'дном (осмелюсь так сказать) стала выше самой Сар-1 ii.i; один прекрасно странствовал, другая охотно ему > (1гтутствовала; один прилепился ко Господу, другая по-• 111 тает и именует мужа своим господином, и частью за 11) самое оправдана. Им даны обеты, у них, насколько от 11| ix самих это зависит, есть свой Исаак и дар. После MI шитв и под руководством жены своей образовалс

214

Григорий Богослов

он — добрый пастырь, и она показала на себе пример доброй пасомой. Он искренно убежал от идолов, и потом сам обращает в бегство демонов; она никогда не вкушала даже и соли вместе с идолослужителями. Супружество их равночестно, согласно и единодушно, и не столько — плотский союз, сколько союз добродетели и единения с Богом; как летами и сединами, так и благоразумием и славой дел, они усердствуют друг перед другом и превышают всякого другого. Они мало связаны плотью, и духом, еще прежде разлучения с телом, переселены отсюда; не их — этот мир, презираемый; но их — тот мир, предпочитаемый; их обнищание и их обогащение доброй куплей, как презирающих здешнее и искупающих тамошнее. Краток остаток их жизни настоящей, и немногое остается довершить их благочестие; но велика и продолжительна жизнь, в которой они подвизались. Одно еще присовокуплю к сказанному о них: хорошо и справедливо, что они не принадлежали к одному полу; ибо один был украшением мужей, другая жен, и не только украшением, но и образцом добродетели.

От них Горгония получила бытие и славу; отсюда в ней семена благочестия; от них и добрая жизнь ее и мирное отшествие со спасительными надеждами. Конечно, и это уже прекрасно и не всегда бывает уделом тех, которые много хвалятся благородством и гордятся предками. Но если о 1оргонии должно рассуждать с большим любомудрием и возвышеннее, то ее отечество — горний Иерусалим, не зримый, но умосозерцаемый град, где и нам предоставлено гражданство, куда и мы поспешаем, где гражданин — Христос, а сограждане — весь торжествующий сонм и Церковь первородных, окрест этого великого Градозиждителя празднующих в созерцании славы и ликующих непрестанным ликованием. А благородство ее — соблюдение образа Божия, уподобление Первообразу, совершаемое умом и добродетелью, и чистое желание, которое непрестанно более и более преобразует нас по Богу в истинных тай-

( лево 8

215

i и прителей горнего, знающих — откуда мы, какими и /ui>i чего сотворены. Так понимаю я; а потому знаю и го-ш)[ )ю, что душа Горгонии одна из благороднейших под к ишцем; и мое мерило, мой уровень благородства и худородства лучше, нежели у черни; я различаю это не но крови, но по нравам сужу; о хвалимых или осуждае-м ых не по родам, но по свойствам каждого.

'1еперь слово о ее доблестях; пусть же каждый принесет нечто свое и вспомоществует слову, потому что i и-нозможно объять всего одному, сколько бы ни были i юширны его ум и собранные им сведения. Она отличалась целомудрием и превзошла им всех современны х ей жен, не говорю уже о тех, которые были уважае-м i -I за целомудрие в древности. И как в жизни возможны дп;| состояния — супружество и непорочность, и одно ш,in ie и богоподобнее, но труднее и опаснее, а другое nil же, но безопаснее; она, устранившись невыгод того 11 другого, избрала и совокупила воедино все, что в обо-11 \ лучшего, то есть и высоту непорочности, и безопас-

I к к -гь супружества. Она была целомудренной без горды и и, с супружеством совместивши добродетели

II с 11 < )рочности и тем показав, что ни непорочность, ни < \'i [ружество не соединяют и не разделяют нас всецело i 1 х )I'OM или с миром, так, чтобы одно само по себе, на-

III х >тив, ум должен быть хорошим правителем, и было л' и тойно отвращения, а другое — безусловной похвалы: к супружестве и в непорочности, и из них, как из 11 (• к( л-орого вещества, искусно обрабатывать и созидать ;г юродетель. Ибо она не отлучилась от Духа оттого, что >' >' i сталась с плотью, и не забыла о первой Главе оттого, ч i () 11 ризнала главой мужа, но послужив миру и природе n немногом, и сколько требовал закон плоти или,

i v ч 11 ie сказать, Тот, Кто дал такой закон плоти, она все-| к 'ю посвятила себя Богу. Но что особенно хорошо и .г нтойно в ней уважения, —она и мужа своего склони-

i.i i i.i свою сторону, и имела в нем не строптивого гос-11' '/и и гд, но благого сослужителя. Мало этого, сами плод iii.i, то есть детей и внуков своих, она сделала плодом

216

Григорий Богослов

духа; ибо весь род и все семейство, как единую душу, очистила и приобрела Богу, а благоугодливостью в супружеской жизни и прекрасными последствиями такого поведения само супружество сделала похвальным. В продолжение жизни она служила для детей образцом всего доброго, а когда отозвана отсюда, — оставила после себя домашним волю свою, как безмолвное наставление. Божественный Соломон в книге детоводствен-ной мудрости, то есть в Притчах (гл. 31), похваляет в жене то, что она сидит дома и любит мужа; и жене, которая блуждает вне дома, невоздержна, бесчестна, наружностью и языком блудницыулоаляет честных^б, 26), противопоставляет жену, которая усердно занимается домашним, неутомима в делах женскнх,рук:и свои протягивает к прялке, двойные одежды, приготовляет мужу, благовременно покупает поле, хорошо кормит слуг, угощает друзей обильным столом и исполняет все прочее, что Соломон восхвалил в жене целомудренной и трудолюбивой.

Но если бы я стал хвалить за такие качества сестру;

то это значило бы хвалить статую по тени, или льва по. когтям, оставив без внимания важнейшее и совершеннейшее. Какая из женщин больше ее стоила быть видимой и, однако же; реже показывалась и была недоступнее для мужских взоров? Какая из женщин лучше ее знала меру строгости и веселости в обращении? В ней стро- ;

гость не казалась угрюмостью и обходительность — вольностью, но в одном было видно благоразумие, в другой — j кротость. И это, в соединении ласковости с величавое- j тью, составляло правило благоприличия. '

Да внемлют этому те из женщин, которые преданы суетности, рассеянности и не любят покрывала стыда! Какая из женщин так уцеломудрила очи? до того осмеяла смех, что и наклонность к улыбке почитала для себя важным делом? Какая из женщин затворяла крепче слух свой и охотнее отверзала его для слова Божия? Еще более: какая из женщин подчинила так язык владычеству ума, чтобы вещать оправдания Божий, и установила та-

217

K| in iтрогий порядок устам? Скажу, если угодно, и об япч1м ее совершенстве, которого она не считала важным, »«<>Д1 юно всем истинно целомудренным и благонравным женщинам; хотя и заставили считать это важным Ж('1111 ч 11 ibi слишком пристрастные к украшениям и на-рнд;| м и не вразумляемые словом тех, которые учат подо» ц i мм добродетелям. Ее украшали не золото, отделанное искусной рукой до переизбытка красоты, не ал.) || mi щные, волосы, блестящие и светящиеся, не кудри, i ч, к нциеся кольцами, не бесчестные ухищрения тех, К< >1 <)()ыс из честной головы делают род шатра, не мно-11 inn 11 к >сть пышной и прозрачной одежды, не блеск и нрпя 11 к )сть драгоценных камней, которые окрашива-N 111 < »о< ж ближний воздух и озаряют лица, не хитрости к i таяния живописцев, не покупная красота, не рука ,'к' м 111) i ч > художника, которая действует вопреки Зижди-Тгчк 111! южие создание покрывает обманчивыми крас-к;1 м i ч 11 юзорит своею честью, вместо образа Божия выс-т.пияст напоказ похотливым очам кумир блудницы,

•п i «ч.111 оддельной красотой закрыть естественный лик, Х| •.и II 1.мый для Бога и будущего века. Напротив, онахотя .111.1 'i.i много всякого рода наружных женских украшении < >днако же ничего не находила драгоценнее своих К) 1.11К ж и внутри сокровенного велелепия. Один румя-1К-1 ((ч 11 фавился — румянец стыдливости, и одна белнз-ti.i 11роисходящая от воздержания; а притирания и под-К| i.i 111 цинния, искусство делать из себя живую картину, уд' .п| ю смываемое благообразие она предоставила 'k< 1111 u 11 [ам, определившим себя для зрелищ и распутий, У!Ч i,<) i ()рых стыдно и позорно краснеть от стыда.

I .iK она вела себя в этом отношении! Но нет слова, ki • i''[ х >с бы могло изобразить ее благоразумие и благо-

•и . 11 к-, и немного найдется подобных примеров, кро-м< |" >д II гелей ее и по телу, и по духу. Их одних имея для (•« "ч i юраз! (OM и нимало не уступая им в добродетели, в

•»< -м i < i.'ibKo одном, и притом совершенно охотно, усту-Ц.| i.i ' по от них заимствовала это благо, и их внутренне i • i II •рсд всеми признавала началом своего просве-

218

Григорий Богослов

щения. Что проницательнее было ее разума? К ее советам прибегали не только родственники, единоземцы и соседи, но и все, знавшие ее в окрестности; и ее увещания и наставления почитали для себя ненарушимым законом. Что было замысловатее ее речей, что благоразумнее ее молчания? Но поскольку упомянул я о молча- • нии, то присовокуплю, что и ей всего свойственнее, и женщинам приличнее, и настоящему времени полез- :

нее. Какая из женщин лучше ее знала, что можно знать i о Боге, как из Св. Писания, так и по собственному разу- , му пребывая в собственных пределах благочестия, i меньше ее говорила? А что касается того, к чему обяза- \ на познавшая истинное благочестие, и в чем одном ! прекрасно, не знать насыщения, то какая из женщин i украшала так храмы приношениями? И другие храмы и этот самый храм, не знаю, требуют ли еще украшений после нее? Особенно же, какая из женщин так созидала себя в живой храм Богу? Какая из женщин столь уважала священников, и особенно своего сподвижника и учителя в благочестии, который имеет добрые семена, — двоих детей, посвященных Богу? Какая из женщин усерднее предлагала собственный дом живущим по Богу и делала им такой прекрасный и богатый прием и, что важнее этого, принимала их с таким почтением и благоговением? Кроме того, какая из женщин обнаружила столь бесстрастный ум во время злостраданий и столь сострадательное сердце к бедствующим? Чья рука была щедрее для нуждающихся? И я смело обращу в похвалу ей слова Иова: дверь ее всякому прохожему была открыта, и странник, не ночевал наулице (Иов. 51,32)j она была глазами слепому, ногамихромому (Иов. 29,15)1 и матерью сиротам. О милосердии же ее к вдовам нуж-' но ли говорить, разве сказать то, что плодом этого было — не именоваться вдовой? Дом ее был общим при^ станищем для бедных родственников, а имуществом ев пользовались все нуждавшиеся, как своей собственно-стью. Расточи, раздай нищим (Пс. 111,9). И по непреложному и нелживому обетованию, она многое вложш

( \опо 8

219

;i.i и небесные житницы, много раз и в лице многих, 111 >. I учивших от нее благодеяния, принимала Христа. Но in по лучше то, что она не старалась заставить о себе дум.ггь выше надлежащего, а прекрасно возделывала ().'1.н'()честие втайне, перед Видящим тайное. И все похитила у миродержца, все перенесла в безопасные хранил и ищ, ничего не оставила земле, кроме тела. Все про-мсч 1яла на надежды в будущем; одно богатство оставила детям — подражание и ревность к тем же добродетелям.

Таково и столь невероятно было ее великодушие! (>д1IBKO же вуповании на свою благотворительность она 111 • 11 редала тела своего роскоши и необузданному слас-| < >любию, этому злому и терзающему псу; как случается < < • многими, которые милосердием к бедным думают «\ ч 1 ить себе право на роскошную жизнь и не врачуют зла д( х')ром, но вместо добра приобретаютхудое. О ней нельзя ( ки.чать, что, хотя порабощала в себе плотское постами,

• 'д1 IBKO же другомупредоставлялалечение, простираясь

II.1 .юмле; или, хотя находила в этом пособие для души, ч/ц 1 а ко же менее кого-либо другого ограничивала меру

III.|; или, хотя и в этом дала себе закон, как бесплотная, "д и а ко же восклонялась на землю, когда другие прово-; i чл и всю ночь в прямом положении (какой подвиг при-

• 111 чей преимущественно любомудрым мужам); или, хотя 11 и семь оказалась мужественнее не только жен, но и са-м i .i х доблестных мужей; однако же что касается мудрого i" оглашения псалмопений, чтения и изъяснения Божия > к >ва, благовременного припамятования, преклонения 11 ^южденных и как бы приросших к земле колен, слез-иг i •() очищения душевной скверны в сердце сокрушен-11 ч м и духе смиренном, молитвы горе возносимой, не-Г.к сеянности и парения ума, то мог бы кто-либо из м \ жсй или жен похвалиться превосходством перед ней i" i всем этом или в чем-либо одном. Напротив, как ни i; i .к -око это, однако же справедливо может быть сказано ' 11сй, что в ином совершенстве она соревновалась, а в .11 >\том сама была предметом соревнования, одно изоб-I" .'in, а другое восхитила силой, и если имела подража-

220

Григорий Богослов

телей в каком-либо одном, то всех превзошла тем, что в одной себе совместила все совершенства. Она столько преуспела во всех, сколько никто другой не успел и в одном, даже посредственно. Она довела каждое совершенство до такой высоты, что вместо всех достаточно было бы и одного. Какое пренебрежение к телу и одежде, цветущим единой добродетелью! Какая сила души, почти без пищи поддерживающей тело, как невещественное! Или лучше сказать, сколько терпения в теле, еще до разлучения с душой уже умерщвленном, чтобы ;

душа получила свободу и не стеснялась чувствами! j Сколько ночей, проведенных без сна, псалмопений и i стояний, продолжавшихся от одного дня до другого! I Твои песни, Давид, непродолжительны только для душ ;

верующих! Где нежность членов, распростираемых по f земле и вопреки природе огрубевших? Какие источники слез, посеваемых в скорби, чтобы пожать радость! Ночной вопль, проникающий облака и достигающий неба! Горячность духа, который в вожделении молитвы не страшится ни ночных псов, ни морозов, ни дождей, ни громов, ни града, ни мрака! Естество жены, победившее в общем подвиге спасения естество мужей и показавшее, что жена отлична от мужа не по душе, а только по телу! Чистота, как вскоре по крещении, и душа уневещенная Христу в чистом брачном чертоге — теле! И горькое вкушение, и Ева — матерь человеческого род;

и греха, и змий-соблазнитель, и смерть — побеждены е< воздержанием! И истощение Христово, и образ раба, i страдание — почтены ее самоумерщвлением! Как мне или исчислить все ее добродетели, или, умолчав о боль шем их числе, лишить пользы их, кому они неизвестнь]

Но время уже продолжить слово и о наградах за бла.4 гочестие. Ибо кажется мне, что вы, хорошо знающие с ее добродетелях, давно желаете и надеетесь услышать | слове моем не о настоящих только наградах, не о тех какими увеселяется она теперь там и которые выше чс ловеческого разумения, недоступны ни слуху, ни з{ нию, но и о тех, которыми Праведный Мздовоздаяте

( .МЧ10 8

221

li.ii 11.1 ждал еще здесь: ибо Он и это нередко творит в на-;шд.| i те неверным, уверяя через малое в великом, и че-(>(• i in щимое в невидимом. Будуже говорить и о том, что I iit-M 11звсстно, и о том, что для многих тайна; ибо она, По i носму любомудрию, не хвалилась благодатными дар.жи.

H.I м известно, как однажды взбесились мулы и понесли i ь с колесницей, как ужасно была она опрокинута, IK.I.'I кпм образом влачима и разбита, как вследствие этого пгнсрующие соблазнялись тем, что и праведники II) к-д.потся таким несчастьям, и как скоро вразумлено ftiii.'K) i юверие. УГоргонии были сокрушены и повреж-

! Afiii'i псе кости и члены, и сокрытые и открытые; но она не ].i х< )тела иметь другого врача, кроме Предавшего ее С><-Д1 тнию, как потому, что стыдилась взора и прикосно-1К-ИИЯ мужчин (ибо и в страданиях сохраняла благо-I i| ч и -п шность), так и потому, что искала защиты един-« i iic'i то у Того, Кто попустил ей претерпеть такое п [ идание. И действительно от Него, а не от другого кого I и );i уч ила она спасение. Поэтому некоторые не столько •к i| >.1жены были ее болезнью, насколько изумлены чудя11ым выздоровлением и заключали из этого, чтота-fci х- печальное происшествие для того и случилось, что-fti ,1 (.-ц прославиться в страданиях. Хотя она страдала как

, чс.и тек, однако же исцелена силой высшей, а не чело-

I »с1 игкой, и для потомства оставила сказание, которым д< и^иываются, как ее мера в страданиях и терпение в Л<-Д|. 'i 'виях, так еще более Божие человеколюбие к по-д* г ч члм ей. Ибо к сказанному о праведнике: когда па-Л •ni.} ie разобьется (Пс. Зб, 24), как бы присовокуплено i с i к-рь еще и это, хотя разобьется, однако же вскоре бу-Л< i и< >сставлен и прославлен. Если страдание ее было щ. 1111 с вероятия, то выше также вероятия и возвращение d 'д| );жию; так что болезнь почти совершенно закрыта

; м.1 иоровлением, и исцеление стало очевиднее нане-I < 11111) со ей удара. Такое бедствие вполне достойно хва-fli.i 11 удивления! Такая болезнь выше здравия! И слова:

)w ,кит, иуврачует, и исцелит, и после трех дней вос-

222

Григорий Богослов

' лоно 8

223

кресит (Осии 6,2.3), указывающие, как и событие показало, на нечто высшее и таинственнейшее, не менее приличны и ее страданиям!

Но это чудо известно всем, даже и дальним, слух о нем распространился повсюду; везде рассказывают и слышат об этом, равно как и о других Божиих чудесах и силах. О том же; что до сих пор еще неизвестно многим и что, как сказал я, скрыто ее любомудрием и благочестием, чуждым тщеславию и превозношению, повелишь ли мне сказать ты, превосходнейший и совершенней-' ший из Пастырей, пастырь этой священной овцы1?:

Дашь ли и на это свое соизволение (ибо одним нам вверена тайна, и только мы с тобой свидетели чуда)? Или • будешь еще сохранять слово, данное усопшей? Но по моему мнению, как тогда было время молчать, так те-' перь время поведать, не только во славу Божию, но и в '. утешение скорбящим. '

Горгония одержима была телесным недугом и тяжко! страдала; болезнь была необыкновенная и странная:;

делалось внезапное воспаление во всем теле, и как будто волнение и кипение в крови; потом кровь стыла и цепенела, в теле появлялась невероятная бледность, ум и члены ослабевали, и все это повторялось не через продолжительное время, но иногда почти непрестанно.' Болезнь казалась не человеческой; не помогали ни ис-' кусство врачей, как ни внимательно вникали они в свойство припадков, каждый отдельно, и все в совокупны» совещаниях, — ни слезы родителей, как ни сильны бы-' вали они часто во многом, — ни общественные молит-) вы, прошения, совершаемые целым народом с таки» усердием, как будто бы каждый молился о собственно» своем спасении; и действительно, ее спасение былс спасением для всех, равно как ее злострадания в боле ни — общим страданием. Что же предпринимает э великая и высоких наград достойная душа? Какое изо

' Св. Григорий обращает слово к родителю, присутс вавшему при погребении.

[" I .ют лечение болезни? Ибо в этом заключается уже

I.1111 ia. Отвергнув все другие способы, она прибегает ко |i| 1.1 чу всех, и воспользовавшись темнотой ночи, когда Сч 1- к-знь ее несколько облегчилась, припадаете верой к Ж( •)) гвеннику, громогласно взывая к Чествуемому на нем,

II.11 )i и щя Его всеми именами и вспоминая обо всех ког-/l.i либо бывших чудесах Его (как знавшая и ветхозавет-tii.ic- н новозаветные сказания). Наконец отваживается 11.111 с которое благочестивое и прекрасное дерзновение, 111 )Д ] 1ажает жене, иссушившей ток крови прикосновени-гм к краю риз Христовых; и что делает. Приложивши к )K I) гвеннику главу свою с таким же воплем и столь же от i;i ьными слезами, как издревле омывшая ноги Хрис-| ч и i ,1, дает обет не отойти, пока не получит здоровья; по-| им. помазавши все тело этим лекарством своего изоб-

I х -1 с 11ия, что могла рука собрать со всего образа честного '!( i.i и Крови, смешавши то со своими слезами, (какое ч\д()!) немедленно отходит, ощутив в себе исцеление, 11' пучив облегчение в теле, сердце и уме, приняв в на-

II иду за упование исполнение упования, и крепостью д\ \:i приобретши крепость телесную. Велико это подлинно, однако же не ложно; да верит этому всякий, и

•мр.жый и болящий, один для сохранения, другой для Hi' i учения здоровья! А что мое повествование — не хг.к говство, это видно из того, что я, молчавший при 1м i ; 11 и ее, открыл теперь; и будьте уверены, даже и ныне

•к i юъявил бы, если бы не запрещал мне страх скры-|u 11 • i а кое чудо от верных и неверных, от современни-

(Ч 'Г 11 ПОТОМКОВ.

I .i кова была жизнь ее! Но гораздо большую часть обо-||и i я молчанием для соразмерности слова и из опасе-(111 ч i юказаться не знающим меры в похвалах ей. Но ко-(и '11 ю, я не оказал бы должного уважения ее святой и i i .i in юй кончине, если бы не упомянул о прекрасных «к" ii )ятельствах ее, тем более, что Горгония с таким цы 1.111ием и нетерпением ожидала себе смерти. Упомя-|1\ );с об этом, как можно короче. Она сильно желала ^».i 11 к-шиться (ибо много имела дерзновения к Зовуще-

224

Григорий Богослов

Слово 8

225

му) и быть с Христом предпочитала всему на земле. И никто, при всей страсти и необузданности, не любит так своей плоти, как она, свергнув с себя все узы и став выше этого бренного, в котором проводим жизнь, же-i дала вполне соединиться с Вожделенным и всецело восприять Возлюбленного (присовокуплю еще) и Возлюбившего ее, Который ныне озаряет нас немногими лучами Своего света, чтобы только могли мы понимать;

с Кем разлучены. Не тщетным остается ее желание, столь божественное и высокое, но что еще более, она предвкушает желаемое благо в предведении посл& продолжительного бдения, вознагражденного одним из;

самых приятных снов и видением, в котором, по устроению Божию, предназначен ей срок и даже открыт сам день отшествия, чтобы она уготовиласъ и не смутилась (Пс. 118,60). Итак, для нее готова была благодать очищения и освящения, которую все мы получили of Бога, как общий дар и основание новой жизни; или лучше сказать, вся жизнь была для нее очищением и освящением. И хотя дар возрождения прияла она о^ Духа, но безопасное соблюдение этого дара было при< уготовано прежней жизнью. Дерзну даже сказать, чт ' само Таинство было для нее не новым дарованием, только печатью. Ко всему этому старалась она присс вокупить еще освящение своего мужа. (Хотите ли, чт< бы я изобразил его вам кратко? Это был муж Горгони! и не знаю, нужно ли что говорить о нем кроме этого.< Она заботилась, чтобы целое тело посвящено был< Богу, и чтобы не переселиться ей отсюда, когда сове]:

шенна одна только половина ее самой, а некотора часть остается еще несовершенной. И это моление с не оставлено без исполнения Творящим волю боящвд ся Его и Приводящим к концу прошения их. А когда я все устроилось по ее намерению, ни одно из желани не оставалось без исполнения, и назначенный ден приближался; тогда она начинает готовиться к сме{ ти и отшествию и в исполнение общего для этого' тава возлегает на одр. Потом, передавши последн»

колю свою мужу, детям и друзьям, как прилично было жене, приверженной к мужу чадолюбивой и братолюбивой, после любомудренной беседы о будущей жизни, и день своей кончины сделавши днем торжества, она засыпает, хотя не исполнив дней человеческого иска, чего и не желала, зная, что продолжительная жизнь бесполезна для нее самой, и большей частью бывает предана праху и заблуждению, но столько преисполненная дней по Богу, сколько, не знаю, бывает ли кто исполнен из умирающих в глубокой старости и совершивших на земли многие годы. Так она разрешается, или, лучше сказать, вземлется, отлетает, переселяется и немногим предваряет тело.

Но какое важное едва не ускользнуло от меня обстоятельство! Разве не допустил бы до этого ты, духовный отец ее, который внимательно наблюдал и нам поведал чудо, так много и ее прославляющее, и для нас служащее напоминанием ее добродетели и побужде-1 тем желать такой же кончины. И меня при воспоминании об этом чуде объемлет какой-то ужас и заставляет проливать слезы. Она уже кончилась и была при 1 юследнем дыхании; стояли вокруг нее домашние и посторонние, пришедшие воздать последнее целование;

престарелая мать воздыхала и терзалась душой (ибо желала бы предварить ее отшествием), общая любовь смешивалась со скорбью, одни желали бы что-нибудь услышать на память о ней, другие — сами сказать; но 11икто не смел произнести слова; безмолвны были сле-;ы, и скорбь неутешна; непозволительным казалось — сопровождать рыданиями отходящую с миром; глубокая соблюдалась тишина, и смерть имела вид какого-го священного торжества. А она, по-видимому, была бездыханна, недвижима, безгласна, ее молчание заставляло думать, что тело оцепенело, и органы гласа уже омертвели, по причине удаления того, что приводило их в движение. Но Пастырь, тщательно наблю-, (авши в ней все перемены, потому что все с нею про-1 входившее было чудесно, приметив легкое движение

. Собрание творений, т. 1

226

Григорий Богослов

губ, приложил ухо к устам, на что давали ему право близость и единодушие. Но лучше бы тебе самому поведать тайну безмолвия, в чем она состояла. Никто не отрекся бы верить сказанному тобой. Ею были произносимы псалмопения, именно слова исходного псалма, и (если нужно выговорить истину) свидетельствовали о дерзновении, с каковым кончалась Горгония. Блажен, кто упокоивается с этими словами: в мире спокойно усну и почию (Пс. 4,9). Это и воспевала ты, это и исполнилось на тебе, совершеннейшая из жен; это было и псалмопение и надгробие по отшествии тебе, прекрасно умиренная по мятеже страстей, и в общую череду успения вкусившая сон, даруемый возлюблен-, ным Божиим, как прилично было той, которая и жила и отошла со словами благочестия.

Поэтому я уверен, что гораздо лучше и превосходнее видимого твое настоящее состояние — глас праз-;

днующих, веселье Ангелов, небесный чин, видение славы, а больше всего, чистейшее и совершеннейшее сияние Всевышней Троицы, уже не скрывающейся от ума, как связанного и рассеиваемого чувствами, но всецело целым умом созерцаемой и приемлемой, и озаряющей наши души полным светом Божества. Ты наслаждаешься всеми теми благами, которых поток^ достигали тебя еще и на земле, за искреннее твое К ним стремление. Если же для тебя сколько-нибудь! спасительно и наше прославление, если святым ду< шам дается от Бога в награду и то, чтобы чувствовати подобные прославления, то прими и мое слово, вмес^ то многих и больше многих погребальных почесте< слово, какое прежде тебя воздал я Кесарию, а после нег воздаю и тебе, ибо для того и соблюден я на земле, чтс бы надгробными речами сопровождать братии. Пс чтит ли кто после вас и меня подобной честью, — н< могу того сказать, но желал бы сподобиться единой чести — чести в Боге и пришествуя и вселяясь во Хр» сте Иисусе Господе нашем. Ему слава, и Отцу со Свя^ тым Духом вовеки. Аминь.

227

Слово 9

-ИЩИТИТЕЛЬНОЕ, ГОВОРЕННОЕ ИМ ОТЦУ СВОЕМУ

ГРИГОРИЮ в присутствии ВАСИЛИЯ ВЕЛИКОГО

1КХЛЕ РУКОПОЛОЖЕНИЯ CB. ГРИГОРИЯ БОГОСЛОВА В ЕПИСКОПА САСИМСКОГО

(:i к >ва на мне помазание и Дух, и опять хожу плача }ч'п1уя (Пс. 34, 14). Вы, может быть, дивитесь этому, bill k-аия, пока не видит славы Господней и престола щ < 11<( )Го и превознесенного и серафимов вокруг него, С 11 и« )рит ничего подобного, не показывает ни огор-riiiiH, ни страха; и хотя обвиняет Израиля, но себя 1И/И 11 и отделяет как ни в чем невиновного. Когда же Htioi это и услышал святой и таинственный глас, — 1« i>i,i начиная лучше сознавать себя, говорит: о горе чг. ибо я человек с нечистыми устами (Ис. 6, 5), и »»и I жокупляет последующие за этим слова, которых •» к.1жу, чтобы не произнести чего оскорбительного. им i/ку также о Маное, древнем Судии, а потом и о п | к , с толпе Церкви, что один, когда узнал, насколь-| • i ч ,i и 11 ice ему видение превышает его природу и силы, |»« >| ч гг жене: мы погибли, ибо видели Бога; другой же |Г и i ,i i юсит Спасителева присутствия и чудодействия, bi "1" 'с явил Господь плывшим с Ним при ловле рыбы, | in > г >му, хотя приходит в удивление, однако же от-^i/i.ir I с корабля, присовокупляя и причину ту, что |м < >i 11 юдостоин Божия явления и собеседования. И f»i /i.i i л ышу в Евангелии о сотнике, который просит ^и' i .i показать силу, но отрекается видеть Егоусебя, |>i i iM\ что кров его не может вместить Божия досто-||< i ii.i и величия; тогда не могу порицать себя за l('.i\ 11 сетование Ибо как солнце обличает слабость RJ i.i 1;1к Бог пришествием Своим —немощь души; и |)м i i.u 1их Он — свет, а для других — огонь, смотря по м\. к.1кое вещество и какого качества встречает в каж-rf K.I к думать и о Сауле? И он был помазан, принял t.i < ;iM стал духовен (не могу и сказать о нем ина-

228

Григорий Богослов

че), даже пророчествовал, притом так неожиданно и необыкновенно, что чудо это обратилось в пословицу и доныне повторяемую: неужели и Саул во пророках (1 Цар. 10,11). Посколькуже он не всецело предал себя Духу и не совершенно обратился в человека иного, как было предречено (1 Цар. 10, 6), но оставалась в нем некоторая искра прежнего зла, и несколько худого семени, еще продолжалась борьба плоти и духа... но к чему выставлять на позор все его недостатки? Вам известен этот сопротивный дух, и певец, который отгоняет его. Разве можем из этого познать еще то, что, как благодать не касается людей недостойных и органа худого и ненастроенного (ведь прекрасно сказано, в чем я уверен, как. в лукавую душу не войдет премудрость (Прем. Сол. 1, 4), так (присовокуплю это от себя), по причине непостоянства и переменчивости устройства и природы человека, не менее трудное для него дело сохранить в себе достоинство и стройность, как и вначале благоустроить себя и сделаться достойным). Но нередко сама благодать (наименую такое зло, которое в нас всего бедственнее и непонятнее), приводя в кипение и надмевая, удаляла от Бога приближавшихся к Нему неправо; и мы в самомуже возношении бываем низлагаемы, грех оказывается грехом, потому что посредством доброго причиняет мне смерть (Римл. 7,13). Этого-то убоявшись, исполнился я горести, потупил взоры и испытал нечто подобное тому, что бывает при блеске молнии с детьми, в которых зрелище это производит удовольствие, смешанное с ужасом. Я вместе возлюбил и устрашился Духа; нужно стало некоторое временя, чтобы мне, собравшись с самим собой, отрезвиться и избрать лучшее и безопаснейшее и чтобы, когда не будет скорби, как плевел в семени, и худые мысли уступят место лучшим, — совершенно победил Дух и употребил меня на Свое служение и делание, к совершению людей этих, к управлению душами, к обучению словом, делом и примером, с оружием правды в правой илевойруке (2 Кор. 6, 7), к благоис-

('лово 9

229

кусному прохождению пастырства, которое отвлекает ') г мира, приходит к Богу, истощает тело, соединяет с Духом, избегает тьмы, радуется о свете, отгоняет зве-

I юн, собирает стадо в ограду остерегается стремнин и 11\'стынь и гонит на горы и высоты, о которых, по моему мнению, говорит и чудный Михей, возводя нас от юмли на приличную нам высоту: приблизьтесь кго-IX'IM вечным — встаньте и уходите, ибо страна сия не < 'с тьместо покоя (Мих. 2,10), хотя некоторые и дума-к >т найти себе покой в земном и дольнем.

Такому пастырству научите меня, друзья, а теперь \ /кс Пастыри и сопастыри мои; такого пастырства дай-i с мне уставы, — и ты, общий отец, в продолжение вре-мсни поставивший и переживший многих Пастырей, ч ты, испытатель и судья моего любомудрия! Но зас-

II 1 гнутые и оглушаемые бурей, можем ли мы искусно 11.1сти и питать стадо? Равнодушно выслушай меня, ты, Ki > горый, будучи в числе овец, когда мы с тобой (не

I к корбись моим словом) принадлежали еще к бессло-ш-сному стаду, поступал гораздо человеколюбивее,

II ежели как поступаешь, став пастырем, когда мы удос-11 >сны духовной пажити. В твоей стал я власти, как тебе \ <) телось, и ты победил непобедимого. Вот тебе сверх 11 рочего и слово, которого ты, зная, домогался и кото-I к >с хваля осыпал меня, коснеющего в безмолвии, час-11.1 ми и густыми снегами слов твоих. Но есть нечто, за • I и) могу укорить тебя в дружбе. Кто из общих друзей 11.ic судит меня, кто будет неподкупным судьей и про-11 (песет правдивый приговор, не станет, как поступа-к и многие, уважать лица на суде? Прикажешь ли ска-i.ri ь, в чем укоряю, и не обратишь ли опять против меня | к >ва своего? И у тебя, дивный муж, произошло со мной | и-что неизъяснимое, подлинно неизъяснимое и не-| к-1 юятное, чего до сих пор у нас не слыхано. Я уступил | к- убеждению, но принуждению. И не чудно ли! как те переменилось, какое положено между нами рас-« юяние! Чем? (Какугодно тебе, так и скажу) —престо-шм или величием благодати?

230

Григорий Богослов

Впрочем веди, поспеши и царствуй (Пс. 44,5), и паси меня, пастыря, потому что я готов следовать за тобой и быть водим твоей пастырской, высокой и божествен-;

ной душой. (Ибо надобно сказать истину, хотя из люб-:

ви дерзнул я на твое и сверх закона.) Научи меня своей любви к пастве, своей заботливости и вместе благора-1 зумию, внимательности, неусыпности, покорности ' плоти твоей, с какой она уступила духу, этому цвету \ лица, свидетельствующему о пастырских трудах, при кротости — строгому обращению, при производстве дел — веселости и спокойствию (чего не во многих найдешь, и чему немного бывало примеров), своим ра-тованиям за паству и победам, которые одержал ты во Христе. Скажи, на какие пажити водить стадо, к каким ходить источникам или каких избегать пажитей и воды, кого пасти палицей и кого пасти свирелью; ког-;

да выводить на пастбища и когда сзывать с пастбищ, как вести брань с волками и как не вести брани с пастырями, особенно в нынешнее время, когда (вырая скорбь словами святейших пророков) пастыри едем лисъ бессмысленными (Иер. 10,21), и разгоняют ове паствы (Иер. 23,1); как изнемогшее поднять, падше восставить, заблуждающее обратить, погибшее взыс^ кать и крепкое сохранить; как мне научиться этому 1 соблюсти это согласно с истинным и вашим учение» о долге Пастыря, а не стать худым пастырем, которы молоко ест, волною одевается, тучное закопает ил продает, а прочее оставляет зверям и стремнинам, самого себя пасет, а не овец, в чем укоряемы были дра ние предстоятели Израиля (Иезек. 34,3.4). Этому на учите, этими правилами подкрепите меня, по этим за поведям будьте Пастырями и сопастырями и спасит как учением, так и молитвами меня и мою священну! паству, чтобы и мне устоять, и вам похвалиться в ден явления и откровения великого Бога и Пастырена чальника нашего, Иисуса Христа, через Которого и< Которым слава Отцу Вседержителю со Святым и Ж вотворящим Духом и ныне, и во веки веков. Аминь.

Слово 10

231

Слово 10

ЗАЩИТИТЕЛЬНОЕ, ГОВОРЕННОЕ ИМ ОТЦУ СВОЕМУ И ВАСИЛИЮ ВЕЛИКОМУ ПО ВОЗВРАЩЕНИИ CB. ГРИГОРИЯ БОГОСЛОВА ИЗ УЕДИНЕНИЯ

Нет ничего сильнее старости и достоуважаемое дружества. Ими приведен к вам я — узник во Христе, ' вязанный не железными веригами, но неразрешимыми узами Духа. До сих пор почитал я себя крепким и | ^преодолимым и (какое неразумие!) не уделял слов м < )их даже этим друзьям моим и братьям, но все предо-( 1 "J вив, кому это угодно, желал жить в покое, любомудр-> пювать в безмолвии, беседуя с самим собой и с Духом. 11 рсдставлял в уме Кармил Илиин, пустыню Иоаннову 11 премирную жизнь любомудрствующих, как Илия и 11 < >анн; настоящее уподоблял буре и искал себе какой-чц будь скалы, или утеса, или стены, где бы укрыться,

I '.icc-уждал сам с собой: пусть для других будут почести

II груды, для других брани и отличия за победы, а для \и-ня, избегающего браней и углубляющегося в самого | 1 оя, довольно жить, как могу, как бы на легком судне | к • [ чеплыть небольшое море, и скудостью здешней жиз-iiii приобрести себе малую обитель в жизни будущей. Mi >жет быть, больше низости, но зато и больше осто-I«г/кности, показывает мысль — равно избегать и высо-1 i.i и падения. Так размышлял я, пока можно еще было 111 к-ать тени и сновидения и питать ум пустыми вымыс-|. | м и. Что же теперь? Превозмогло меня дружество, по-1.1 ч шла седина отца — старость мудрости, предел жиз-iiii бсзопаснейшее пристанище, и дружба того, который ' . I м богатеет для Бога, и других обогащает. Отлагаю уже 11 icii, дауслышат кроткие и возвеселятся (Пс. 33, З)! «in жойно смотрю на руку, сделавшую мне насилие, с ['.^остным взором обращаюсь к Духу; сердце мое не м чтется, рассудок возвращается; дружба, подобно и' пушенному и угасшему пламени, опять оживает и in ч | •( )рается от малой искры.

232

Григорий Богослов

Отказывается отутешения душамоя (Пс. 76,3),^ ^ww! вомне духмой (Пс. 142,4). Я говорил: впредь не буду верить дружеству, и для чего мне надеяться на человека? Ибо всякий чеповеклъстивно ходит, и всякий брат ставит преткновение ближнему своему (Иер. 9, 4). Все мы из одной персти, из одного смешения, вкусили от одного и того же древа зла, но один ту, другой другую носим благообразнейщую личину. И какая мне польза, рассуждал я, от этой ревностной и прославляемой дружбы, которая началась с мира и перешла в дух? Какая польза из того, что у нас были один кров и одна трапеза, общие наставники и уроки? Что пользы из этого, более нежели братского, слияния сердец, и впоследствии — искреннего единодушия? Ужели мне не позволят и того, чтобы остаться внизу, во время владычества и возвышения друга, когда многие домогаются и достигают противного, то есть того, чтобы вместе с друзьями владычествовать и участвовать в их благоденствии? Но для чего мне пересказывать все, что придумывали печаль и уныние, которое называю омрачени-ем ума? Но таковы действительно, и даже еще хуже, были мои рассуждения. Обвиню сам себя за свое высокоумие или безумие.

Но теперь изменяю свои мысли, и сам изменяюсь, что гораздо справедливее прежнего, а для меня приличнее. Искренность же моей перемены можешь видеть, дивный муж, не только из того, что разрешено тобой мое молчание, на которое ты жаловался и в котором много укорял меня, но также из того, что сами слова мои служат тебе защитниками. Это явный знакнашейдружбыиживущего в нас духа. Но в чем же состоит оправдание твое? (Если погрешу в чем-либо, — сам поправь меня, как имеешь обычай делать в других случаях.) Ты не потерпел, чтобы дружество предпочтено было Духу; и если я для тебя дороже, может быть, всякого другого, то Дух несравненно для тебя предпочтительнее, нежели я. Ты не потерпел, чтобы талант оставался скрытым и закопанным в землю; не потерпел, чтобы долго скрывался под спудом светильник, ибо

Слово 11

233

i ;IK ты думаешь о моем свете и моем делании; ты домогался, чтобы к тебе — Павлу присоединен был Варнава, домогался, чтобы к Силуану и Тимофею присовокуплен был 11 Тит, и чтобы тебе через тех, которые искренно о тебе сюотятся, распространять благодать Божаю-.отИеруса-nwa u окрестности доИллирика распространять бла-••( чествование (Рим. 15, 19). Для этого-то и меня изводишь в среду, и когда желал бы я уклониться, — берешьи i ажаешь подле себя (в этом-то, может быть, скажешь ты, i. \ )стоит мое оскорбление), и делаешь сообщником забот 11 венцов; для этого помазуешь меня в первосвященника, ' юлскаешь в подир, возлагаешь на меня кидарь, приво-; \\ inib кжертвеннику духовного всесожжения, приносишь и жертву тельца освящения, освящаешь руки Духу, вводишь меня для тайнозрения во святая святых и делаешь i лужителем скинии истинной, которую воздвиг Господь, iiiie человек (Евр. 8,2). Но достоин ли я и помазующих, и

I его, для Которого и перед Которым совершается помаза-

II не, — об этом знает Отец истинного и подлинного По-мазанника, Которого помазал Он елеем радости более < i участников Его (Пс. 44,8), помазав человечество Боже-| -1 том, да сотворит обоих едино; знает и сам Бог и Господь i |.1ш Иисус Христос, через Которого получили мы примирение; знает и Дух Святый, поставивший нас на это >. 1ужение, в котором стоим и хвалимся надеждою славы, 11 'им. 5,2) Господа нашего Иисуса Христа, Которому сла-| t.i во веки веков. Аминь.

Слово 11

ГОВОРЕННОЕ БРАТУ ВАСИЛИЯ ВЕЛИКОГО,

Святому ГРИГОРИЮ, ЕПИСКОПУ Нисскому,

КОГДА ОН ПРИШЕЛ К CB. ГРИГОРИЮ БОГОСЛОВУ ПО РУКОПОЛОЖЕНИИ ЕГО В САН ЕПИСКОПА

Друга верного нельзя ничем заменить, и нет меры >ироте его. Верный друг — крепкая защита (Сир. 6, 1 и 15) и огражденное царство (Прит. 18,19);другвер-

234

Григорий Богослов

ный — сокровище одушевленное. Друг верный дороже золота и множества драгоценных камней. Друг верный — запертый сад, запечатанный источник (Песн. 4,12), которые временно открывают и которыми временно пользуются. Друг верный — пристанище для упокоения. А ежели он отличается благоразумием, то это еще драгоценнее! Ежели он высок ученостью, ученостью всеобъемлющей, какой должна быть и была некогда наша ученость, то это еще преимущественнее? А ежели он и сын света (Иоан. 12, 36), или человек Бо- . жий (1 Тим. 6, 11), или приближающийся кБогу (Исх. 19,22), нлимужлучшихжеланий (Дан. 9,22), или дос- i тойный одного из подобных наименований, какими ' Писание отличает мужей божественных, высоких и принадлежащих горнему, то это уже дар Божий и, оче- i видно, выше нашего достоинства. А ежели и приходит ! он к нам от друга, и притом равночестного и доброде- \ телью, и дружеством с нами, то это еще приятнее и сладостнее, и благоуханнее мира, украшающего бороду ;

иерея и края одежды (Пс. 132,2). \ Довольно ли этого? И точно ли изобразило вам ело- ;

во мужа этого? Или надобно, подражая прилежным жи- i вописцам, не один раз набросать краски, чтобы пред- i ставить вам в слове совершенное его изображение? j Итак, опишем его вам полнее и явственнее. Кто всех знаменитее из законодателей? — Моисей. Кто всех святее из священников? — Аарон. Оба братья не менее по благочестию, как и по плоти. Или лучше сказать, один — бог фараону (Исх. 7, 1), ходатай и законодатель Израиля, входящий внутрь облака, созерцатель Божественных тайн и тайноводитель, строитель истинной скинии, которую возвел Господь, а не человек (Евр. 8, 2); оба же равно иереи, как сказано: Моисей и Аарон между священниками Его (Пс. 98,6). Один — князь князей, иерей иереев, употребляет Аарона, где только нужен язык, и сам служит ему вместо Бога (Исх. 4,16). А другой немного ниже первого, но много превосходит других достоинством и близостью к Богу. Оба поража-

Слово 11

235

ют казнями Египет, рассекают море, переводят через него Израиля, потопляют врагов, низводят хлеб свыше, то дают, то услаждают, сверх упования, воду в пустыне. Оба низлагают Амалика святым воздеянием рук и про-()бразованием высшего таинства. Оба ведут и поспешают в землю обетованную. Не знакомое ли что для вас в -п-ом образе? Живописующее слово не ясно ли изобразило вам со мной одноименного и единодушного мужа? (^дин из них меня помазал и укрывавшегося извел на среду. Не знаю, что его побудило и чем он увлекся, поступив недостойно живущего в нем Духа. (Как ни жестоко слово это, однако же скажу, потому что дружество i [ереносит все, что ни терпит и ни слышит). Другой приходит утешить меня и примирить с Духом. И теперь для меня дорого его пришествие (да и как не дорожить им i ому, кто предпочитал вас всей своей жизни?), однако же укоряю его за то, что пришел позже, чем требовала i гужда.

К чему помощь после нашествия и поражения, наилучший из друзей и помощников? К чему кормчий пос-ic бури и лекарство по заживлении раны? Устыдился in ты причиняемого нам насилия, как братолюбивый 11ли и сам, как имеющий власть, вознегодовал на не-| юслушание? Которого из братьев обвиняешь и кото-1 юго освобождаешь от укоризны? Скажу тебе словами 11ова (и он сетовал на друга, хотя не на такого и не в i ;i ких страданиях): как ты помог бессильному, поддер-'А алмышиу немощного? Какой совет подал ты. немуд-I кму и как во всей полноте объяснил дело (Иов. 26,2)? А i го, как вижу, бывает ныне со многими судьями, кото-

I ibie легче простят самую важную вину людям значи-гсльным, нежели малость — незначительным. Хотя же

II .i и сам, может быть, видишь это (мне, который ставит i соя в образец и правило совершенства, и вместе имеет

III )веление не быть скорым на суд (Матф. 7,1), непозво-11 ггсльно и произнести о тебе что-либо недоброе), од-11, i ко же и тебе, и всякому желающему готов я по дружбе ;|.| i ь отчет в моей или непокорности, как назовут, мо-

236

Григорий Богослов

жет быть, некоторые, или предусмотрительности и осторожности, как сам себя уверяю; дабы ты видел, что i имеешь друга, который — не вовсе безрассуден и не- ! вежда, но может иное рассмотреть лучше многих, — 1 смел в том, что достойно смелости, и боязлив, где есть место страху, и где не бояться — всего страшнее для • имеющего ум. Как же рассудите и что признаете лучшим? Прикажете ли теперь дать вам отчет или найдете это неприличным времени, ибо собрались мы праздновать, а не судиться; или велите отложить дело до другого времени и собрания, ибо потребно слово продолжительнее того, какое дозволяет настоящий день.

Что же изреку вам достойное этого торжества, чтобы и мне самому не отпустить вас голодными, тогда как я распорядитель пира? Очистим себя, братия, ради мучеников, вернее же сказать, ради Того, для Которого и они очистили себя кровью и истиной; освободим себя от всякой скверны плоти и духа (2 Кор. 7,1), омоемся, очистимся (Ис. 1,16) и сами представим тела наши и души в жертвуживую, святую, благоугодную Богу, это наше словесное служение и молитву (Рим. 12, 1). Ибо для чистого ничто так не драгоценно, как чистота и очищение. Будем подвизаться ради подвижников, побеждать ради победивших, свидетельствовать истину' ради свидетелей. Принесем это в дар их подвигам, дабы и нам самим сделаться увенчанными и наследниками той же славы, как нами им воздаваемой, так и соблюдаемой на небесах, о которой напоминает и которую в мач лых чертах изображает видимое здесь. Будем подвиза-п ся против начал и властей, против невидимых гонителе и мучителей, против миродержителей тьмы века этог против духов злобы поднебесных и близнебесных, пр< тив внутренней борьбы в нас самих, в наших страстя против тварей ежедневно извне искушающих. Воор жимся терпением против раздражительности, как звер против языка, как острого меча, и погасим сластолюби как огонь. Приставим к слуху двери, которые бы благ< временно отворялись и затворялись, и уцеломудр»

< лово 11

237

' ч->), i ie дадим осязанию приводить нас в бешенство, вку-

• \ терзать, да не войдет смерть в окна наши (Иер. 9, .'") (как, по моему рассуждению, названы чувства), и i к моем неумеренность смеха, не преклоним колен пе-| н-д Ваалом по причине скудости, не поклонимся золо-п )му образу из страха, будем страшиться, чтобы не убо-н i ч л-я чего-либо более, нежели Бога, и чтобы не поругать

• «''раза Его грехом. Во всем воспримем щит веры и избежим всех стрел лукавого.

(лрашна эта брань, велико ополчение, и победа ве-шка! Если для этого мы собрались или сходимся, то i к )длинно угодно Христу наше празднество, действи-

II льно почтили или почтим Мучеников, истинно по-| н -д11 ые составляем лики. Если же имеем в виду угодить

III тхотям чрева, предаться временным забавам, вне-1 ти сюда удобоистощимое, думаем найти здесь место , г i я пьянства, а не для целомудрия, и время для купли и . и-л житейских, а не для восхождения и (осмелюсь так i к.пать) обожения, к которому служат нам посредниками Мученики, то, во-первых, не знаю, благовремен-| и > ли это. Ибо какое сравнение соломы с пшеницею, UK л'ских забав с подвигами Мучеников? Первые при-|ичны зрелищам, а последние — моим собраниям. 11срвые свойственны развратным, а последние целомудренным; первые — плотоугодникам, последние — '' i решившимся от тела. А потом хотел бы я сказать i и что более смелое, но удерживаюсь от злоречия из \ г,.1жения ко дню; по крайней мере скажу (это будет i < •] )аздо скромнее), что не этого требуют от нас Муче-

II 11 КН.

11так, братия, не будем святого совершать нечисто, 1Ч.К окого —низко, честного —бесчестно, и, кратко ска-i.i 11>, духовного — по-земному. Торжествует и иудей, но i к i букве; празднует и эллин, но в угождение демонам, а \ 11. ic, как все духовно: действие, движение, желание, ' к жа, даже походка и одеяние, даже мановение, потому

• 111) ум на все простирается и во всем образует человека |г i liory; так духовно и торжествование и веселье.

238

Григорий Богослов

Не запрещаю давать себе и прохладу, но пресекаю всякую неумеренность. Если же мы духовно собираемся и празднуем память Мучеников, то желая много сказать, чтобы мы сами получили за это одинаковые с ними награды и наследовали туже славу (ибо, как думаю, для очищенных кровью и подражающих жертве Христовой святых мучеников соблюдается то, чего око не видало, ухо не слыхало, и не воображал ум человеческий, свободно созидающий в себе представление о блаженстве), по крайней мере (что, как я утверждаю, также не маловажно), увидим светлость святых мучеников, внидем в радость того же Господа и, насколько знаю, яснее и чище просветимся светом блаженной, начальной Троицы, в Которую мы уверовали, Которой служим и Которую исповедуем перед Богом и людьми, нимало не страшась и не стыдясь ни внешних врагов, ни встречающихся между нами лжехристиан и противников Духа. И, о если бы нам до последнего издыхания с великим дерзновением соблюсти этот прекрасный залог святых Отцов, живших ближе к Христу и к первоначальной вере, — это исповедание, в котором с детства мы воспитаны,. которое прежде всего научились произносить, и с ним, наконец, переселиться из этой жизни, взяв с собой отсюда не другое что, как одно благочестие! Бог же мира, Крестом примиривший с Собой нас, сделавшихся Его врагами через грех, благовествовавшийлшр и близким, и дальним (Ефес. 2,17), находящимся под законом и вне закона, Отец любви и Любовь (ибо этими преимущественно именами угодно Ему называться, чтобы самими именами предписывать нам братолюбие), давши новую заповедь — настолько любить друг друга, насколько мы сами Им возлюблены (Иоан. 13,34), позволяющий делать доброе насилие и терпеть его по страху, благоразумно уступать и иметь также дерзновение с разумом, усовершающий великие паствы и малые увеличивающий благодатью, — Он сам, по множеству благости Своей, да утешит нас утешением многим и да ведет нас вперед, пася с нами и спасая стадо; а вас да

лоно 12

239

«i ик-ршит на всякое дело благое, да наставит духовно ID] )/ксствовать в честь Мучеников, да удостоит насла-д1 ч 1,ся там, где обитель всех веселящихся, и когда яви-1 (ч i> ii правде, да насытит вас велением Своей славы, со-:•) >11.1С-МОЙ во Христе Иисусе, Господе нашем. Ему слава держава, честь и поклонение во веки веков. Аминь.

Слово 12

ГОВОРЕННОЕ ОТЦУ, ПОРУЧИВШЕМУ ЕМУ ПОПЕЧЕНИЕ О НАЗИАНЗСКОЙ ЦЕРКВИ

Vi-m мои открываю и вздыхаю (Пс. 118, 131). Духу I к •; 1.1Ю все свое и себя самого, и дело и слово, и бездей-1 in ic и молчание, только да обладает Он мной, да во-;ц и ML'! 1я, да направляет руку, ум и язык к чему должно и к «и-му хочет; а также и да отводит, от чего удаляться и д> i чж1 к) и для меня лучше. Я орган Божий, орган словес-111.1И, который настроил и в который ударяет добрый ХУД! OKI 1ик — Дух. Вчера располагал Он к молчанию, и м< HIM любомудрием было —не говорить. Ныне ударяет к v м. 11 я изглашу слово, моим любомудрием будет — i <' i ч > I) i ггь. Я не так многоречив, чтобы пожелал говорить, н< и д.1 заставляют молчать, и не так молчалив и мало-учг| i чтобы во время, приличное для слова, полагать I яр.тс-иие устам, напротив, и заключаю, и открываю \ /(iicpi. мою (Пс. 140, 5) Уму, Слову и Духу, единому есте-t п\ 11 Божеству. Итак, буду говорить, потому что имею и i г< > повеление. Говоритьже буду этому доброму Пас-п .i I) i» и вам, священная паства, что, по моему рассужде-11) п< i, лучше и мне ныне сказать, и вам услышать.

Д'|я чего стал нужен сопастырь тебе? Ибо с тебя 11.)' 111 (.-тся слово, любезная и почтенная для меня гла-и.». | '.i ш ючестная голове Аарона, с которой стекает ду-< .1чи )L- и священное миро даже на бороду и одежду 11< 1 .•) 2,2). Для чего ты, когда сам еще в состоянии под-(11 ,к 11 нать и руководствовать многих, и действительно | (п'м ни )дствуешь силой Духа, —в духовных делах требу-

240

Григорий Богослов

ешь для себя жезла и подпоры? Потому ли, что и с великим Аароном, как знаем и слышим, помазаны были Еле- ;

азар и Ифамар, сыны Аароновы? Ибо о Надаве и Авиуде ;

охотно умолчу, чтобы не произнести неприязненного , слова. Потому ли, что и Моисей еще при жизни назна- . чает Иисуса вместо себя законодателем и вождем по- ' спешающих в землю обетованную? Об Аароне же и Оре,;

которые поддерживали руки Моисеевы на горе, чтобы ' Амалик побежден был Крестом, издалека преднаписуе-мым и прообразуемым, считаю для себя удобным и не говорить, как о примере для меня весьма несвойственном и неприличном; потому что Моисей избрал их не участниками в законодательстве, но помощниками в молитве и подпорой для утомленных рук. Но у тебя что страждет, что утомлено? Тело ли? Я готов поддерживать,' даже поддерживал; и сам поддержан, как Иаков, отеческими благословениями. Или Дух? Но в ком он крепче и пламеннее, особенно теперь, когда более и более подчиняется и уступает ему плотское, как вещество, противопоставленное свету, преграждающее его и препятствующее сиянию? Ибо плоть и дух всего чаще враждуют между собой и противоборствуют друг другу? И как тело бывает в добром состоянии, когда болезнует душа, так душа цветет и простирает взоры горе, когда желание удовольствий утихает и увядает вместе с телом. Но в . тебе удивился я еще простоте и смелости; как не убоялся ты (чего весьма должно опасаться в настоящие времена), чтобы твоей духовной ревности не почли одним предлогом, и не показалось многим, будто бы звание это принимаем для плотских целей, хотя и представляем на вид духовную пользу. Ибо многие сделали то, что оно почитается великим, самовластным и доставляющим какую-то чудную приятность, хотя бы надлежало быть предстоятелем и правителем паствы, которая еще менее обширна, нежели наша, и приносит более досады, нежели удовольствия. Этого довольно о твоей простоте или твоем чадолюбии, благодаря которым ты и сам не предпринимаешь ничего вредного и других ред-

< до по 12

назад содержание далее



ПОИСК:




© FILOSOF.HISTORIC.RU 2001–2021
Все права на тексты книг принадлежат их авторам!

При копировании страниц проекта обязательно ставить ссылку:
'Электронная библиотека по философии - http://filosof.historic.ru'
Сайт создан при помощи Богданова В.В. (ТТИ ЮФУ в г.Таганроге)