Часть 6.
КАК СОВЕРШАТЬ ДЕЙСТВИЯ ПРИ ПОМОЩИ СЛОВ?
Во-первых, возникает очевидный крен в сторону истины и лжи в случае, например, вердиктивов, таких, как оценивание, обнаружение и вынесение приговора. Так, мы можем:
оценивать
верно или неверно
например, что сейчас полтретьего;
полагать
правильно или неправильно
например, что он виновен;
объявлять
правильно или неправильно
например, что бэтсмен находится в ауте.
Мы не говорим «истинно» в случае вердиктивов, но мы определенно адресуем самих себя к некоему вопросу; и такие наречия, как «верно», «неверно», «правильно» и «неправильно», также используются вместе с утверждениями.
Или, опять-таки, существует параллель между обоснованием и доказательством, с одной стороны, и валидным истинным утверждением, с другой. Это не сводится к вопросу, доказывает он или обосновывает, но относится также к вопросу, прав ли он в своих словах или успешен в своих действиях. Предостережение и совет могут быть сделаны правильно или неправильно, хорошо или плохо. Сходные наблюдения возникают по поводу похвал, обвинений и поздравлений. Обвинение не будет в порядке, если вы, скажем, совершили такой же поступок, в котором обвиняете другого; и здесь всегда возникает вопрос, заслужены или не заслужены похвалы, обвинения и поздравления: недостаточно сказать, что вы обвинили его - и конец; существуют причины, по которым одно действие предпочтительно по сравнению с другим. Вопрос о том, ; являются ли похвала и обвинение заслуженными, это совершенно другой вопрос по сравнению с тем, своевременны ли они; и то же разграничение может 1 быть произведено в случае совета. Это совсем разные вещи - сказать, что \ совет хороший или плохой, и сказать, что он своевременный и несвоевремен- ] ный, хотя время совета более важно применительно к его «пригодности», чей \ время обвинения применительно к его заслуженности. t
Можем ли мы быть уверенными, что истинные утверждения являются дру-1 гим классом суждений, чем обоснованное доказательство, хороший совет, спра-1 ведливый суд или заслуженное обвинение? Разве эти последние типы суждЛ! ний каким-то сложным образом не связаны с фактами? То же самое справедлив« применительно к экзерситивам, таким, как именование, назначение, завещания спор. Факты появляются тем же путем, что и наше знание или мнение о фактаи
118
Лекция XI
Хорошо, конечно, что постоянно делаются попытки достичь этого разграничения. Нам говорят, что обоснованность аргументов (если они не являются дедуктивными аргументами, которые валидны уже по своей природе) и зас-луженность обвинения не являются объективными материями; в предостережении, нам говорят, мы должны разграничивать «утверждение» о том, что бык собирается наброситься, и само предостережение. Но рассмотрим также момент, является ли вопрос об истине и лжи таким уж объективным. Мы спрашиваем: «Это справедливое суждение?» - и существуют веские причины и убедительные доказательства для того, чтобы утверждать это и сказать, столь уж cwnbHO отличаются они от причин и доказательств для перформативных действий типа доказательства, предостережения и суждения. Является ли в таком случае констатив всегда истинным или ложным? Когда констатив противоречит фактам, мы фактически оцениваем его таким способом, который включает в себя использование широкого круга терминов, которые накладываются на те, что мы используем при оценке перформативов. В реальной жизни в противоположность простым ситуациям, представленным в логической теории, никогда нельзя однозначно ответить, является ли это просто истинным или ложным.
Предположим, что мы сопоставляем с фактами высказывание «Франция шестиугольна». В данном случае, я полагаю, это суждение не будет ни истинным, ни ложным. Ладно, может, до некоторой степени оно и истинно; конечно, я могу понять, что вы имеете в виду, говоря, что оно является истинным для определенных намерений и целей. Оно вполне достаточно для высокопоставленного генерала, но не для географа. «На самом деле оно достаточно приблизительное, - сказали бы мы, - и вполне сносно для достаточно приблизительного утверждения». Но тогда кто-то говорит: «Но является ли оно истинным или ложным? Я не имею в виду, приблизительно ли оно или нет; конечно, оно приблизительно, но оно должно быть истинными или ложным - ведь это же утверждение, не так ли?» Как можно ответить на его вопрос, является ли истинным или ложным то, что Франция шестиугольна? Оно просто приблизительно, и это правильный и окончательный ответ на вопрос об отношении высказывания «Франция шестиугольна» к самой Франции. Это приблизительное описание; оно не истинно и не ложно.
| i Опять-таки в случае истинного или ложного утверждения точно так же, ! как в случае хорошего или плохого совета, намерения и цели употребления и I «о контекст чрезвычайно важны; то, что рассматривается как истинное в
119
КАК СОВЕРШАТЬ ДЕЙСТВИЯ ПРИ ПОМОЩИ СЛОВ?
школьном учебнике, может оказаться ложным в историческом исследовании. Рассмотрим констатив «Лорд Реглан выиграл битву при Альме», помня, что при Альме было военное сражение, если такое вообще было, и что приказы лорда Реглана ни разу не доходили до некоторых из его подчиненных. Так выиграл лорд Реглан битву при Альме или нет? Конечно, в некоторых контекстах, возможно, в школьном учебнике, сказать так будет совершенно справедливо - может быть, это будет некоторым преувеличением, и не встанет вопрос о награждении лорда Реглана медалью за это сражение. Подобно тому как высказывание «Франция шестиугольна» приблизительно, так же высказывание «Лорд Реглан выиграл битву при Альме» есть высказывание, преувеличенное и удобное для некоторых контекстов, но не для других; было бы бесполезно настаивать на его истинности или ложности.
В-третьих, давайте рассмотрим вопрос о том, является ли истинным или ложным высказывание о том, что все снежные гуси мигрирует в Лабрадор, учитывая, что, возможно, какой-то один увечный гусь иногда не с состоянии преодолеть весь путь. Столкнувшись с подобными проблемами, многие заявляют, и по большей части справедливо, что употребления, начинающиеся словом «Все...», являются дефинициями или советами, предписывающими определить некое правило. Но какое правило? Эта идея возникает отчасти из-за непонимания референции подобных утверждений, которая ограничена лишь известными фактами; мы не можем даже сделать простого утверждения о том, что истинность утверждений зависит от фактов, а не от знания о фактах. Положим, прежде чем была открыта Австралия, X сказал: «Все лебеди белые». Если вы потом обнаружили в Австралии черных лебедей, опровергнет ли этот факт высказывание X? Теперь его высказывание ложно? Необязательно: он возьмет его назад, но он может сказать: «Я не говорил о лебедях абсолютно \ повсеместно; например, я не делал утверждения о возможных лебедях на Map* | се». Референция зависит от знания на момент употребления. На истинное1»| или ложность утверждений влияет то содержание, которое в них включаете»! или, наоборот, оставляется за их пределами, и их способность вводить в заб$| луждение и т. п. Так, например, описания, которые считаются истинными ? ложными или, если угодно, являются «утверждениями», несомненно, под дают под такого рода анализ, поскольку они по своей природе выборочный высказываются с некоторой целью. Важно осознать, что понятия «истик и «ложный», как и понятия «свободный» и «несвободный», вовсе не относят к чему-то простому, а обозначают только некоторое общее измерение, в ]
120
Лекция XI
ках которого противопоставлены правильность, или уместность, высказывания и его неуместность в таких-то обстоятельствах, в такой-то аудитории, для такой-то цели и при таких-то намерениях.
В общем, можно сказать следующее: относительно утверждений (и например, описаний), относительно предупреждений и т. д. может встать вопрос (при условии, что вы действительно и с полным правом предупреждали, утверждали или советовали) о правильности акта утверждения, предупреждения или совета, но не в смысле его своевременности или целесообразности, а в плане уместности данного высказывания, учитывая факты, ваше знание о фактах, цели, ради которых вы вступали в общение, и т. п.
Эта доктрина совершенно отлична от той, о которой говорят прагматисты: что истина это то, что работает, и т. д. Истинность или ложность утверждения зависит не только от значений слов, но и от того, какое действие вы совершили и при каких обстоятельствах.
Что же тогда в конце концов остается от разграничения между перформа-тивными и констативными утверждениями? На самом деле мы можем сказать, что у нас на уме по этому поводу следующее:
(a) в случае констативного употребления мы абстрагируемся от иллокутивного аспекта речи (оставим пока в покое перлокутивный) и сконцентрируемся на локутивном; более того, мы используем упрощенное понятие соответствия фактам - упрощенное потому, что, по существу, оно подключает иллокутивный аспект. В идеале мы стремимся к тому, что было бы правильным сказать при всех обстоятельствах, для любой цели, любому слушателю и т. д. Возможно, иногда это реализуется;
(b) в случае перформативного употребления мы уделяем столько внимания, сколько можем, иллокутивной силе высказывания в противоположность измерению соответствия фактам.
Возможно, никакие из этих абстракций нам не пригодятся: возможно, на ; самом деле мы имеем здесь не два полюса, но, скорее, историческое развитие. I И вот в определенных случаях, возможно, в случае математических формул в I кщгах по физике в качестве примеров констативов, или употребляя простые ^административные приказы, или давая простые имена, скажем, как примеры рмативов, мы в реальной жизни приближаемся к таким вещам. Были 1меры такого рода типа «Я прошу прощения» и «Кошка сидит на ковре», занные по соответствующим причинам в экстремальных маргинальных чаях, которые и дали возможность возникнуть идее двух различных упот-
121
КАК СОВЕРШАТЬ ДЕЙСТВИЯ ПРИ ПОМОЩИ СЛОВ?
реблений. Но действите