Библиотека    Новые поступления    Словарь    Карта сайтов    Ссылки





назад содержание далее

Часть 4.

4. Гениальный ученик Сократа

От бога Аполлона?

Величайший философ древности Пла­тон родился в 427 году до н. э. в ари­стократической семье.

Платон был потомком царя Кодра по отцу, а мать происхо­дила из семьи знаменитого афинского законодателя VI в. до н. э. Солона. Чтобы подчеркнуть необыкновенное рождение Платона, Диоген Лаэрций рассказывает, что мать Платона -Периктиона поразила воображение отца Платона своей красо­той настолько, что Аристон сохранял ее в чистоте, пока она не родила от бога Аполлона. В этой легенде ясно намекается на

73

божественное, необычное происхождение Платона, которому при рождении дали имя «Аристокл».

Как и все представители аристократов, Платон воспиты­вался в семье в презрении к физическому труду и торгашеству, но много времени уделял гимнастике, борьбе, верховой езде. Крупной фигурой, отличным торсом молодой Платон напо­минал борца. Когда Сократ увидел Платона, он дал ему про­звище «Платон», что означает «широкоплечий», «ширина». Так Аристокл стал Платоном. Занятия спортом не мешали ему увлекаться музыкой и живописью, драматургией и поэзией. Платон настолько уверовал в свои таланты, что даже осмелил­ся писать трагедии и комедии. Одну из его трагедий даже хо­тели ставить на сцене. Однако, когда Платон познакомился с Сократом, ему показалось ничтожным все, что он написал, и он сжег свои поэтические и драматические опусы. До наших дней дошло только 25 поэтических эпиграмм молодого Платона.

Платон еще до знакомства с Сократом изучал философию своих старших соотечественников: Демокрита, Гераклита, ки­ников, софистов, пифагорейцев. Когда Платон познакомился с Сократом, он забросил все свои увлечения. С тех пор имя Сократа не сходит со страниц его философских произведений. Это Солнце, вокруг которого вращается и крепнет мысль Пла­тона. Через некоторое время после смерти учителя Платон приобрел в афинском пригороде сад, где устроил школу, кото­рая стала называться Академией в честь героя Академа. В этой школе Платон провел остаток жизни. Он умер глубоким ста­риком, в возрасте восьмидесяти лет. Сама школа с ее тради­циями просуществовала почти тысячу лет и была закрыта только в 529 г. императором Юстинианом.

Мир идей Платона

У древних греческих материалистов мир состоял из вещей, реально сущест­вующих.

Каждый философ-материалист пытался найти первооснову вещей в воде, воздухе, огне и т. п. Чувственные вещи сущест­вуют, возникают и погибают, изменяются, движутся. Вещи преходящи. Их можно познать. Наши знания в какой-то мере есть отражение свойств вещей.

У Платона мир вещей также текуч, преходящ. Однако есть нечто вечное, что определяет материальные явления. Это при­чины, которые нельзя воспринять чувствами, но можно по­стичь умом. Эти причины есть формы вещей. Их Платон называет

74

идеями. Платон приводит пример с классом коней. Существу­ют реальные кони в реальном мире, им соответствует идея коня в мире бестелесном. Как можно убедиться в том, что эти идеи существуют? Обычным способом - никак. Идеи нельзя по­щупать, их нельзя увидеть, осязать. Идеи можно «созерцать» толь­ко умом. Платон в единичных вещах вычленяет общее и пере­носит его в «занебесную» область. Так появилось идеальное, нечувственное и даже сверхчувственное бытие.

Платон впервые разделил философов на два течения в зави­симости от решения ими вопроса о природе истинного бытия. Одни полагают, «будто существует только то, что допускает прикосновение и осязание, и признают тела и бытие за одно и то же». Другие настаивают «на том, что истинное бытие - это некие умопостигаемые и бестелесные идеи; тела же... называ­ют не бытием, а чем-то подвижным, становлением. Относи­тельно этого между обеими сторонами... всегда происходит сильнейшая борьба»1.

Если одни философы (названные позже материалистами) считают, что первоначала составляют природу, а душу они выводят из первоначал, то для других (названных позже идеа­листами), по словам Платона, «первоначало и есть душа, а не огонь и не воздух, ибо душа первична... именно душа сущест­вует по природе»2. Сам Платон относил себя ко вторым. Душа движет самое себя, она «правит всем, что есть на небе, на земле и на море с помощью своих собственных движений, названия которым следующие: желание, усмотрение, забо­та, совет, правильное и ложное мнение, радость и страда­ние, отвага и страх, любовь и ненависть»3. От души проис­ходят «вторичные движения тел». Душа «пестует все и ведет к истине и блаженству».

Душа и тело, по Платону, противоположны. Если тело -темница души, то душа является бессмертной сущностью, ко­торая вселилась в телесную оболочку: «Ведь каждое тело, дви­жимое извне - неодушевлено, а движимое изнутри, из самого себя - одушевлено, потому что такова природа души. Если это так, и то, что движет само себя, есть не что иное, как душа, из этого необходимо следует, что душа непорождаема и бес­смертна».4

1 Платон, Софист, 246 а-с. Соч. т. 2. М., 1970, cc. 364 - 365.

2 Платон, Софист, 246 а-с. Соч. т. 2. М., 1970, с. 181.

3 Платон, Софист, 246 а-с. Соч. т. 2. М., 1970, с. 181.

4 Платон, Софист, 246 а-с. Соч. т. 2. М., 1970, с. 181.

75

Платон выстраивает целую иерархию божественного миро­порядка: «Великий предводитель на небе, Зевс, на крылатой колеснице едет первым, все упорядочивая и обо всем заботясь. За ним следует воинство богов и гениев, выстроенное в один­надцать рядов; одна только Гестия1 не покидает дома богов, а из остальных все главные боги, что входят в число двенадцати, предводительствуют каждый порученным ему строем.

В пределах неба есть много блаженных зрелищ и путей, ко­торыми движется счастливый род богов; каждый из них свер­шает свое, а руководит им всегда желание и могущество - ведь зависть чужда сонму богов.

Души, называемые бессмертными, когда достигнут верши­ны, выходят наружу и останавливаются на небесном хребте; они стоят, небесный свод несет их в круговом движении, и они созерцают то, что за пределами неба».2 Так Платон пред­ставляет занебесную область. Занебесную область «занимает бесцветная, без очертаний, неосязаемая сущность, подлинно существующая, зримая лишь кормчему души - уму; на нее-то и направлен истинный род знания»3.

Мысль Бога и мысль души питается «умом и чистым зна­нием». Когда душа путешествует по небесному своду, она «питается созерцанием истины». Насладившись, душа возвра­щается домой. Возничий ставит коней, задает им амброзию и поит нектаром. Каждая душа стремится попасть в «поле исти­ны», но не каждой это удается. Часто ломаются крылья. Зато та душа, которой удается попасть на поле истины и стать спутницей Бога, постигает истину. Когда же она отяжелеет и по какой-то случайности утратит крылья, то она сначала не вселяется ни в какое живое существо, но затем, при втором рождении, она попадает в «плод будущего поклонника мудро­сти и красоты»,4 или в плод человека, который затем будет «предан Музам и Любви». Вторая душа попадает в плод царя, который способен управлять и соблюдать законы. Третья душа попадает в плод будущего государственного деятеля, хозяина, добытчика. Четвертая - в плод будущего врачевателя или спортсмена, пятая - в прорицателя, экстрасенса, мистика, шестая - в поэта, седьмая - ремесленника или земледельца, восьмая в демагога или софиста, девятая - в тирана.

1 Гестия - богиня очага. Она находится в центре всех планетных сфер, ее имя тождественно «сущности».

2 Платон, Федр, Соч. т. 2, М., 1970, cc. 182 - 183.

3 Платон, Федр, Соч. т. 2, М., 1970, cc. 182 - 183.

4 Платон, Федр, Соч., т. 2, с. 184.

76

Если эти люди будут вести себя праведно, то позже их душа переселится в человека, который получит высшую или лучшую долю. Когда человек умирает, то душа путешествует десять тысяч лет. Такой срок ей нужен, чтобы окрылиться. Это про­изойдет раньше, если человек искренне «возлюбит мудрость» или полюбит. В таком случае души окрыляются быстрее, за три тысячелетних круговорота, если три раза подряд изберут для себя такой образ жизни и «на трехтысячный год отходят». Остальные - не мудрецы и не влюбленные - подвергаются су­ду, находятся после суда в темнице или же ведут такую жизнь, какую они вели в человеческом образе. Через тысячу лет каж­дый получает себе новый удел, может вести даже жизнь жи­вотного, чтобы через новый срок воплотиться в новый образ.

Когда душа путешествует, она все запоминает, а когда она воплощается в человека, то тому кажется, что он где-то все это видел. Это его душа дает ему знать о том, что она когда-то видела. Согласно Платону, «окрыляется только разум филосо­фа»: у него всегда по мере его сил память обращена на то, чем Божественен Бог». Мудрец, посвященный в таинства, стано­вится подлинно совершенным. Тот, кто созерцает красоту, окрыляется, а окрылившись, стремится взлететь. Любитель прекрасного становится влюбленным. Дружба с добродетель­ным человеком не дает такого результата, как любовь. Чело­век, соединившись с другим по расчету, обрекает себя на то, что его душа будет девять тысяч лет «бессмысленно слоняться по земле и под землей». Поэтому Платон - истовый певец люб­ви - советует каждому: любите.

Космос

Мир идей Платона, как пирамида, завершается идеей Блага.

Идея Блага «придает познаваемым вещам истинность», яв­ляется причиной знания, она подобно Солнцу, дающему рож­дение, способствующему росту и питанию, дает вещам бытие и существование. Благо проявляется в прекрасном и истин­ном, его трудно постичь человеческому уму, но его можно по­стичь через красоту, соразмерность и истину. Идея для Плато­на есть образец (парадигма) для вещей, общее понятие, сущность данного класса вещей, причина, к которой стремят­ся вещи.1 Платон - сторонник телеологического понимания мира, он считает, что все процессы в мире целесообразны, продуманы Творцом.

1 Богомолов А.С. Античная философия, МГУ, 1985, cc. 175 - 176

77

Творец у Платона - это Демиург1, который создает из мате­рии весь мир согласно предначертанной идее. В диалоге «Тимей» Платон рассказывает, как Бог, «приступая к состав­лению тела Вселенной, сотворил его из огня и земли»2. Между огнем и землей он поместил воду и воздух. Так возник Кос­мос. Путем вращения Бог «округлил космос до состояния сфе­ры», затем сделал тело космоса «равномерным, то есть одина­ково распространенным во все стороны от центра, целостным, совершенным и составленным из совершенных тел»3.

В центр космоса Бог вложил Душу, которую сотворил как первенствующую и старейшую «по рождению и совершенст­ву», «как госпожу и повелительницу тела». Затем смесь идей и материи Бог разливает по пространству, в результате чего Космос становится живым существом, одаренным умом. Затем Бог творит все живое на Земле - от пернатых до водных су­ществ. Из смеси, которая разлита в пространстве, Бог готовит для каждого его душу. Каждой душе соответствует неподвиж­ная звезда. У Платона астрология тесно связана с судьбой че­ловека.

Особое место занимает «небесный род богов». Боги по­меньше и создают человека. Когда человек умирает, душа его возвращается на свою звезду и ведет там блаженную жизнь. Если человек не смог вести себя праведно, то в следующем перерождении он может стать пернатым или водяным сущест­вом. Самые невежественные, не могущие философствовать, «скудоумные неучи» становятся водяными животными.

Нравственный идеал

Нравственность в философии Платона зависит от качества души человека, его поведения.

Еще когда человеческая душа была в космосе, человек до рождения уже имел понятие о прекрасном, добром, справед­ливом. Побывав в космосе, душа вселяется в тело человека, и от этой души человек уже не может избавиться. Он может только своим нравственным поведением улучшить свое сле­дующее перерождение. Платоновская философия не давала плохому человеку надежды на покой, ведь порочная душа, по Платону, «блуждает... одна во всякой нужде и стеснении, пока не исполнятся времена, по прошествии коих она силою необ-

1 «Демиург» - ремесленник, который свои изделия делает руками.

2 Платон. Тимей. Соч., т. 3, М., 1971, с. 472.

3 Платон. Тимей. Соч., т. 3, с. 474.

78

ходимости водворяется в обиталище, какого заслуживает. А души, которые провели свою жизнь в чистоте и воздержанно­сти, находят и спутников и вожатых среди богов, и каждая поселяется в подобающем ей месте».1

В диалоге «Протагор» Платон раскрывает собственное представление о хорошем образе жизни в духе рационалисти­ческого эвдемонизма. Смысл его рассуждений, которые пода­ны в форме беседы Сократа и Гиппократа с Протагором, сво­дится к следующему. Чтобы человеческий род смог выжить и люди не поубивали друг друга они должны жить добродетельно и воспитывать в этом духе своих детей. В понятие добродетели входят: мудрость, рассудительность, мужество, справедливость, благочестие. Знание и выполнение законов своего государства также является добродетелью.

О государстве

От этики Платон переходит к политике и учению о государстве.

Существуют формы правления, в которых, по Платону, дей­ствуют законы. Это монархия, аристократия и демократия. Но есть и такие формы, где законы нарушаются и не исполняют­ся. Это тирания, олигархия. Платон был глубоко разочарован распадом античного общества и политикой существующих властей. Поэтому он создает своеобразную утопию о лучшем госу­дарственном устройстве.

В диалоге «Государство» он делит людей на три сословия. К самым низшим относятся крестьяне, ремесленники, торгов­цы, которые обеспечивают материальные потребности людей. Второе сословие составляют стражи (воины). Управляют же философы. Это высшее сословие в утопии Платона. Переход из одного сословия в другое почти невозможен. Получается, что одни люди только управляют, другие - только защищают и охраняют, а третьи - только работают. Для Платона, живущего в рабовладельческом государстве, естественно наличие рабства.

Само государство есть воплощение идей, а люди выступают в виде игрушек, придуманных и управляемых Богом. Человек должен исполнять то, что ему предписывается Богом и зако­ном, проводить свою жизнь в играх, плясках, приносить жерт­воприношения богам. Древнегреческий философ по существу пытается реставрировать классический полис. В его утопии все принесено в жертву идее, в этом обществе нет никакого движения, никакого развития.

1 Платон. Федон. Соч., т. 2, с. 82.

79

Идеальное государство Платона поражает дотошной регла­ментацией всех моментов человеческой жизни. Это казармен­ное государство. Платон наивно полагал, что его идеальное государство поможет преодолеть те несовершенные формы правления, которые он наблюдал в античном обществе.

В античном обществе полагали, что каждый гражданин по­лиса может управлять государством. Поэтому правителем мог стать любой свободный гражданин. Для такого правления ес­тественным была частая сменяемость выборных лиц. Плохих правителей ожидал всеобщий остракизм. Часто бывало так, что вознесенного народом за какие-то заслуги правителя после неудачи казнили. Вот почему Платон был противником демо­кратии.

Ему не нравились и такие формы правления, как тимократия, олигархия, тирания. Он полагал, что они извращают идеи идеального государства. При таких формах правления государ­ство как бы поделено на два враждебных лагеря - бедных и богатых. По Платону, частная собственность вносит в среду граждан раздор, насилие, принуждение, алчность.

При тимократии власть честолюбцев выливается в стрем­ление к обогащению. При таком правлении вначале правители пользуются почетом, воины не работают, трапезы общие, в почете общие упражнения в гимнастике, военном искусстве. Затем среди граждан усиливается тяга к приобретательству и накопительству. Стремление к роскоши губит все лучшее, что было при тимократии. Обогатившись, немногие избранные стремятся захватить власть. Так тимократия вырождается в олигархию, то есть в господство немногих над большинством.

В олигархическом государстве некоторые члены общества начинают заниматься делом. Это ремесленники, земледельцы, воины. Затем олигархия сменяется демократией, где власть народа выливается в обострение противоречий между богаты­ми и бедными в большей степени, чем в олигархии и тимокра­тии. Если народ не захватывает власть или ее не удерживает, на смену демократии приходит тирания.

Тирания выступает как результат нарушения меры. Народ от избытка свободы попадает в рабство. Происходит это так: самые ядовитые из трутней, по словам Платона, пробираются к власти, а остальные «усаживаются поближе к помосту, жуж­жат и не допускают, чтобы кто-нибудь говорил иначе»1. Эти

1 Платон. Государство. Соч. т. 3, ч. 1, М., 1971, с. 382.

80

трутни собирают «мед» из «сотов», то есть, стараются как можно больше взять денег с богатых. Самая многочисленная прослойка - это народ, который беден, но ему всегда можно дать небольшую часть, отнятую у богатых. Зато большая часть достается тем, у кого власть.

Тиран вырастает из ставленников народа. Народу начинает нравиться кто-то из трутней, который очень сладко поет, обе­щает народу сто коробов. Однако, когда его выдвигают в пра­вители, он начинает круто меняться - становится волком, оск­верняя себя убийствами своих политических противников. «В первые дни, вообще в первое время он приветливо улыбается всем, кто бы ему ни встретился, а о себе утверждает, что он вовсе не тиран; он дает много обещаний частным лицам и обществу; он освобождает людей от долгов и раздает землю народу и своей свите. Так притворяется он милостивым ко всем и кротким... Когда же он примирится кое с кем из своих врагов, а иных уничтожит, так что они перестанут его беспо­коить, я думаю, первой его задачей будет постоянно вовлекать граждан в какие-то войны, чтобы народ испытывал нужду в предводителе... да и для того, чтобы из-за налогов люди обед­нели и перебивались со дня на день, меньше злоумышляя про­тив него».1

Платон считал, что его идеальное государство преодолевает все несовершенства прежних правлений. У человека есть три начала, которые его одолевают: философское, честолюбивое и сребролюбивое. Поэтому управлять государством может не каждый, а только тот, кто больше заботится об истине, позна­нии. В утопическом государстве Платона управляют филосо­фы, мудрецы. Везде главенствует закон, ему подчиняются все. Если кто-то нарушает закон, его наказывают. Правитель имеет право «одного присудить к смертной казни, другого - к побоям и тюрьме, третьего - к лишению гражданских прав, прочих же наказать отобранием имущества в казну и изгнанием».2

Религия и мораль в этом государстве вытекает скорее из закона, чем из веры в Бога. Это государство, в котором суще­ствует насильственное земельное уравнение. Люди разделены по разрядам согласно разделению общественного труда. Одни добывают средства питания для граждан, другие строят жили­ща, третьи изготавливают инструменты, четвертые занимаются перевозками, пятые торгуют, шестые обслуживают граждан

1 Платон. Государство. Соч. т. 3, ч. 1, М., 1971, с. 385.

2 Платон. Государство. Соч. т. 3, ч. 1, X.

81

идеального государства. Рабов Платон не учитывает, посколь­ку они для него - данность, которую Платон не оспаривает. Правят в этом идеальном государстве мудрецы, которых спе­циально обучают и готовят к такой деятельности.

Охраняют государство воины. В отличие от основной мас­сы, воины не имеют частной собственности, они живут от­дельно. Платон их уподобляет собакам, которые должны по­могать пастухам охранять стадо. Воины, согласно Платону, живут в лагерях. Тут же могут находиться и женщины, кото­рые вполне справляются с обязанностями воинов. Когда жен­щины будут находиться с мужчинами в лагерях, между ними может возникнуть симпатия. Платон считает это естественным и предписывает начальству подбирать пары, но не для созда­ния семьи, а для деторождения. Как только женщина родит ребенка, предполагается, что его тотчас же отбирают, чтобы она даже не знала его. Потом через некоторое время дают их кормить, но так, чтобы мать не знала, чей это ребенок. Все женщины в лагере общие, мужчины лагеря считаются отцами всех детей. Это, считает Платон, надо сделать для того, чтобы воины не были привязаны к своим семьям и детям, чтобы у них не возникла тяга к частной собственности.

Таковы основные идеи социальной утопии Платона, кото­рую называли предвестницей утопического социализма. Но нам кажется, что его утопия близка ко всем тоталитарным режи­мам XX в. Достаточно вникнуть в то, что предлагал Платон. Он предлагал поделить землю на равные участки; сельским хозяйством занимаются рабы; население живет за счет работы рабов. Все население поделено на четыре класса, регламенти­руется не только количество денег в их собственности, но да­же доход, прибыль. Руководящие органы состоят из 37 мудре­цов, их выбирают все. Тридцать пять человек составляют совет стратегов, военоначальников, жрецов, надзирателей рынков, городских чиновников, надзирателей за сельскохозяйственны­ми работами и финансами. Суды избираются, над ними стоят десять мудрецов-наблюдателей: «ночное собрание». Тайная полиция следит за всем в городе (полисе). Следят они также за исполнением религиозных обрядов. «Безбожие» преследует­ся по закону вплоть до тюремного заключения и даже смерти.

Подвергается преследованию и искусство, если оно не на­правлено на моральное совершенствование человека. Платон допускает во имя общих целей государства применять все средства манипулирования общественным мнением, включая

82

ложь и обман, «на благо подданных», надувательство во время выборов, политические убийства. В «Законах» у Платона ска­зано: «Самое главное здесь следующее: никто никогда не дол­жен оставаться без начальника - ни мужчины, ни женщины. Ни в серьезных занятиях, ни в играх никто не должен при­учать себя действовать по собственному усмотрению; нет, всегда - и на войне, и в мирное время - надо жить с постоян­ной оглядкой на начальника и следовать его указаниям... Надо начальствовать над другими и самому быть у них под началом. А безначалие должно быть изъято из жизни всех людей и даже животных, подвластных людям».1

Платон надеется остановить распад античного государства укреплением его структур, требует уничтожить демократию, ограничить частную собственность. Эта «афинская идеализа­ция египетского кастового строя», по словам К. Маркса, вела не вперед, а консервировала старое. Хотя идеи Платона о го­сударстве в истории философии не раз пересматривались, они питали многие философские размышления, оказывали воздей­ствие на политическую организацию общества последующих поколений. А его идея преимущества общего интереса над частным получила дальнейшее развитие в последующих фило­софских учениях.

5. «Проживи незаметно». Певец «наслаждений»

В истории философии вряд ли можно назвать другого фило­софа, чье учение столь бы искажалось и личность которого подвергалась бы таким нападкам, как Эпикур.

Диоген Лаэрций сообщает об Эпикуре, что он родился на острове Самос в 342 - 341 г. до н. э. Его отец был военным поселенцем. Некоторое время Эпикур жил в Афинах, Колофоне, в различных городах Малой Азии, зарабатывая на жизнь учительским трудом. В тридцатипятилетнем возрасте он поку­пает в Афинах дом с садом и устраивает школу, которую стали называть «Сад Эпикура». На воротах этой школы была поме­щена надпись: «Странник, тебе будет здесь хорошо: здесь удо­вольствие - высшее благо». О личной жизни Эпикура ничего не известно, кроме того, что он умер в 270 - 271 году, на семи­десятом году жизни.

1 См. Богомолов А.С. Античная философия, МГУ, 1985, с. 187.

83

Известно также, что с четырнадцати лет Эпикур увлекся философией, в молодости побывал в Афинах; возможно, слушал Ксенократа, ему были известны идеи Демокрита, Платона.

Философия Эпикура вызывала возмущение у последующих поколений философов, особенно религиозных. На наш взгляд профессор А. С. Богомолов верно подчеркивает в этой связи два обстоятельства. Во-первых - это этика Эпикура, в которой античный мудрец «подчеркивает независимость этики от ре­лигиозного и государственного авторитета». Ни тот, ни другой не могут играть никакой роли в определении поведения чело­века, свободного в своих поступках. Во-вторых - отношение Эпикура к богам. Не отвергая их существование, Эпикур и эпи­курейцы считают невозможным какое бы то ни было вмеша­тельство богов в человеческую жизнь».1

Атеистический смысл учения Эпикура рано разгадали все философы и официальные представители Церкви. Мо­жет быть, этим объясняется то, что произведения Эпикура практически до нас не дошли. Науке известны несколько отрывков из произведений Эпикура, и это - все. Из 300 трудов сохранились три послания Эпикура - к Геродоту о природе, к Пифоклу о небесных явлениях и к Менекею об образе жизни. «Главные мысли» афоризмов по этике и 81 афоризм на этическую тему обнаружены в библиотеке Ва­тикана. А Эпикур только о природе написал тридцать семь книг! Среди этих трудов известны только названия: «Об атомах и пустоте», «О предпочтении и избегании», «О бо­гах», «О конечной цели», «О судьбе», «О представлениях», «О царской власти», «О любви» и т. д.

Учение о природе

Натурфилософия Эпикура опирается на основные принципы, которые из­ложил еще Демокрит.

По Эпикуру, материя существует вечно, она не возникает из ничего и не исчезает: «ничто не происходит из несуществую­щего...»2. Вселенная вечна, неизменна: «Вселенная всегда была такой, какова она теперь, и всегда будет такой, потому что нет ничего, во что она изменяется». Вселенная состоит из тел и пустоты. Тела двигаются в пространстве. Все состоит из неде-

1 Богомолов А.С. Античная философия, с. 246.

2 Антология мировой философии, т. 1, М., 1969, с. 346.

84

лимых атомов. Вселенная безгранична «и по количеству тел и по величине пустоты (пустого пространства)»1.

Эпикур не только повторяет мысли Демокрита о мире, но и пытается развивать их. У Демокрита атомы различаются формой, порядком, положением, а Эпикур описывает их фор­му, величину и тяжесть (вес). У Эпикура атомы малы и неза­метны, у Демокрита атомы могут быть «с целый мир». Все ве­щи состоят из атомов, представляя собой некоторую целостность, обладающую устойчивыми качествами и свойст­вами. Для Эпикура пространство является необходимым усло­вием движения тел, а время - свойство тела для основания временности, преходящего характера отдельных тел и явлений. Атомы двигаются под действием тяжести сверху вниз, но иногда они отклоняются: тогда происходит столкновение ато­мов и образование новых тел.

Как известно, Демокрит был сторонником жесткого детер­минизма. Что касается Эпикура, он допускает случайность, и это было шагом вперед по сравнению с демокритовской фило­софией.

В натурфилософии Эпикура просто нет места для «первого двигателя», для идей Платона о Боге как Творце природы. Признавая вечность материи, Эпикур утверждает материаль­ное единство мира. У него, кроме материи, из которой все состо­ит, больше ничего нет.

Космос состоит из материальных частиц-атомов, двигаю­щихся в пустом пространстве. Атомы бесчисленны по количе­ству. Движение атомов непрерывно. Они сталкиваются друг с другом, отталкиваются друг от друга. Начала этим движениям нет. «Одни далеко отходят друг от друга. Другие получают на­стоящий скачок, когда они приходят в столкновение: они или сами отклоняются или их накрывают, сплетаясь, другие. Это созидает сама природа пустоты, отделяя каждый атом: ведь она неспособна дать им опору. Также и присущая им плот­ность вызывает при столкновении отскок, поскольку столкно­вение допускает еще выход из сплетения».2 Когда атомы от­клоняются, то это происходит не беспричинно. Случайность у Эпикура - результат внутренней причины, и он был одним из первых, кто поставил вопрос о взаимодействии необходимости и свободы, о необходимости и случайности. Афинский мудрец не

1 Антология мировой философии, с. 348.

2 Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М., 1979, X, 21.

85

был фаталистом, ему не нравилось демокритово объяснение причинно-следственных связей в мире. Эпикур считал, что уж лучше верить в богов и выпросить у них то, что хочешь, чем стоять перед необходимостью естественников, которая приоб­ретает роль рока.

В философии Эпикура намечен путь к вероятностному по­ниманию закономерностей микромира. В его понимании в природе имеются не только жестко детерминированные связи, но и вероятностные, случайные, которые тоже являются про­явлениями необходимости, результатом причинно-следствен­ных связей и отношений. Существует множество причин, по которым происходят те или иные небесные или природные явления. Отсюда и множественность объяснений природных явлений.

Роль души

Процесс познания по Эпикуру осуще­ствляется с помощью ощущений: «все наши помышления возникают из ощу­щений в силу их совпадения, сораз­мерности, подобия или сопоставления, а разум лишь способствует этому»1.

Помогает познанию душа, которая понимается Эпикуром как «состоящее из тонких частиц тело, рассеянное по всему орга­низму, очень похожее на ветер с какой-то примесью теплоты».2 Если человек погибает, то душа с ее способностью чувствовать «рассеивается и уже не имеет тех же сил и не совершает дви­жений, так что не обладает и чувством»3. Душа, с точки зрения Эпикура, не может быть бестелесной: «говорящие, что душа бестелесна, говорят вздор»4. Душа обеспечивает человека чув­ствами. Чувство есть не что иное как образ вещей. Эпикур счи­тал, что в процессе ощущения «мы видим и мыслим очертания вещей потому, что к нам притекает нечто из мира внешнего».

Его теория отражения представлена в наивно-материали­стической форме. Получается, что от поверхности тел истека­ют мельчайшие образы, которые через воздух проникают в наши органы чувств и вызывают в нас ощущения, образы ре­альных вещей. Истечения возникают в воздухе, они сохраняют отпечаток, оттиск с вещей. Эти истечения-образы по Эпикуру

1 Антология мировой философии, М., 1969, т. 1, ч. 1, с. 351.

2 Антология мировой философии, с. 351.

3 Антология мировой философии, с. 352.

4 Антология мировой философии, с. 352.

86

«имеют непревосходимую тонкость», «непревосходимую быст­роту», «возникновение образов происходит с быстротою мыс­ли, ибо течение [атомов] с поверхности тел непрерывно, но его нельзя заметить посредством [наблюдения], уменьшения [предметов], вследствие противоположного восполнения тела­ми того, что потеряно. Течение образов сохраняет [в плотном теле] положение и порядок атомов на долгое время, хотя оно [течение образов] иногда приходит в беспорядок. Кроме того, в воздухе внезапно возникают сложные образы...»1

Эпикур считает, что познать объективную истину возмож­но, а наши заблуждения есть не что иное, как ложные прибав­ления, сделанные разумом и ощущениями. Чтобы избавиться от заблуждений, следует стремиться к тому, чтобы наш разум нас не обманывал, а наши мысли совпадали с реальностью, для чего необходимо правильно устанавливать значение слов.

О богах

Стихийно-материалистическое объяс­нение природы, познания и души при­вело к особому пониманию Эпикуром богов.

Напомним, что современники не упрекали его в безверии и даже отмечали, что он участвовал в религиозных обрядах. И тем не менее все поздние философы упрекали Эпикура в ате­изме, безбожии. Дело в том, что он признавал существование богов, но особых, которые не вмешивались в дела мира, жили в межмировых пространствах - интермундиях (междумириях). «Богов не интересуют дела людей... пребывая в блаженном покое, они не слышат никакой мольбы, не заботятся ни о нас, ни о мире».2 Так что напрасно люди взывают к богам. Их мольбы не доходят по назначению.

Эпикур считал, что, как только человек осознает это, он уже не будет испытывать страха и суеверия. Если боги все равно что рыбы Гирканского моря, от которых мы не ждем ни вреда, ни пользы, то стоит ли испытывать «ужасы и помраче­ние духа» при мысли о богах? Страх, испытываемый челове­ком перед богами, античный мыслитель считал злом, которое можно преодолеть. Необходимо понять, что боги, как и все вокруг, состоят из атомов и пустоты, и они не вмешиваются в дела природы. Для того, чтобы чувствовать себя уверенным, надо изучать законы природы, а не обращаться к богам:

1 Антология мировой философии, с. 349.

2 История философии. М., 1940, с. 279.

87

«Смертные видели определенный порядок явлений... но не могли объяснить, отчего это все происходит. Им представлял­ся один лишь исход: предоставить богам все и допустить, что по воле богов все на свете вершится».1

Афинский мудрец считал, что «глупо просить у богов то, что человек способен сам себе доставить».2 Человек должен опираться на свои способности, заниматься самосовершенст­вованием, строить свою жизнь, не кивая на богов. Что касает­ся признания богов самим Эпикуром, то это не что иное, как тактический прием, позволявший избежать укоров и пресле­дований со стороны верующих соотечественников, жрецов, служителей Бога. Теперь мы понимаем, что Эпикура не на­прасно упрекали в безбожии. Да, он действительно является одним из ярких представителей свободомыслия в античности.

Эпикуреец -развратник? Сластолюбец? Жуир?

Эпикура часто упрекали в безнравст­венности. Его безбожие, полагали кри­тики, делает человека не только без­нравственным, но и преступным, без­верие уничтожает внутренний стержень личности, превращает человека в жи­вотное.

Слово «эпикуреец» стало нарицательным. Им называли чело­века, для которого удовольствие и наслаждения являются главным в жизни. Французы говорят о таком человеке «свинья из стада Эпикурова». Были ли основания упрекать Эпикура в сластолюбии, безнравственности, ведь «дыма без огня не бы­вает»? Может быть, правы критики?

Чтобы разобраться в этом, давайте посмотрим, как Эпикур решал многие вопросы морали. Для Эпикура человек - прежде всего чувствующее существо, а чувства являются критерием морали. Добродетель у Эпикура становится средством дости­жения наслаждения. Наслаждение - это высшее благо, удо­вольствие - добро. Каждый человек стремится искать удоволь­ствия и избегать страданий. «Поэтому мы и объявляем наслаждение началом и целью блаженной жизни»,3 - заявлял Эпикур.

Эпикур делит желания, наслаждения на естественные, не­обходимые и пустые. Он пытается классифицировать желания и

1 История философии, с. 279.

2 Антология мировой философии, М., 1969, т. 1, ч. 1, с. 359.

3 Зпикур. Письмо к Менойкею, III, 13.

88

потребности: «Надо принять во внимание, что желания быва­ют: одни - естественные, другие - пустые, и из числа естест­венных одни - необходимые, а другие - только естественные; а из числа необходимых одни - необходимы для счастья, дру­гие - для спокойствия тела, третьи - для самой жизни. Сво­бодное от ошибок рассмотрение этих фактов при всяком вы­боре и избегании может содействовать здоровью тела и безмятежности души, а так как это есть цель счастливой жизни: ведь ради этого мы все делаем именно, чтобы не иметь ни страданий, ни тревог... Мы имеем надобность в удовольствии тогда, когда страдаем от отсутствия удовольст­вия: а когда не страдаем, то уже не нуждаемся в удовольст­вии. Поэтому мы и называем удовольствие началом и кон­цом счастливой-жизни».1

Не всякое удовольствие есть благо

Рассмотрев удовольствия, потребности и желания по степени нужности их человеку, Эпикур приходит к выводу, что не всякое удовольствие есть благо.

Человек выбирает только те удовольствия, за которыми не следуют неприятности. «Таким образом, всякое удовольствие по естественному родству с нами есть благо, но не всякое удо­вольствие следует выбирать, равно как и страдание всякое есть зло, но не всякого страдания следует избегать».2 Задача чело­века - научиться различать истинные и мнимые, естественные и суетные наслаждения. Сделать правильный выбор поможет че­ловеку философия. Вот почему Эпикур большое значение прида­вал философии и считал, что философию надо изучать и в юности, и в зрелые годы, и в старости: «Пусть никто в моло­дости не откладывает занятия философией, а в старости не устает заниматься философией: ведь никто не бывает ни не­дозрелым, ни перезрелым для здоровья души. Кто говорит, что еще не наступило или прошло время для занятия философией, тот похож на того, кто говорит, что для счастья или еще нет, или уже нет времени. Поэтому и юноше, и старцу следует за­ниматься философией: первому - для того, чтобы, старея, быть молоду благами вследствие благодарного воспоминания о прошедшем, а второму - для того, чтобы быть одновременно и молодым, и старым вследствие отсутствия страха перед буду­щим. Поэтому следует размышлять о том, что создает счастье,

1 Антология мировой философии, М., 1969, т. 1, ч. 1, с. 356.

2 Антология мировой философии, сс. 356 - 357.

89

если действительно, когда оно есть, у нас все есть, а когда его нет, мы все делаем, чтобы его иметь».1

Философия помогает человеку следовать правильным ори­ентирам. Она помогает человеку определить, что в удовольст­виях является главным, а что нет. Под благом Эпикур понима­ет прекрасную вкусную пищу; любовные наслаждения; приятные эмоции от созерцания прекрасных картин; наслаж­дения, получаемые от музыки. Но эти наслаждения не должны противоречить правилу жить разумно, нравственно и справед­ливо. Если удовольствия требуют от человека пожертвовать нравственностью или справедливостью, человек должен от них отказаться. Человек, будучи голодным, может получить удо­вольствие и от простого хлеба с водой.

Афинский мудрец на первое место ставит благоразумие, умеренность во всем. «Итак, когда мы говорим, что удовольст­вие есть конечная цель, то мы разумеем не удовольствия рас­путников и не удовольствия, заключающиеся в чувственном наслаждении, как думают некоторые, не знающие, или не со­глашающиеся, или неправильно понимающие, но мы разумеем свободу от телесных страданий и от душевных тревог. Нет, не попойки и кутежи непрерывные, наслаждения мальчиками и женщинами, не наслаждения рыбою и всеми прочими яства­ми, которые доставляет роскошный стол, рождают приятную жизнь, но трезвое рассуждение, исследующее причины всякого выбора и избегания и изгоняющее (лживые) мнения, которые производят в душе величайшее смятение.

Начало всего этого и величайшее благо есть благоразу­мие».2 Для Эпикура «благоразумие дороже даже философии». Он считает, что все добродетели происходят от благоразумия. Таким образом, мы видим, что наслаждения Эпикур понимал от­нюдь не в вульгарном, грубо чувственном смысле, как об этом говори­ли его критики. Удовольствие он рассматривает не отдельно само по себе, а в совокупности со страданием. Если желания естественны и необходимы, то, согласно Эпикуру, их нужно удовлетворять не во вред себе. Если эти желания суетны, то они могут у человека вызвать смятение и беспокойство. При удовлетворении желания следует, говорит Эпикур, помнить об умеренности, ибо удовольствия имеют свой предел.

1 Антология мировой философии, cc. 354 - 355.

2 Антология мировой философии, с. 357.

90

Высшая форма блаженства - состояние душевного покоя

Согласно Эпикуру, чувственные удовольствия - это удовольствия на миг. А вот такие духовные наслаждения и благо, как дружба и знание, являются действительно прочными и длительными. Наивысшая форма блаженства - состоя­ние душевного покоя, невозмутимости.

Идеал Эпикура - мудрец, питающийся хлебом и водою и состязающийся «в блаженстве с Зевсом». Он удаляется от мира без ненависти и проводит время с друзьями. Чтобы достичь независимости и спокойствия духа, мудрец вырабатывает в себе такие качества, как независимость от страстей и влече­ний, он не вмешивается в дела окружающего его мира - его эти дела не должны волновать; мудрец вырабатывает в себе привычку преодолевать страдания. «Проживи незаметно» -правило такого мудреца. Когда он вырабатывает в себе атарак­сию (невозмутимость духа), то становится счастливым и добро­детельным. Законом его жизни является ограничение чувст­венных удовольствий ради духовных.

Воздержание от излишеств

Скромная пища, согласно Эпикуру, позволяет оценить прелести жизни. Разве обжора и чревоугодник сможет насладиться вкусом лакомств на пиру?

Ведь это он видит каждый день, а мудрец сможет. Умерен­ная еда также «избавляет нас от страха перед Судьбой». Ведь бояться Судьбы следует тем, кто привык жить в роскоши и считает, что «самая несчастная жизнь у того, кто не имеет дос­таточного запаса денег, чтобы ежедневно расходовать мины и таланты»1. Чтобы покупать, люди совершают грабежи, способ­ны на любые преступления. «Но зачем бояться Судьбы тому, кто довольствуется дешевой пищей, например, плодами и зе­ленью, кому достаточно хлеба и воды и чьи желания не выхо­дят за эти скромные пределы?»2 - спрашивает Эпикур.

Эпикур призывает также к воздержанию от излишеств и злоупотреблений в чувствах, советует «не быть пойманным в сети любви». Любовные увлечения ослабляют силы, ведут к гибели начинаний, приводят в упадок дом, ослабляют чувство долга. Эпикур предостерегает учеников от незаконных связей с женщинами, ибо это приведет виновника к тюремному за-

1 См.: Гассенди. Соч. в 2-х т., М., 1966, т. 1, с. 344.

2 См.: Гассенди. Соч. в 2-х т., с. 344.

91

ключению, его могут побить соперники, изувечить родствен­ники и т. п. Это не значит, что человек должен отказаться от семьи и брачных отношений. Эпикур и здесь призывает жить стыдливо, ведь люди «живут в обществе, а не в открытом поле и не по звериному обычаю, который позволил бы им следо­вать одной лишь природе»1.

Даже музыка, как возбудитель сладострастия, в больших дозах может привести человека к нежелательным последстви­ям. Вот почему Эпикур призывает и здесь соблюдать меру. Ему кажется, что только мудрец сможет оценить по достоин­ству музыку и поэзию. Ведь музыка делает человека склонным к сибаритству, пьянству, лени. Поэзия делает человека, как считал Эпикур, склонным к порокам, и прежде всего к развра­ту. Поэзия представила богов подобно людям: боги ругаются, плачут, сожительствуют со смертными мужчинами и женщи­нами и т. п. От всего этого умные люди приходят в ужас. Вы­вод такой: пусть только мудрецы занимаются музыкой и по­эзией, они могут оценить не только достоинства поэзии и музыки, но и их вред и не поддаться на их чары.

О кротости и благодушии

Эпикур считает, что жизнь надо стро­ить на кротости, благодушии, снисхо­дительности и сострадании. Он призы­вает исключить гнев и мстительность.

«При гневе разум вспыхивает и затуманивается, глаза мечут искры, в груди все клокочет, зубы стучат, голос сдавлен, воло­сы становятся дыбом: гневное и угрожающее лицо являет столь ужасный и отвратительный вид, что ум [человека] ка­жется потерявшим всякую власть над собой и забывшим все правила благопристойности. Кротость же так врачует ум или, вернее, в такой мере сохраняет его здравым, что он и сам не испытывает потрясений, и тело становится свободным от аф­фектов, которые могли бы побудить его совершить что-либо непристойное».2

Настоящий мудрец, считает Эпикур, не будет возмущаться против несправедливости, ведь не в его власти исправить по­ложение, он не сможет исправить природу человека, его под­верженность страстям. Ведь не возмущается же мудрец ни зно­ем, ни стужей! Так стоит ли возмущаться обидами, которые наносят ему наглые и бесчестные люди? Ведь он же не в со-

1 См.: Гассенди. Соч. в 2-х т., с. 347.

2 См.: Гассенди. Соч. в 2-х т., с. 348.

92

стоянии изменить их природу! «Кроме того, он считает нера­зумным и не соответствующим мудрости усугублять одно зло другим, т. е. сверх зла, приходящего извне, причинять себе еще беспокойство своими мыслями.

С другой стороны, он полагает, что, так как обидчик хотел причинить ему огорчение, то глупо было бы, принимая эту обиду близко к сердцу, тем самым как бы ему угодить!».1 Од­нако не будут ли мудреца презирать за такое отношение к обидчику? Эпикур считает, что добродетельная жизнь мудреца избавит его от презрения, а мстить все равно не надо. Он даже советует не отказывать обидчику в том, чтобы выполнить его просьбу. Почему не бросить кости тому, кто хуже собаки? Да­же в суде мудрец будет вести себя кротко и безмятежно и не защищаться. Зачем? Эпикур советует стать «выше причинен­ной ему несправедливости». Однако такое поведение не ис­ключает и того, что мудрец и может наказать своих слуг или членов семьи за какой-то проступок. Но он должен это делать «без гнева». Настоящий мудрец не только будет «кротко сно­сить обиды и благодушно прощать их; но и любезно поздравит того, кто станет на путь исправления»2.

Сумей уйти в тень!

Настоящий мудрец, по Эпикуру, не будет стремиться к высоким государст­венным должностям или почестям в государстве. Он будет стараться пребы­вать в безвестности.

Он советовал друзьям: «живи в тени или уединенно (однако с оговоркой: если тебя не призовет государство), ибо, как это показывает уже самый опыт, хорошо живет тот, кто сумел уй­ти в тень».3

Мудрец предлагает взглянуть на судьбы людей, которые так упорно стремились к власти и вдруг в одночасье точно ударом молнии свергаются с пьедестала. Тот, кто окружен блеском славы и почестей, на самом деле несчастнейший из людей -делает вывод Эпикур. Сердце его раздирают тягостные страхи и мучительные заботы: подсидят ли завистники, убьют ли про­тивники. Какая уж безмятежность или удовольствие? Может быть, такие люди имеют что-то для тела? Но ведь лихорадка не проходит скорее от того, что ты лежишь под атласным

1 См.: Гассенди. Соч. в 2-х т., с. 349.

2 См.: Гассенди. Соч. в 2-х т., с. 350.

3 См.: Гассенди. Соч. в 2-х т., с. 351.

93

одеялом. «Вот почему нас нисколько не огорчает отсутствие пурпурного покрова, затканного золотом и драгоценными камнями, если только у нас есть простая одежда, способная защитить тело от холода».1

Да, суетны смертные, не понимающие, как мало требуется для того, чтобы жизнь стала счастливой! Как приятно укреп­лять свое тело, растянувшись на мягкой траве поблизости от ручья или под ветвями высокого дерева, слушая пение птиц. «Вот почему, если кто-нибудь может так жить в полях или в своих маленьких садах, то нужно ли ему добиваться почестей вместо того, чтобы жить скромной жизнью? Ведь помимо всего добиваться славы, похваляясь своей добродетелью, уче­ностью, красноречием, своим происхождением, богатством, челядью, платьем, своей красотой, своими успехами и подоб­ными же вещами - это дело смешного тщеславия».2 Не следует кичиться своими преимуществами перед другими, но не следу­ет падать духом и от их отсутствия.

Настоящий мудрец не будет стремиться к богатству, а если у него будут статуи, то он их лучше отдаст в музей и не будет выставлять напоказ ради вящей славы.

Отношение к смерти

Настоящий мудрец не заботится о своих похоронах. После смерти, как счи­тал Эпикур, человеку все равно, что будет с его телом, «в каком состоянии оно будет находиться».

Для Эпикура все равно, как будет проходить захоронение трупа, будет ли он сожжен, будет ли лежать в меду, или коче­неть под мрамором.

Самое страшное для простых людей - это смерть. Людей смерть пугает, потому что они ждут самого страшного после смерти. Но ведь россказни о преисподней, считает Эпикур, это чистейшие выдумки поэтов. Поэтому, советует, приучай себя к тому, что смерть нам не принесет никакого зла, по­скольку после смерти мы не будем чувствовать ничего, мы перестанем ощущать. Смерть - это отсутствие чувств. Люди жалеют, что после смерти они будут лишены благ, наслажде­ний. Но как вы будете наслаждаться после смерти, если не сможете чувствовать? Поэтому даже мысль о потере наслажде­ний не будет иметь смысла для вас, уже умерших.

1 См.: Гассенди. Соч. в 2-х т., с. 352.

2 См.: Гассенди... с. 352.

94

Зачем сокрушаться по поводу того, что вас разорвут звери, сожгут в аду, или сварят в смоле, если для вас все равно, вы будете бесчувственны. Некоторые жалеют, что расстаются с любимыми женами и родственниками, что перестанут с ними общаться. Но эти люди не думают, что у них после смерти даже и желаний таких не будет. «Смерть не имеет никакого отношения к нам, ибо то, что разложилось, не чувствует, а то, что не чувствует, не имеет к нам никакого отношения».1 Пока мы есть, смерти нет, а когда смерть есть, то нас уже нет, по­этому было бы нелепо страшиться смерти: «Смерть не может причинять страдания ни живым, ни мертвым, ибо первых она не затрагивает, вторые же не существуют».2

Когда человек осознает, что на «том свете» его не ждут ни­какие неприятности, что смерть не принесет никаких страда­ний, он будет наслаждаться жизнью на «этом» свете, будет стремиться сделать ее не столько долгой, сколько приятной. Но и ожидание смерти приносит тоску. Следует ли тосковать по этому поводу? Ведь не тоскует же ребенок, становясь юно­шей, юноша - становясь взрослым мужчиной, мужчина - ста­новясь стариком? Так следует ли так тосковать, когда придет смерть? Это естественный ход событий. «Всякий должен быть убежден, что если момент расставания души с телом сопряжен с мукой, то по крайней мере с концом этой муки приходит конец и страданию».3 Нельзя юноше внушать только, чтобы он жил достойно, а старику, чтобы он достойно умер. Ведь и юноша может преждевременно умереть, а старик еще пожить. Надо, чтобы все поняли, что их все равно рано или поздно ждет смерть и чтобы каждый думал о том, как сделать жизнь приятной. Старик не хочет умирать, потому что он чувствует себя не удовлетворенным, а пресыщенный радостями жизни уходит из жизни спокойно: «И не думай, что старик бывает счастлив, потому что он умирает стариком: он счастлив лишь в том случае, если пресыщен благами».4

Некоторые говорят, что лучше бы вовсе не родиться, чем родиться для того, чтобы умереть. Сам человек сделал свою жизнь в тягость, а теперь желает себе смерти. «В самом деле, может ли быть более смешное, чем желать себе смерти, если ты сам себе сделал жизнь в тягость своим страхом перед ней?

1 Главные мысли, с. 11.

2 Гассенди... с. 366.

3 Гассенди... с. 366.

4 Гассенди... с. 367.

95

Или из-за отвращения к жизни прибегать к смерти, когда ты сам своим образом жизни себя до этого довел?»1 Надо чело­веку заботиться, чтобы жизнь ему не опротивела. А если жизнь становится невмоготу? Что тогда делать? Эпикур сове­тует сделать все возможное для исправления ситуации, не ис­ключая и исход трагический: уход из жизни. Однако не следу­ет торопиться и не надо отказываться от надежды на спасительный выход из самого большого затруднения.

назад содержание далее



ПОИСК:




© FILOSOF.HISTORIC.RU 2001–2021
Все права на тексты книг принадлежат их авторам!

При копировании страниц проекта обязательно ставить ссылку:
'Электронная библиотека по философии - http://filosof.historic.ru'
Сайт создан при помощи Богданова В.В. (ТТИ ЮФУ в г.Таганроге)