Гобозов И.А. Философия политики. 1995

Гобозов И.А. Философия политики М., 1998.-154 с.

Содержание

Предисловие

Часть 1.

Часть 2.

Памяти отца, погибшего в войне с фашизмом, посвящаю

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящая работа представляет собой текст лекций, прочитанных автором студентам философского факультета МГУ на протяжении нескольких лет, а также студентам университета в Ницце (Франция) в 1994 году. Автору хотелось в доступной форме довести до студенческой аудитории важнейшие проблемы философии политики. Этим и объясняется стиль изложения, освобожденный от академизма и вычурных фраз. За последнее время появилось немало работ, посвященных вопросам политики и политической жизни вообще. Некоторые из них привлекли мое внимание своей глубиной и оригинальностью. Другие же, на мой взгляд, дальше конъюнктуры не пошли, и потому не представляют собой научной ценности.

Мир политики сложен и многообразен. Я попытался войти в него и боялся, как ада:

"Здесь ждет Минос , оскалив страшный рот;

Допрос и суд свершает у порога

И взмахами хвоста на муку шлет"

(Данте)

Но я надеюсь, что из этого ада, пройдя все круги, вышел с честью.

Во всяком случае я честно и объективно изложил свои воззрения.

Москва, II февраля 1995 года.

1 Минос в греческой мифологии справедливый царь.

5

ВВЕДЕНИЕ

Человечество стоит на пороге XXI века. Каждое столетие оставляет в его истории свой неповторимый след. Веком Просвещения называют XVIII век, провозгласивший Разум в качестве высшего критерия отношения к действительности. Как же будет названо уходящее столетие? Двадцатый век - это век научно-технической революции, совершившей переворот не только в производительных силах, но и во всех сферах человечества, в том числе в повседневной жизни. Немыслимо представить современного человека без телевидения и радио, без видеотехники и видеокамеры, без автомобилей и авиационного транспорта. Двадцатый век - век атома. Именно в двадцатом столетии начали осваивать ядерную энергию, открытие которой представляет собой величайшее достижение науки и техники. Но и трагизм этого открытия состоит в том, что эта энергия была использована прежде всего в военных целях. Атомная бомбардировка США японских городов Хиросимы и Нагасаки в 1945 году показала, что политики усмотрели в ней мощное средство оказания давления на неугодные им государства. Однако Чернобыльская авария в 1986 году показала, что следует крайне бережно относиться к ядерной энергии, используемой и в мирных целях.

Двадцатый век - век сформировавшегося единого исторического пространства. В прошлые века многие народы, государства и даже континенты как бы были исключены из мировой истории, поскольку они фактически в ней играли крайне незначительную роль. Совсем другую картину мы наблюдаем в настоящее время. Все страны и народы так или иначе сотрудничают в области экономики, политики и культуры. Существуют различные организации, призванные разрабатывать соответствующие мероприятия по проведению международных форумов, совещаний, спортивных соревнований и т.д. Организация Объединенных Наций, созданная после окончания второй мировой войны для решения спорных вопросов мирными политическими средствами, включает в свои ряды почти все государства мира.

Благодаря современному транспорту в считанные часы можно пересечь океаны и континенты, познакомиться с культурой, традициями и обычаями разных народов, что позволяет очень быстро осваивать мировые духовные ценности. Нынешние средства массовой информации дают небывалую возможность увидеть и услышать то, что происходит в любой точке земного шара. Их влияние чрезвычайно велико. Они формируют планетарное мышление, остро и живо реагируют на все происходящее в мире. В свое время К.Ясперс, размышляя над будущим мировой истории, отмечал, что единое историческое пространство должно привести к глобальному единству. "Мотивы на пути к глобальному единству - это, с одной стороны, свойственная нашему времени как и всякому другому, воля к власти, не знающей покоя, пока ей не подчинится все; с другой - нависшее над всей планетой бедствие, требующее немедленной договоренности великих держав, которые перед огромной грозящей всем опасностью не решаются в отдельности применить силу, а - над обоими этими мотивами возвышается идея солидарного в своих стремлениях человечества".

Двадцатый век - это век не только научно-технической революции, но и социальных революций. Самая крупная в истории человечества революция - Октябрьская социалистическая революция - произошла в XX веке. У Б.Рассела были основания, когда он писал, что "российская революция - одно из величайших героических событий в мировой истории. Ее сравнивали с французской революцией, но в действительности ее значение еще более велико. Она сильнее изменяет повседневную жизнь и структуру общества: она вносит также большие перемены в представления и убеждения людей" . И, несмотря на оголтелую критику, никому не удастся приуменьшить ее влияние на ход событий двадцатого века. Благодаря ей лапотная, отсталая, разоренная мировой и гражданской войнами Россия превратилась в супердержаву с мощным военным, экономическим и политическим потенциалом. Под ее воздействием произошла революция в Китае, успешно строившем социализм с китайской спецификой. Под ее же влиянием рухнула колониальная система. Возникли молодые независимые в политическом, но сильно зависимые от своих метрополий в экономическом отношении государства. Сформировался так называемый третий мир, куда вошли слаборазвитые страны. Наряду с дихотомией "Запад-Восток" появилась новая дихотомия "Север-Юг". Но если в первом случае речь идет в основном о культурных и цивилизационных различиях, то во втором

случае речь идет прежде всего об экономических различиях. Север - это развитые государства, а Юг - слаборазвитые. От их взаимодействия во многом зависит будущее человечества.

Двадцатый век - это век локальных и двух мировых войн. Десятки миллионов людей были убиты в войнах, а сотни миллионов искалечены и ранены. Мировая экономика понесла огромные убытки, погибли тысячи культурных ценностей. После второй мировой войны образовался биполярный мир. Политическое пространство было разделено на два больших полюса. Во главе одного полюса стояли Соединенные Штаты Америки, а во главе другого - Союз Советских Социалистических Республик. Вокруг этих двух полюсов группировались все остальные

1 Ясперс К. Истоки истории и ее цель. М., 1991. Вып. 2. С. 87-88.

2 Рассел Б. Практика и теория большевизма. М., 1991. С. 5.

государства, хотя некоторые из них пытались проводить нейтральную или независимую политику. Внутри полюсов происходили столкновения и конфликты, но они подавлялись различными способами и методами, война же холодная, отцом которой был У.Черчилль, велась целенаправленно и систематически между двумя полюсами, охватывая кстати сказать, не только политические, но и экономические, культурные, научные и другие сферы.

Лидеры полюсов США и СССР стали называться супердержавами, т.е. державами, от действий которых, собственно говоря, зависела судьба мировой цивилизации. Каждая из этих держав в отличие от других, обладала колоссальным экономическим и военным потенциалом, что им давало возможность в любое время вмешаться в дела любого государства. История превращения СССР в супердержаву хорошо известна, так как это произошло в сравнительно короткий отрезок времени, т.е. примерно за 30-35 лет. Но менее известна история становления США как супердержавы - этого уникального государственного образования, существующего на политической карте немногим более двухсот лет. Отцы сегодняшней Америки вовсе не думали о том, чтобы когда-нибудь оказаться на вершине полюса политического пространства. Они мечтали лишь о том, чтобы занять ведущее положение на американском континенте. Но в 1823 году пятый президент США Дж. Монро провозгласил доктрину, обессмертившую его имя. Он заявил, что США очень довольны чистосердечными и дружескими отношениями, существующими между США и европейскими державами. Но вместе с тем они будут рассматривать всякую попытку европейских государств распространять свое влияние на американский континент как опасную для США политику. Соединенные Штаты начали осуществлять свою мечту о господстве на новом континенте. Они, используя угрозу и силу, присоединили к себе обширные территории Мексики, а в конце XIX века аннексировали Пуэрто-Рико и Кубу. Со временем весь американский континент оказался под влиянием Соединенных Штатов Америки. Постепенно они начали распространять свое влияние и на другие регионы мира. Президент Мак-Кинли говорил, что надо подчинить себе Юго-Восточную Азию, так как в Китае имеются неограниченные возможности для рынка. А преемник его Т.Рузвельт заявил, что история человечества началась с эпохи Средиземноморья, затем возник атлантический период и что в настоящее время она входит в фазу Тихого океана.

Как военные, так и политические руководители США постоянно подчеркивали, что всегда и всюду нужно защищать жизненные интересы американского государства, являющегося маяком для всех стран мира и имеющего исключительное предназначение в истории человечества, что нет ничего выше, чем национальные интересы США. Используя политику кнута и пряника, они всегда и везде стремились к тому, чтобы включить в свою орбиту те или иные государства. Тем не менее до окончания второй мировой войны США не играли роль первого мирового лидера. Как во время первой мировой войны, так и во вторую мировую войну они просто присоединялись к тем или иным коалициям.

В настоящее время в связи с умышленным развалом СССР (именно умышленным, ибо не было никаких объективных причин для распада Советского Союза) исчез биполярный мир. Он был заменен однополярным миром во главе с Соединенными Штатами Америки, объявившими себя надеждой всего человечества. Резко изменилось политическое пространство (изменилось также и экономическое пространство). В центре его теперь находится единственная супердержава мира США. Они занимают большую часть этого пространства, тогда как остальные государства, особенно малые, чувствуют себя неуютно.

После исчезновения биполярного мира многие полагали, что возникнет полиполярный мир, в котором самое активное участие будут принимать Япония, Китай и объединенная Европа. Но они ошиблись и не могли не ошибиться, так как не учитывали ни опыт истории, ни сложившуюся новейшую международную ситуацию. Дело в том, что в истории всегда доминировал однополюсный мир: то Греция, то Рим, то Англия, то Франция. Даже в тех или иных коалициях кому-то принадлежала ведущая роль. Однако когда раньше существовал однополюсный политический мир, то не было еще единого экономического пространства. Доминирующее положение той или иной великой державы ограничивалось двумя-тремя регионами (Европа, частично Азия и Северная Африка) и не

представляло особой опасности так как государство-лидер навязывало свои ценности, свою волю небольшой части государств и народов, населявших земной шар. Но даже в этих случаях рано или поздно великая империя уступала место другой империи, а сама приходила в упадок.

В настоящее время мы имеем уникальную картину единого исторического пространства, на котором расположены сотни государств и народов со своими традициями, обычаями, культурными и иными ценностями. Спрашивается: захотят ли народы мира "американизироваться"? Будут ли они послушно следовать американской политике? На мой взгляд, нет. Каждый народ будет стремиться к тому, чтобы не изолироваться от остального мира, но вместе с тем сохранить свое лицо, свою историю, свою культуру и свои ценности. Кроме того, не следует забывать, что всякая монополия порождает противодействие, сопротивление и в конце концов, как это бывало не раз, войну. Не следует забывать и то, что всякое могущество со временем, как это тоже бывало не раз, ослабевает и приходит в упадок. Поэтому нет ни одного народа, способного на длительное время взять на себя ответственность управлять всем миром. Только союз разных народов, их согласие, сотрудничество в решении международных проблем может создать условия для подлинного мира. И тогда в политическом пространстве всем найдется место, и никто себя не будет чувствовать униженным в правах.

Двадцатый век - это век глобальных проблем. К числу таких проблем относятся проблемы войны и мира, экологии, здравоохранения, энергетических ресурсов и т.д. Сущность их состоит в том, что они касаются всех стран мира независимо от их общественного строя и уровня развития, и они могут быть решены усилиями не одной страны, а, по крайней мере, большинства стран. Кроме того, они тесно взаимосвязаны, и поэтому решение одной из них так или иначе касается и других. Возьмем, например, проблемы экологии. Если ретроспективно проследить историю взаимоотношений общества и природы, то можно заметить, что полной гармонии в этих взаимоотношениях никогда не было. Однако угроза экологического кризиса отсутствовала вплоть до двадцатого века, ибо целые регионы земного шара еще не были включены в зону промышленного освоения, да и эксплуатация природных ресурсов носила ограниченный характер. Поэтому природа сравнительно легко восстанавливалась. Совершенно иную картину мы наблюдаем сегодня. В связи с ростом эксплуатации природных ресурсов и загрязнением окружающей среды возникла угроза гибели земной цивилизации. Общество вошло в антагонистическое противоречие с природой, и оно должно быть разрешено таким образом, чтобы противоборствующие стороны (природа и общество) не пострадали. А это во многом будет зависеть от решения политических вопросов, от взаимодействия всех государств мира.

Итак, в двадцатом веке происходили поистине эпохальные события и явления, коренным образом отличающиеся от предыдущих столетий и качественно изменившие облик мира. Но все они совершались под доминирующим (но не детерминирующим) влиянием политики.

Двадцатый век передает двадцать первому тяжелое наследие во всех областях общественной жизни. И многие исследователи полагают, что конфликты двадцать первого века будут связаны не с политикой и не с экономикой, а с цивилизацией. Так, американский профессор Самуэл П.Хантингтон утверждает, что "в новом мире в основе конфликта по сути не будут идеология или экономика. Основные причины деления человечества и главные источники конфликта будут связаны с культурами. Нации-государства продолжают играть первостепенную роль в международных делах, но решающие мировые политические конфликты столкнут друг с другом нации и группы, представляющие разные цивилизации. Шок цивилизации будет доминировать над мировой политикой. Линии излома между цивилизациями будут линиями фронта будущего".

I Huntington Samuel P. Le choc des civilisations? R.Commentaire. Numero 66 / Ete 1994.P. 238.

Вполне возможно, что в двадцать первом веке конфликты будут возникать между цивилизациями (впрочем, они и раньше возникали), возможно и то, что эти конфликты будут носить религиозный характер, но разрешение конфликтов, по моему глубокому убеждению, будет связано с политикой. Цивилизации сами по себе не могут конфликтовать друг с другом. Конфликты порождаются не дифференцированностью цивилизаций, а проведением агрессивной политики в отношении другой цивилизации. Поэтому мне представляется, что и в двадцать первом веке доминирующую роль будет играть политика и, следовательно, необходимо знать закономерности ее развития и функционирования, выяснить ее универсальные признаки и свойства. Этим и объясняется обращение автора к философии политики.

Конечно, политика как специфическая форма деятельности, по крайней мере, со времен Платона находится в поле зрения многих мыслителей. Но особую актуальность она приобретает в нашу эпоху в силу указанных выше обстоятельств. Она есть объект многих наук, хотя профессионально ею занимаются политология и философия политики.

Иными словами, политика является непосредственно объектом их исследования. Но большинство ученых в основном разрабатывают политологические проблемы.

Из прошлых мыслителей прежде всего следует выделить Б.Н. Чичерина. В фундаментальном труде "Курс государственной науки" он пишет: "Политика есть наука о способах достижения государственных целей". Задача политики состоит в нахождении средств достижения этих целей. По существу, Б.Н. Чичерин политическую науку сводит к

вопросам государственного строительства. Он излагал свои воззрения в XIX веке, но разные мнения о предмете политологии имеют место и в настоящее время. Так, французские ученые Р.Пэнто и М.Гравитц считают, "что политическую науку можно определить как изучение того, как люди используют институты, регулирующие их совместную жизнь, и изучение идей, приводящих в движение людей, независимо от того, созданы эти идеи ими самими или получены от предшествующих поколений". Их соотечественник Ж.М. Дэнкэн считает, что политическая наука есть наука о мире политики, т.е. о том, чем занимается политика. Она "есть рассуждение о рассуждении, т.е. субъективный анализ" того, что происходит в обществе. Она имеет не нормативный, а описательный характер, и не может претендовать на открытие истины в последней инстанции. Немецкий исследователь М.Молс считает, что в центре работ по проблемам политики находятся политические институты и процессы, конфликты, политическая власть и т.д. Английский ученый Д.Миллер, отождествляя политическую теорию с политоло-

1 Чичерин Б. Курс государственной науки. Часть III. М., 1898. С. 1.

2 Пэнто Г. Гравитц М. Методы социальных наук. М., 1972. С. 190.

3 Denquin М. Science politiqu. Paris, 1985. P. 1 11.

гией, пишет что "политическая теория - это систематическое отображение характера и целей правительства, включая анализ существующих политических институтов, и представление о том, как они должны изменяться". Наконец, авторы учебного пособия под редакцией В.П. Пугачева рассматривают "политологию как общую, интеграционную науку о политике во всех ее проявлениях, включающую в качестве составных частей политическую социологию, политическую философию, теорию государства и права, политическую географию и все другие политические дисциплины" .

На мой взгляд, политическая наука, или политология имеет в качестве объекта исследования только политическую сферу общества. Она изучает политические процессы конкретных социальных организмов, выявляет механизмы функционирования и взаимодействия различных политических институтов и учреждений. Политическая наука -

это теория среднего уровня, т.е. теория, которая не претендует на философские обобщения политики. Этим занимается философия политики, или политическая философия. Как раз в ее задачу входят раскрытие общих закономерностей политики, выяснение внутренней логики ее развития, связей с другими сферами общественной жизни - экономической, духовной и социальной. Философия политики изучает политику в историческом процессе, ее доминантные аспекты, вариантности и инвариантности. Можно сказать так: политическая наука изучает единичное и особенное, а философия политики - общее. Отсюда следует, что они тесно связаны между собой и часто переплетаются. И тем не менее во избежание путаницы необходимо между ними проводить демаркационную линию.

Философия политики возникла не на пустом месте. Платон, Аристотель, Макиавелли, Локк, Гегель, Маркс и многие другие мыслители внесли огромный вклад в философское изучение политики. Поэтому автор в первой части своего исследования рассматривает воззрения тех ученых, которые, с его точки зрения, сыграли доминирующую роль в формировании философии политики, а во второй части излагает собственное понимание важнейших проблем политической философии.

1 Мир политики. Суждения и оценки западных политологов. М., 1992. С. 6.

2 Основы политической науки: Учеб. пособие для высших учебных заведений / Под ред. В.П. Пугачева. М., 1993. Ч. 1. С. 23.

3 История становления и формирования философии политики изложена в интересной статье Т.А. Алексеевой и И.И. Кравченко "Политическая философия: к формированию концепции" // Вопросы философии. 1994. № 3.

Часть первая. ИСТОРИЯ

Глава 1. Платон

Платон, пожалуй, является первым философом, изложившим в философском контексте вопросы политики и государственного устройства общества. В работе "Государство" он дает широкую панораму социальной структуры, форм правления и нравственных отношений, складывающихся между людьми в процессе их совместной жизни. Центральной проблемой данной работы является вопрос о справедливости. Платон размышляет о том, что такое справедливость, как ее характеризовать. "... Подлинный правитель имеет в виду не то, что пригодно ему, а то, что пригодно подвластному, так что всякий понимающий это человек вместо того, чтобы хлопотать о пользе другого, предпочел бы, чтобы другие позаботились о его пользе". Справедливость, по убеждению античного философа, свойственна не только отдельному человеку, но и целому государству, происхождение которого он связывает с потребностями, когда каждый человек, будучи не в состоянии удовлетворить свои потребности, обращается к другому человеку, производящему то, что необходимо остальным. "Испытывая нужду во многом, многие люди собираются воедино чтобы обитать сообща и оказывать друг другу помощь: такое совместное поселение и получает у нас название государства". Одни производят продукты в которых нуждаются другие, те, в свою очередь, тоже производят ценности, которые потребляют все остальные. Тем самым происходит обмен необходимыми продуктами. Государство, заключает Платон, создает наши потребности. Платон категорически выступает за разделение труда, связывая его с природными задатками человека. Разделение труда позволяет производить больше продуктов для удовлетворения потребностей людей. Потребности же в свою очередь вынуждают людей объединяться, а государство возникает на базе общественного договора.

В политической философии Платона основное место занимает идеальное государство. В таком государстве все слои общества чувствуют себя счастливыми, в нем царствует справедливость, тогда как в плохом государстве доминирует несправедливость. Великий философ убежден в том, что богатство и бедность портят людей. "Одно ведет к роскоши,

лени, новшествам, другая, кроме новшеств - к низостям и злодеяниям". Платон выступал за единое государство, размеры которого бази-

1 Платон. Соч.:ВЗ т. М., 1971. Т. 3.4. 1. С. 118.

2 Там же. С. 145.

3 Там же. С. 209.

руются на этом единстве. Слишком большое государство могло бы пострадать из-за нарушения его единства. В идеальном государстве существенное значение имеет правильное воспитание людей. По мнению Платона, есть два вида воспитания: мусическое и гимнастическое. Мусическое воспитание - это воспитание для души, а гимнастическое - для тела. Мусическое воспитание включает поэзию, музыку, мифы. Надо оберегать государство, не нарушать заведенные в нем порядки и законы, несоблюдение которых приводит к разрушению нравов, что в конечном итоге наносит огромный вред государству. Дети должны получать хорошее воспитание, уважать старших, уступать им место, вставать в их присутствии. Выражаясь современным языком, можно сказать, что Платон ратует за уважение традиций и обычаев, так как без этого никакое общество не может нормально функционировать.

Платон считает, что в идеальном государстве должно быть четыре добродетели: мудрость, мужество, рассудительность и справедливость. Мудрость - это принятие правителями здравых решений, мужество - это сохранение определенного мнения в любых ситуациях: то ли в условиях страданий, то ли страха, то ли блаженства. Мужество воспитывается с детства под воздействием законов. Рассудительность - "это власть над определенными удовольствиями и вожделениями...". Человек рассудительный преодолевает самого себя, т.е. подавляет свои худшие черты и старается проявлять лучшие, что в конечном итоге полезно всему государству. Справедливость - это целое. Это значит, что государство создается во имя целого, т.е. справедливости. "Каждый отдельный человек должен заниматься чем-нибудь одним из того, что нужно в государстве, и притом как раз тем, к чему он по своим природным задаткам больше всего способен". Каждый делает свое дело и не вмешивается в чужие дела. Это тоже есть другая характеристика справедливости.

По мнению Платона, стражи имеют общих жен и детей. В качестве стражей выступают мужчины. Понимая трудности в этом деле, он в дальнейшем в идеальном государстве хочет учредить священные, т.е. законные браки. Платон даже заботится о том, чтобы знакомить молодых. Он пишет, что "надо будет установить законом какие-то празднества, на которых мы будем сводить вместе девушек и юношей, достигших брачного возраста, надо учредить жертвоприношения и заказать нашим поэтам песнопения, подходящие для заключения браков. А определить количество браков мы предоставим правителям, чтобы они по возможности сохраняли постоянное число мужчин, принимая в расчет войны, болезни и т.д., и чтобы государство у нас по возможности не увеличивалось и не уменьшалось".

1 Платон. Соч. Т. 3. Ч. 1. С. 221.

2 Там же. С. 224.

3 Там же. С. 257.

В соответствии со спартанскими обычаями Платон ратует за то, чтобы детей, родившихся с физическими недостатками, умерщвляли. Он постоянно озабочен сохранением целостности государства, и поэтому считает, что нельзя допустить его распада на отдельные части. Чтобы этого не случилось, надо думать об общих, а не личных интересах. Граждане должны вместе радоваться или печалиться по поводу тех или иных явлений, процессов и событий, происходящих в государстве. Платон против принципа: "Это - мое". Но если "это - мое" имеет в виду государство, то это хорошо. Идеальное государство заботится о каждом человеке. Нельзя не обратить внимания на взаимоотношения правителей и народа в государстве. В идеальном государстве все являются гражданами. Однако народ правителей называет "спасителями" и "помощниками", а правители народ называют "плательщиками" и "кормильцами", друг друга же правители называют сотоварищами по страже. В неидеальных государствах существуют иные формы обращения: "господа", "правители", "рабы".

В идеальном государстве у всех должны быть общие цели и общие интересы, а также общая собственность. Правителями же должны быть философы. "Пока в государстве не будут царствовать философы, либо так называемые нынешние цари и владыки не станут благородно и основательно философствовать и это не сольется воедино - государственная власть и философия, и пока не будут в обязательном порядке отстранены те люди - а их много, - которые ныне стремятся порознь либо к власти, либо к философии, до тех пор, дорогой Главкон, государствам не избавиться от зол, да и не станет возможным для рода человеческого и не увидит солнечного света то государственное устройство, которое мы только что описали словесно". Но не всякий является философом и, следовательно, не всякий может управлять государством. Философом (любителем мудрости) следует считать того, кто постоянно стремится учиться и заниматься науками, кто ищет истину. А истина есть прекрасное. Философы-правители должны быть правдивыми, решительно отвергать всякую ложь и любить истину. Четыре добродетели идеального государства - мудрость, мужество, рассудительность и справедливость - свойственны и философу. Он обязан всегда искать истину, а не потакать, как это делают софисты, толпе. Толпе, по выражению Платона, "не присуще быть философом", она руководствуется не мудростью, а инстинктом. Вот почему между философом и толпой возникает антагонизм.

Платон не сомневается в том, что идеальное государство вполне возможно. Но он нарисовал не только схему идеального государства, но и показал "извращенные" формы государственного устройства. К таким

1 Платон. Соч. Т. 3. Ч. 1. С. 275.

2 Там же. С. 247.

формам он относит критско-лакедемонские государства: тимократию, олигархию, демократию, тиранию как "крайние заболевания государства". Все существующие государства относятся к этому отрицательному типу, потому что "в них заключены два враждебных между собой государства: одно - бедняков, другое - богачей". Тимократия, или тимархия (лакедонский строй) связана с честолюбием (греч. time - "честь") и властолюбием. Вначале она имела черты идеального государства: почитали правителей, защитники страны воздерживались от земледельческих работ, от разных видов наживы, устраивались совместные трапезы, воинские состязания и т.д. Но постепенно все изменяется. Честолюбие, стремление к наживе, к почитанию золота и серебра одерживают верх. Люди удовольствиям "предаются втайне, убегая от закона, как дети от строгого отца, - ведь воспитало их насилие, а не убеждение, потому что они пренебрегали подлинной Музой той, чья область - речи и философия, а телесные упражнения ставили выше мусического искусства". В этом государстве господствуют соперничество и честолюбие, человек в нем малообразован, хотя ценит образование, он с рабами жесток, но к власти очень послушен.

Олигархия - господство немногих. У власти стоят богатые, бедные же никакого участия не принимают в правлении. Власть основана на имущественном цензе. Переход от тимократии к олигархии Платон излагает следующим образом: у отдельных лиц появляется огромное богатство в виде золота, и чтобы ему найти применение, они по-своему начинают интерпретировать законы. И "чем больше они ценят дальнейшее продвижение по пути наживы, тем меньше они почитают добродетель". Поэтому в олигархическом государстве ценят богатство, а не добродетель. У всего населения развивается стремление к стяжательству, богачами восхищаются, и их же назначают на государственные должности. А законом становится установление имущественного ценза, и к власти не допускаются те, у кого нет такого ценза. В этом Платон видит главный недостаток олигархического строя. Если употребить современную терминологию, то можно сказать, что Платон раскрывает классовую сущность такого государства, в котором богатые имеют все, в том числе власть, а бедные ничего. Человек олигархического государства есть продукт стяжательства и наживы. У него только одна цель - побольше накопить и стать богатым. Такого человека Платон сравнивает с трутнем, живущим за

чужой счет.

Демократия. Причину перехода к этой форме государственного устройства античный философ видит в погоне за богатством. Правители

1 Платон. Соч. Т. 3. Ч. 1. С. 356.

2 Там же. С. 210.

3 Там же. С. 361.

4 Там же. С. 364.

не захотят принять закон, ограничивающий распущенность молодых людей. Наоборот, они будут скупать их имущество или давать им под проценты ссуду, чтобы самим еще больше обогатиться. В обществе одни богатеют, другие беднеют, третьи лишаются гражданских прав. В конечном итоге начинается брожение людей, что приводит к демократии. Она "осуществляется тогда, когда бедняки, одержав победу, некоторых из своих противников уничтожают, иных изгонят, а остальных уравняют в гражданских правах и в замещении государственных должностей, что при демократическом строе происходит большей частью по жребию". При демократии господствует принцип вседозволенности, что на первый взгляд следует оценить положительно, ибо дает возможность человеку делать то, что ему хочется. Необязательно принимать участие в государственных делах, необязательно и подчиняться, необязательно и воевать. Однако первое впечатление обманчиво ибо проявляется презрение к тому, что важно для идеального государства. Платон убежден в том, что демократический строй не имеет нормального управления, он уравнивает равных и неравных. "Демократический" человек наследует все отрицательные черты этого строя: стремление к наслаждению, пустая трата денег, неуважение законов, старших и т.д.

Тирания. Эта форма государственного устройства возникает из демократии. Демократия высшим благом объявляет свободу, которая, по утверждению античного философа, приводит к гибели самой демократии. "В демократическом государстве только и слышишь, как свобода прекрасна и что лишь в таком государстве стоит жить тому, кто свободен по своей природе". Неограниченное стремление к свободе и пренебрежение другими ценностями, пишет основатель идеального государства, в конечном итоге подготавливает почву для тирании. Государственные деятели при демократическом строе позволяют своим гражданам пользоваться абсолютной свободой, что фактически означает неподчинение властям. Более того, законопослушных граждан подвергают осмеянию. По твердому убеждению Платона, необходимо ограничивать свободу, ибо чрезмерная свобода превращается в чрезмерное рабство. И "тирания возникает, конечно, не из какого иного строя, как из демократии; иначе говоря, из крайней свободы возникает величайшее и жесточайшее рабство". Демократическое государство Платон мысленно делит на три части: трутни, богачи и народ. Трутни были и при олигархическом строе, но там они не пользовались почетом и уважением. В условиях же демократии они занимают ключевые позиции, произносят речи, нс дают другим слова. Богачи выделяются из состава толпы. Они как бы явля-

1 Платон. Соч. Т. 3. Ч. 1. С. 372.

2 Там же. С. 379.

3 Там же. С. 381.

ются сотнями трутней. Народ - это те, кто трудится своими руками и имеет небольшое имущество. Народ составляет большинство и при демократии имеет значительное влияние. Тиран, считает Платон, появляется как ставленник народа. Он использует его для того, чтобы оказаться у власти, а потом безжалостно расправиться со своими противниками и из ставленника народа превращается в тирана, отчего в первую очередь страдает сам же народ. Платон резко осуждает тираническую форму правления, при которой граждане общества постоянно чувствуют себя рабами.

Учение Платона об идеальном государстве и отрицательных формах правления всегда находилось в центре внимания тех философов, которые занимались философией политики. И здесь в первую очередь следует вспомнить его великого ученика Аристотеля. Он, например, не согласен с платоновским тезисом об общности жен в идеальном государстве, считает его недостаточно обоснованным. Платон исходит из единства государства, а Аристотель полагает, что если государство постоянно будет стремится к единству, то оно перестанет быть государством, ибо по природе своей оно есть множество. В отличие от Платона, Аристотель считает, что большинство тиранов вышли из демагогов. Одни тирании образовались из власти царей, другие - из олигархии и т.д. Он высказывает свои критические замечания и по другим пунктам политической философии Платона. Но Аристотель критиковал своего современника и учителя, и у него, видимо, для этого были основания. Однако нельзя философско-политические воззрения великого Платона отвергать с позиции двадцатого века нашей эры. Но именно так поступает крупнейший современный западный философ К.Поппер в книге "Открытое общество и его враги". Автор недоволен тем, что Платон дает такую резкую характеристику демократического устройства государства. По его мнению, политическая позиция самого Платона полностью вписывается в тоталитаризм. "... Я считаю, - пишет Поппер, - что в нравственном отношении политическая программа Платона не выходит за рамки тоталитаризма и в своей основе тождествен ему". Как пишет сам Поппер, его точку зрения многие критиковали. С этой критикой он, конечно, не согласен. Я не собираюсь отвергать или опровергать Поппера. Могу только сказать, что маститый ученый, употребляющий не только термин "историцизм", но и термин "историзм", неисторически подходит к политической философии Платона. Эпоха великого античного мыслителя и эпоха Поппера настолько отличны друг от друга, что было бы просто бессмысленно делать какие-то аналогии. Если даже употребляются одни и те же термины (например, демократия), тем не менее, они не несут одинаковую смысловую нагрузку. Демократия во времена Платона и современная демократия коренным образом отличаются,

1 Поппер К. Открытое общество и его враги. Т. 1. Чары Платона. М., 1992. С. 124.

18

хотя, разумеется, имеют некоторые сходные черты. Античная демократия носила непосредственный характер, а современная - опосредованный. Были и такие интерпретаторы политической философии Платона, которые искали в ней элементы "социализма". При этом главное внимание обращали на проблемы социальной справедливости, на отрицание личной собственности для стражей, на критику стяжательства и наживы. Но эти ценности имеют не столько социалистический, сколько универсальный характер, ибо при любом способе производства мораль призывает к социальной справедливости, критикует роскошь и богатство. Конечно, социализм некоторые из них превращает в руководящие принципы, чего Платон не делал. Его идеальное государство остается классовым государством. И здесь нельзя не согласиться с Поппером, когда он пишет, что идеальное государство Платона есть классовое государство и "нигде у Платона мы не найдем ни малейшего намека на то, что рабство следует отменить или хотя бы смягчить".

Политическая философия Платона представляет собой начало систематического изложения одного из важнейших направлений обществознания. Ее следует рассматривать в контексте истории, используя вместе с тем как богатейший материал для дальнейших размышлений и научного анализа политической сферы общества.

1 Поппер К. Открытое общество и его враги. Т. 1. Чары Платона. С. 80.

19

Глава 2. Аристотель

Величайший философ античности, отец формальной, т.е. традиционной, логики не обошел в своих сочинениях и вопросы политики. Не только в специальной работе "Политика", но и в других он анализирует философские проблемы политического устройства общества. Аристотель начинает, прежде всего, с изложения сущности государства. Он считает, что государство есть общение, организуемое для блага граждан и обнимающее все другие общения. Рассматривая генезис государства, Стагирит пишет, что вначале была семья, ибо она возникла как общение естественным путем для продолжения рода и удовлетворения повседневных потребностей. Общение, состоящее из нескольких семей, есть селение, а "общество, состоящее из нескольких селений, есть вполне завершенное государство, достигшее, можно сказать, в полной мере самодовлеющего состояния и возникшее ради потребностей жизни, но существующее ради достижения благой жизни". Государство, подчеркивает Аристотель, есть продукт естественного возникновения, т.е. оно, как и общение, произошло естественным путем. Государство, продолжает Аристотель, существует по природе, а человек по природе своей представляет существо политическое. Человек, живущий вне государства, по убеждению мыслителя, ненормален.

Государство предшествует каждому человеку, находящему в нем свое завершение. Человек, живущий вне закона и права - наихудший из всех, ибо такой человек не может считаться справедливым, поскольку право, служащее мерилом справедливости, является регулирующей нормой политического общения. Каждое государство складывается из отдельных семей. Структура семьи - рабы и свободные, муж и жена, отец и дети. Один от рождения предназначен к подчинению, а другой к властвованию. По утверждению Аристотеля, во всяком живом существе можно усмотреть две формы власти: господскую и политическую. "Душа властвует над телом, как господин, а разум над нашими стремлениями - как государственный муж". Одни люди по природе своей свободны другие - рабы, им полезно и справедливо быть рабами. Если анализ вопросов политики Платон начинает со справедливости, то Аристотель - с рассмотрения собственности, которую, в свою очередь, изучает в связи с рабством. Он различает собственность и искусство наживать состояние, которое Стагирит сравнивает с наукой о домохозяйстве. Он считает, что это не одно и то же, ибо в одном случае - искусство наживать состояние - речь идет о приобретении средств,

1 Аристотель. Соч.: В 4 т. М., 1984. Т. 4. С. 378.

2 Там же. С. 383.

20

а в другом - науке о домохозяйстве - о пользовании ими. В искусстве наживать состояние никогда не бывает предела в установлении цели, а целью оказывается богатство и обладание деньгами. В области, относящейся к домохозяйству, такой предел имеется, ибо целью домохозяйства является не накопление денег, а их использование.

Аристотель детально анализирует платоновский тезис об общности жен и детей. Он считает, что этот тезис недостаточно обоснован. Необоснованным ему кажется и тезис об усиливающемся единстве государства. Стагирит полагает, что в таком случае государство перестает быть государством, так как оно по природе своей есть некое множество. "Если

же оно стремится к единству, то в таком случае из государства образуется семья, а из семьи - отдельный человек; семья, как всякий согласится, отличается большим единством, нежели государство, а один человек - нежели семья". Осуществление единства привело бы к уничтожению государства. Кроме того, государства различаются по своим качествам, так как элементы, образующие государство, различны: государство не есть военный союз, ибо в последнем имеет лишь значение количество членов, а не различие качеств.

Аристотель не допускает равенства в управлении. Ему непонятно, почему одни должны уступать другим в управлении государственными делами. "Из сказанного ясно, что государство не может быть по своей природе до такой степени единым, как того требуют некоторые; и то, что для государств выставляется как высшее благо, ведет к их уничтожению, хотя благо, присущее каждой вещи, служит к ее сохранению". Будучи противником общественной собственности, Аристотель пишет, что люди об общем плохо заботятся, тогда как каждый о своем постоянно думает. "Собственность должна быть общей только в относительном смысле, а вообще - частной. Ведь когда забота о ней будет

поделена между разными людьми, среди них исчезнут взаимные нарекания; наоборот, получится большая выгода, поскольку каждый будет с усердием относиться к тому, что ему принадлежит". Лучше, чтобы собственность была частной, а пользование ею - общим. К этому должны подготовить законодатели. Стагирит пишет, что при общей собственности могут исчезнуть некоторые отрицательные стороны, но будут уничтожены и положительные качества. Коренную ошибку проекта Платона он видит в неверности его основной предпосылки. "Дело в том, что следует требовать относительного, а не абсолютного единства как семьи, так и государства", ибо при абсолютном единстве все, в том числе государство, рухнет.

При этом Аристотель не отрицает стремление к объединению и общению людей, но он полагает, что это возможно путем воспитания. Надо

1 Аристотель. Соч. Т. 4. С. 404.

2 Там же. С. 405.

3 Там же. С. 410.

4 Там же. С. 412.

внедрить добрые нравы философией и законами, а не пользоваться платоновскими средствами. Аристотель еще раз возвращается к характеристике государства и определяет его как совокупность граждан. Гражданами же он считает тех, "кто участвует в суде и в народном собрании". Но гражданство зависит от государственного устройства, ибо в одних государствах имеются одни характеристики гражданина, в других другие. Но во всех государствах важно прекрасно подчиняться и властвовать.

В политической философии Аристотеля важное место занимает проблема государственного устройства. "Государственное устройство (politeia) - это распорядок в области организации государственных должностей вообще, и в первую очередь верховной власти: верховная власть повсюду связана с порядком государственного управления (politeyma), а последний и есть государственное устройство". В разных странах имеются разные государственные устройства: в демократических странах верховная власть находится в руках народа, а олигархических - в руках немногих.

Человек по природе своей есть существо политическое и поэтому даже те люди, которые не нуждаются во взаимной помощи, стремятся к совместному жительству. Они объединяются и ради самой жизни, скрепляя государственное общение.

Виды государственного устройства. Правильные или неправильные. "Только те государственные устройства, которые имеют в виду общую пользу, являются, согласно со строгой справедливостью, правильными; имеющие же в виду только благо правящих - все ошибочны и представляют собой отклонения от правильных: они основаны на началах господства, а государство есть общение свободных людей". Правильные - когда один человек, или немногие, или большинство правят, руководствуясь общественной пользой. Неправильные - когда имеются в виду выгоды либо одного, либо немногих, либо большинства. Правильные формы правления: монархическая, имеющая в виду общую пользу, называется царской властью; аристократическая - власть немногих, руководствующихся высшим благом государства; политическая (Полития) -республиканское правление большинства ради общей пользы. Неправильные или отклонения от указанных форм правления: от царской власти - тирания, от аристократии -

олигархия, от политики - демократия. "Тирания - монархическая власть, имеющая в виду выгоды одного правителя; олигархия блюдет выгоды состоятельных граждан; демократия - выгоды неимущих; общей же пользы ни одна из них в виду не имеет".

1 Аристотель. Соч. Т. 4. С. 445.

2 Там же. С. 455.

3 Там же. С. 456.

4 Там же. С. 457.

Тирания, продолжает Аристотель, представляет собой деспотическую монархию, в олигархии верховную власть занимают собственники, в демократии - неимущие. Критерий олигархии и демократии - богатство (для олигархии) и бедность (для демократии). Аристотель утверждает, что понятие справедливости представляет собой относительное понятие. Если оно есть равенство, то не для всех, а только для равных, и неравенство есть справедливость, но только для неравных. Стагирит снова возвращается к образованию государства и подчеркивает, что "оно появляется лишь тогда, когда образуется общение между семьями и родами ради благой жизни (еу dzen), в целях совершенного и самодовлеющего существования". Главная цель государства - счастливая жизнь.

Что касается верховной власти, то она, по мнению Аристотеля, не может принадлежать бедным, ибо они могут начать делить между собой состояние богатых. Но если отдать ее тирану, то он может поступать несправедливо в отношении бедных. Главная цель политики - высшее благо. А "государственным благом является справедливость, т.е. то, что служит общей пользе". Справедливость Аристотель, как уже отмечалось, сравнивает с равенством, а вопрос о равенстве он относит к политической философии (термин Аристотеля - И.А.Гобозов). Само понятие равенства Аристотель интерпретирует широко: сюда он включает не только имущественное положение, но и физические данные. Для занятия государственной должности Стагирит особое значение придает моральному облику человека.

Виды монархии. 1. Наследственная монархия, которая свойственна варварам. 2. Выборная монархия, присущая грекам. 3. Эсимнетия была у древних греков и "отличается она от варварской монархии не тем, что основывается не на законе, а только тем, что не является наследственной". Одни были пожизненными монархиями, другие избирались на определенный срок или для выполнения отдельных поручений. 4. Царская власть в Лакедемоне, представляющая собой в сущности наследственную и пожизненную стратегию. 5. Домохозяйственная монархия, когда один человек имеет огромную власть и управляет всеми делами.

Аристотель ставит вопрос: под какой властью полезнее находиться - под властью лучшего мужа или под властью лучших законов? Конечно, пишет Аристотель, найдутся люди, которые будут считать что лучше находиться под властью лучшего человека, чем лучших законов, ибо законы устаревают быстро и нельзя рабски придерживаться буквы предписания. Сам философ считает, что лучший муж должен быть законодателем и должны быть законы, которые теряют свою силу, когда они извращаются. Один человек ошибается чаще, чем масса. Последняя

1 Аристотель. Соч. Т. 4. С. 462.

2 Там же. С. 467.

3 Там же. С. 475.

менее подвержена порче. Аристотель дает интересное определение массы: "Под массой же следует разуметь свободнорожденных, ни в чем не поступающих вопреки закону, за исключением только тех неизбежных случаев, когда закон оказывается недостаточным".

Аристотель полагает, что аристократическая форма правления как правление лучших предпочтительнее царской власти. Полития устанавливается как раз в результате смены царской власти властью доблестных людей. Но когда последние, испортившись нравственно, стали обогащаться за счет общества, то из политики естественным путем выросла олигархия ибо люди стали почитать не добродетель, а богатство. "Из олигархий же сначала возникли тирании, а затем из тираний - демократии: низменная страсть корыстолюбия правителей, постоянно побуждавшая их уменьшать свое число, повела к усилению народной массы, так что последняя обрушилась на них и установила демократию".

Из правильных форм государственного устройства Аристотель наилучшим считает то, в котором управление сосредоточено в руках лучших. Речь идет об аристократической форме правления. Но в отличие от Платона он не создает теорию идеального государства, так как он полагает, что необходимо предлагать и такие формы государственного устройства, которые не являются идеальными, но приемлемы во многих странах. Наихудший вид правления - это тирания, к ней примыкают олигархия и умеренная форма отклонения - демократия. Виды демократии. Первый вид демократии связан с равенством,

предполагающим равные права как для богатых, так и для бедных. Народ составляет большинство и его голос имеет решающее значение. Второй вид демократии предполагает невысокий имущественный ценз. Тот, кто имеет такой ценз, получает доступ к занятию должностей, кто теряет ценз лишается права занять такую должность. Третий вид демократии исходит из того, что все граждане по происхождению являются гражданами, а властвует закон. Четвертый вид демократии - это такая демократия, когда любой гражданин имеет право занимать должность, хотя властвует опять-таки закон. Пятый вид демократии предполагает предыдущие условия, но верховная власть принадлежит нс закону, а простому народу. В данном случае решающее слово принадлежит народу, который благодаря демагогии добивается своего. Там, где властвует закон, демагогам нет места. Этот вид демократии, по Аристотелю, напоминает тиранию. "... И крайняя демократия, и тирания поступают деспотически с лучшими гражданами; постановления такой демократии имеют то же значение, что и в тирании распоряжения". Такая демократия отвергается Аристотелем. Он твердо убежден в том, что "закон должен властвовать над всем; должностным же лицом и

1 Аристотель. Соч. Т. 4. С. 478.

2 Там же. С. 479.

3 Аристотель. С. 497.

народному собранию следует предоставить обсуждение частных вопросов".

Виды олигархии. Первый вид олигархии предполагает умеренную собственность. В силу этого собственники имеют право занимать государственные должности. Но верховная власть находится не в руках людей, а закона. Второй вид олигархии связан с тем, что число людей, имеющих собственность, меньше числа людей, чем при первом виде олигархии, но размер собственности больше. Эти собственники и имеют больше прав на занятие должностей в государстве. Третий вид олигархии - все должности сосредоточиваются только в руках собственников, чего не было при втором виде олигархии. Причем закон повелевает, чтобы после их смерти сыновья унаследовали их должности. Четвертый вид олигархии, соответствующий крайнему виду демократии, состоит в том, что увеличивается собственность и получается династия, близкая к монархии.

Полития является как бы смешением олигархии и демократии. Те виды государственного устройства, которые склоняются к демократии, принято считать политиями, а те, которые склоняются к олигархии, называются аристократическими. "Сущность аристократического строя заключается, по-видимому, в том, что при нем почетные права распределяются в соответствии с добродетелью, ведь основой аристократии является добродетель, олигархии - богатство, демократии - свобода". В политии смешивают состоятельных бедных и свободных.

Из олигархии берут состоятельность, из демократии - отсутствие имущественного ценза.

Тирания образуется как из распущенной демократии, так и из олигархии. Государство стремится к тому, чтобы все в нем были одинаково равны. Поэтому государство, состоящее из средних людей, будет иметь и наилучший государственный строй.

Аристотель рассматривает и вопросы, касающиеся приемлемости тем или иным народом того или иного государственного устройства. Но общим правилом для всех государственных устройств он считает следующий принцип: "Сторонники того или иного строя в государстве должны быть сильнее его противников". Стагирит всякое государство рассматривает с точки зрения качества и количества. "Под качеством я разумею свободу, богатство, образованность, благородство происхождения; под количеством - численное

превосходство массы населения> . Если количество неимущих больше, то появляется демократия. Если качественный вес богатых больше, то возникает олигархия. Как в одном, так и в другом случае государственный строй неустойчив. Поэтому требуется некая средняя величина, которая должна уравновешивать эти крайности.

1 Аристотель. Соч. Т. 4. С. 497.

2 Там же. С. 502-503.

3 Там же. С. 510.

4 Тамже.С.510-511.

Три части, составляющие основу любого государственного устройства: 1) законодательный орган, рассматривающий дела государства; 2) должности (какие должны быть и чем они должны заниматься); 3) судебные органы. Законодательный орган решает вопросы войны и мира, заключения и расторжения союзов, принятия законов, смертной казни, конфискации имущества, избрания должностных лиц и т.д. Эти вопросы могут решать либо все граждане, либо часть из них. Если граждане решают все дела, то мы имеем дело с демократией. Если вся законодательная власть сосредоточена в руках только нескольких человек, то это признаки олигархии.

Распределение должностей. Аристотель пишет, что трудно определить понятие должности. В государстве много руководителей, но нельзя всех называть должностными лицами. Например, жрецы и глашатаи. Сложен вопрос и о замещении должностей. На должность назначаются либо все граждане, либо некоторые из них. Демократический способ назначения - выборы или жребий. Если одни должности замещаются путем выбора, а другие - по жребию, то это полития. Если в назначении на должности из числа всех участвуют некоторые, а само назначение совершается либо по выбору, либо по жребию, либо путем их комбинации, то это есть олигархия. При аристократическом строе на должности назначаются некоторые или все путем избрания. Судебная власть. Судьи могут назначаться путем выбора либо всеми гражданами, либо некоторыми из них. Гениальный Аристотель не оставил без внимания и государственные перевороты. Они бывают двоякого рода: 1) посягательство на существующий государственный строй с целью его замены другим. Скажем, демократический строй олигархическим и т.д.; 2) строй остается прежним, власть хотят захватить другие.

Причина любого государственного переворота, по мнению Аристотеля, заключается в отсутствии равенства. Само равенство бывает двоякого рода: равенство по количеству и равенство по достоинству. Под количественным равенством Стагирит подразумевает тождество и равенство в смысле количества или размера. Равенство же по достоинству означает равенство в смысле соотношения. Так, в количественном отношении три больше двух, два больше одного на одинаковое число, а в смысле соотношения - одинаково четыре больше двух, два больше одного, так как равными частями являются два от четырех и единица от двух и т.д. Отсюда возникают споры относительно того, кто должен

заменить государственные должности и в каком количестве. Учет достоинства и количества приводит, как правило, к двум формам правления:

к демократии и олигархии. Достоинство предполагает поиски людей

благородного происхождения, а их немного. Что касается количества,

то неимущих хватает. Поэтому Аристотель считает ошибкой стремле-

ние соблюсти везде оба вида равенства, поскольку их учет приводит к

неустойчивому положению государственного устройства. Он предлага-

ет в одних случаях руководствоваться количественным равенством, а в

других - равенством по достоинству. В этой связи он замечает, что

демократический строй более безопасен, чем олигархический. Это свя-

зано с тем, что в условиях олигархии появляются раздоры друг с другом

и с народом, тогда как в условиях демократии только с олигархией.

Причины государственного переворота, по мнению Аристотеля,

разные: стремление к равенству, к получению прибыли, наглость,

страх, превосходство, презрение, чрезмерное возвышение и т.д. Пере-

вороты совершаются либо путем насилия, либо путем обмана. Народ

обманывают и с его помощью совершают государственный переворот,

затем через некоторое время насильственно захватывают власть уже

против народа.

В демократических государствах перевороты обычно совершаются

демагогами. Тираны, особенно в древности, тоже происходили из дема-

гогов. В олигархических государствах перевороты совершаются, когда

власть сосредоточивается в руках еще меньшего количества лиц. <Стре-

мясь сохранить равенство, обиженные вынуждены прибегать к содейст-

вию народа> . Но переворот в олигархии может случиться и тогда, когда

появляется другая олигархия. В аристократических государствах пере-

вороты совершаются по тем же причинам, что в олигархических, ибо

аристократия и олигархия похожи друг на друга, так как и там и тут

управляют немногие.

Основную причину развала политики и аристократии Аристотель

видит в отклонении от справедливости. Как сохранить государственный

строй? Аристотель считает, что у граждан постоянно надо вызывать

разные опасения в случае развала государства. Они тогда будут стре-

миться к его сохранению. Кроме того, возникающие конфликты среди

знатных людей необходимо предупреждать законными средствами.

Аристотель особое значение придает тому, чтобы в любом государ-

стве следили за должностными лицами, которые могут наживаться за

счет общества. Поэтому нужно принять такие законы, которые сделали

бы это невозможным.

По мнению Стагирита, кандидаты на занятие высших государст-

венных должностей должны обладать тремя качествами: <Во-первых,

сочувствовать существующему государственному строю; затем иметь

большие способности к выполнению обязанностей, сопряженных с дол-

жностью; в-третьих, отличаться добродетелью и справедливостью, со-

ответствующими каждому виду государственного строя> . В этой связи

Аристотель большое внимание уделял воспитанию преданности суще-

ствующему строю.

Резюмируя вышеизложенное, можно сказать, что Аристотель раз-

работал фундаментальные положения политической философии, кото-

рые нашли свою дальнейшую разработку в трудах Цицерона, Макиа-

велли, Гоббса и других корифеев мировой философии.

1 Аристотель. Т. 4. С. 53.

2 Там же. С. 548.

Глава 3. Макиавелли

Макиавелли - выдающийся политический мыслитель эпохи Возрождения. Он сыграл важнейшую роль в исследовании философско-политических проблем. Но его творческое наследие вызвало неоднозначные оценки. В основном критиковали и ругали Макиавелли, обвиняя его в том, что он якобы "деморализовал" политику т.е. освободил политических деятелей от моральных принципов и норм. Однако были и такие философы, которые высоко ставили идеи Макиавелли. Спиноза, например, его называл проницательным и благородным человеком. А Гегель писал следующее: "Вряд ли можно сомневаться в том, что человек, чьи слова полны такой подлинной значительности, не способен ни на подлость, ни на легкомыслие. Между тем уже само имя Макиавелли носит, по мнению большинства, печать отверженности, а макиавеллизм отождествляется обычно с гнусными принципами. Идея государства, созданного народом, столь настойчиво заглушалась безрассудными призывами к так называемой свободе, что всех бедствий Германии в Семилетней войне и в последней войне с Францией, всего прогресса разума и опыта, подчеркнутого из неистовства, охватившего Францию в ее стремлении к свободе, вероятно, недостаточно для того, чтобы та простая истина, согласно которой свобода возможна только в государстве, созданном объединившимся на правовой основе народом, проникла в умы людей и утвердилась в качестве основного принципа науки о государстве.

Даже цель Макиавелли - поднять Италию до уровня государства- слепо отвергается теми, кто видит в творении Макиавелли лишь призыв к тирании, зеркало в золотой оправе для тщеславного поработителя. Если же эта цель принимается, то объявляются отвратительными предлагаемые им средства, и тут-то открывается широкий простор для морализирования и высказывания различных тривиальностей, вроде того, что цель не оправдывает средства". По утверждению Макиавелли есть два вида государства: республиканский и единовластный (монархический). Единовластные могут быть наследственными и новыми, когда в результате завоевания или присоединения другое государство устанавливает свою власть. При наследственной власти, пишет итальянский мыслитель, легче управлять государством, ибо государь уже со своими подданными установил необходимые контакты. Что касается новых государств, которые Макиавелли называет смешанными государствами, то в них труднее удержать власть, так как если вначале люди верят новому государю, то впоследствии они разочаровываются и видят в нем только завоевателя.

1 Гегель. Политические произведения. М., 1978. С. 151-152.

28

И у них для этого есть основания, так как новый государь притесняет их, собирает с них большие налоги и т.д.

Макиавелли выдвинул идею церковных государств. "Государства эти опираются на освященные религией устои, столь мощные, что они поддерживают государей у власти, независимо от того, как те живут и поступают. Только там государи имеют власть, но ее не отстаивают, имеют подданных, но ими не управляют; и однако же, на власть их никто не покушается, а подданные их не тяготятся своим положением и не хотят, да и не могут от них отпасть. Так что лишь эти государи неизменно пребывают в благополучии и счастье". Макиавелли предпочитает ничего не говорить о таких, поскольку, по его мнению, они созданы богом, и в силу этого человек не имеет права о них рассуждать.

Любое государство для защиты собственных интересов и интересов своих граждан должно иметь армию. Макиавелли полагает, что фундамент власти во всех государствах - хорошие законы и хорошее войско. Войска могут быть собственными, союзническими, наемными и смешанными. Итальянский философ убежден в том, что нельзя доверять смешанным и наемным войскам, ибо они ведут распущенный образ жизни, страшно боятся врагов. Поэтому лучше иметь собственное войско.

Очень много внимания итальянский мыслитель уделяет политическим действиям и поступкам государя. Проблемы он излагает оригинально, во многом расходится с другими мыслителями и понимает, что его взгляды вызовут критические возражения. Тем не менее Макиавелли решил, как он выразился, следовать не воображаемой, а настоящей правде, "ибо расстояние между тем, как люди живут и как должны бы жить, столь велико, что тот, кто отвергает действительное ради должного, действует скорее во вред, нежели на благо, так как, желая исповедовать добро во всех случаях жизни, он неминуемо погибнет, сталкиваясь с множеством людей, чуждых добру. Из чего следует, что государь, если хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением смотря по надобности".

Оставаясь на почве исторической действительности при рассмотрении политики и морали, Макиавелли пишет, что, как правило, люди замечают в государях разные качества: щедрость и скупость, жестокость и сострадательность, честность и вероломность, снисходительность и надменность и др. Они хотят, чтобы государи имели только хорошие качества, но в жизни это невозможно. Макиавелли считает, что для удержания власти государь может использовать и те качества, которые у людей вызывают презрение. "Поэтому государь, если он желает удержать в повиновении подданных, не должен считаться с обвинениями в жестокости... ибо от беспорядка, который порождает

1 Макиавелли Н. Избр .соч. М., 1982. С. 333.

2 Там же. С. 345..

грабежи и убийства, страдает все население, тогда как от кар, налагаемых государем, страдают лишь отдельные лица" .

Таким образом, итальянский мыслитель советует в интересах большинства и государства применять насилие, хотя с точки зрения морали оно может вызвать осуждение. Макиавелли отмечает, что хорошо, когда государь верен своему слову и честен в делах. Но опыт истории говорит о том, что успехов добивались те правители, которые не сдерживали своего слова и в нужный момент меняли позицию. Государь должен одновременно походить на льва и лисицу. Лев - это сила, а лиса - хитрость. Следовательно, государь должен быть и львом и лисом. Ради сохранения государства и

своей власти он всегда должен быть готов к тому, чтобы изменить свою политическую позицию, если этого требуют обстоятельства. Люди о нем судят не по его словам, а по делам, и если они идут хорошо, то никто не обратит внимания на слова.

С врагами, советует итальянский мыслитель, надо бороться двумя

способами. В одном случае речь идет о законах, которые использует

человек, в другом случае - о силе, применяемой зверем. Государю

приходится применять закон и силу. <... Из всех зверей пусть государь

уподобится двум: льву и лисе. Лев боится капканов, а лиса - волков.

Тот, кто всегда подобен льву, может на заметить капкана. Из чего

следует, что разумный правитель не может и не должен оставаться

верным своему обещанию, если это вредит его интересам и если отпали

причины, побудившие его дать обещание> .

Макиавелли подчеркивает, что государю необходимо избегать не-

нависти и презрения со стороны подданных, которые вызываются хищ-

ничеством, легкомыслием и нерешительностью. Он дает государю сове-

ты, соблюдение которых должно принести ему славу и почести. Прежде

всего, государь должен проводить твердую политику, базирующуюся на

насилии как внутри страны, так и за рубежом. Но Макиавелли не

против того, чтобы государь использовал, кроме силы, и другие средст-

ва, помогающие ему завоевать уважение подданных. В частности, госу-

дарь должен оказывать почет и уважение тем, кто отличился в каком-

либо ремесле или искусстве, не мешать заниматься торговлей, земледе-

лием, награждать достойных и т.д.

Макиавелли пишет, что государь должен иметь таких советников,

которые ему преданы. Они должны заботиться не о себе, а о благе

государства. <Но и государь со своей стороны должен стараться удер-

жать преданность своего министра, воздавая ему по заслугам, умножая

его состояние, привязывая его к себе узами благодарности, разделяя с

ним обязанности и почести, чтобы тот видел, что государь не может без

него обходиться, и чтобы, имея достаточно богатств и почестей, не

1 Макиавелли Н. Избр. соч. С. 345.

2 Там же. С. 351.

возжелал новых богатств и почестей, а также чтобы, занимая разнооб-

разные должности, убоялся переворотов> .

Довольно интересны советы Макиавелли о том, как государю избе-

жать льстецов. Обычно государь пытается внушить мысль подданным о

том, как надо говорить только правду, но это может вызвать и презре-

ние, так как не всякая правда нужна правителю. Это, во-первых. Во-

вторых, какую бы правду они ни говорили, все равно найдутся люди,

которые будут льстить, лицемерить и подхалимничать. Поэтому благо-

разумный государь поступает так: <Отличив несколько мудрых людей,

им одним предоставить право высказывать все, что они думают, но

только о том, что ты сам спрашиваешь, и ни о чем больше; однако

спрашивать надо обо всем и выслушивать ответы, решение же прини-

мать самому и по своему усмотрению. На советах с каждым из советни-

ков надо вести себя так, чтобы все знали, что чем безбоязненнее они

выскажутся, тем более угодят государю; но вне их никого не слушать, а

прямо идти к намеченной цели и твердо держаться принятого решения.

Кто действует иначе, тот либо поддается лести, либо, выслушивая раз-

нообразные советы, часто меняет свое мнение, чем вызывает неуваже-

ние подданных> .

Политическая философия Макиавелли, по существу, представляет

кодекс поведения государственных деятелей, кодекс, освобождающий

их от всяких моральных принципов при принятии решений, касающих-

ся внутренней и внешней политики государства. И неслучайно, как уже

вначале отмечали, суждения итальянского мыслителя вызвали такую

негативную оценку большинства исследователей сферы общества. Од-

нако необходимо иметь в виду, что Макиавелли стоит на почве истори-

ческой действительности, т.е. он видел, как политики действовали,

принимали решения и не считались ни с какими моральными нормами.

Об этом свидетельствует его гениальная работа <История Флоренции>.

Поэтому критика многих его позиций, продолжающаяся на протяже-

нии веков, носит абстрактный и спекулятивный характер. Величие

Макиавелли <как раз заключается в том, что он отделил политику от

этики> .

1 Макиавелли Н. Избр. соч. С. 369.

2 Там же. С. 370.

3 Грамши А. Тюремные тетради. М., 1991.4. 1. С. 472.

Глава 4. Гоббс

Гоббс - крупнейший английский философ-материалист XVII века -

внес немалый вклад в философию политики. В фундаментальном труде

<Левиафан или материя, форма и власть государства церковного и

гражданского> Гоббс рассматривает процесс возникновения политиче-

ских институтов, прежде всего государства, названного именем Левиа-

фана, чудовища из библейской мифологии.

Как и многие его современники, Гоббс, исходит из теории естест-

венного права. Он утверждает, что люди равны от природы в физиче-

ском и умственном отношениях. Конечно, есть определенные различия

между индивидами, но это не имеет существенного значения. Из есте-

ственного равенства вытекают и естественные возможности людей для

достижения одних и тех же целей. Иначе говоря, каждый человек имеет

такое же право на те или иные блага общества, как и все остальные. Но

такое положение вещей приводит к конфликтной ситуации. Если, до-

пустим, два человека имеют желание иметь одну и ту же вещь и если

это невозможно, то вполне естественно, что они могут стать врагами.

В естественном состоянии каждый имеет право на все, оно не нала-

гает на человека никаких ограничений, и потому между людьми имела

место борьба за обладание вещью или вообще за пользование необходи-

мыми благами. Пока люди живут без общей власти, которая всех дер-

жит в страхе, они, по Гоббсу, воюют друг против друга. Причем война

происходит даже тогда, когда нет никаких военных действий. Иначе

говоря, люди постоянно находятся в состоянии войны друг с другом

(bellum omnium contra omnes).

В таком обществе у людей отсутствуют трудолюбие, стремление к

производству благ, ибо никто не застрахован от насильственного грабе-

жа результатов своего труда. Плохо развивается экономика, нет тор-

говли, судоходства, в ужасном состоянии находятся культура, литера-

тура, короче, нет общества и жизнь человека беспросветна.

Гоббс различает понятие <право> и <закон>. Право предполагает

свободу делать или не делать что-то. Скажем, я свободен поступать нс

так, как кому-то хочется. Право - это нечто внутреннее, и в силу этого

человек может действовать по своему усмотрению. Что касается закона,

то он обязывает поступать так, а не иначе. Право подразумевает свобо-

ду, закон-обязательство.

Гоббс делает классификацию естественных законов. Первый и ос-

новной естественный закон - поиски мира. Поскольку естественное

состояние людей есть война всех против всех, то ни один человек не

может рассчитывать на то, что он проживет отведенное ему природой

время. Поэтому человек должен добиваться мира. Суть второго естест-

венного закона состоит в том, что если другие люди согласны на мир, то

человек должен отказаться от своего естественного права на все вещи в

той мере, в какой это необходимо для мира и для самого человека. Он

должен довольствоваться той степенью свободы по отношению к дру-

гим, какую он считал допустимой у других по отношению к себе. Треть-

им естественным законом Гоббс считает справедливость: люди должны

выполнять заключаемые ими соглашения, в противном случае они пре-

вращаются в пустой звук. Но английский философ понимает, что в

реальной жизни трудно добиться справедливости - люди вызывают

недоверие друг у друга. Тем не менее, он убеждает всех в том, что

справедливость вовсе не противоречит разуму, а с порочными людьми,

не выполняющими обязательств, не следует заключать никаких согла-

шений. Четвертый естественный закон - благодарность. Справедли-

вость обусловливается предварительным соглашением, а благодарность -

предварительной милостью. Суть закона: <Человек, получивший бла-

годеяние от другого лишь из милости, должен стремиться к тому,

чтобы тот, кто оказывает это благодеяние, не имел разумного основа-

ния раскаиваться в своей доброте> . Тот, кто что-то дарит, надеется на

взаимность, и поэтому он не должен быть обманут. Если же он будет

обманут, то снова возникнет недоверие между людьми и снова возро-

дится состояние войны всех против всех. Пятым естественным законом

Гоббс объявляет взаимную любезность. Человек должен приспосабли-

ваться к окружающей социальной действительности, и поэтому ему

необходимо кому-то в чем-то уступать, проявлять любезность и т.д.

Если каждый будет исходить из этого закона, то люди быстро придут к

соглашению. Шестой естественный закон: нужно прощать прошлые

обиды во имя будущего тем, кто раскаивается. Седьмой естественный

закон: если совершается месть, то надо исходить не из размеров причи-

ненного зла, а из того блага, которое должно последовать за местью.

Этот закон предписывает, что целью мести является только исправле-

ние или предостережение других. Восьмой закон предполагает, что ни

один человек не должен оскорблять другого. Девятый естественный

закон заключается в том, что каждый человек должен исходить из

равенства всех от природы. В этой связи Гоббс критикует Аристотеля,

утверждавшего, что одни от природы должны господствовать, а другие

повиноваться. Десятый естественный закон требует, что при вступле-

нии в мирный договор никто не требовал себе каких-то прав. Суть

одиннадцатого закона состоит в беспристрастном отношении друг к

другу, а двенадцатый закон предполагает равное использование общих

вещей. Но есть вещи, которыми нельзя равным образом пользоваться.

Поэтому здесь вступает в силу тринадцатый естественный закон, когда

право владения в целом или первоначальное владение предоставляется

по жребию. Четырнадцатый закон - это закон о первородстве и первом

1 Гоббс Т. Избр. произв.: В 2т. М., 1964. Т. 2. С. 177.

33

3-6035

владении. Гоббс считает что есть два рода жребия: установленный и

естественный. Первый вид жребия устанавливается соглашением, а

второй вид называется первородством, или первым владением. Поэтому

те вещи, которые неделимы, должны быть предоставлены первому вла-

дельцу или перворожденному. Пятнадцатый естественный закон исхо-

дит из того, что посредникам мира должна быть предоставлена гарантия

неприкосновенности. Суть шестнадцатого естественного закона за-

ключается в том, что в случае спорных вопросов стороны должны под-

чиняться решению арбитража. Семнадцатый естественный закон: ни-

кто не может быть судьей самого себя, а восемнадцатый естественный

закон требует, чтобы никто не был арбитром в деле, в котором у него

есть какой-то личный интерес. И, наконец, девятнадцатый естествен-

ный закон гласит, что при рещении спорных вопросов необходимо при-

влекать свидетелей.

Перечисленные естественные законы, по мнению Гоббса, призва-

ны сохранять мир как средство спасения людей. Законы желательно

реализовать, хотя это не всегда обязательно. Иначе говоря, они как бы

имеют желательный характер, вечны и неизменны, <ибо несправедли-

вость, неблагодарность, надменность, гордость, криводушие, лицепри-

ятие и остальные пороки никогда не могут стать правомерными, так как

никогда не может быть, чтобы война сохраняла жизнь, а мир ее губил> .

Но естественные законы, подчеркивает английский философ, не

гарантируют человеку безопасность, ибо они противоречат естествен-

ным страстям - гордости, лести, пристрастию и т.д. Поэтому необхо-

дима сила, которая бы обеспечивала безопасность каждого гражданина.

В качестве такой силы выступает общая власть, для установления кото-

рой люди должны договориться между собой. <Иначе говоря, для уста-

новления общей власти необходимо, чтобы люди назначили одного

человека или собрание людей, которые явились бы их представителями;

чтобы каждый человек считал себя доверителем в отношении всего, что

носитель общего лица будет делать сам или заставит делать других в

целях сохранения общего мира и безопасности, и признал себя ответст-

венным за это; чтобы каждый подчинил свою волю и суждение воле и

суждению носителя общего лица> . Так на договорной основе возникает

государство, которое Гоббс называет Левиафаном. Оно есть смертный

бог.которому люди подчиняются. Таким образом, <государство есть

единое лицо, ответственным за действия которого сделало себя путем

взаимного договора между собой огромное множество людей, с тем

чтобы это лицо могло использовать силу и средства всех их так, как

сочтет необходимым для их мира и общей защиты> . Носитель этого

лица является сувереном, обладающим верховной властью. Все осталь-

ные же выступают как его подданные.

1 Гоббс Т. Избр. произв. Т. 2. С. 184

2 Там же. С. 196.

3 Там же. С. 197.

Гоббс указывает на два пути достижения верховной власти. Первый

путь связан с физической силой, когда посредством подчинения осталь-

ных добиваются высшей власти. Второй путь предполагает доброволь-

ное соглашение подчиняться человеку или собранию с тем, чтобы они

гарантировали безопасность. Такое государство английский философ

называет политическим государством, основанным на установлении. А

государство, созданное силой, базируется на приобретении.

Установленное государство, т.е. государство, созданное путем со-

глашения, предполагает, что каждый гражданин действия человека или

собрания людей будет воспринимать как свои собственные действия.

Отсюда следует, что подданные монарха не имеют права без согласия

монарха менять форму правления или вообще свергать его. Кроме того,

никто не может быть освобожден от подданства под предлогом того, что

суверен нарушил свои обязательства. Гоббс довольно большими права-

ми награждает суверена: его нельзя наказать. Он - главный арбитр по

вопросам мира и защиты подданных. Он же указывает, какие доктрины

следует изучать, разрабатывает правила, предписывающие каждому

человеку блага, которыми он имеет право пользоваться, т.е. какую

собственность может иметь. Ему принадлежат и судебная власть, и

право решения спорных вопросов, и право объявления войны и заклю-

чения мира, и право выбора всех советников и министров, и право

награждать и наказывать, и право установления почетных титулов и

табеля о рангах.

По мнению Гоббса, есть три формы установленных государств.

Различение государств он проводит в зависимости от суверена или

лица, которое представляет всех и каждого из массы людей. Но посколь-

ку верховная власть принадлежит либо одному человеку, либо собра-

нию людей, то можно сказать, что есть три формы государства: монар-

хия, когда представителем является один человек, демократия, когда

представителем является собрание и аристократия, когда верховная

власть принадлежит собранию лишь части граждан. Гоббс считает, что

тирания и олигархия представляют собой лишь различные названия

монархии и аристократии.

По сравнению с многими философами Гоббс различие этих трех

форм государства видит не во власти как таковой, а в способности

каждой из этих форм осуществлять предназначенную для них цель -

установление мира и защита безопасности граждан.

Анализируя монархию, английский философ отмечает, что монар-

хическая форма правления является такой, в которой наблюдается сов-

падение общих и частных интересов. Это происходит потому, что богат-

ство монарха зависит от богатства его подданных. Если они бедные, то

и монарх беден. Более того, он не может чувствовать себя в безопасно-

сти. <При демократии же или аристократии личное благополучие лиц

продажных или честолюбивых обеспечивается не столько обществен-

ным процветанием, сколько чаще всего вероломным советом, преда-

тельством или гражданской войной> . Монарх может выслушать любого

подданного в нужное время, тогда как в случае с демократией на собра-

ние допускаются только те лица, которые имеют на это право с самого

начала. Кроме того, монарх не может расходиться во мнении с самим

собой, чего не скажешь о собрании, где присутствует множество людей

с различными интересами и пристрастиями.

Но Гоббс видит и негативные черты монархии. Так, монарх может

в пользу какого-нибудь своего фаворита отнять у своего подданного его

богатство. Правда, замечает Гоббс, это может случиться и в условиях

аристократического строя. К негативным чертам монархии следует от-

нести и то, что власть может оказаться либо в руках несовершеннолет-

него, либо морально нечистоплотного человека. Но Гоббс как ярый

сторонник абсолютной монархии утверждает, что не сама монархиче-

ская форма правления в этом виновата, а предшествовавший государь

и его подданные.

Гоббс снова возвращается к характеристике государства, основан-

ного силой или путем приобретения. <Государство основанное на при-

обретении, есть такое государство, в котором верховная власть приоб-

ретена силой. А верховная власть приобретена силой, когда люди -

каждый в отдельности или все вместе - большинством голосов из бояз-

ни смерти или неволи принимают на свою ответственность все действия

того человека или собрания, во власти которого находится их жизнь и

свобода> . Это государство отличается от государства, основанного на

установлении, тем, что в установленном государстве люди выбирают

своего суверена из боязни друг друга, а не из-за страха перед тем, кому

они отдают себя в подданство. В государстве, основанном на приобрете-

нии, люди подчиняются суверену, потому что боятся его. Но в обоих

случаях побудительным мотивом выступает страх. Что касается прав

верховной власти, то они одинаковы т.е. те права, которыми обладает

верховная власть, основанная на установлении, являются неотъемле-

мой чертой и власти, основанной на приобретении.

Если суверена Гоббс наделяет неограниченными полномочиями, то

зато подданным предоставляются лишь некоторые права. Прежде всего

они имеют свободу, под которой английский философ подразумевает

отсутствие сопротивления, т.е. отсутствие внешних препятствий для

движения. Исходя из этого, свободным человеком является тот, кому

никто не мешает делать то, что он желает. Но как реализуется такая

свобода в монархическом государстве? Гоббс полагает, что это нетруд-

но, ибо подданные поступают свободно в рамках того, что не предусмот-

рено в соглашениях с властью (свобода покупки и продажи, свобода

выбирать местожительство, пищу и т.д.). Но, кроме этой естественной

свободы, продолжает Гоббс, есть истинная свобода, суть которой состо-

1 Гоббс Т. Избр. произв. Т. 2. С. 212.

2 Там же. С. 221-222.

ит в праве подданных не выполнять все приказания суверена. Так,

подданные имеют свободу защищать свою жизнь от тех, кто посягает на

нее на базе законов. Если, например, верховная власть отдает приказ

человеку убить или ранить себя и не оказывать никакого сопротивления

тому, кто посягает на его жизнь, или не принимать пищу и т.д., то такой

человек имеет право не подчиняться монарху. Даже на войне солдат

имеет право не выполнять приказ суверена, если он вместо себя поста-

вит более сильного человека, ибо в этом случае нет никакого отклоне-

ния от службы. Но в целом, считает Гоббс, все свободы подданного

зависят от законов. Он свободен делать все то, что не запрещено или

предусмотрено законом.

Оригинален гоббсовский подход к политическим структурам, под

которыми он подразумевает не политические институты и учреждения,

а группы людей. Гоббс их называет частями государства. <Под группой

людей я подразумеваю известное число людей, объединенных общим

интересом или общим делом> . Одни группы являются упорядоченны-

ми, а другие неупорядоченными. Упорядоченными считаются те груп-

пы, в которых один человек или собрание людей выступают как пред-

ставители всей группы. Все остальные группы Гоббс называет неупоря-

доченными.

Некоторые упорядоченные группы имеют абсолютный и независи-

мый характер, хотя они подвластны своим представителям. К таким

группам Гоббс относит государства. Другие группы зависимы от верхов-

ной власти, подданными которой являются. Некоторые подвластные

группы имеют политический характер, а другие - частный. Политиче-

ские группы (тела) состоят из тех людей, которые имеют полномочия

от верховной власти. Частные же группы устанавливаются самими под-

данными. Некоторые частные группы, считает Гоббс, законны, а другие

противозаконны. К первым он относит те группы, которые разрешены

верховной властью, все остальные являются противозаконными.

Что касается неупорядоченных групп, то английский мыслитель их

характеризует как группы, не имеющие никакого представительства,

но являющиеся лишь скоплением людей. Они могут быть законными,

если не имеют дурных целей, как, например, скопление народа на

базарах, и незаконными, если цели имеют дурной характер. Гоббс здесь

ссылается на толпу, цели которой неизвестны.

К политической структуре Гоббс относит и государственных слу-

жителей. <Государственным служителем является тот, кому суверен

(будь то монарх или собрание) поручает известный круг дел с полномо-

чиями представлять в нем лицо государства> . Поскольку суверен и

собрание представляют два качества - естественное и политическое

(монарх, например, является носителем лица не только государства, но

1 Гобсс Т. Избр. произв. Т. 2. С. 244.

2 Там же. С. 259.

и человека), - в роли государственных служащих выступают те люди,

которые служат не естественному качеству суверена, а управлению

государственными делами. Поэтому, по мнению Гоббса, в аристократи-

ческих и демократических государствах государственными служителя-

ми не являются полицейские и другие чиновники, охраняющие собра-

ние для удобства его членов. То же самое касается дворецкого, камер-

динеров и других чиновников двора монархов. В качестве государствен-

ных служителей выступают ответственные за казну, за армию, за

образование и т.д.

Заметное место Гоббс отводит так называемым гражданским зако-

нам, <которые люди обязаны соблюдать не как члены того или другого

конкретного государства, а как члены государства вообще> . Эти зако-

ны, подчеркивает Гоббс, обязаны знать все. Они предписывают опреде-

ленные правила, которые английский философ называет гражданским

правом. Им должны подчиняться все подданные. Такие законы издают-

ся во всех государствах сувереном как верховным законодателем (в

монархическом - монархом, в аристократическом и демократическом

- собранием). Но он сам им не подчиняется.

С точки зрения Гоббса, естественный и гражданский законы по

содержанию совпадают, <ибо естественные законы, заключающиеся в

беспристрастии, справедливости, признательности и других вытекаю-

щих отсюда моральных качествах, в естественном состоянии... являют-

ся не законами в собственном смысле слова, а лишь качествами, распо-

лагающими людей к миру и повиновению> . Только после установления

государства они превращаются в гражданские законы, поскольку вер-

ховная власть всех обязывает подчиняться им.

Довольно интересна мысль Гоббса о том, что поскольку закон есть

приказание и подразумевает подчинение, его надо понимать. А тот, кто

его не понимает, не обязан подчиняться ему. Хотя Гоббс имеет в виду

психически неполноценных людей, но это в какой-то степени касается

и нормальных индивидов. Поэтому он считает, что если естественный

закон не нуждается в пропаганде, то гражданский закон должен быть

доведен до сведения всех либо в устной форме, либо путем публикации.

Но этого мало. Оказывается закон является только тогда законом, когда

законодатель известен. В роли законодателя, как уже отмечалось, вы-

ступает лишь суверен, который должен быть известен всем.

Гоббс дает различные классификации законов. Во-первых, имеют-

ся вечные естественные законы, которые он еще называет моральными

(выше они уже приводились). Во-вторых, есть положительные законы,

появившиеся вместе с возникновением верховной власти, что лишает

их статуса <вечности>. Последние, в свою очередь, по мнению Гоббса,

делятся на человеческие и божественные. Человеческие законы тоже

1 Гоббс Т. Избр. произв. Т. 2. С. 280.

2 Там же. С. 283.

делятся на распределительные, определяющие права подданных и ка-

рательные, предписывающие наказания за нарушения законов. Боже-

ственные положительные, куда Гоббс включает и естественные законы,

являются заповедями бога. Есть еще одно разделение законов - на

основные и неосновные. Основным законом для государства является

тот закон, отмена которого может привести к разрушению фундамента

государства. Скажем, право объявления войны и заключения мира,

судебная власть и т.д. На базе основного закона все подданные должны

поддерживать власть суверена. Соответственно неосновным законом

является тот закон, упразднение которого не приведет к распаду госу-

дарства. Гоббс более подробно останавливается на проблеме распада

государства. Конечно, пишет он, все, что создано человеком, на каком-

то этапе приходит в упадок. Это касается и государства, но здесь надо

иметь в виду, что если бы люди соблюдали законы и в случае необходи-

мости вовремя их корректировали, то государство не развалилось бы.

Гоббс рассматривает разные причины распада государства. Назову

лишь некоторые. Первая. Абсолютная власть имеет недостаточный ха-

рактер, что во многом зависит от суверена. Вторая. Многие учения

наносят вред государственному организму. Среди таких учений Гоббс в

первую очередь называет то, согласно которому каждый человек сам

решает, что хорошо, а что плохо. Это нормально в условиях естествен-

ного состояния общества, но когда существует государство, то мерилом

добра и зла должен выступать гражданский закон. Третья. Вреден те-

зис, согласно которому все, что человек делает против совести, есть

грех. Этот тезис противоречит и гражданскому закону. Четвертая. Рас-

паду государства способствует мнение о том, что суверен подчинен

гражданским законам. Он подчиняется естественным законам, но не

должен повиноваться гражданским, так как он их сам создает. Пятая.

Учение о делимости верховной власти. Между тем делить государствен-

ную власть означает разрушать государство, ибо разделенные власти

начинают уничтожать друг друга. Гоббс как сторонник абсолютизма

выступает против разделения властей. Наделив суверена неограничен-

ными полномочиями, он вместе с тем не освободил его от своих обязан-

ностей. <Обязанности суверена (будь то монарх или собрание) опреде-

ляются той целью, ради которой он был облечен верховной властью, а

именно целью обеспечения безопасности народа, к чему он обязывает-

ся естественным законом и за что он отвечает перед богом, творцом

этого закона, и ни перед кем другим> . Прежде всего суверен обязан

просвещать своих подданных, издавать и принимать хорошие законы.

Он должен удерживать все права, которыми наделены его подданные.

Если же он отказывается от своих прав, то обязан немедленно сообщить

об этом народу, иначе государство развалится.

Гоббс Т. Избр. произв. Т. 2. С. 346.

39

Со своей стороны подданные тоже должны выполнять некоторые

обязанности. Во-первых, им необходимо ясно представлять, что не надо

увлекаться чужими формами правления, ибо благополучие народа за-

висит не от характера правления, а от согласия и повиновения всех

граждан. Во-вторых, нужно дать народу понять, что не следует увле-

каться речами какого-нибудь политического деятеля, а надо выполнять

те законы, которые издал суверен. В-третьих, не надо дискутировать

относительно верховной власти, ибо это подрывает ее авторитет.

Политическая философия Гоббса отражает реальную ситуацию

XVII века, когда монархическая власть была в расцвете. И поэтому нет

ничего удивительного в том, что выдающийся материалист был ярым

сторонником абсолютизма.

Глава 5. Локк

Локк - выдающийся английский философ-материалист, один из

создателей теории разделения властей. Он жил в эпоху бурных револю-

ционных событий, закончившихся компромиссом между виги, т.е.

крупной буржуазией и тори-крупными землевладельцами. Этот ком-

промисс сказался и на политических воззрениях Локка, так как он был

как против абсолютной монархии, так и против республики, но высту-

пал за конституционную монархию.

Главное политическое сочинение Локка трактат <О государствен-

ном правлении>. Локк прежде всего классифицирует формы власти:

власть должностного лица над подданными, власть родителей над деть-

ми, власть господина над рабами и т.д. Эти виды власти не имеют

политического характера. Что касается политической власти, то Локк

ее определяет так: <Политической властью я считаю право создавать

законы, предусматривающие смертную казнь и, соответственно, менее

строгие меры наказания для регулирования и сохранения собственно-

сти, и применять силу сообщества для исполнения этих законов и для

защиты государства от нападения извне - и все это только ради обще-

ственного блага> .

Анализ генезиса политической власти Локк, как и его соотечест-

венник Гоббс, начинает с рассмотрения естественного состояния людей,

но в отличие от Гоббса, считавшего, что естественным состоянием лю-

дей была война всех против всех, Локк полагает, что в таком состоянии

люди пользовались полной свободой в рамках закона природы. Было

полное равенство в отношении власти и права. Это значит, что все

имели одинаковую власть и одинаковые права. Локк проводит четкую

демаркационную линию между состоянием полной свободы и своеволи-

ем. Человек обладал свободой в том смысле, что он полностью распоря-

жался собой и своим имуществом. Но у него не было свободы убивать

себя или кого-либо, находившегося в его подчинении. Естественным

состоянием управляет закон природы, и он обязателен для каждого

человека. Раз люди равны и независимы, то ни один не имеет права

приносить какие-либо неприятности другому, убивать его и т.д. Закон

природы требует для всех мира и безопасности, и его каждый обязан

соблюдать. Локк имплицитно подвергает критике позицию Гоббса: <И

вот здесь мы имеем ясную разницу между естественным состоянием и

состоянием войны; а эти состояния, чтобы ни утверждали некоторые

люди, столь же далеки друг от друга, как состояние мира, доброй воли,

взаимной помощи и безопасности и состояние вражды, злобы, насилия

и взаимного разрушения. Люди, живущие вместе согласно разуму, без

1 ЛоккД.Избр.филос.произв.:В2т.Т. 2.М., 1960. С. 6.

41

кого-либо, повелевающего всеми ими, имеющего власть судить между

ними, действительно находятся в естественном состоянии. Но сила или

заявление в готовности ее применить в отношении другого лица, когда

на земле нет никого высшего, к кому можно было бы обратиться за

помощью, это и есть состояние войны; и именно отсутствие возможно-

сти подобного обращения дает человеку право вести войну против аг-

рессора, хотя бы он являлся членом общества и был собратом по граж-

данству> . Отказ от состояния войны, заключает Локк, является глав-

ной причиной формирования общества.

Локк так же проводит демаркационную линию между естественной

свободой человека и его общественной свободой. В первом случае сво-

бода состоит в том, что человек на земле никому не подчиняется, но

руководствуется только законом природы. Во втором же случае - сво-

бода человека в обществе - речь идет о подчинении только законода-

тельной власти, принятой в государстве.

Весьма оригинально Локк излагает генезис частной собственности.

Он пишет, что в естественном состоянии земля, плоды деревьев, живо-

тные и т.д. принадлежат всем и никто не имеет на них каких-то особых

прав. Но даже в таком состоянии человек имеет нечто такое, которое

принадлежит только ему. Речь идет о труде. <Когда он извлекает нечто

из того состояния общего владения, в которое его поместила природа, то

благодаря своему труду он что-то присоединяет к этому предмету, что

исключает общее право других людей. Ведь поскольку этот труд явля-

ется несомненной собственностью трудящегося, постольку ни один че-

ловек, кроме него, не может иметь права на то, к чему он однажды его

присоединил, по крайней мере в тех случаях, когда достаточное коли-

чество и надлежащего качества остается для всех других> . Таким об-

разом, с точки зрения Локка, именно труд является главной причиной

возникновения частной собственности. Когда человек, скажем, собира-

ет готовые плоды, то тем самым он вкладывает свой труд, благодаря

которому эти готовые плоды становятся его собственностью. Благодаря

труду возникает и частная собственность на землю: человек отгоражи-

вает себе участок земли, обрабатывает ее и получает урожай.

Позитивными сторонами концепции Локка о происхождении част-

ной собственности следует считать, во-первых, то, что частной собст-

венности предшествовала общая собственность, во-вторых, то, что

именно благодаря труду возникают различия в стоимости вещей и про-

исходит присвоение этих вещей. Но вместе с тем нельзя не сказать и об

антиисторичности локковского тезиса, согласно которому труд везде и

всюду создает частную собственность. В действительности, как показы-

вает история, и в условиях первобытного строя, базировавшегося на

общественной собственности, труд выступал как главная побудитель-

1 Локк Д. Избранные произв. Т. 2. С. 14.

2 Там же. С. 19.

ная сила, благодаря которой совершается переход от одного состояния

социума к другому.

В вопросах происхождения государства Локк не проявил особой

оригинальности. Как и некоторые его предшественники, он исходит из

первичности семьи. Первое общество, считает Локк, состояло из мужа

и жены, затем появились дети, затем хозяин и слуга. Поскольку госу-

дарство (Локк его называет политическим обществом) <не может ни

быть, ни существовать, не обладая само правом охранять собственность

и в этих целях наказывать преступления всех членов общества, то

политическое общество налицо там, и только там, где каждый из его

членов отказывается от этой естественной власти и уступил ее, передав

в руки общества во всех случаях, что не препятствует ему обращаться

за защитой к закону, установленному этим обществом> . Таким обра-

зом, политическое общество (государство) возникает только тогда, ког-

да люди на основе взаимного согласия отказываются от своей исполни-

тельной власти, данной законами природы обществу, которое исполь-

зует эту власть в их интересах. Прежде всего, оно охраняет их собствен-

ность. Так происходит переход <из естественного состояния в

государство, поскольку на земле появляется судья, имеющий власть

разрешать все споры и возмещать любой ущерб, который не может быть

нанесен любому члену государства; этим судьей является законода-

тельная власть или назначенною ею должностное лицо> .

Локк утверждает, что абсолютная власть несовместима с граждан-

ским обществом, возникшим вследствие договора людей, находившихся

в естественном состоянии и являвшихся судьями в собственном доме,

поскольку им некуда было обращаться. Теперь же они могут за разре-

шением спорных вопросов обращаться в орган власти, которому каждый

человек обязан подчиняться. Абсолютный монарх, по глубокому убеж-

дению Локка, находится в естественном состоянии в отношении своих

подданных. Почему? Потому что он обладает как законодательной, так

и исполнительной властью, т.е. он является верховным арбитром, и

поэтому нет такого органа, куда можно было бы обращаться в случае

нарушения им прав человека. В гражданском же обществе все равны и

ни для кого не делается никакого исключения.

Рассматривая формы государственного правления, Локк выделяет

демократию, олигархию и монархию. По его мнению, форма правле-

ния зависит от того, где находится власть, являющаяся законодатель-

ным органом. Главная задача всех государств - установление законо-

дательной власти, охраняющей интересы всего государства и каждого

гражданина. Она является священной и неизменной, и ни один закон не

может быть принят без ее санкции: <Законодательная власть - это та

власть, которая имеет право указывать, как должна быть употреблена

1 Локк Д. Избр. произв. Т. 2. С. 50.

2 Там же. С. 51.

сила государства для сохранения сообщества и его членов> . Она есть

власть народа и только с ее согласия можно издавать какие-либо другие

законодательные акты.

Как видно, с точки зрения Локка, законодательная власть играет в

государстве ключевую роль. Но вместе с тем он ее не абсолютизирует.

Эта власть не может быть деспотической по отношению к членам обще-

ства, которые путем договора образовали государство. Она не может

быть больше той власти, которую имели эти лица в естественном состо-

янии, не может повелевать посредством деспотических законов, не име-

ет права лишать кого-либо собственности без его согласия, не может

передать право издавать законы каким-либо другим органам, ибо народ

только ей доверил законодательное право.

Законодательный орган разрабатывает законы на длительный

срок, и их действие имеет непрерывный характер. Но их можно в корот-

кое время издать. Поэтому, считает английский философ, нет необхо-

димости в том, чтобы закон постоянно функционировал. Иначе говоря,

речь идет о перерывах в его деятельности, когда ему делать нечего.

Далее, в силу слабости человеческой природы многие представители

законодательной власти могут захотеть выступить в роли исполнителей

законов. Это делается для того, чтобы самим не подчиняться принятым

законам и использовать их в своих корыстных целях.Вот почему необ-

ходим орган, который действует постоянно и исполняет законы. Речь

идет об исполнительной власти. Так Локк разделяет законодательную

и исполнительную власти.

Английский мыслитель важное значение придает соподчиненности

властей в государстве. Законодательная власть - это представительная

власть. Она дана народом. Поэтому <во всех случаях, пока существует

правительство, законодательная власть является верховной: ведь то,

что может создавать законы для других, необходимо должно быть выше

их; а поскольку законодательная власть является законодательной вла-

стью в обществе лишь потому, что она обладает правом создавать зако-

ны для всех частей и для каждого члена общества, предписывая им

правила поведения и давая силу для наказания, когда они нарушены,

постольку законодательная власть по необходимости должна быть вер-

ховной, и все остальные власти в лице каких-либо членов или частей

общества проистекают из нее и подчинены ей> . Что касается исполни-

тельной власти, то она <является подчиненной и подотчетной законо-

дательной власти и может быть по желанию изменена и смещена; это

значит, что высшая исполнительная власть не находится вне суборди-

нации> .

Если исполнительная власть, продолжает Локк, используя силу,

препятствует созыву и работе законодательного органа, то народ со-

1 Локк Д. Избр. произв. Т. 2. С. 83.

2 Там же. С. 86.

3 Там же. С. 87.

здавший этот орган, имеет право восстановить свой законодательный

орган силой. Локк подчеркивает, что применение силы без полномочий

следует квалифицировать как агрессию, на которую нужно реагировать

силой же.

Локк понимает, что в условиях разделения властей могут возни-

кать трения, и поэтому необходимо предоставить исполнительной вла-

сти определенные полномочия. Он пишет, что законодатели не могут

все предвидеть и разработать законы на все случаи жизни, которая на

каждом шагу ставит новые задачи и их решение нельзя откладывать.

Исключительные права, даваемые исполнительной власти, Локк назы-

вает прерогативами. Она ими пользуется в рамках общепринятых норм,

а не по своему усмотрению.

В политической философии Локка нашли место и проблемы распа-

да государства. По мнению английского мыслителя, распад государства,

как правило, связан с вторжением иностранных войск. В результате

завоевания государство разваливается и люди возвращаются в свое

естественное состояние. Раз нет государства, то, само собой разумеется,

прекращает свою деятельность и правительство. Но последнее может

быть свергнуто и другим путем. Во-первых, когда изменяется состав

законодательного органа, то правительство как исполнительная власть

уходит со сцены. Во-вторых, когда сама исполнительная власть нс вы-

полняет возлагаемых на нее функций, то в конце концов это приводит

к роспуску правительства. В-третьих, когда законодательный орган

действует вопреки оказанному ему доверию и пытается посягать на

собственность подданных. Результатом этого в конечном счете оказы-

вается роспуск правительства.

Не оставляет без внимания Локк и вопросы взаимоотношения го-

сударства и церкви. Это очень важный аспект политической филосо-

фии, на который мало внимания обращали другие мыслители. XVII век

характеризуется религиозной нетерпимостью и преследованием инако-

мыслящих. Локк призывает к веротерпимости, к тому, чтобы никого не

преследовали за его религиозные убеждения. <Если кто-либо утвержда-

ет, что людей следует принуждать огнем и мечом к исповеданию опре-

деленных учений и к подчинению тому или иному порядку богослуже-

ния безотносительно к их нравственности; если кто-либо пытается об-

ратить тех, кто ошибается в вопросах веры, заставляя их исповедовать

то, во что они не верят, и разрешая им практиковать вещи, которых не

дозволяет Евангелие, то, конечно, нельзя сомневаться в том, что такой

человек желает просто объединить большое число лиц вокруг своего

исповедания веры> .

ВеротерпимостьЛокк обосновывает Евангелием, которое, с его точ-

ки зрения, довольно лояльно относится к другим верам. Конечно, в

1 Локк.Избр.произв.Т.2.С.144.

учении Христа можно найти строки, призывающие не преследовать

людей другой веры. Но вместе с тем Христос довольно жесткие требова-

ния предъявляет к своим противникам. Так, в Евангелии от Матфея

говорится: <Остерегайтесь лжепророков. Они приходят к вам в овечьем

обличий, на самом же деле они - волки свирепые. По плодам деяний

вы узнаете их... Всякое дерево, которое не приносит хороших плодов,

срубают и бросают в огонь> .

Что касается взаимоотношений государства и церкви, то Локк счи-

тает, что необходимо установить между ними определенные границы.

Государство обязано защищать интересы своих граждан, обеспечивать

им свободу и здоровье. Вера должна быть внутренним убеждением че-

ловека, и ее нельзя силой навязывать кому-либо. Поэтому никакие

насильственные меры не помогут обратить в свою веру гражданина. Это

должна понимать церковь, которую Локк определяет как свободное и

добровольное общество, созданное для общественного отправления бо-

гослужения. Она имеет определенные властные полномочия, но вместе

с тем подчиняется соответствующим законам. Церковное общество, по

убеждению Локка, не должно стремиться к обладанию гражданских и

светских благ. Его главная задача - совместное поклонение богу и

достижение таким путем вечной жизни. Оно не должно применять силу,

ибо последняя находится в юриспруденции гражданских правителей.

Церковные власти должны использовать такие средства, как увещева-

ния, советы, предостережения и т.д. Если эти средства не помогут, то

нарушителей просто-напросто следует изгнать из общества. Но отлуче-

ние от церкви не может привести к лишению гражданских благ. Послед-

ние находятся в ведении гражданского правительства. Оно решает, кого

наказать, а кого поощрить. Церковное общество не может лишать благ

также тех, кто исповедует другую религию и принадлежит к другой

церкви. Права и льготы гражданина находятся в компетенции государ-

ства, а не религии. Церкви, продолжает Локк, являются независимыми

в отношении друг друга и ни одна из них не имеет юридической власти

над другой.

Локк выступает за отделение церкви от государства. Он пишет, что

гражданская власть везде одна и та же и она не имеет права вмешиваться

в дела церкви. В свою очередь церковь не имеет права обращаться к

гражданскому правительству для решения спорных вопросов, касаю-

щихся разных церквей. Локк призывает к веротерпимости, но проявля-

ет абсолютную нетерпимость к атеистам, ибо, как он выражается, отказ

от бога даже в мысли все разлагает.

Политическая философия Локка не потеряла своей актуальности и

в наши дни. Поэтому вопреки предсказаниям его соотечественника

Юма, Локк, не забыт. Он занимает достойное место и в современных

философско-политических исследованиях.

1 Благая весть. Новый Завет. М., 1990. 7:7-8:2.

46

Глава 6. Монтескье

Выдающийся французский мыслитель XVIII века Монтескье зани-

мает заметное место в политической философии. В работе <О духе

законов> он изложил основные принципы государственного устройства

и гражданского общества. Уже в предисловии Монтескье заявляет, что

социальный мир разнообразен и каждый народ создает свои собствен-

ные законы, хотя не следует забывать и о неких общих началах: <Я

начал с изучения людей и нашел, что все бесконечное разнообразие их

законов и нравов не вызвано единственно произволом их фантазии.

Я установил общие начала и увидел, что частные случаи как бы

сами собой подчиняются им, что история каждого народа вытекает из

них как следствие и великий частный закон связан с другим законом

или зависит от другого, более общего закона> .

Вначале Монтескье анализирует понятие закона и определяет его

как необходимые отношения, вытекающие из природы вещей. В этом

смысле можно говорить о том, что законы присущи как животным, так

и человеку.

Монтескье считает, что вначале человек чувствовал свою слабость

и постоянно боялся окружающей среды. Люди не нападали друг на друга

и поэтому <мир является первым естественным законом человека> . Он

критикует знаменитый тезис Гоббса о войне всех против всех. Вторым

естественным законом французский мыслитель объявляет стремление

добывать себе пищу, третьим - просьбу одного человека к другому, а

четвертым - желание жить вместе.

После того как люди начинают вести совместный образ жизни, они

становятся сильными, исчезает равенство и наступает эпоха войны

между народами и отдельными лицами. Вслед за этим появляется меж-

дународное право, регулирующее отношения между народами, полити-

ческое право, связанное с защитой граждан, и гражданское право, оп-

ределяющее отношения всех граждан между собой.

Монтескье утверждает, что имеется три вида правления: республи-

канский, монархический и деспотический. <...Республиканское прав-

ление - это то, при котором верховная власть находится в руках или

всего народа или части его; монархическое, - при котором управляет

один человек, но посредством установленных неизменных законов;

между тем как в деспотическом все вне всяких законов и правил дви-

жется волей и произволом одного лица> .

1 Монтескье III. Избранные произведения. М., 1955. С. 159.

2 Там же. С. 166.

3 Там же. С. 169.

Республиканский строй бывает демократическим, когда вся власть

принадлежит народу, и аристократическим, когда часть народа нахо-

дится у власти. В условиях демократии народ должен хорошо осознавать

свою ответственность и все делать для устойчивого существования го-

сударства. При аристократической форме правления ему необходимо

избирать достойных людей, иначе он может дорого заплатить за свое

легкомыслие.

Что касается аристократической формы правления, то находящая-

ся у власти небольшая группа лиц издает законы, которым все граждане

обязаны подчиняться. Когда в руках одного человека сосредоточивается

большая власть, то это приводит к монархии, но, по мысли Монтескье,

монархическая власть в условиях республиканского строя представляет

большую опасность, чем при собственно монархии, ибо в последнем

случае принцип управления сдерживает государя, тогда как в респуб-

лике гражданин, имеющий огромную власть, может ею просто безнака-

занно злоупотреблять.

Лучшей аристократической формой правления является та, кото-

рая приближается к демократии и привлекает народ к управлению

делами государства, а худшая та, которая с повинующейся частью на-

рода обращается как с рабами.

Отличительная черта монархического строя - единственный ис-

точник власти - государь. Но, как полагает Монтескье, в условиях

монархии тоже нужно подчиняться законам. Там, где они отсутствуют,

власть превращается в деспотическую форму правления.

По мнению французского мыслителя, монархическое и деспотиче-

ское правительства не нуждаются в честности. Что касается республи-

канского государства, то ему необходим такой добавочный двигатель

как добродетель. Монарх не нуждается в добродетели, ибо он считает

себя выше любого закона, народное же правление (демократическое)

предполагает ответственность за исполнение законов и, следовательно,

оно чувствует свою ответственность. Добродетель необходима не только

демократическому правлению, но и аристократическому, хотя эта не-

обходимость не особенно проявляется. Что касается монархии, то ей

нужна честь, которая <приводит в движение все части политического

организма; самим действием своим она связывает их, и каждый, думая

преследовать свои личные интересы, по сути дела стремится к общему

благу> .

Если в качестве двигателей в республике выступает добродетель, в

монархии - честь, то в деспотическом государстве - страх. Здесь

требуется беспрекословное повиновение, а тот, кто сопротивляется,

получает строгое наказание. Добродетель в республиках, продолжает

Монтескье, означает любовь к отечеству, а любовь к демократии озна-

1 Монтескье Ш.Избр.произв. С. 184.

48

чает любовь к равенству. Принцип равенства, утверждает Монтескье,

способствует сохранению республиканского уклада жизни.

Французский мыслитель категорически выступает против деспо-

тизма. Довольно образно он выражает суть деспотической идеи: <Когда

дикари Луизианы хотят достать плод с дерева, они срубают дерево под

корень и срывают плод. Таково деспотическое правление> .

Поскольку принципом деспотического правления является страх,

люди в деспотическом государстве не нуждаются ни в новых законах,

ни в новых идеях. Деспот ведет себя цинично, ни с кем не считается и

полностью игнорирует общественные нормы и принципы. Монтескье

рассказывает, что Карл XII, находясь в Бендерах, узнал о недовольстве

сената Швеции. Тогда он написал сенаторам, что пришлет свой сапог,

который ими будет командовать.

Принцип деспотического государства - страх, а цель - тишина.

Поэтому деспот подавляет любое сопротивление, любое инакомыслие.

Чем меньше шума в государстве, тем легче им управлять. Сила такого

государства заключается в армии, используемой против всякого, кто

посягает на верховную власть. Но государь сам боится армии, потому

что не знает, какую позицию она завтра может занять.

Французский мыслитель подвергает глубокому анализу вопросы

упадка трех видов государственного устройства. По его мнению, демок-

ратический строй начинает разлагаться в двух случаях: во-первых,

когда нарушается принцип равенства и, во-вторых, когда это равенство

доводится до крайности. Каждый считает себя равным правителю, ни-

кто не уважает государя, исчезает добродетель, усиливается разврат,

продаются избирательные голоса за деньги. Крайнее равенство, убеж-

ден Монтескье, опасно для общества, поскольку оно может привести к

его гибели.

Аристократический строй начинает разлагаться тогда, когда власть

знати приобретает произвольный характер и исчезает всякая доброде-

тель у всех. Что касается монархии, то ее разложение связано с отменой

прерогатив сословий и привилегий городов. <Монархия погибает, когда

государь, все относя единственно к самому себе, сводит государство к

своей столице, столицу - к своему двору, а двор - к своей особе> .

Высшие должности превращаются в последние ступени рабства, утра-

чивается связь между честью и почестями, государь заменяет справед-

ливость суровостью. Разложение монархии опасно тем, что это приво-

дит к деспотизму.

Автор анализирует и свободы гражданина. Политическую свободу

он рассматривает как безопасность гражданина. Иначе говоря, гражда-

нин свободен тогда, когда он находится в безопасности, т.е. когда госу-

дарство заботится о его безопасности. Такая свобода, по Монтескье,

1 Монтескье Ш. Избр. произв. С. 211.

2 Там же. С. 258.

зависит от уголовных законов, которые должны быть совершенными, не

допускающими никаких ограничений свобод граждан. При наказании

не должно быть места произволу, насилию человека над человеком.

Философ выделяет четыре рода преступлений: 1) против религии,

2) против народа, 3) против общественного спокойствия, 4) против

безопасности гражданина. К преступлениям против религии француз-

ский мыслитель относит святотатство. Наказание за такое преступле-

ние должно предполагать изгнание из храмов, отлучение от общества

верных, выражение чувства омерзения и т.д. Под преступлением про-

тив нравов подразумеваются оскорбления публичной и частной благо-

пристойности. Наказания за такого рода преступления вытекают из

природы самого преступления. Они должны проявляться в позоре, в

штрафе преступника, в публичном посрамлении, в изгнании из города

и т.д. За преступления, нарушающие спокойствие граждан, должны

быть такие наказания, как тюрьма, ссылка, исправительные меры и т.д.

Что касается преступлений против безопасности граждан, то за это

следует наказывать смертной казнью.

Монтескье был одним из крупнейших представителей географиче-

ского детерминизма в философии истории, и поэтому вполне законо-

мерно, что он уделял огромное внимание вопросам природных условий

и государственного устройства. Хочу заранее сказать, что со многими

его суждениями, на мой взгляд, нельзя согласиться, так как они не

соответствуют исторической действительности. Но тем не менее общий

ход мыслей французского просветителя заслуживает положительной

оценки, - ибо действительно нельзя отвергать роль климатических

условий в формировании общественных отношений, куда входит и по-

литическая сфера.

Монтескье считает, что в жарких странах народы по природе своей

малодушны и поэтому там устанавливается рабство, тогда как в холод-

ных странах люди остались свободными. Климатические условия влия-

ют и на образование форм правления. Так, в жарких странах с хорошим

плодородием почвы устанавливается дух зависимости, ибо крестьяне,

занятые своими делами, не могут обеспечить собственную безопас-

ность. Вот почему <в странах плодородных всего чаще встречается прав-

ление одного, а в странах неплодородных - правление нескольких, что

является иногда как бы возмещением за неблагоприятные природные

условия> . Люди, живущие на бесплодных землях, закаляются в труде,

они мужественны и готовы в любое время вести войну.

В соответствии со способом добывания средств существования со-

здаются законы. Например, страны, занимающиеся торговлей, должны

иметь хорошие законы, регулирующие торговые отношения и связи.

Кстати сказать, Монтескье большое значение придает торговле, способ-

1 Монтескье Ш. Избр. произв. С. 393.

50

ствующей, как он выражается, духу взаимной зависимости. Торговля

содействует усилению чувства справедливости, уважительного отно-

шения людей друг к другу.

Возвращаясь снова к формам государственного устройства, Монте-

скье утверждает, что каждой форме правления должна соответствовать

своя особая территория. Так, для республики характерна небольшая

территория, иначе она развалится, поскольку в большой по размерам

республике будет много богатства, что обязательно вызовет трения

внутри общества между различными его членами. В небольшой респуб-

лике общее благо чувствуется живее, все ближе друг к другу, острее

реагируют на несправедливость. Что касается монархического государ-

ства, то оно должно быть средней величины, ибо слишком небольшой

размер территории превратил бы его в республику, а большая террито-

рия привела бы к неуправляемости. Деспотическим формам свойствен-

ны обширные территории. Итак, <если небольшие государства по своей

природе должны быть республиками, государства средней величины -

подчиняться монарху, а обширные империи - состоять под властью

деспота, то отсюда следует, что для сохранения принципов правления

государство должно сохранять неизменными свои размеры и что дух

этого государства будет изменяться в зависимости от расширения или

сужения пределов его территории> .

Все виды государства, продолжает Монтескье, должны защищать

свою безопасность. Небольшие республики погибают от нашествия

внешних врагов, а большие - от внутренних противоречий. Чтобы

этого не случилось, Монтескье предлагает образование федеративной

республики, которая представляет собой союз нескольких политиче-

ских организмов, федеративная республика настолько сильна, что она

в состоянии защитить себя от внешних врагов и вместе с тем поддержи-

вать внутри общества стабильность. Но федерация должна состоять из

государств одинаковой природы, т.е. все входящие в нее государства

должны иметь республиканскую форму правления.

Если республика защищает себя путем создания федеративного

государства, то в деспотических государствах поступают наоборот. Они

начинают изолироваться друг от друга, жертвуют частью своей страны,

разрушают ее окраины и вследствие этого сохраняется ядро государст-

ва. Монтескье не одобряет такие действия. Монархия себя не разруша-

ет, но часто подвергается нападению со стороны внешних сил. Поэтому

монархические государства строят крепости для защиты своих границ.

Вклад Монтескье в философию политики получил высокую оценку

многих философов. Вот что писал Гегель о понятии добродетели, пред-

ложенном французским мыслителем: <Добродетель есть основа демок-

ратии, говорит Монтескье; это изречение настолько же важно, насколь-

1 Монтескье Ш. Избр. произв. С. 266.

ко оно истинно по отношению к тому представлению, которое обыкно-

венно составляют себе о демократии> . Маркс большое значение прида-

вал не только философско-политическим воззрениям французского

мыслителя, но и его экономическим взглядам. Идеи Монтескье не при-

надлежит прошлому. Они представляют собой золотой фонд философ-

ско-политических теорий, исследующих процессы формирования и

развития политических структур, институтов и учреждений. Так, за-

щита Монтескье республиканского строя не может не вызывать пози-

тивной оценки и в нашу эпоху, когда в современном мире мы являемся

свидетелями деспотических форм правления, и миллионы людей вы-

нуждены жить под гнетом диктаторов. Плодотворна и мысль Монтескье

о влиянии географического фактора на формирование политических

отношений. Это очень важно учитывать в нынешнюю эпоху глобально-

го экологического кризиса.

1 Гегель. Философия истории. М., 1993. С. 278.

52

Глава 7. Руссо

Руссо оставил глубокий след в философии политики. Он выдвинул

много замечательных идей относительно формирования политических

структур общества. В этой связи он прежде всего исследовал вопросы

происхождения неравенства среди людей, из которого, по его глубокому

убеждению, возникли все общественные и политические события, по-

трясающие человечество вообще и каждого индивида в отдельности.

Философ рисует идиллическую картину жизни первобытных лю-

дей, когда они пребывали в естественном состоянии, были невинны и

добропорядочны, жили в мире и дружбе. В отличие от Гоббса, утверж-

давшего, что естественное состояние людей есть состояние войны всех

против всех, Руссо исходит из тезиса, согласно которому люди в естест-

венном состоянии были добродетельными существами, и забота о самом

себе нисколько не вредила самосохранению других. Сострадание - вот

главное чувство людей. <... Сострадание - это естественное чувство,

которое умеряя в каждом индивидууме действие себялюбия, способст-

вует взаимному сохранению всего рода. Оно-то и заставляет нас, не

рассуждая, спешить на помощь всем, кто страдает у нас на глазах;

оно-то и занимает в естественном состоянии место законов, нравствен-

ности и добродетели...> .

Но шло время и появилось неравенство. <Первый, кто, огородив

участок земли, придумал заявить: <Это мое!> и нашел людей достаточно

простодушных, чтобы тому поверить, был подлинным основателем

гражданского общества> . Руссо полагает, что причины всех бедствий -

войн, преступлений, убийств, несчастий и ужасов - заключаются в

возникновении частной собственности и неравенства среди людей. По-

явились законы, охранявшие собственность, богатство и неравенство.

Они уничтожили естественную свободу людей. С появлением граждан-

ского общества человек всюду оказывается лишенным свободы. <Чело-

век рождается свободным, - формулирует свой знаменитый тезис друг

угнетенных, - но повсюду он в оковах> . Этот тезис Руссо аргументи-

рованно доказывает путем длительного экскурса в историю человечест-

ва и анализа его первобытного состояния. Руссо, как и многие его пред-

шественники, исходит из теории общественного договора. Люди, пишет

он, заключили между собой соглашение, что предполагало доброволь-

ное ограничение своей свободы.

Почему же люди заключили между собой общественное соглаше-

ние? Ответ на этот вопрос таков: <Я предполагаю, что люди достигли

того предела, когда силы, препятствующие им оставаться в естествен-

1 Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969. С. 66-67.

2 Там же. С. 72.

3 Там же. С. 152.

ном состоянии, превосходят в своем противодействии силы, которые

каждый индивидуум может пустить в ход, чтобы удержаться в этом

состоянии. Тогда это изначальное состояние не может более продол-

жаться, и человеческий род погиб бы, не измени он своего образа жиз-

ни> . Люди объединяются и заключают между собой договор, чтобы

противодействовать разрушительной силе. Суть этого договора Руссо

выразил так: <Найти такую форму ассоциации, которая защищает и

ограждает всею общею силою личность и имущество каждого из членов

ассоциаций, и благодаря которой каждый, соединяясь со всеми, подчи-

няется, однако, только самому себе и остается столь же свободным, как

и прежде> . Каждый человек отдает свое право ассоциации, что, в

сущности, означает полное равенство всех.

Ассоциация представляет собой некое коллективное целое, в кото-

рое входят все голосующие на общем собрании. Такое целое, пишет

Руссо, раньше называлось гражданской общиной, а в настоящее время -

Республикой или Политическим организмом. Члены организма назы-

вают его Государством, когда он пассивен, Сувереном, когда он акти-

вен.

Термин <суверен> французский просветитель использует для обоз-

начения верховной власти, которая принадлежит народу. В этом смысле

народ выступает как суверен. Но иной раз данный термин используется

и для обозначения государства или государя.

Образование ассоциации предполагает взаимные обязательства

народа и каждого индивида. Любое решение, принятое всем народом,

обязательно для всех подданных, суверена, но необязательно для самого

суверена. Вместе с тем, суверен не может принимать такие решения,

которые противоречили бы договору, ибо это привело бы к ликвидации

самой ассоциации. Интересы народов и частных лиц не должны проти-

воречить друг другу.

По мнению Руссо, люди в естественном состоянии руководствова-

лись инстинктами. Но после перехода к гражданскому состоянию их

поведение регулируется уже не инстинктом, а разумом. Голос долга

сменяет, как выражается Руссо, плотские побуждения, а право - же-

лание. При этом человек многое терпит, но приобретает еще больше,

ибо развиваются его способности, облагораживаются чувства, возвыша-

ется душа. Вывод: <По Общественному договору человек теряет свою

естественную свободу и неограниченное право на то, что его прельщает

и чем он может завладеть; приобретает же он свободу гражданскую и

право собственности на все то, чем обладает> . Здесь Руссо различает

два понятия свободы. Во-первых, понятие естественной свободы, грани-

цей которой выступает лишь физическая сила человека; во-вторых,

понятие гражданской свободы, ограниченной общей волей.

1 Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969. С. 160.

2 Там же.

3 Там же. С. 164.

Продолжая анализировать проблемы собственности, Руссо пишет,

что каждый член общины подчиняет собственности не только самого

себя, но и свое имущество. Каждый человек от природы имеет право на

все необходимое, но право первой заимки превращается в действитель-

ное право лишь тогда, когда установлено право собственности. Каждый

человек, получив свою долю собственности, должен этим довольство-

ваться и не претендовать на имущество общины.

Руссо многие упрекали в идеализации естественного состояния об-

щества. Упреки отчасти справедливы, но все же упускались из виду

высказывания Руссо относительно прогрессивности перехода к граж-

данскому обществу. Он, например, утверждал, что первоначальное со-

глашение не уничтожает естественного равенства людей. Напротив,

оно заменяет равенством всех личностей перед законом то неравенство,

которое связано с их физическими различиями.

В результате общественного договора появляется некая общая воля

ассоциации (народа-суверена), целью которой выступает польза для

всех, защита интересов ассоциации. Но может случиться так, что в

государстве появятся частичные ассоциации со своими интересами и

целями. Тогда исчезнет общая воля, что представляет собой угрозу для

жизнедеятельности ассоциации. Государство, считает Руссо, должно

иметь силу для реализации общей воли, и все члены общества обязаны

ему подчиняться. Но с другой стороны, суверен (государство) не может

злоупотреблять своей властью и принуждать граждан к таким действи-

ям, которые никакой пользы не принесут обществу. Конечно, государ-

ство свой режим может выдавать за общую волю, но Руссо предупреж-

дает, что воля становится общей не благодаря числу голосов, а благодаря

общим интересам, объединяющим всех голосующих. Он еще раз под-

черкивает, что при заключении общественного договора между гражда-

нами устанавливается такое равенство, при котором все берут на себя

одинаковые обязательства и пользуются одинаковыми правами. Вот

почему суверен знает нацию как целое и не различает никого. Отсюда

<следует, что верховная власть, какой бы неограниченной, священной,

неприкосновенной она ни была, не переступает и не может переступать

границ общих соглашений, и что каждый человек может всецело распо-

ряжаться тем, что ему эти соглашения предоставили из его имущества

и его свободы; так что суверен никак не вправе наложить на одного из

подданных большее бремя, чем на другого> .

Для того,чтобы государство функционировало нормально, продол-

жает французский просветитель, необходимы соответствующие зако-

ны, которые объединяют права и обязанности людей и являются основой

справедливости. Их разрабатывает народ и он же им подчиняется. Об-

щей целью всякой системы законов выступает свобода и равенство. Под

равенством Руссо подразумевает не одинаковое обладание имуществом

1 Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969. С. 173-174.

55

и властью, а, во-первых, такую власть, которая не может превратиться

в насилие и которая всегда руководствуется законами, принятыми на-

родом; во-вторых, обладание таким богатством, которое никому не дает

возможности купить другого и не может никого вынуждать продавать

себя. Что касается богатых и знатных, то Руссо предлагает ограничить

их влияние. Возражая своим оппонентам, считающим такое равенство

утопией, французский просветитель отмечает, что сохранить равенство

чрезвычайно трудно, но тем не менее законы должны стремиться к его

защите.

Интересно отметить, что Руссо-философ понимает абстрактный

характер выдвинутых им теоретических положений. Он подчеркивает,

что эти положения следует изменять с учетом конкретной ситуации и

местных условий: <Словом, кроме правил, общих для всех, каждый

народ в себе самом заключает некое начало, которое располагает их

особым образом и делает его законы пригодными для него одного. Так,

некогда для древних евреев, а недавно для арабов, главным была рели-

гия, для афинян - литература, для Карфагена и Тира - торговля,

Родоса - мореходство, Спарты - война, а для Рима - добродетель>'.

Государство прочно стоит на ногах, когда традиции и законы совпадают,

т.е. не противоречат друг другу.

Руссо выделяет четыре вида законов: 1) политические законы, ре-

гулирующие отношения целого к целому, т.е. суверена (народа) к госу-

дарству. Они являются главными законами, поскольку от их функ-

ционирования зависит нормальная жизнедеятельность всего общества;

2) гражданские законы, регулирующие отношения между членами го-

сударства; 3) уголовные законы; 4) законы, которые, как выражается

Руссо, запечатлены не в мраморе и в бронзе, а в сердцах граждан. Речь

идет о нравах, обычаях, об общественном мнении. Руссо считает, что

данные законы представляют подлинную сущность государства.

Руссо различает две формы власти: законодательную и исполни-

тельную.

Первая (законодательная) есть воля, а вторая (исполнительная) -

сила. Законодательная власть осуществляется народом, а исполнитель-

ная - правительством, которое Руссо определяет как <посредствующий

организм, установленный для сношений между подданными и сувере-

ном, уполномоченный приводить в исполнение законы и поддерживать

свободу как гражданскую, так и политическую> .

Женевец не обходит и вопрос о формах правления. Он различает

демократию, аристократию, монархию и смешанные формы правления.

Демократия - правление народа или большей его части. Руссо утвер-

ждает, что никогда не было и никогда не будет подлинной демократии,

ибо противоестественно, чтобы народ все время проводил на собраниях

и обсуждал постоянно вопросы государственного правления. Кроме то-

1 Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969. С. 189.

2 Там же. С. 192.

го, по его мнению, демократия часто связана с гражданскими войнами

и внутренними беспорядками. Поэтому Руссо к ней относится скепти-

чески, но он категорически настаивает на разделении властей.

Аристократия - это такая форма правления, когда власть находит-

ся в руках небольшого числа лиц. Руссо ее считает первоначальной

формой правления <Главы семейств обсуждали в своем кругу обще-

ственные дела. Молодые люди без труда склонялись перед авторитетом

опыта. Отсюда - названия жрецы, старейшины, сенат, геронты> .

Но по мере возрастания неравенства и накопления богатства ари-

стократия стала выборной. Затем власть начали передавать по наслед-

ству. Руссо выделяет три рода аристократии: природную, когда естест-

венным путем небольшое число лиц управляет общественными делами,

выборную, когда выбирают управляющих, и наследственную. Первая

форма аристократии пригодна для народов, находящихся в начале сво-

его развития. Третью форму Руссо считает худшей формой правления,

а вторую - лучшей. Власть избирается, государством правят лучшие

люди, заботящиеся только о благе всех и каждого.

Монархия, или королевское правление представляет собой такую

власть, когда правит один человек. Она пытается выражать волю наро-

да, утверждает, что защищает его интересы, но на самом деле интересы

монарха заключаются в том, чтобы народ был слаб, нищенствовал и не

мог ему оказывать сопротивление.

Хотя Руссо критически относится к монархии, тем не менее он ее

не осуждает, и полагает, что она очень подходит для больших госу-

дарств. Когда аппарат управления большой, то отношение между госу-

дарем и подданными становится меньше. В условиях монархии это

отношение увеличивается, что приводит к разрыву внутренних связей

в государстве, без которых оно просто-напросто погибнет. Поэтому для

их образования необходимы посредствующие состояния, в роли кото-

рых выступают князья, вельможи, дворянство и т.д. Для небольшого

государства они не нужны, так как несут только разорение.

Сравнивая монархию с республикой, Руссо отмечает, что неизбеж-

ный недостаток монархии состоит в том, что важные государственные

посты, как правило, занимают смутьяны, плуты, карьеристы, интрига-

ны, лишенные таланта. При республиканском строе, в отличие от мо-

нархии, народ избирает образованных и способных людей, защищаю-

щих его интересы.

Другим недостатком монархии Руссо считает отсутствие преемст-

венной связи. После смерти короля начинаются интриги, дворцовые

дрязги, подкуп людей и т.д., что приводит к тому, что <рано или поздно

все становятся продажными при подобном управлении, и то спокойст-

вие, которым пользуются под властью королей, горше смуты междуцар-

ствий> .

1 Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М., 1969. С. 201.

2 Там же. С. 206.

Что касается смешанных форм правления, то Руссо имеет в виду не

смешение, скажем, аристократии с монархией, а то, что при любой

форме правления необходимы и глава, и аппарат. Так, при демократии

необходима глава государства, а при монархии - магистраты и т.д.

Каждой стране, подчеркивает Руссо, подходит своя форма правления.

Французский философ анализирует признаки хорошего правле-

ния, ибо в конце концов дело не только в том, какой строй имеется, а

также в том, какой страной правят. Одни критерии хорошего правления

видят в покое и свободе, другие - в безопасности личности, третьи - в

суровости и строгости, чтобы карались преступники, четвертые предпо-

читают легкие формы правления. Все эти признаки Руссо не отвергает,

но и не считает их главными. Для чего, спрашивает он, создавалась

политическая ассоциация. Для благоденствия ее членов. А признаки

благоденствия - это рост их численности. Правление, при котором

растет численность народа, есть наилучшая форма правления и наобо-

рот: если население сокращается, то это есть признак наихудшего прав-

ления.

Без внимания Руссо не обошлись вопросы распада государства.

Оно, по его мнению, может развалиться в двух случаях: во-первых,

когда глава государства, узурпировав верховную власть, больше не

управляет в соответствии с принятыми законами; во-вторых, когда

правительство в отдельности присваивает себе власть. В любом случае

распад государства приводит к анархии. Демократия вырождается в

охлократию, аристократия - в олигархию.

Философско-политические воззрения Руссо сыграли важную роль

в духовной подготовке Великой Французской революции XVIII века.

Якобинцы высоко ценили труды Руссо и использовали их в своей прак-

тической деятельности. Но они не ушли, так сказать, в <чистую> исто-

рию и представляют несомненный интерес и для современного обще-

ства, в котором роль политической сферы возросла.

Глава 8. Гольбах

Гольбах - крупнейший представитель французского просвещения

XVIII в. Он оставил глубокий след не только в материализме, но и в

политической философии. Его воззрения отличаются оригинально-

стью, смелостью суждений и новаторством. Он написал специальную

работу <Естественная политика, или беседы об истинных принципах

управления>, в которой дал широкую панораму политического устрой-

ства общества.

Гольбах, в отличие от Гоббса, Локка и Руссо, утверждавших, что

человек, находясь в естественном состоянии, был изолирован от обще-

ства, исходит из того, что человек всегда находится внутри социума и

его жизнь немыслима без него. У него есть чувство общественности, т.е.

склонность жить совместно с подобными себе людьми. Любовь к обще-

ству Гольбах определяет как естественное чувство. Он обрушивается на

сторонников теории естественного состояния. <Нет ничего более наду-

манного, фантастического и противоречащего человеческой природе,

чем подобное <естественное состояние>. Человек всегда существовал в

обществе> . Оно его формировало, человек сам вносил определенный

вклад в общее благосостояние и ему не было никакой необходимости

покидать себе подобных и стать добычей более сильных животных.

Человек всегда нуждался в другом человеке, осознавал, что именно в

обществе может иметь необходимые для него жизненные блага.

Целью любого общества является создание необходимых условий

для совершенствования духовных и физических способностей людей.

Отсюда вытекают и взаимные обязанности, т.е. обязанности, которые

связывают людей, объединившихся в общество. В противоположность

воззрениям Гоббса, Локка и Руссо, Гольбах видит причины человече-

ского несовершенства в обществе. <Природа не создает людей ни добры-

ми, ни злыми, она просто вселяет в них любовь к самим себе, стремление

к самосохранению, желание быть счастливыми> . Эти ценности превра-

щаются в добродетели, когда приносят пользу другим, и в пороки, когда

удовлетворяют лишь потребности отдельного человека.

Гольбах отвергает изолированное от общества существование че-

ловека, но зато принимает теорию общественного договора. Он утвер-

ждает, что общество и человек берут на себя взаимные обязательства.

Одна сторона (человек) обязуется подчиняться принятым законам, а

другая (общество) - заботиться о благополучии всех. Вслед за Гоббсом

Гольбах утверждает, что есть естественные законы, вытекающие из

1 Гольбах П.А. Избр. произв.: В 2 т. Т. 2. М., 1963. С. 88.

2 Там же. С. 94.

самой жизни, из природы человека, из его стремления быть полезным

обществу. К такого рода законам он причисляет чувство общественно-

сти, доброжелательность, уважение, признательность и т.д., т.е. то, о

чем писал еще Гоббс. Но в отличие от англичанина, нарушения этих

законов он связывает с невежеством людей, с тем, что люди не знают,

чего хотят.

Происхождение неравенства французский просветитель связывает

с природой, которая наделила людей различными способностями, фи-

зическими идуховными силами. Такое неравенство, считает он, способ-

ствует сохранению и совершенствованию общества. Из тезиса о естест-

венном неравенстве Гольбах делает неожиданный вывод, связанный с

генезисом власти. Он пишет, что самый сильный человек пользуется

авторитетом и властью над слабыми. Но дальше этой констатации он не

пошел.

Общественная власть предполагает наличие правительства, анали-

зу которого французский мыслитель уделил много внимания. Прежде

всего он рассматривает понятие управления. <Управлять - значит обя-

зывать членов общества точно выполнять условия общественного дого-

вора. Это значит побуждать или принуждать их содействовать общему

благу, т.е. вести себя добродетельно> . Необходимость управления

Гольбах обосновывает тем, что люди руководствуются не разумом, а

страстями, что приводит к потере цели общества. Поэтому должна быть

сила, которая подчиняла бы всех общему благу. Иначе говоря, без

применения силы социум не может выжить. А такую силу представляет

правительство, которое Гольбах рассматривает как власть, учрежден-

ную общественной волей для регулирований действий всех членов об-

щества и для реализации общей цели.

Через понятие правительства Гольбах определяет формы правле-

ния. Так, он считает, что аристократическая республика появилась в

результате объединения разрозненных семей для защиты общих инте-

ресов. Федеративная республика создается на базе объединения не-

скольких государств, имеющих общие интересы. Что касается монар-

хии, то ее возникновение Гольбах связывает с тем, что правление не-

скольких лиц часто ведет к раздорам, и люди передают власть одному

человеку, в котором они видят своего отца и благодетеля. В условиях

монархии нередко злоупотребляют властью. Поэтому народ часто брал

на себя ее осуществление, что в конечном итоге приводило к демокра-

тической форме правления, недостатки которой французский философ

видит в стремлении, как он считает, к недостижимой цели: к равенству,

которое вызывало общественные катаклизмы. Видя пороки демокра-

тии, общество нередко передавало власть немногим лицам, заслужи-

вавшим доверия. Иначе говоря, они создавали аристократическую фор-

1 Гольбах П.А. Избр. произв. Т. 2. С. 130.

60

му правления, тоже не лишенную недостатков. Главный из них -

облеченные властью лица часто забывали общие интересы и преследо-

вали, прежде всего, личные цели.

Как видно, Гольбах считает, что все виды государства страдают

теми или иными недостатками. Но он этим не ограничивается и подвер-

гает основательному анализу существовавшие в его время философско-

политические доктрины. Прежде всего, он останавливается на концеп-

ции Ш.Монтескье, для которого главной целью республиканского

строя, как уже отмечалось, является добродетель. Гольбах не согласен

с ним и утверждает, что для республики характерна не добродетель, а

стремление к равенству, что абсолютно исключается, ибо природа на-

делила людей различными способностями. Внушение людям идеи ра-

венства породило в них чувство зависти и недоверие к добродетели. Они

стали настороженно относиться к тем, кого следовало бы уважать за его

действия на благо общества.

Видя недостатки республиканского строя, продолжает Гольбах,

люди решили, что можно было бы их избежать, если бы соединили

республиканскую форму правления с монархической. <Стали считать,

что власть, уравновешивая таким образом, обуздает злоупотребления

королей, честолюбие аристократии и горячность народа> . Из сочета-

ния республики и монархии получили ограниченную монархическую

форму правления. Но и данное государство может иметь недостатки,

поскольку человеческие страсти, эгоизм людей, их стремление к удов-

летворению прежде всего личных интересов могут в конечном счете

развалить любой государственный строй. Отсюда Гольбах делает вывод:

любая форма правления нуждается в абсолютной власти. Она должна

располагать всеми необходимыми средствами для выполнения приня-

тых законов и подчинения всех граждан государству.

Итак, для нормального функционирования общества нужна силь-

ная власть. Но французского философа волнуют вопросы, связанные с

передачей власти и с недопущением ее вырождения. Абсолютная власть

одного человека может привести к злоупотреблениям. Аристократиче-

ская форма тоже не годится, так как избранные на высшие государст-

венные должности люди могут стать тиранами. Демократия, т.е. власть

народа, тоже не подходит, поскольку народ не знает, как пользоваться

властью. Выход из этого затруднения Гольбах находит в разделении

властей. Власть монарха, например, должна подчиняться власти пред-

ставителей народа, а представители в свою очередь должны подчинять-

ся тем, кто их избрал и дал соответствующие полномочия.

Во главе власти находятся верховные правители, которым люди

доверили право управлять ими в интересах всех членов общества. Они

считаются законными лишь тогда, когда правят с согласия народов.

1 Гольбах П.А. Избр. произв. Т. 2. С. 146.

61

Если же власть захватывают силой, то таких правителей следует назы-

вать тиранами и узурпаторами. Верховный правитель правит государ-

ством посредством законов, выражающих волю народа. Верховная

власть выступает в роли законодательной. Что касается исполнитель-

ной власти, то она приводит в исполнение законы. <Исполнительная

власть - это общественная сила, объединяющая все отдельные силы

политической системы в одном общем центре, в котором сосредоточено

счастье и сохранность целого. Законодательная и исполнительная

власть вместе составляют полноту верховной власти> . Как видно из

этой цитаты, Гольбах не разграничивает обе ветви власти и, по сущест-

ву, их представляет как единое целое.

Верховная власть может иметь абсолютный или ограниченный ха-

рактер. В любом случае у нее есть естественные границы, выражающи-

еся в том, что высшим законом для нее является воля народа, и потому

она не имеет права переступать через права граждан. Главная цель

власти - счастье, безопасность и защита интересов людей, которые

подчиняются законам и верховной власти ради реализации этой цели.

Если же правители заняты своими личными делами, то граждане имеют

полное право игнорировать их распоряжения. Гольбах убежден в том,

что общество всегда является, как он выражается, хозяином верховной

власти. А подлинной верховной властью он считает такую, которая

подчиняется одобренным народом законам. Верховный правитель дол-

жен любить свой народ, заботиться о его благосостоянии. Он должен

жить жизнью народа, знать его желания и чувства.

Гольбах ратует за просвещенного монарха, дает ему много добрых

советов, касающихся его отношений к народу. <Когда государи трудятся

во имя счастья народов, они являются самыми уважаемыми из всех

граждан; но их блеск и величие исчезают, а права теряют силу, как

только они разрушают обязанности, которые предписывают им их об-

щественное положение, или начинают пренебрегать этими обязанно-

стями> .

Будучи сторонником просвещенного монарха, Гольбах вместе с тем

отдает дань великого уважения народу. Он пишет, что народ представ-

ляет самую главную часть общества и <именно народ, которого знать

обычно едва удостаивает взглядом, создает все богатства общества со

времени его возникновения; именно в народе заключена вся сила обще-

ства; именно из народа выходят солдаты, которые сохраняют безопас-

ность государства благодаря своему мужеству и получают за это от

сограждан средства существования> . Эти мысли французского фило-

софа намного опередили свое время, когда еще в XIX в. многие филосо-

1 Гольбах П.А. Избр. произв. Т. 2. С. 165.

2 Тамже.С.209-210.

3 Там же. С. 243.

фы и историки решающую роль в истории отводили личности, а не

народу. В условиях демократии, продолжает Гольбах, верховная власть

принадлежит либо народу, либо его представителям. В деспотическом

государстве к народу проявляется скотское отношение и его рассматри-

вают как грубую рабочую силу. Только правительство, опирающееся на

законы, может дать народу справедливость. Сам же народ, по убежде-

нию Гольбаха, не способен править, так как полная свобода привела бы

его к перерождению.

Правительство должно создавать необходимые условия для улуч-

шения жизни народа, для его благосостояния. Если оно его угнетает,

относится к нему несправедливо, то народ имеет право на восстание и

на ненависть. Чтобы этого не произошло, не следует пренебрегать мне-

нием народа, надо его просвещать и вообще самой главной заботой

любого правительства должно быть просвещение. При этом Гольбах

категорически выступает за светское образование, так как он убежден

в том, что церковь больше занята ослеплением умов людей, а не их

просвещением. Не с религиозным, а с просвещенным народом любому

правительству легче жить, легче создать общественное богатство.

Именно всеобщее образование дает возможность делать народ благора-

зумным, осознавать свои собственные интересы, уважать правительст-

во и государственные учреждения.

Век XVIII - это век принципов свободы и равенства. Выше было

изложено гольбаховское понимание равенства. Теперь необходимо рас-

смотреть его понимание свободы. Гольбах, как и его современники,

естественно, выступает за свободу, так как он уверен, что ни одно

общество не может считать себя счастливым без свободы. Но всюду в

мире, пишет французский философ, мы видим не свободный, а угнетен-

ный народ. Он вынужден работать на одного человека - на деспота,

узурпировавшего власть и претендующего на то, чтобы ему беспрекос-

ловно все повиновались.

Рассматривая генезис рабства, Гольбах полемизирует с Монтескье,

который решающую роль в возникновении рабства приписывал геогра-

фическому фактору. Гольбах рабство связывает с невежеством людей.

Они рабы, потому что невежественны, робки и безрассудны. Причины

возникновения рабства и деспотизма, по мнению Гольбаха, следует

искать именно в обмане народа, в хитрости и силе. Просвещенные и,

следовательно, разумные люди никогда не станут мириться со своим

рабским положением.

Свободе человека, продолжает французский философ, противоре-

чит любой деспотизм. Без свободы, ни государи, ни их подданные не

могут наслаждаться подлинным счастьем, а любовь к ней является

самой сильной страстью человека. Свободу Гольбах определяет как

<возможность делать для своего счастья все, что допускает природа

человека, живущего в обществе> . Но свободу следует отличать от про-

извола и своеволия, которые могут принести человеку только вред.

Иными словами, сеятель разума и просвещения прекрасно понимает,

что подлинная свобода ничего общего не имеет с произволом, с непод-

чинением законам и принятым в обществе нормам и принципам. Кри-

терием же свободы каждого члена общества является благо общества в

целом. Чем выше это благо, чем свободнее человек, тем у него больше

возможностей наслаждаться жизнью.

Фундаментсвободы-разум и добродетель. Человек, утверждает

Гольбах, свободен повсюду, где правит закон, где люди руководствуют-

ся разумом, а не страстями. Свобода, пишет Гольбах, выгодна всем.

Во-первых, она выгодна государю, ибо ему легче править свободными

гражданами; во-вторых, она выгодна всем гражданам, так как благода-

ря ей они могут трудиться, наслаждаться жизнью, подчиняться разум-

ным законам; в-третьих, она обеспечивает безопасность граждан, не-

прикосновенность их личности и собственности; в-четвертых, способст-

вует развитию промышленности, земледелия, в целом экономическому

процветанию общества; в-пятых, свобода дает возможность людям ис-

поведовать ту религию, которую они сами выбрали, или же не придер-

живаться никаких религиозных верований; в-шестых, нет отечества без

свободы, ибо там, где она уничтожена, человек лишен счастья отдыха и

безопасности; в-седьмых, государство сильно лишь тогда, когда его

граждане свободны. Без свободы могущество любого государства недол-

говечно; в-восьмых, только в свободном государстве люди добродетель-

ны - у них проявляется любовь к общему благу, к справедливости, к

уважению друг к другу и т.д.

Гольбах подчеркивает, что все народы имеют право на свободу,

хотя в реальной жизни многие являются рабами.Но причины отсутст-

вия свободы горячий поборник просвещения видит не в социально-эко-

номических условиях, а в невежестве людей, в их индифферентизме, в

их лености, легкомыслии и страхе. Они довольны своим рабским поло-

жением и даже критикуют свободные страны за то, что в них часто

имеют место восстания, революции и т.д. Гольбах гневно обращается к

ним: <Бесчувственные или самодовольные рабы! Если таково ваше же-

лание, с радостью носите ваши цепи; предпочитайте рабскую беспеч-

ность деятельности, направленной на воодушевление граждан; бес-

стыдно целуйте путы, удерживающие вас в темницах; будьте настолько

малодушны, чтобы чувствовать себя хорошо в этих темницах, посколь-

ку в них вам живется спокойно> .

Французский философ подробно излагает вопросы законодательст-

ва. Но вначале он рассматривает политику, которую определяет как

1 Гольбах П.А. Избр. произв. Т. 2. С. 339.

2 Там же. С. 365-366.

<искусство управлять людьми или заставлять их содействовать сохра-

нению и благополучию общества> . Задача политики, по его мнению,

заключается в следующем: 1 ) объединение интересов людей для совме-

стной деятельности и достижения единой цели; 2) умение подчинить

личные интересы общественным, сделать так, чтобы и все были доволь-

ны, и государство крепло; 3) защита свободы и безопасности каждого

гражданина; 4) предвидение и предупреждение хода событий. Только

та политика может иметь успех, которая в состоянии предсказать буду-

щее; 5) воспитание граждан, формирование их нравов; 6) проведение

разумной внешней политики с соседними государствами и защита суве-

ренитета страны.

Эти задачи политики могут быть успешно выполнены только в том

случае, если имеются разумные законы. Каждый народ, пишет Гольбах,

имеет свои традиции и обычаи, и поэтому нет неких общих законов,

пригодных для всех народов. Конечно, есть некие общие правила, но это

лишь правила, а не предписания, ибо реальная жизнь настолько богаче,

что никаким общим законам ее нельзя подчинить. Кроме того, сами

законы должны изменяться по мере изменения общественной жизни,

потребностей государства и т.д.

Примечательно, что Гольбах вслед за Платоном философам отво-

дит в политике достойное место. Настоящие законы, утверждает он,

могут разработать только философы, ибо они постоянно размышляют

над проблемами, касающимися человеческой природы, свободы и жиз-

ни людей.

Французский философ понимает неразрывную связь внутренней и

внешней политики. Он подчеркивает, что народы между собой должны

руководствоваться теми же принципами и нормами морали, которыми

руководствуются индивиды в процессе совместной жизнедеятельности.

Как отдельные индивиды нуждаются в общении, так и народы нужда-

ются во взаимной дружбе и сотрудничестве, в обмене ценностями, торг-

овле и т.д. У них возникают определенные взаимные обязательства,

соблюдение которых выгодно всем и не приносит никакого вреда пол-

итике. Во многом это, по мысли Гольбаха, зависит от государей, от их

порядочности и мудрости. От них же зависит развязывание войны,

которую французский философ сурово осуждает. Те государи, пишет

Гольбах, которые постоянно заняты расширением своих границ, ведут

грабительские войны, никогда не думают об улучшении жизненных

условий своих подданных. Они фактически порабощают не только чу-

жие народы, но и собственный народ, потому что тратят огромные

средства на ведение войны, которые можно было бы использовать в

других целях.

1 Гольбах П.А. Избр. произв. Т. 2. С. 680.

65

Побудительные мотивы завоевателей Гольбах видит в лености,

неспособности и невежестве в управлении делами государства. Хоро-

ший и способный государь, с его точки зрения, думает не о завоеваниях,

а о том, как бы превратить всю страну в цветущий край. Война, продол-

жает Гольбах, связана не только с экономическим разорением, но и с

моральным разложением. Мир воспитывает в поданных добрые чувст-

ва, тогда как война формирует у них жестокость, воинственность, неу-

важение чужих прав, игнорирование суверенитета других наций и т.д.

Осуждая войны, Гольбах вместе с тем считает, что порабощенные

народы имеют полное право вести войну за свое освобождение. Такие

войны он называет справедливыми. <Война является справедливой и

неизбежной только в том случае, если ее ведут, чтобы отразить нападе-

ние несправедливого захватчика, обуздать ярость какой-нибудь безум-

ствующей нации, остановить кровожадного и жестокого грабителя,

стремящегося к завоеваниям, или подавить заговор завистников-сосе-

дей> .

Целью такой войны является оборона государства, защита его

суверенитета и территориальной целостности. Но, анализируя совре-

менные ему войны, французский философ утверждает, что эти войны

со стороны всех воюющих сторон носили грабительский характер, ибо

их целью была не защита отечества, а увеличение могущества монарха,

удовлетворение интересов землевладельцев, торговцев и других приви-

легированных слоев.

Гольбах не просто констатирует разрушительный и грабительский

характер войны, но и предлагает рецепты их недопущения. Главным

средством исключения войны он считает международное право, осно-

ванное на взаимных соглашениях, заключаемых народами для сохра-

нения мира.

Французский писатель в своей философии политики не обошел

молчанием и проблемы распада государства. Как диалектик, он подчер-

кивает, что все в мире возникает и через некоторое время исчезает.

Государственные организмы содержат в себе зародыши собственной

смерти. <Человеческие общества, правительства, законы, учреждения,

убеждения, даже жилища изменяются, приходят в ветхость, а иногда и

совсем исчезают> . Гольбах на это смотрит как на естественный процесс

и поэтому не впадает в разочарование. Однако, по его убеждению, этот

процесс вовсе не имеет фаталистического характера, и его можно оста-

новить, если есть хорошие государи. Поэтому главную причину распада

государства он видит в пороках его правителей. Некоторые из них, по

его мнению, способны лишь на деструктивные действия, на разрушение

государственных учреждений <... Политическому организму угрожает

распад, когда правители пренебрегают заботой о поддержании в граж-

1 Гольбах П.А. Избр. произв.: В 2 т. Т. 2. С. 459.

2 Там же С. 483.

данах духовного подъема, необходимого для того, чтобы побудить об-

щество к отвечающей его потребностям деятельности; когда, забывая

сохранить равновесие сил в государстве, правители допускают, чтобы

одна отрасль управления поглотила все остальные; когда из-за какого-

либо внутреннего порока нация утрачивает могущество, положение

среди других наций и уважение, которым она должна пользоваться в

соответствии с дарованными ей природой преимуществами> . Кроме

того, государство распадается в том случае, если действуют плохие

законы, власть презирается, начинает доминировать анархия, частные

интересы ставятся выше интересов родины, насильственным путем из-

меняется форма правления или захватывается другим государством.

Что нужно сделать для сохранения целостности государства, для

нормального функционирования его институтов и учреждений? Голь-

бах здесь решающее значение придает воспитанию. Прежде всего нуж-

но дать хорошее воспитание государю, внушить ему быть добродетель-

ным, простым, доступным, уважать законы, права и свободы граждан.

Необходимо дать также соответствующее образование и воспитание

всем гражданам. Нужно сблизить людей между собой, внушить им

добродетель, сделать их счастливыми. Правители должны показывать

пример высокой нравственности, справедливости и гуманизма.

Такова квинтэссенция политической философии одного из круп-

нейших представителей французского просвещения XVIII века.

1 Гольбах П.А. Избр. произв. Т. 2. С. 484.

67

Глава 9. Гегель

Гегель - величайший философ-идеалист - создал целую философскую систему, в которой политическая философия занимает большое место и представляет собой оригинальную концепцию, вызывающую до настоящего времени различные интерпретации. Уже в ранних работах Гегель проявляет пристальный интерес к теориям, в которых рассматривались вопросы политики и государственного устройства общества. Прежде всего, его интересует естественное право, которое, как мы уже видели, находилось в центре внимания многих философов XVII-XVIII вв. Гегель считает, что отношение этих мыслителей к естественному праву носит эмпирический характер. "Эмпиризму недостает прежде всего критерия для определения того, где проходит граница между случайным и необходимым, т.е. что в этом хаосе естественного состояния или в абстракции человека должно остаться и от чего следует отказаться". Исследователь, как правило, обращает внимание на случайное, поверхностное, преходящее, а не необходимое и закономерное. Он стремится устранить противоположности и специфические особенности взаимоотношений людей для сохранения социума. По мнению Гегеля, гоббсовский тезис о войне всех против всех базируется на чисто эмпирических данных. Вполне понятно, почему немецкий философ так отзывается о концепции Гоббса. Гегель-диалектик исходит из единства противоположностей, а не из их механического разделения. Он предлагает подняться выше эмпирии и исследовать сущность, имманентные механизмы естественного права.

Гегель блестяще применил диалектику в "Философии права", представляющей грандиозное интеллектуальное сооружение по важнейшим вопросам государства и права. Гегель выстраивает триаду: семья-гражданское общество- государство. Семья это "субстанциальность духа", ее имманентной чертой является любовь. "Любовь означает вообще сознание моего единства с другим, то, что я не изолирован для себя, а обретаю мое самосознание только как отказ от своего для-себя-бытия и посредством знания себя как своего единства с другим и другого со мной". Что касается государства, пишет Гегель, то в нем любви нет, а единство осознается как закон.

Три стороны семьи: брак, собственность, воспитание детей. Брак, по выражению Гегеля, представляет свободное соглашение лиц на то, чтобы быть единым лицом, отказаться от своей единичной личности, ограничить свою свободу во имя свободы другого лица. Цель брака

1 Гегель. Политические произведения. М., 1978. С. 195.

2 Гегель. Философия права. М., 1990. С. 208-209.

имеет нравственный характер, и поэтому немецкий философ рекомендует законодателям делать все возможное для его сохранения. Для нормального функционирования семьи необходима определенная собственность. Никто из членов семьи не имеет какого-либо преимущества на нее, хотя в добывании средств для семьи главную роль обязан играть муж. Поскольку дети от природы не получают все необходимое для жизни, то они имеют право на воспитание. Главным моментом воспитания Гегель считает дисциплину, благодаря которой меняется своеволие ребенка. Он не отвергает принудительные формы

воспитания и считает, что дети должны привыкнуть к подчинению, иначе они могут стать дерзкими и нескромными. Но немецкий философ категорически против деспотического обращения с детьми и критикует рабское положение римских детей.

С течением времени семья разбивается на множество семей, отношения которых друг к другу представляют уже не некое внутреннее единство, а нечто внешнее. Это положение Гегель называет ступенью дифференциации, когда утрачивается нравственность, являвшаяся базой семьи. Здесь совершается переход семьи к гражданскому обществу.

"Гражданское общество есть дифференциация, которая выступает между семьей и государством, хотя развитие гражданского общества наступает позднее, чем развитие государства; ибо в качестве дифференциации оно предполагает государство, которое оно, чтобы пребывать, должно иметь перед собой как нечто самостоятельное". Гегель считает,

что только в современном ему мире создано гражданское общество, в котором каждый для себя является целью, а остальные для него как бы не существуют. Но без взаимодействия с другими нельзя добиться своей цели. Поэтому они используются как средство. Очевидно, Гегель имеет в виду буржуазное общество.

Три элемента гражданского общества: 1) система потребностей; 2) защита собственности посредством правосудия; 3) полиция и корпорации. Потребности удовлетворяются, прежде всего, через трудовую деятельность. Гегель подчеркивает, что человек своим трудом создает необходимые предметы потребления, что "средства удовлетворения человеческих потребностей добываются потом и трудом человека". В этой связи он критикует тех мыслителей, которые утверждают, что в естественном состоянии человек свободен с точки зрения своих потребностей, ибо он их удовлетворяет готовыми продуктами природы. И сам человек, и его потребности, отмечает немецкий мыслитель, не выходят за пределы природы, и поэтому он не был свободен.

Для отправления Правосудия необходимо иметь соответствующие юридические законы. Но Гегель рассматривает право как закон, который должны знать граждане. Вообще Гегель придает огромное значение

1 Гегель. Философия права. С. 228.

2 Там же. С. 239.

правосознанию. Варвары, пишет он, не осознают, что ими управляют

обычаи, традиции, влечения, чувства. Но в гражданском обществе уп-

равляют законы и <благодаря тому, что право положено и знаемо, все

случайное, связанное с чувствами, мнениями, формой мщения, состра-

дания, корыстолюбия, отпадает и, таким образом, право лишь теперь

обретает свою определенность и свою честь> . Необходимо, продолжает

Гегель, довести содержание законов до всех граждан, а не похоронить

их в юридических и иных учреждениях. Право касается свободы чело-

века, и он должен знать содержание законов, представлять и понимать,

что можно делать в их рамках и за что следует понести наказание в

случае их нарушения. Текст законов должен быть написан простым,

ясным и четким языком.

В гражданском обществе, отмечает Гегель, исчезают прежние фор-

мы отношений между людьми, когда традиции и обычаи выступали в

роли правового механизма решения вопросов. В нем, скажем, проблемы

собственности решаются посредством договоров и выполнения фор-

мальностей, которые порою кое-кому кажутся излишними. Но с этим

надо считаться, так как формальности и договора фиксируют волю

индивида, которая должна быть признана другими индивидами. В этом

Гегель видит позитивный элемент гражданского общества. Здесь же суд

обретает свой действительный смысл, когда член гражданского обще-

ства имеет права и обязанности перед судом. Но он должен знать зако-

ны, потому что в противном случае право ему ничем не поможет.

В гражданском обществе, продолжает немецкий философ, индивид

должен действовать свободно для достижения своей цели, и задача

полиции состоит в том, чтобы предоставить ему такую возможность.

<Полиция должна заботиться об уличном освещении, строительстве

мостов, установлении твердых цен на товары повседневного потребле-

ния, а также о здоровье людей> . Как видно, великий философ довольно

своеобразные обязанности возлагает на полицию. Но дело в том,что, с

точки зрения Гегеля, гражданское общество должно защищать интере-

сы индивида, заботиться о нем, оберегать от всех неприятностей, а

индивид, в свою очередь, обязан соблюдать все права гражданского

общества, работать на него и все свои действия соизмерять с его интере-

сами.

Анализируя корпорацию, Гегель пишет, что возникновение много-

численных корпораций связано с тем, что труд распадается на различ-

ные отрасли, которые составляют определенные корпоративные сооб-

щества, имеющие свои собственные интересы, не противоречащие ин-

тересам всех. Гегель считает, что семья и корпорация составляют корни

гражданского общества. То, что государство не может дать индивиду,

он получает в корпорации.

1 Гегель. Философия права. С. 249.

2 Там же. С. 267.

По утверждению Гегеля, <государство есть действительность суб-

станциальной воли, которой оно обладает в возведенном в свою всеоб-

щность особенном самосознании, есть в себе и для себя разумное. Это

субстанциальное единство есть абсолютная, неподвижная самоцель, в

которой свобода достигает своего высшего права, и эта самоцель обла-

дает высшим правом по отношению к единичным людям, чья высшая

обязанность состоит в том, чтобы быть членами государства> . Если,

пишет Гегель, смешивать гражданское общество и государство и ду-

мать, что последнее должно обеспечивать защиту собственности и лич-

ной свободы каждого, то может оказаться, что люди объединились во

имя своих интересов и, следовательно, в зависимости от собственного

желания можно быть или не быть членом государства. Гегель предуп-

реждает против такого смешения. Государство, считает он, есть суб-

станция, и индивид обладает истиной и нравственностью лишь потому,

что он является членом государства.

Таким образом, с точки зрения Гегеля, необходимо государство

представить как объективный дух, как мыслимое понятие, не имеющее

непосредственного отношения к действительному государству. <Что же

касается того, каково же или каково было историческое происхождение

государства, его прав и определений, возникло ли оно из патриархаль-

ных отношений, из страха или доверия и т.д., то этот вопрос к самой идее

государства не имеет никакого отношения и в качестве явления пред-

ставляет собой для научного познания^о котором здесь только и идет

речь, чисто историческую проблему...> . Теория происхождения госу-

дарства, продолжает Гегель, исходящая из того, что государство воз-

никло в результате взаимного договора людей между собой, уничтожает

божественный дух, величие и авторитет государства. Он, конечно, этим

не доволен и еще раз подчеркивает, что государство есть нравственное

целое и осуществление свободы. <... Государство - это шествие Бога в

мире, его основанием служит власть разума, осуществляющего себя как

волю. Мысля идею государства, надо иметь в виду не особенные госу-

дарства, не особенные институты, а идею для себя, этого действитель-

ного Бога> . Значит, сущность государства проявляется не в действи-

тельности, не в конкретных государствах, а в идее, в разуме, в воле.

Гегель-идеалист исходит из первичности идеи государства, и поэтому

вполне естественно, что для него реальные государства не имеют особо-

го значения, хотя он, когда абстрагируется от своей философской пози-

ции и спускается с неба на землю, дает довольно интересный анализ

государства, его институтов и учреждений.

Государство для Гегеля не только <шествие Бога в мире>, но и

определенный политический организм, под которым он подразумевает

политический строй. В этой связи немецкий философ касается пробле-

1 Гегель. Философия права. С. 279.

2 Там же. С. 280.

3 Там же. С. 284.

мы разделения властей, но категорически возражает против их абсо-

лютной самостоятельности, ибо, по его убеждению, чрезмерная само-

стоятельность исполнительной и законодательной властей приводит к

разрушению государства. Поэтому все, что не есть выражение разум-

ности, не желательно для государства. Гегель хочет сказать, что источ-

ники закономерного (разумного на языке Гегеля) изменения находятся

внутри государства, и если на определенном этапе его развития возни-

кает необходимость разделения властей, то это следует приветствовать.

Законодательная власть, по его мнению, есть выражение всеобщности,

а исполнительная - особенности. К этим двум ветвям Гегель добавляет

<власть государя, в которой различные власти объединены в индивиду-

альное единство и которая, следовательно, есть вершина и начало це-

лого - конституционной монархии> . Он скептически относится к

традиционному делению форм правления - монархии, аристократии и

демократии, утверждает, что такое деление в древности было правиль-

ным и истинным, ибо государство еще не достигло своего внутреннего

различения. Гегель также считает праздным вопрос, какая форма прав-

ления лучше - монархия или демократия. По его мнению, все формы

правления, не могущие обеспечить свободу субъективности и не соот-

ветствующие развитому разуму, страдают односторонностью.

Гегель твердо убежден в том, что не существует такого государст-

венного устройства, которое было бы пригодно для всех народов. Каж-

дый народ имеет соответствующее ему государственное устройство.

Наполеон, пишет Гегель, хотел дать испанцам более разумную форму

правления, но они ее отвергли, потому что до нее еще не доросли.

<...Государственный строй не есть нечто созданное: он представляет

собой работу многих веков, идею и создание разумного в той мере, в

какой оно развито в данном народе.

... Народ должен чувствовать, что его государственное устройство

соответствует его праву и его состоянию, в противном случае оно может,

правда, быть внешне наличным, но не будет иметь ни значения, ни

ценности> . Эта гениальная мысль Гегеля чрезвычайно важна, и ее надо

помнить особенно тем государственным деятелям, которые навязывают

собственному народу чужие модели государственного устройства.

Анализ различных ветвей власти немецкий философ начинает с

власти государя. Она представляет собой единство двух моментов: еди-

ничного и всеобщего. В этой связи Гегель большое значение придает

понятию суверенитета, которое в правовом отношении, как он полага-

ет, есть момент идеальности, а не произвола. Суверенитет осуществля-

ется в рамках принятых законов. Гегель ратует за монарха, право кото-

рого якобы основано на божественном авторитете. Что касается народа,

то к этому он относится скептически. <Народ, - заявляет Гегель, -

взятый без своего монарха и необходимо и непосредственно связанного

1 Гегель. Философия права. С. 31 1.

2 Там же. С. 315.

именно с ним расчленения целого, есть бесформенная масса, которая

уже не есть государство и не обладает больше ни одним из определений,

наличных только в сформированном внутри себя целом, не обладает

суверенитетом, правительством, судами, начальством, сословиями и

чем бы то ни было> . Монарх стоит над народом. И в условиях аристок-

ратии или демократии, подчеркивает Гегель, должна быть <индивиду-

альная вершина> в лице государственных деятелей или полководцев,

вызванных обстоятельствами и общественными потребностями. Кос-

немся в этой связи гегелевской концепции роли великих исторических

личностей. По мнению немецкого философа, в ходе истории возникают

противоречия между существующими порядками и новыми появляю-

щимися возможностями их изменения. Эти возможности содержат в

себе некое всеобщее, т.е. нечто такое, что имеет огромное историческое

значение. Но оно может быть реализовано только в деятельности лич-

ностей, обладающих выдающимися способностями и готовых к реали-

зации всеобщего. Поэтому <историческими людьми, всемирно истори-

ческими личностями являются те, в целях которых содержится такое

всеобщее> . К их числу Гегель относит Юлия Цезаря, так как намере-

ние его стать диктатором Рима было <необходимым определением в

римской и всемирной истории, оно явилось таким образом не только его

личным достижением, но и инстинктом, который осуществил то, что в

себе и для себя было своевременно. Таковы великие люди в истории,

личные частные цели которых содержат в себе тот субстанциальный

элемент, который составляет волю первого духа> .

Гегель великих людей называет героями, ибо они, по его мнению,

появляются вовремя, когда созревают необходимые условия для приня-

тия решительных действий, имеющих всемирно историческое значе-

ние. Вместе с тем, они обладают блестящим умом и понимают то, что

нужно в данный момент обществу. Они делают своей целью то, что

необходимо в настоящее время социуму, в чем давно нуждается сама

история. Они лучше постигают суть дела, чем все остальные люди.

Таким образом, с точки зрения Гегеля, появление великих людей на

исторической сцене необходимо и неизбежно, так как дальнейший про-

гресс общества становится невозможным из-за накопившихся противо-

речий между старым и новым. Великий человек разрешает эти проти-

воречия и спасает всех от гибели. Когда цель достигается, отмечает

Гегель, то великие люди <отпадают как пустая оболочка зерна. Они

рано умирают, как Александр, их убивают, как Цезаря, или их ссыла-

ют, как Наполеона на о. Св. Елены> .

Философ выступает категорически против психологического ана-

лиза деятельности великих людей, против того, чтобы выявлять внут-

1 Гегель. Философия права. С. 320-321.

2 Гегель. Философия истории. СПб., 1993. С. 81.

3 Там же. С. 82.

4 Тамже.С.82-83.

ренние мотивы их поступков. Он критикует тех исследователей, кото-

рые действия выдающихся личностей объясняют их человеческими ка-

чествами. Так, многие утверждали, что у Александра Македонского

была страсть к завоеваниям и что поэтому он сначала захватил часть

Греции, а затем и Азии. А действия Наполеона 1 объясняли его амбици-

озностью и стремлением к захвату власти любой ценой. Великие люди,

пишет Гегель, совершают поступки исторического значения. Они вно-

сят существенные изменения во все сферы общественной жизни, затра-

гивают интересы всех слоев общества. Поэтому естественно, что не все

довольны их деятельностью, ведь многие из них приносят в жертву

частные интересы во имя всеобщих целей. Возникает соблазн мораль-

ного осуждения действий великих людей. Гегель считает, что такого

рода осуждения неуместны, так как политические поступки осуждае-

мых носят объективный характер, способствуют прогрессу человече-

ского общества и ради этого приходится жертвовать интересами отдель-

ных личностей.

К великим личностям Гегель в первую очередь относит монархов и

императоров, и поэтому неудивительно, что он придает такое большое

значение власти государя. Против его власти, пишет Гегель, часто воз-

ражают ссылками на то, что монарх может оказаться недостаточно

образованным или компетентным в решении важнейших государствен-

ных задач. Отвечая на эти возражения, Гегель пишет, что в данном

случае не монарх виноват, а несовершенство организации государства.

<В благоустроенной монархии объективная сторона принадлежит толь-

ко закону, к которому монарху надлежит добавить лишь субъективное

<я хочу> .

От власти государя немецкий философ переходит к правительст-

венной или исполнительной власти. Сюда же он включает судебную и

полицейскую власти. Задача исполнительной власти - претворение в

жизнь решений государя, применение существующих законов, сохра-

нение государственных учреждений и т.д. В гражданском обществе,

пишет Гегель, наряду с общими интересами имеют место частные инте-

ресы различных корпораций, сословий, чиновников и т.д. Часто проис-

ходит конфликт между общими и частными интересами. Задача испол-

нительной власти - разрешение этого конфликта.

Важное значение Гегель придает разделению функций внутри ис-

полнительной власти. Здесь он предвидит трудности, связанные с сое-

динением различных отраслей власти. Так, полицейские и судебные

власти имеют разные функции, но вместе с тем в чем-то сходятся в том

смысле, что в конечном итоге они служат укреплению государства.

Гегель выступает против чрезмерной централизации власти, справед-

ливо полагая, что это может привести к потере частных интересов

людей. В государстве должны функционировать различные местные

1 Гегель. Философия права. С. 324.

74

общины - корпорации, коммуны и т.д., которые вовлекают в орбиту

своей деятельности всех граждан. Очень важно, отмечает Гегель, иметь

в государстве среднее сословие, к которому он относит чиновников. Оно

<представляет собой средоточие государственного сознания и выдаю-

щейся образованности> . Оно является опорой государства в смысле

законности и интеллигентности. Поэтому государство должно забо-

титься об образовании этого сословия.

Законодательная власть есть часть государственного устройства и

<касается законов как таковых, поскольку они нуждаются в дальней-

шем определении, и совершенно всеобщих по своему содержанию внут-

ренних дел> . Функции законодательных органов заключаются в вы-

работке общих законов, действующих на территории всего государства,

частные и специфические вопросы решает правительство как исполни-

тельная власть. Гегель выступает за то, чтобы члены правительства

принимали участие в работе парламента. Это, по его мнению, необхо-

димо для того, чтобы власти не отрывались друг от друга и не конфлик-

товали. В гегелевской концепции структуры политического правления

это вполне допустимо, поскольку главную роль в государственном уп-

равлении играет монарх, а не законодательная власть.

Сословие, подчеркивает немецкий философ, как наиболее образо-

ванная часть общества играет главную скрипку в нормальной жизни

государства. И правительство к нему должно относиться доброжела-

тельно, так как от его честного труда зависит стабильность всего госу-

дарственного устройства. Назначение сословий <требует, чтобы они

обладали как государственным и правительственным смыслом и

убеждением, так и пониманием интересов особенных кругов и отдель-

ных людей> . Они как бы являются связующим звеном между верхними

эшелонами власти и народом. Здесь Гегель опять обрушивается на на-

род, представляющий собой, по его мнению, <неорганическое скопле-

ние людей> . Когда, пишет он, говорят о народе, то уже заранее изве-

стно, что можно услышать общие фразы и пустые декламации, которые

ровным счетом ничего не значат и не несут никакой смысловой нагруз-

ки. По мнению Гегеля, в деспотических государствах, где нет никакого

политического сословия, народ действует как разрушительная сила,

поскольку его выступления направлены против единства государства.

Поэтому деспот щадит народ, но зато жестоко обращается со своим

окружением. Вот почему необходимо сословие, ставящее преграды дур-

ным поступкам народа и деспота.

Сословное деление общества было характерно для Пруссии, и Ге-

гель как истинный патриот отечества представил сословную структуру

в виде некоего идеала, служащего моделью политического устройства.

1 Гегель. Философия права. С. 336.

2 Там же. С. 336.

3 Там же. С. 342.

4 Там же. С. 344.

Что касается его воззрений относительно народа, то их надо рассматри-

вать конкретно-исторически и не думать, что Гегель презирал народ.

Во-первых, в тогдашней Пруссии (и не только там) народ действительно

не играл существенной роли в политической жизни. Во-вторых, не

следует забывать, что Гегель был сторонником монархии и уже в силу

этого не мог народу придавать какое-то решающее значение. В-третьих,

Гегель ратовал за единство государства и всякое выступление народа

казалось ему нарушением этого единства. Народу необходимо иметь

государство, ибо <народ без государственного устройства (нация как

таковая) не имеет собственно никакой истории, подобно народам, су-

ществующим еще до образования государства, и тем, которые еще и

поныне существуют в качестве диких наций> . Но то, что происходит с

народом, то, как он действует, имеет огромное значение и для государ-

ства.

Философия политики Гегеля, как и все его философское наследие

вообще, до сих пор находится в центре внимания историков, социоло-

гов, политиков, теологов и даже писателей. Они дают разные, порой

диаметрально противоположные оценки Гегелю. Я остановлюсь лишь

на некоторых из них. Прежде всего, коснусь работы молодого Маркса

<К критике гегелевской философии права>, написанной в 1843 году и

опубликованной впервые в 1927 году.

Маркс прежде всего обращает внимание на то, что Гегель берет

идею государства, существующую неизвестно где и не анализирует

действительное государство. <Важно то, что Гегель всюду делает идею

субъектом, а действительного субъекта в собственном смысле, как на-

пример, <политическое умонастроение>, превращает в предикат. На

самом же деле развитие совершается всегда на стороне предиката> .

Гегель-идеалист мистифицировал, по словам Маркса, не только фило-

софию, но и философию права. Для Гегеля, как уже отмечалось, госу-

дарство есть определенный политический организм. Маркс пишет, что

этот взгляд <на политическое государство как на организм и, следова-

тельно, взгляд на разделение властей не как на механическое расчле-

нение, а как на расчленение живое и разумное, - знаменует большой

шаг вперед> . Но Гегель представил свой взгляд в мистифицированной

и идеалистической форме. <... В субъект возводится идея; различия и их

действительность рассматриваются как развитие идеи, как ее резуль-

тат, между тем как, наоборот, сама идея должна быть выведена из

действительных различий... Исходным пунктом здесь является абст-

рактная идея, развитие которой в государстве есть политический

строй> .

1 Гегель. Соч. Т. 3. М. ,1956. С. 331.

2 Маркс К. Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 228.

3 Там же. С. 229.

4 Там же. С. 229.

Не оставляет без критики Маркс и защиту Гегелем монархического

строя. Сравнивая демократию, которую Гегель отвергает и, монархию,

Маркс пишет, что эти формы правления несовместимы, поскольку в

демократии целое, т.е. народ решает государственные вопросы, в мо-

нархии же народ подчинен государю. <В монархии мы имеем народ

государственного строя, в демократии - государственный строй наро-

да> . Что касается правительственной власти, то, по мнению Маркса,

она у Гегеля превращается в простую администрацию и рассматривает-

ся в качестве бюрократии.

В целом отношение Маркса к политической философии Гегеля

отрицательное. Видимо, это объясняется тем, что Гегель, во-первых,

мистифицировал вопросы политики и государственного устройства об-

щества. Он представил их в идеалистической и перевернутой форме, в

то время как Маркс, будучи материалистом, стремился к анализу дей-

ствительного, а не воображаемого государства. Во-вторых, Гегель вы-

ступал в защиту монархического строя, а в качестве идеального госу-

дарства изображал Прусскую монархию. Маркс же был решительным

противником не только монархии, но и всякого эксплуататорского го-

сударства. Вместе с тем нельзя забывать, что Маркс глубоко уважал и

ценил великого мыслителя, объявил себя его учеником, переработал в

материалистическом духе диалектику Гегеля.

Резко отрицательно к Гегелю относится вышеупомянутый фило-

соф, логик и социолог К.Поппер. Он утверждает, что гегелевский диа-

лектический метод восприняли те, кто не хотел заниматься глубокими

научными исследованиями и хотел добиться быстрых успехов посредст-

вом диалектических хитросплетений. Влияние же Гегеля в Германии

Поппер объясняет поддержкой прусского государства. <Получилось

так, что он занял положение первого официального философа прусса-

чества в период феодальной <реставрации> после наполеоновских

войн> . Сам Поппер Гегеля третирует как <мертвую собаку>, отравля-

ющую окружающую среду своим зловонным запахом. <Что же касается

Гегеля, - пишет он, - я даже не думаю, что он - талантливый

философ. Но несомненно, что он совершенно неудобоваримый писа-

тель. Как вынуждены признать даже самые ревностные сторонники,

стиль его работ <безусловно скандален>. Что же касается их содержа-

ния, оно превосходно только выдающимся отсутствием оригинально-

сти. В работах Гегеля нет ничего, что не было бы гораздо лучше сказано

до него. В его апологетическом методе нет ничего такого, что не было бы

сказано другими апологетами до него. Гегель, хотя и без всякого блеска,

освятил эти заимствованные мысли единым намерением и подчинил их

одной цели: борьбе против открытого общества и служению своему

работодателю - Фридриху Вильгельму III Прусскому. Путаница и

1 Маркс К. Энгельс Ф. Соч. Т. 1.С. 251-252.

2 Поппер К. Открытое общество и его враги. Т. 1 1. Время пророков: Гегель, Маркс и

другие оракулы. М., 1992. С. 38.

унижение разума частично были необходимы Гегелю как средство до-

стижения этой цели, частично были случайным, но тем не менее вполне

естественным выражением состояния его ума. Вряд ли вообще стоило

заниматься Гегелем, если бы не пагубные последствия его философии>'.

Эти <пагубные последствия> Поппер видит в том, что Гегель якобы

продолжил <тоталитаристские> традиции Гераклита, Платона и Ари-

стотеля, являющихся якобы злейшими врагами открытого общества.

Тоталитаризм Гегеля, пишет Поппер, проявляется в том, что он, как и

Платон, культивировал государство, целиком и полностью подчинял

ему индивида, последнего лишал всякой самостоятельности и незави-

симости. Государство - все, а индивид - ничто. Современный тотали-

таризм и гегельянство, заключает Поппер, очень близки, ибо наиболее

важные идеи <непосредственно восходят к Гегелю...> .

Великий Гегель не заслуживает такого нелестного отзыва со сторо-

ны Поппера. Да, Гегель действительно был сторонником Прусской мо-

нархии, о чем он открыто писал. Но это ему не помешало создать

философские произведения, в которых, хотя и много мистического, но

гораздо больше гениальных мыслей, будоражащих до сих пор умы лю-

дей, о чем свидетельствуют многочисленные работы, посвященные на-

следию Гегеля, регулярно созываемые Международные гегелевские фи-

лософские конгрессы.

Что касается так называемого тоталитаризма Гегеля, то это на

совести апологета буржуазного общества Поппера, искусственно свя-

завшего философию Платона и Гегеля с разновидностями современных

политических режимов. Вопреки утверждениям Поппера, Гегель не

просто талантлив, но гениален. Без него нет философии XIX века, без

него нет и философии XX века. Без него нет вообще мировой филосо-

фии.

1 Поппер К. Открытое общество и его враги. С. 41-42.

2 Там же. С.76.

Глава 10. Маркс

Маркс является олицетворением того самого человека, о котором он мечтал, человека, который мало имеет, но много значит, а богатство его в том, что он нужен людям.

Э. Фромм

Политическую философию Маркса нельзя понять без открытого им

материалистического понимания истории. Многие философы искали

движущие силы общественного развития, социальные детерминанты.

Одни их видели в географической среде (Ш.Монтескье, Л.И. Мечни-

ков) , другие в духовном факторе (французские просветители, Гегель)

а Маркс - в материальном. Он считал, что следует исходить не из идей,

а из реальных жизненных процессов. <Предпосылки, с которых мы

начинаем, - не произвольны, они - не догмы; это - действительные

предпосылки, от которых можно отвлечься только в воображении. Это

- действительные индивиды, их деятельность и материальные условия

их жизни, как те, которые они находят уже готовыми, так и те, которые

созданы их собственной деятельностью. Таким образом, предпосылки

эти можно установить чисто эмпирическим путем> . Люди в процессе

совместной деятельности производят необходимые им жизненные сред-

ства, но тем самым они производят свою материальную жизнь, которая

является фундаментом общества. Материальная жизнь, материальные

общественные отношения, формирующиеся в процессе производства

материальных благ, детерминируют все другие формы деятельности

людей - политическую, духовную, социальную и т.д. Идеи, даже ту-

манные образования в мозгу людей, являются искажением их матери-

альной жизни. Мораль, религия, философия и другие формы обще-

ственного сознания отражают материальную жизнь общества. Матери-

алистическое понимание истории, открытое Марксом, требует не про-

сто его констатации, в противном случае оно ничем не отличалось бы от

спекулятивного идеалистического объяснения общественных процес-

сов, а изучения действительной жизни людей. Поэтому Маркс обраща-

ется к анализу практической деятельности субъектов истории, которые

в первую очередь должны жить, а для этого им необходима пища,

жилище, одежда и т.д. Поэтому первым историческим актом следует

считать производство самой материальной жизни. Материальное про-

изводство есть основное условие всякой истории, и оно должно выпол-

няться непрерывно.

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. т. 3. С. 18.

79

Итак, согласно Марксу, производство материальных благ необхо-

димо для удовлетворения потребностей людей, но удовлетворенные

потребности ведут к новым потребностям, ибо новое производство по-

рождает новые потребности. Так Маркс формулирует закон возраста-

ния потребностей. Люди, производя ежедневно свою собственную

жизнь, производят и других людей, т.е. начинают размножаться. Бэтой

связи Маркс выделяет три стороны социальной действительности: про-

изводство жизненных средств, порождение новых потребностей и про-

изводство людей.

В классическом виде материалистическое понимание истории

Маркс изложил в знаменитом <Предисловии> к <Критике политической

экономии>: <Мои исследования привели меня к тому результату, что

правовые отношения, так же точно как и формы государства, не могут

быть поняты ни из самих себя, ни из так называемого общего развития

человеческого духа, что, наоборот, они коренятся в материальных жиз-

ненных отношениях, совокупность которых Гегель, по примеру англий-

ских и французских писателей XVIII века, называет <гражданским

обществом>, и что анатомию гражданского общества следует искать в

политической экономии... Общий результат, к которому я пришел и

который послужил затем руководящей нитью в моих дальнейших ис-

следованиях, может быть кратко сформулирован следующим образом.

В общественном производстве своей жизни люди вступают в определен-

ные, необходимые, от их воли не зависящие отношения - производст-

венные отношения, которые соответствуют определенной ступени раз-

вития их материальных производительных сил. Совокупность этих про-

изводственных отношений составляет экономическую структуру обще-

ства, реальный базис, на котором возвышается юридическая и

политическая надстройка и которому соответствуют определенные

формы общественного сознания. Способ производства материальной

жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы

жизни вообще> .

Материалистическое понимание истории Маркса можно резюми-

ровать так:

1. Данное понимание истории исходит из решающей, детерминирующей роли материального производства непосредственной жизни. Необходимо изучать реальный процесс производства и порожденную им форму общения, т.е. гражданское общество.

2. Оно показывает, как возникают различные формы общественного сознания - религия, философия, политика, мораль, право и т.д. - и каким образом они детерминируются материальным производством.

3. Оно всегда остается на почве действительной истории, объясняет не практику из идей, а идейные образования из материальной жизни.

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 13.С.6-7.

80

4. Оно считает, что каждая ступень развития общества застает

определенный материальный результат, определенный уровень произ-

водительных сил, определенные производственные отношения. Новые

поколения используют производительные силы, приобретенный пред-

шествующим поколением капитал и таким образом одновременно со-

здают новые ценности и изменяют производительные силы.

Материалистическое понимание истории со времени его открытия

подвергается критике. Его противники утверждают, что Маркс, якобы,

игнорирует роль неэкономических факторов - политики, философии,

религии и т.д. - в общественном развитии. Но это не соответствует

исторической действительности, ибо Маркс никогда не принижал роль

неэкономических факторов. Он рассматривал общество как сложное

структурированное целое, которое условно можно разбить на четыре

большие сферы: экономическую, социальную, политическую и духов-

ную. Каждая из этих сфер представляет собой целую систему различ-

ных элементов, находящихся в постоянном взаимодействии.

Экономическая сфера есть единство производства, потребления,

обмена и распределения. Всякое производство есть вместе с тем и по-

требление. Но всякое потребление есть вместе с тем и производство. В

свою очередь производство и потребление не существуют без обмена и

распределения. Эти четыре элемента экономической сферы можно раз-

делить на субэлементы. Так что сама экономическая сфера сложна и

многогранна. То же самое касается и других сфер.

Социальную сферу представляют этнические общности людей

(род, племя, народность, нация и т.д.), различные классы - рабы,

рабовладельцы, крестьяне, буржуазия, пролетариат и другие социаль-

ные группы.

Политическая сфера охватывает властные структуры (государст-

во, политические партии, политические отношения, политические ин-

ституты и т.д.). Государство и политические структуры очень диффе-

ренцированы.

Духовная сфера тоже обладает сложной структурой. Она включает

философские, религиозные, художественные, правовые, политиче-

ские, этнические и другие воззрения людей, а также их настроения,

эмоции, представления об окружающем мире, традиции, обычаи и т.д.

Все эти элементы находятся во взаимной связи и взаимодействии.

Четыре большие сферы общественной жизни диалектически, а не

механически контактируют между собой. Они не только взаимосвяза-

ны, но и взаимно обусловливаютдругдруга. Разве экономическая сфера

существует без людей, носителей классовых, групповых и иных отно-

шений? А разве эти же люди не являются носителями форм обществен-

ного сознания? Или общество не есть продукт взаимодействия людей?

Очевидно, что на все эти вопросы следует дать утвердительный ответ.

Общество, как уже выше отмечалось, есть структурированное це-

лое. Это значит, что все его элементы как на макро-, так и на микро-

уровне диалектически и непрерывно взаимодействуют. Они структурно

меняются, совершенствуются, развиваются. Иначе говоря, они (эле-

менты) вариантны. Духовная сфера, например, эпохи рабства и нашего

времени резко отличаются друг от друга: они претерпели коренные

качественные и количественные изменения. Но вместе с тем элементы

духовной сферы общества инвариантны в том смысле, что возложенные

на них функции постоянны на протяжении всей мировой истории. Так,

какие бы изменения ни претерпела политическая сфера, ее главной

функцией остается властное регулирование отношений между обще-

ством и государством, между различными классами, государствами и

т.д. Как бы ни совершенствовалась экономика, как бы ни менялись

производственные отношения и производительные силы, главной

функцией экономики всегда была и будет производство материальных

ценностей.

В структурированном целом разные сферы выполняют разные фун-

кции, которые отличаются по значимости для субъектов истории, т.е.

для людей. Чтобы общество функционировало как социальная система,

необходимо прежде всего производство и воспроизводство непосредст-

венной жизни. Иначе говоря, нужно постоянно и непрерывно произво-

дит материальные ценности: строить жилье, заводы, фабрики, произво-

дить пищу, одежду и т.д. Это - естественный процесс исторического

развития общества. Поэтому у Маркса были все основания говорить о

том, что способ производства материальной жизни детерминирует все

остальные процессы жизни. Другими словами, экономический фактор

в конечном счете всегда выступает как детерминанта, как движущая

сила исторического процесса. Слова <в конечном счете> были впервые

употреблены в письмах Энгельса 90-х годов прошлого столетия. На их

теоретический смысл впервые обратил внимание французский философ

Л.Альтюссер. Он считает, что в конечном счете есть <топика, т.е. про-

странственное расположение, определяющее для данных реальностей

места в пространстве> . Этими реальностями являются упомянутые

выше четыре большие сферы общественной жизни. Топика представля-

ет общество в виде здания, этажи которого опираются на его фундамент.

Этажей может быть много, но фундамент один. Фундамент без этажей

не есть здание, но и этажи без фундамента не могут висеть в воздухе. В

конечном счете им нужна какая-то опора. Поэтому в <детерминации

топики конечный счет есть действительно конечный счет. Это означает,

что имеются и другие счеты или инстанции, которые фигурируют в

юридическо-политической и идеологической надстройке. Таким обра-

зом, упоминание о конечном счете в детерминации имеет двойную

функцию. Оно отмежевывает Маркса от всякого механицизма и откры-

вает в детерминации действие различных инстанций, действие реаль-

ного различия, в которое вписывается диалектика. Следовательно, то-

1 AlthusserL. Positons. Paris, 1976. P. 138.

82

пика означает, что детерминация в конечном- счете экономическим

базисом мыслится только в дифференцировании и, следовательно,

сложном и расчлененном целом, где детерминация в конечной инстан-

ции фиксирует реальное различие других инстанций, их относитель-

ную самостоятельность и их собственный способ воздействия на сам

базис> .

Детерминирующая роль экономического фактора вовсе не значит,

что гене+ически экономическая сфера предшествует другим сферам

общественной жизни. Разумеется это было бы абсурдным утверждени-

ем. Все сферы находятся в единстве и ни одна из них не предшествует

другой.

Экономика детерминирует весь исторический процесс в конечном

счете, но на каждом этапе его развития другие сферы могут выступать

в качестве доминанты, т.е. могут играть господствующую роль. Так, в

романизации Европы решающую роль сыграли войны Юлия Цезаря.

Как показал Вебер, в становлении капиталистических отношений в

Германии доминирующую роль играла протестантская религия.

Кроме того, находясь в постоянном взаимодействии, все сферы

общественной жизни влияют друг на друга и тем самым на все истори-

ческое развитие. Общественное сознание, государство, социальная сфе-

ра и другие неэкономические факторы обладают относительной само-

стоятельностью, имеют собственные закономерности развития и логи-

ку. Так, развитие философии необязательно совпадает с экономиче-

ским базисом той или иной страны. В экономически отсталой стране

весьма успешно может развиваться философия как специфическая об-

ласть духовной сферы. В феодальной Германии возникла классическая

немецкая философия, внесшая неоценимый вклад в мировую философ-

скую культуру. В помещичьей России мы видим взлет философской

мысли B.C. Соловьева, Н.А. Бердяева и многих других.

Если взять искусство, то наблюдается такая же картина. Искусство

как духовный феномен сложен и многообразен, и его объяснение нельзя

ограничивать одними ссылками на материальные условия жизни. <От-

носительно искусства, - писал Маркс, - известно, что определенные

периоды его расцвета отнюдь не находятся в соответствии с общим

развитием общества, а следовательно, так же и с развитием материаль-

ной основы последнего> . Никакими материальными факторами нельзя

объяснить феномен Пушкина, гениальное творчество Моцарта, Чай-

ковского, Бальзака и Толстого. И все же эти величайшие деятели миро-

вой культуры появились тогда, когда уже был достигнут определенный

уровень материальной цивилизации.

Таким образом, выражаясь фигурально, можно сказать, что обще-

ство - это многоэтажное здание с одним фундаментом. Фундамент -

это экономика. Этажи - неэкономические факторы. Они вариантны и

1 Althusser L. Positions. Paris, 1976. P. 139-140.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 12. С. 736.

тот или иной из них доминирует в конкретных исторических условиях.

Фундамент является детерминантой во всех случаях. Он имманентно

вариантен, но для истории инвариантен. Доминанты и детерминанта

находятся в диалектическом единстве и постоянно взаимодействуют.

Альтюссер считает, что с открытием материалистического понима-

ния истории был совершен эпистемологический разрыв с прежними

философско-историческими концепциями. Маркс, пишет он, в научном

познании открыл новый континент истории, который можно исследо-

вать посредством нового логического аппарата и новых категорий: спо-

соб производства, производительные силы, производственные отноше-

ния, общественное бытие, общественное сознание, общественно-эконо-

мическая формация и т.д. Можно сказать, что такой же эпистемологи-

ческий разрыв Маркс совершил и в политической философии. Он

разработал такие категории, как <диктатура пролетариата>, <пред-

ыстория человечества>, <переходный период>, <низшая фаза обще-

ства>, <высшая фаза общества> и т.д. Маркс рассматривает политику

через призму классовых отношений и классовых интересов. Конечно, и

в домарксистской политической философии присутствовал классовый

аспект, но наиболее рельефно этот аспект исследован Марксом. Он всей

философии политики придал ярко выраженную классовую окраску.

Маркс исходил из имманентной логики исторического процесса,

каждая последующая ступень которого является более прогрессивной

по сравнению с предыдущей. Именно буржуазный способ производства

готовит почву для перехода к социализму. <Буржуазные производст-

венные отношения являются последней антагонистической формой об-

щественного процесса производства, антагонистической не в смысле

индивидуального антагонизма, а в смысле антагонизма, вырастающего

из общественных условий жизни индивидуумов; но развивающиеся в

недрах буржуазного общества производительные силы создают вместе

с тем материальные условия для разрешения этого антагонизма. Поэ-

тому буржуазной общественной формацией завершается предыстория

человеческого общества> .

Маркс находит в лице пролетариата, в буржуазном способе произ-

водства тот социальный класс, который должен осуществить социали-

стическую революцию и построить новое общество, в котором <свобод-

ное развитие каждого является условием свободного развития всех> .

Но к поиску этой социальной силы, призванной ниспровергнуть капи-

тализм, Маркс шел долгим путем. Он штудировал философскую, исто-

рическую, социальную и политэкономическую литературу, а также

принимал активное участие в революционном движении, за что неод-

нократно подвергался аресту и высылке из страны пребывания.

В 1845 году Маркс и Энгельс опубликовали совместную работу

<Святое семейство, или критика критической критики. Против Бруно

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 13. С. 7-8.

2 Там же. Т. 4. С. 447.

Бауэра и компании>. В ней критикуется частная собственность, созда-

ющая на одной стороне богатство, а на другой - бедность. Маркс и

Энгельс подчеркивают, что <пролетариат и богатство - это противопо-

ложности. Как таковые, они образуют некоторое единое целое. Они оба

порождены миром частной собственности. Весь вопрос в том, какое

определенное положение каждый из этих двух элементов занимает

внутри противоположности> . Имущий класс представляет консерва-

тивную сторону, поскольку он стремится к сохранению существующего

положения вещей. Пролетариат - разрушительную сторону, ибо хочет

уничтожить этот статус-кво. С победой пролетариата исчезает сам про-

летариат, исчезает и его противоположность, т.е. частная собствен-

ность. В этом основоположник научного коммунизма видит всемирно

историческую роль пролетариата.

В <Немецкой идеологии>, написанной Марксом и Энгельсом в

1845-1846 годах и опубликованной лишь в 1933 году, дается не только

изложение материалистического понимания истории, но и политиче-

ской философии. Прежде всего, рассматриваются формы собственно-

сти, которые связываются с уровнем развития производительных сил.

Первой формой собственности является племенная собственность, ко-

торая соответствовала неразвитой стадии производства. Она была об-

щей, люди занимались охотой, рыболовством, скотоводством и т.д. Вто-

рую форму собственности представляет античная общинная и государ-

ственная собственность. Уже появляется частная собственность, разде-

ление труда достигает более высокого уровня. Третья форма

собственности - феодальная собственность, выражающаяся главным

образом в земельной собственности. Развитие производительных сил

приводит к буржуазной собственности. А из капиталистических поряд-

ков вырастает коммунизм. <Коммунизм для нас, - пишут Маркс и

Энгельс, - не состояние, которое должно быть установлено, не идеал,

с которым должна сообразоваться действительность. Мы называемы

коммунизмом действительное движение, которое уничтожает тепереш-

нее состояние> . Капитал, мировой рынок - всемирно исторические

явления, и поэтому пролетариат и его деяние - коммунизм - тоже

всемирно исторические явления. Для совершения революции должны

быть налицо соответствующие материальные предпосылки. С одной

стороны - определенный уровень развития производительных сил и с

другой - революционные массы. Без этих предпосылок, подчеркивают

Маркс и Энгельс, идея коммунистического переворота остается пустым

звуком.

Мысли политически господствующего класса являются господству-

ющими мыслями, т.е. тот класс, который господствует материально,

господствует и духовно. <Класс, имеющий в своем распоряжении сред-

ства материального производства, располагает вместе с тем и средства-

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 38.

2 Там же. Т. 3. С. 34.

ми духовного производства, и в силу этого мысли тех, у кого нет средств

для духовного производства, оказываются в общем подчиненными гос-

подствующему классу> . Господствующие мысли представляют собой

идеальное выражение господствующих материальных отношений. Вся-

кий класс, стремящийся к господству, представляет свой интерес как

интерес всего общества, всех граждан данного государства и тем самым

создается иллюзия защиты всеобщих интересов, хотя на самом деле не

так, ибо приходящий к власти класс отстаивает свои собственные инте-

ресы.

Анализируя буржуазную собственность, Маркс и Энгельс пишут,

что этой частной собственности соответствует современное государство,

которое <есть не что иное, как форма организации, которую неизбежно

должны принять буржуа, чтобы - как вовне, так и внутри государства

- взаимно гарантировать свою собственность и свои интересы> .Таким

образом, государство защищает не интересы всех членов общества, а

интересы буржуазии.

Многие положения политической философии были изложены в

<Манифесте Коммунистической партии>. Опираясь на материалисти-

ческое понимание истории и диалектику, Маркс и Энгельс раскрыли

этапы развития исторического процесса, подчеркнули, что с момента

возникновения классов между ними происходила то открытая, то скры-

тая борьба. Буржуазное общество вышло из недр феодализма. <Буржу-

азия сыграла в истории чрезвычайно революционную роль. Буржуазия,

повсюду, где она достигла господства, разрушила все феодальные, пат-

риархальные, идиллические отношения. Безжалостно разорвала она

пестрые феодальные путы, привязавшие человека к его <естественным

повелителям>, и не оставила между людьми никакой другой связи,

кроме голого интереса, бессердечного <чистогана>. В ледяной воде эго-

истического расчета потопила она священный трепет религиозного экс-

таза, рыцарского энтузиазма, мещанской сентиментальности. Она пре-

вратила личное достоинство человека в меновую стоимость и поставила

на место бесчисленных пожалованных и благоприобретенных свобод

одну бессовестную свободу торговли. Словом, эксплуатацию, прикры-

тую религиозными и политическими иллюзиями, она заменила эксплу-

атацией открытой, бесстыдной, прямой, черствой> .

Характерной чертой буржуазного способа производства является

постоянное совершенствование производительных сил. Все сословия и

классы приходят в движение, происходит интернационализация про-

мышленности и рынка, уничтожается национальная замкнутость.

Таким образом, свергнув феодализм, буржуазия сыграла прогрес-

сивную роль в развитии человечества. Но со временем она превратилась

в тормоз для дальнейшего совершенствования производительных сил.

1 Маркс К., Энгельс Ф. Т. 3. С. 46.

2 Там же. С. 62.

3 Там же. Т. 4. С. 426.

Она беспощадно эксплуатирует рабочий класс, превращает его в прида-

ток машины. Поэтому пролетарии, порожденные капиталистическим

способом производства, начинают выступать против буржуазии. Маркс

и Энгельс считают, что только пролетариат является действительно

революционным классом и только он может победить буржуазию. Его

победа и гибель буржуазии, заключают они, одинаково неизбежны.

В <Манифесте...> поставлен вопрос об отношении коммунистов и

пролетариев. Маркс и Энгельс подчеркивают, что интересы пролетари-

ата и коммунистов совпадают. От остальных же пролетарских партий

коммунисты отличаются тем, что, во-первых, в борьбе пролетариев

различных наций они защищают общие интересы всего пролетариата

независимо от национальной принадлежности, во-вторых, на всех эта-

пах борьбы буржуазии и пролетариата они представляют интересы все-

го коммунистического движения. Здесь впервые ставится вопрос о пре-

вращении пролетариата в господствующий класс.

Маркс был первым в истории человечества, кто соединил пролетар-

ское движение с социализмом, вооружил рабочий класс новым теорети-

ческим положением, показывающим пути развития общества и перс-

пективы социалистического строительства. Так, в книге <Восемнадца-

тое брюмера Луи Бонапарта> Маркс, анализировал бурные события во

Франции 1848-1851 годов, приведшие к ликвидации парламента и

победе Луи Бонапарта, ставшего в 1852 году французским императо-

ром. Маркс в этой связи характеризует исполнительную власть как

огромную бюрократическую машину с многочисленными чиновника-

ми, паразитирующими на теле французского общества. Этот чиновни-

чий аппарат, как пишет Маркс, возник в эпоху абсолютной монархии,

когда привилегии землевладельцев и городов превратились в атрибуты

государственной власти. Революция 1789-1794 годов расширила атри-

буты и число пособников правительственной власти. Наполеон Первый

придал государственной машине законченный вид. Июльская монархия

1830 года ничего не изменила. <Наконец, парламентарная республика

оказалась в своей борьбе против революции вынужденной усилить,

вместе с мерами репрессии, средства и централизацию правительствен-

ной власти. Все перевороты усовершенствовали эту машину вместо

того, чтобы сломать ее. Партии, которые сменяя друг друга, боролись за

господство, рассматривали захват этого огромного государственного

здания, как главную добычу при своей победе> .

Фраза о сломе государственной машины впоследствии как в марк-

систской, так и немарксистской и антимарксистской литературе вызва-

ла многочисленные интерпретации. Наиболее известной является ле-

нинская интерпретация, согласно которой основное в учение марксизма

0 государстве есть слом государственной машины. Но у Маркса в данном

случае речь идет о французских событиях, и он упрекает прежние

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 8. С. 206.

87

перевороты в том, что они использовали государственную машину,

усовершенствовали ее, но не ломали.

В письме к И.Вейдемейеру от 5 марта 1852 года Маркс изложил то

новое, которое он внес в политическую философию. <Что касается меня,

- писал он, - то мне не принадлежит ни та заслуга, что я открыл

существование классов в современном обществе, ни та, что я открыл их

борьбу между собой. Буржуазные историки задолго до меня изложили

историческое развитие этой борьбы классов, а буржуазные экономисты

- экономическую анатомию классов. То, что я сделал нового, состояло

в доказательстве следующего: 1) что существование классов связано

лишь с определенными историческими фазами развития производст-

ва', 2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетари-

ата; что эта диктатура сама составляет переход <.уничтожению всяких

классов и к бесклассовому обществу...> . В последующих работах

Маркс продолжает развивать эти же идеи. С его точки зрения, пролета-

риат берет государственную власть и осуществляет свою диктатуру для

строительства коммунистического общества. <Между капиталистиче-

ским и коммунистическим обществом лежит период революционного

превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и полити-

ческий переходный период, и государство этого периода не может быть

ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата> .

Буржуазное государство свергается, социалистическое государство от-

мирает постепенно по мере создания необходимых условий для перехо-

да к бесклассовому обществу.

Нельзя не коснуться воззрений Маркса на парламентскую форму

правления. Он полагал, что нет большой разницы между парламента-

ризмом и диктатурой личности. В первом случае управляет вся буржу-

азия, во втором - часть буржуазии. Но от этого суть буржуазного

общества не меняется, т.е. сохраняется диктатура господствующего

класса. Вместе с тем следует подчеркнуть, что Маркс исключительно

положительно относился к демократии. Он, например, в <Критике

Готской программы> Германской рабочей партии писал, что в Германии

нет демократии, хотя ее руководители об этом разглагольствуют. <Даже

вульгарная демократия, которая в демократической республике видит

осуществление царства божия на земле и совсем не подозревает, что

именно в этой последней государственной форме буржуазного общества

классовая борьба и должна быть окончательно решена оружием, - даже

она стоит неизмеримо выше такого сорта демократизма, который держится

в пределах полицейски дозволенного и логически недопустимого> .

Вкратце политическую философию Маркса можно резюмировать

следующим образом: 1) Маркс открыл новый континент-поле и новые

категории, без которых нельзя научно отобразить политическую жизнь

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 28. С. 424-425.

2 Там же. Т. 19. С. 27.

3 Там же. С. 28.

общества. Эти категории не представляют собой какие-то искусственно

сконструированные идеальные типы, а являются научными абстракци-

ями, отражающими наиболее общие, сущностные черты объективной

реальности. 2) Маркс придал философии политики ярко выраженный

классовый характер. Он подчеркивал, что всякая политика проводится

в интересах господствующего класса, и всякий класс, стремящийся к

завоеванию политической власти, выдает свои интересы как всеобщие

интересы. 3) Маркс был основоположником теории научного коммуниз-

ма, ярым противником капитализма, эксплуатации человека челове-

ком. Но он исходил из того, что в недрах буржуазного общества созре-

вают необходимые материальные, политические, социальные и иные

предпосылки для совершения социалистической революции под руко-

водством рабочего класса. Эта революция строит коммунистическое

общество, состоящее из двух фаз: первую, низшую, фазу представляет

социализм, вышедший из недр капитализма и поэтому сохраняющий

его <родимые пятна>, т.е. неравенство в оплате труда, буржуазное право

и т.д. Вторая, высшая фаза - это коммунизм. Он развивается на своей

собственной основе. Он представляет собой начало подлинной истории

человечества. На этой <фазе коммунистического общества, после того

как исчезнет порабащающее человека подчинение его разделению тру-

да; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и

физического труда; когда труд перестанет быть только средством для

жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесто-

ронним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все

источники общественного богатства польются полным потоком, лишь

тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного

права, и общество сможет написать на своем знамени: каждый по спо-

собностям, каждому по потребностям> . 4) Маркс считал, что для побе-

ды коммунистического общества необходима диктатура пролетариата,

т.е. власть рабочего класса, в котором крестьяне и другие пролетарские

слои находят своего естественного союзника для свержения буржуазно-

го строя. С построением бесклассового общества отмирает государство.

5) Маркс соединил рабочее движение с социализмом. Но Маркс был не

только теоретиком, но и революционером. Он принимал активное уча-

стие в международном рабочем движении.

Идеи Маркса охватили весь мир. Маркса изучают во всех универ-

ситетах. На него ссылаются и критикуют. Появились целые отрасли

науки, изучающие наследие Маркса. Одни себя считают марксистами,

другие антимарксистами, третьи немарксистами. Одни являются марк-

соведами, другие марксологами. Нет никакой возможности (да и необ-

ходимости) анализировать все написанное о политической философии

Маркса. Поэтому я ограничусь проблемами, касающимися государства

и будущего коммунистического общества. В одном случае я изложу

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 19. С. 28.

89

воззрения антимарксистов и антикоммунистов, в другом - коммуни-

стов.

По утверждению антимарксистов, марксово предвидение будущего

человечества не подтвердилось. Маркс оказался лжепророком, пишет,

например, Поппер. <Маркс не состоялся как пророк, причем исключи-

тельно по причине историцизма (под историцизмом автор подразуме-

вает претензии открыть законы общества и на их базе предсказать

будущее-И.Гобозов) как такового, по той простой причине, что даже

если мы сегодня наблюдаем нечто, что производит на нас впечатление

исторической закономерности или исторической тенденции, нам не

дано знать сохраним ли мы это понимание завтра> . Маркс, продолжает

Поппер, думал что открыл законы исторического процесса, согласно

которым каждая последующая ступень общественного развития явля-

ется более прогрессивной, чем предыдущая.

Поппер утверждает, что описанное Марксом в <Капитале> буржу-

азное общество никогда не существовало. <Дело в том, что марксово

понятие <капитализм> представляет собой просто одно из понятий его

теории исторического процесса (<исторического материализма>). Опре-

деление Маркса утверждает, в частности, что <капитализм> является

исторической фазой развития человеческого общества. Для марксизма

(и в еще большей мере для ленинизма) <капитализм> - это прежде

всего такая фаза общественного развития, когда рабочие живут в нище-

те, труд их изнурителен и тягостен, зачастую очень опасен, а заработка

едва хватает, чтобы не умереть с голоду> . Согласно Марксу, продолжа-

ет Поппер, при капитализме действует закон абсолютного и относи-

тельного обнищания рабочего класса. Поскольку буржуазия беспощад-

но эксплуатирует пролетариат, в конце концов он совершает револю-

цию, свергает капиталистов и начинает строить новую жизнь, где цар-

ствуют равенство и справедливость. <Однако история и реально

существующие общества пошли иным путем. Общество, которое Маркс

именовал <капитализмом>, неуклонно совершенствовалось. Благодаря

прогрессу техники труд рабочих становился все более производитель-

ным, а реальные заработки постепенно росли, даже спустя значитель-

ное время после того, как империализм либо сгинул, либо отказался от

своей роли эксплуататора других народов> . Общий вывод Поппера:

Марксов <капитализм> - неудачная теоретическая конструкция.

Аналогичные мысли высказывает крупнейший французский анти-

марксист Арон. Он пишет, что марксизм носит пророческий характер,

хочет предсказать будущее человеческого общества, т.е. коммунизм,

который наступит после свержения буржуазного строя. Но это пророче-

1 Поппер К. Открытое общество и его враги. Т. 2. Время лжепророков: Гегель, Маркс

и другие оракулы. М., 1992. С. 222.

2 Там же. Т. 1. Чары Платона. С. 12.

3 Там же. С. 14.

ство не подтвердилось. Капитализм эпохи Маркса и современный капи-

тализм, заключает Арон, коренным образом отличаются.

Элементарное условие всякой критики - отсутствие предвзятости.

Научный подход требует беспристрастного, объективного отношения к

своему оппоненту. Такого отношения не проявляют ни Поппер, ни

Арон. Конечно, Маркс, как и любой другой ученый, мог ошибаться.

Многие его предсказания не подтвердились последующим ходом исто-

рического процесса. Верно, конечно, то, что современный капитализм

качественно отличается от капитализма эпохи Маркса. Но Маркс-диа-

лектик это прекрасно понимал. Однако он понимал и то, что эксплуа-

таторская сущность капитализма не изменится. Да, в развитых запад-

ных странах рабочий неплохо живет, особенно если у него хорошие

заработки и жилье. Но ведь он мог бы жить еще лучше, если бы большую

часть прибыли не забирал имущий класс, выступающий либо в лице

акционера, либо менеджера, либо предпринимателя, либо собственни-

ка. Далее рабочие более или менее нормально живут в развитых капи-

талистических странах, тогда как в подавляющем большинстве госу-

дарств они влачат жалкое существование, и их будущее покрыто мра-

ком. Таким образом, общий анализ буржуазного общества, данный

Марксом, остается в силе и вряд ли его удастся кому-либо опровергнуть.

Теперь коснемся проблем, возникших внутри коммунистического

и рабочего движения. После окончания второй мировой войны, особен-

но в конце 50-х годов двадцатого столетия многие коммунистические

партии развитых капиталистических государств заявили, что пути пе-

рехода к социализму очень дифференцируются в разных регионах зем-

ного шара, ибо они зависят от конкретных исторических условий, тра-

диций и обычаев народов и т.д.

Вопросы будущего социалистического государства возникли и в

еврокоммунизме. Еврокоммунизм появился в середине 70-х годов двад-

цатого столетия. Сам термин был изобретен журналистами. Под евро-

коммунизмом подразумевалось следующее: в развитых капиталистиче-

ских странах Европы и Азии, а также Америки имеются идентичные

социально-экономические и политические условия и поэтому социали-

стические перспективы этих стран имеют очень много общего. Речь идет

прежде всего о демократии и демократических преобразованиях. Евро-

коммунизм, по мнению бывшего лидера испанских коммунистов

С.Каррильо, предполагает преобразования современного буржуазного

общества демократическим путем с сохранением свобод и прав человека

как вечных и неизменных ценностей.

В настоящее время в связи с предательством социализма к полити-

ческой философии Маркса проявляется не только критическое, но и

враждебное отношение. Во многих бывших социалистических странах

Маркс фактически запрещен. Бывшие марксисты, превратившиеся в

антимарксистов, утверждают, что Маркс устарел, что он принадлежит

XIX веку и на него надо смотреть как на мыслителя, чьи идеи никакого

отношения не имеют к современности. Но Маркс не устарел, как не

устарели Платон, Аристотель, Декарт, Гегель и другие корифеи миро-

вой науки. Маркс современен, ибо буржуазный строй, даже в очень

измененном виде существует, рабочий класс, за интересы которого бо-

ролся Маркс, тоже не исчез. Маркс современен потому, что капитализм

при всей своей трансформации переживает глубокий кризис. И выход

из этого кризисного состояния в первую очередь следует искать в рабо-

тах Маркса, в их творческом применении.

Часть вторая. ТЕОРИЯ

Глава 1. Феномен политики

В первой части мы рассмотрели историю формирования и становления философии политики как теоретической дисциплины, изучающей одну из сфер общественной жизни. Анализ истории политической философии был проведен через труды выдающихся мыслителей, внесших, как мне представляется, самый большой вклад в философию политики. Во второй части речь пойдет о теоретических проблемах политической философии и об их собственном решении. При этом, разумеется, мои тезисы ни в коем случае не будут претендовать на истину в последней инстанции, а будут представлять всего-навсего схематические наброски ординарного профессора.

Генезис политики. Пожалуй, трудно найти, особенно в наше время, когда средства массовой информации (радио, телевидение, газеты, журналы и т.д.) круглые сутки говорят о политике, критикуют или хвалят прошлых и современных государственных деятелей, человека, который бы не был осведомлен в политике. Если спросить любого обывателя о том, что он подразумевает под политикой, то он без сомнения даст какой-то ответ, скажем, политика, это когда повышают цены или когда проводятся выборы и т.д. и т.п. Он будет прав, хотя, конечно, его познания носят ограниченный характер.

Тем не менее, нельзя не заметить, что политика представляет собой определенную мистерию, загадку, разгадать которую не так просто, как может казаться на первый взгляд.

Слово <политика> греческого происхождения и обозначает искусство управления государством. Трудно сказать, когда этот термин впервые был использован, но его генезис, видимо, связан с античными государствами-полисами. Политика как специфическая форма деятельности людей возникает вместе с появлением общественных классов и государства, когда необходимо было регулировать классовые, кастовые, сословные, межличностные межгосударственные и иные отношения. Политика, прежде всего, связана с управлением, условно ее можно определить как одну из форм деятельности по урегулированию и управлению общественными отношениями и связями, возникающими между людьми в процессе их совместной деятельности. Но ведь управление есть имманентное свойство любого социума, в том числе первобытного, когда не было еще политики. Это, конечно, так, но в первобытном обществе управление носило неполитический характер, оно базировалось на родовых и племенных традициях.

Элементы политики. Политика включает в себя следующие элементы: 1) власть; 2) политические отношения; 3) политическая организация; 4) политические интересы и идеи. О власти будет сказано в следующей главе.

Политические отношения складываются в процессе совместной деятельности классов и политических партий, социальных групп и индивидов, а также государств. Они проходят определенные этапы становления и формирования, изменяются вместе с изменением способа производства. Политические отношения, например эпохи рабства, коренным образом отличаются от политических отношений буржуазного общества, хотя функции их в целом сохранились.

Политические отношения делятся на внешние и внутренние. Внутренние отношения касаются классов, партий, индивидов данного общества, и от их стабильности зависит стабильность социума. Они никогда не бывают абсолютно гармоничными, но когда усиливаются противоречия между классами, то происходит социально-политический взрыв, что порою приводит к глубоким изменениям политических отношений. Внешние политические отношения касаются взаимоотношений государств, которые вовлечены в орбиту международной политики. Наиболее близкие, но отнюдь не всегда дружеские, отношения складываются между соседними государствами, так как они имеют больше точек соприкосновения. Внутренние и внешние политические отношения неразрывно связаны между собой. Но примат принадлежит внутриполитическим отношениям, ибо от их стабильности зависит стабильность внешних политических отношений.

Политическая организация или система есть совокупность организаций, учреждений, институтов, призванных регулировать отношения между классами, группами, индивидами и т.д. для поддержания жизнедеятельности социума. Это прежде всего государство и политические партии. Все остальные многочисленные организации (спортивные, профсоюзные, молодежные, религиозные и др.) не являются политическими организациями, потому что политика непосредственно не входит в сферу их деятельности, хотя она их опосредованно касается.

Политические партии в строгом смысле слова, т.е. партии профессионально и постоянно занимающиеся политической деятельностью и структурно оформленные как политические партии со своими учреждениями, возникли в эпоху капитализма. В докапиталистических классовых обществах роль таких партий выполняли различные группировки, которые после реализации определенных задач, как правило, распадались. В условиях буржуазных общественных отношений, когда власть разделилась на представительную (законодательную), исполнительную и судебную, когда усложнились классовые взаимоотношения и внутриклассовые различия, объективно возникла необходимость в существовании политических партий, выражающих интересы различных

классов, слоев и социальных групп. Один и тот же класс может иметь несколько политических партий. Это связано с тем, что сами классы очень гетерогенны, и слои, находящиеся внутри класса, имеют не только общие, но и частные интересы, выразителями которых выступают партии.

Основной вопрос политики - это завоевание и укрепление государственной власти. Поэтому в центре ее находится государство, которому, как уже было показано в первой части нашей работы, огромное внимание уделяли мыслители всех времен. В самом деле, государство управляет экономикой либо регулирует хозяйственную деятельность, руководит общественными делами, выступает в роли регулятора классовых, национальных и иных конфликтов, возникающих в обществе.

Генезис государства, как уже отмечалось, философы интерпретировали по-разному. На мой взгляд, наиболее достоверной является марксистская концепция, потому что она исходит из самой исторической действительности, показывает исторический процесс в развитии, которое неизбежно и с необходимостью приводит к появлению антагонистических классов, один из которых эксплуатирует другой, и чтобы их борьба не уничтожила существующие порядки и общество в целом, возникает сила, которая призвана стабилизировать ситуацию. Обобщая идею генезиса государства, Энгельс пишет: "Итак, государство никоим образом не представляет собой силы, извне навязанной обществу. Государство не есть также "действительность нравственной идеи", "образ и действительность разума", как утверждает Гегель. Государство есть продукт общества на известной ступени развития, государство есть признание того, что это общество запуталось в неразрешимое противоречие с самим собой, раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно бессильно. А чтобы эти противоположности, классы с противоречивыми экономическими интересами, не пожрали друг друга и общество в бесплодной борьбе, для этого стала необходимой сила, стоящая, по-видимому, над обществом, сила, которая бы умеряла столкновения, держала его в границах "порядка" и эта сила, происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, все более и более отчуждающая себя от него, есть государство". Ленин характеризовал государство как продукт непримиримости классовых противоречий.

Поскольку государство возникло вместе с антагонистическими классами, оно не может не иметь классового характера, и тот класс, который играет господствующую роль в обществе, использует государство в своих интересах. Так, французская буржуазная революция 1789-1794 годов привела к власти буржуазию, которая сразу же приступила к ликвидации феодальных институтов и порядков. Она уничтожила сословность, привилегии, институт наследственного дворянства и т.д. Наиболее рельефно буржуазные ценности изложены в Конститу-

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.21 .С. 169-170.

95

ции Французской Республики 5 фрюктидора 111 года. (22 августа 1795 года). В ней, в частности о правах, говорится: "Ст. 1. Правами человека в обществе являются свобода, равенство, безопасность, собственность. 2. Свобода состоит в возможности действовать не во вред правам другого. 3. Равенство состоит в том, что закон является равным для всех как в тех случаях, когда он охраняет, так и в тех случаях, когда он наказывает. Равенство не допускает никаких различий в зависимости от рождения, никакой наследственной власти. 4. Безопасность основывается на содействии всех в обеспечении прав каждого. 5. Собственность является правом пользоваться и распоряжаться своим достоянием, своими

доходами, плодами своего труда и своего мастерства"

Вместе с тем, нельзя сводить функции государства только к защите классовых интересов. Это его главная функция. Но у него есть и другие функции: защита национального суверенитета и национальных интересов, защита территориальной целостности, контроль за соблюдением законов всеми гражданами, ведение международных дел и т.д. Государство как новое социальное образование имеет свои признаки: 1) территория, 2) публичная власть, 3) налоги.

Территория. Без строго очерченной фиксированной территории

нет единого государства. В первобытном обществе род тоже имел терри-

торию, но она не была четко обозначена и часто менялась, когда пере-

ставала давать необходимые средства к существованию. С разложением

родового строя территория оставалась, но люди стали более подвижны-

ми, поскольку они уже не были связаны между собой кровнородствен-

ными узами, и поэтому те, кто жил на данной территории, объявлялся

гражданином безотносительно к роду или племени.

Публичная власть. Она включает армию, которая обязана охра-

нять границы и территориальную целостность государства, полицию

(милицию), следящую за общественным порядком и безопасностью

граждан, государственный аппарат, суд, прокуратуру, тюрьмы, жан-

дармерию и т.д.

Налоги. Они необходимы для содержания публичной власти, вы-

полнения тех или иных государственных программ (образование, пен-

сии, стипендии, нужды на культуру и т.д.).

Таким образом, государство есть общность людей, объединенных

общей территорией, общими правовыми законами и публичной вла-

стью, а также налогами. Эта дефиниция государства не претендует на

истину в последней инстанции, но, по крайней мере, указывает на его

сущностные характеристики.

Государство осуществляет внутреннюю и внешнюю политику.

Внутренняя политика имеет целью регулирование отношений между

классами, различными группами людей, а также между личностью и

1 Документы истории Великой французской революции: В 2 т. Т. \. С. 814-815.

96

обществом. Как уже отмечалось, в классовом обществе государство

защищает прежде всего интересы господствующего класса. Ни одно

государство, например в эпоху рабовладельческого общества, не высту-

пало на стороне рабов или за отмену рабства. Но, кроме классовых

функций, государство выполняет внутри общества и другие функции.

Оно обязано следить за сохранением жизнеспособности общества, за

выполнением принятых законов и постановлений. Одним словом, оно

обязано проводить такую внутреннюю политику, которая бы сохраняла

стабильность общества.

Что касается внешней политики, то она направлена на защиту

национального суверенитета и территориальной целостности, на рас-

ширение своего влияния на ход международных событий и т.д. С воз-

никновением государства появляются межгосударственные связи, на-

лаживается экономическое и торговое сотрудничество, происходит об-

мен материальными и духовными ценностями, формируется политиче-

ское пространство, на котором более мощные государства подчиняют

себе менее сильные и навязывают им свою волю. А если они не подчи-

няются, то им объявляется война, которая как специфическое полити-

ческое явление занимала особое место в философии политики. Платон,

например, утверждал, что войны происходят из-за богатства. Гоббс же

причину войн видел в естественном равенстве людей, которое приводит

к войне все против всех. Греции, развивая теорию естественного права,

в отличие от Гоббса, считал, что результатом равенства должно быть нс

состояние войны, а мир и дружба. Саму войну он квалифицировал как

состояние борьбы. Кстати ему, принадлежит первая типологизация

войн. По его мнению, их можно разбить на частные, публичные и

смешанные. Под частной войной Гроций, по существу, понимает драку

между двумя или несколькими лицами. Публичная война ведется орга-

нами государственной власти, т.е. это есть война, объявленная одним

государством другому. Что касается смешанной войны, то она, с одной

стороны, носит публичный характер, а с другой, - частный.

В свою очередь публичные войны Гроций делит на торжественные

(справедливые) и неторжественные. Справедливая война, пишет он,

ведется с целью защиты национального суверенитета или же его восста-

новления. Оправдывая такие войны, Гроций тем не менее советует не

начинать их, а использовать все мирные средства для решения спорных

вопросов. Одновременно он осуждает неторжественные войны, лишен-

ные оправдательных причин.

Кант мечтал о вечном мире между народами. Но вначале он решил

изучить причины ненависти народов и государств друг к другу. По его

мнению, война и ненависть людей не содержат какую-нибудь разумную

собственную цель, и поэтому нужно <попытаться открыть в этом бес-

смысленном ходе человеческих дел цель природы, на основании кото-

рой у существ, действующих без собственного плана, все же была бы

возможна история согласно определенному плану природы> . Исходя

из этого, Кант стремится объяснить природу человека, его физиологи-

ческие и психологические особенности. Он утверждает, что все задатки

любого живого существа предназначены для целесообразного развития,

и если такого развития нет, то имеется не закономерная, а бесцельно

действующая природа, что противоречит телеологическому учению.

Природные задатки человека, обладающего разумом, получают свое

развитие, считает немецкий философ, не в индивиде, а в роде. Для их

проявления природа использует такое средство, как антагонизм: чело-

век, с одной стороны, не может жить без общения, а с другой, - стре-

мится к уединению. Поэтому он ожидает, что встретит сопротивление

со стороны других, и именно это заставляет его действовать. Иначе

говоря, согласно Канту, там, где нет противоречий и взаимных столк-

новений, нет развития ни самого человека, ни его культуры. Кант

полагает, что причины войны проистекают из стремления создать новые

отношения между государствами, но через некоторое время эти отно-

шения снова приводят к военным столкновениям. Поэтому необходимо

основать международный союз государств, в котором каждое государст-

во чувствовало бы себя свободным и в то же время не мешало бы другим

нормально жить.

В своем учении о войне и мире Кант исходит из выдвинутого им

категорического императива: <Поступай только согласно такой макси-

ме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы

она стала всеобщим законом> . Он полагает, что каждое государство

должно поступать так, чтобы не причинять другому ущерба и не заде-

вать его интересы. Как и многие другие мыслители, Кант важное зна-

чение придавал разработке международного права, регулирующего го-

сударственные отношения и запрещающего вмешательство во внутрен-

ние дела других государств.

Кантовская концепция вечного мира носит утопический характер,

но важно то, что родоначальник классической немецкой философии

осуждал войны, выступал в защиту гуманизма и установления подлин-

но мирных отношений между государствами.

Соотечественник Канта Клаузевиц непосредственно связал поли-

тику и войну: <... Война есть не что иное, как продолжение политиче-

ских отношений с привнесением иных средств> . Нельзя думать, пишет

Клаузевиц, что после начала войны прекращаются политические отно-

шения, поскольку эти отношения выступают как целое, а война есть

часть этого целого. Война обладает теми свойствами, которые имеет

политика. Именно политика порождает войну, а не наоборот. Объявив-

шее войну правительство до начала военных действий проводит опре-

1 Кант И. Соч. Т. 6. С. 8.

2 Там же. Т. 4. С. 260.

3 Клаузевиц. О войне. III. М., 1933. С. 101.

деленную политику, направленную на удовлетворение своих интере-

сов, и когда она не дает желаемых результатов, то правительство пере-

ходит к другой форме политики - к войне. Ее целью является сокру-

шение политики противника военными средствами.

Клаузевиц ближе всех подошел к философско-политической ха-

рактеристике войны, определив ее как продолжение политики насиль-

ственными средствами. Но ему все же не удалось раскрыть причины

войны. Их выяснение требует изучения экономических условий жизни

людей, концентрированным выражением которых является политика.

Война - это насилие, а проведение насильственной политики во многом

зависит от экономической мощи государства. Производитель более со-

вершенного оружия побеждает производителя менее совершенного ору-

жия при всех прочих равных условиях. Но выпуск более мощного ору-

жия зависит от уровня экономики.

Истоки войны уходят в первобытное общество, когда одно племя

воевало с другим. Но в строгом смысле слова они не были войнами,

потому что не преследовали цели подчинения одного племени другому,

хотя могли всех членов племени истребить или превратить в рабов. Они

заранее не готовились. Это были конфликты, часто имевшие трагиче-

ский характер, но все же конфликты. Проведение военных операций -

явление сложное. Война связана с более или менее регулярной армией,

которая готовится к войне в мирное время и т.д. и т.п. Все это стало

возможно только в эпоху классового общества. Поэтому война есть

продукт классового общества, когда появилось государство со своими

признаками и когда социум уже имеет не примитивный, а сложноост-

руктурированный характер. Война есть организованная вооруженная

борьба между народами, государствами или классами. Ее могут вести

либо два государства (локальные войны), либо множество государств

(мировая война), либо различные классы (гражданские войны).

Классификация войн. Со времен Греция принято делить войны на

захватнические и оборонительные. Первые преследуют цель завоева-

ние чужих территорий, навязывание другим государствам своей воли и

порядков. Вторые - защиту национального суверенитета и территори-

альной целостности. Но любая война вместе с тем преследует и опреде-

ленные классовые интересы. Юлий Цезарь завоевывал Европу, прежде

всего в интересах римской знати, а не бедноты. В 1991 году США

бомбили Ирак не потому, что защищали Кувейт, а потому что надо было

сохранить, а затем и усилить свое господство на Ближнем Востоке, что

дает им возможность контролировать нефтяные богатства арабских

стран. Но вместе с тем следует сказать, что нельзя абсолютизировать

классовый интерес. Есть и другие причины, порождающие войны.

Л.Н.Гумилев, например, большое значение придает пассионарности,

под которой он подразумевает <эффект избытка биохимической энер-

гии живого вещества, порождающий жертвенность часто ради иллюзор-

ной цели>^. Речь идет о том, что этносы и индивиды, наделенные опре-

деленными страстями , часто совершают поступки, которые можно

только объяснить стремлением к реализации цели, необъяснимой с

помощью общепринятых норм поведения людей. Пассионарными лич-

ностями Л.Н. Гумилев объявляет Александра Македонского, Наполео-

на Первого и многих других. Александр Македонский все имеет от

рождения, но тем не менее занялся завоевательными походами, в ре-

зультате которых была создана огромная империя. <Вряд ли стоит, -

пишет Л.Н. Гумилев, - искать причину, толкнувшую македонского

царя в поход, в стремлении к приобретению рынков для торговых горо-

дов или к уничтожению финикийской конкуренции Афин и Коринфа,

которые только что были покорены силой оружия, продолжали оста-

ваться врагами Македонии, а жертвовать собой ради врага уж вовсе

бессмысленно. Так что мотивы поведения Александра приходится ис-

кать в его собственном характере. Два качества, доведенные до крайно-

сти, отмечают у Александра и Арриан, и Плутарх: честолюбие и гор-

дость, т.е. проявления описанной нами пассионарности. Этого избытка

энергии оказалосьдостаточнонетолькодляпобеды, ноидлятого, чтобы

принудить своих подданных вести войну, которая была им нужна> .

Не отрицая роли личных качеств, в том числе страстей, в тех или

иных исторических событиях, в то же время, на мой взгляд, нельзя

только ими объяснять деятельность любого индивида, а тем более таких

личностей, как Александр Македонский, Ганнибал или Наполеон Пер-

вый. Посмотрим, что говорит карфагенский полководец Ганнибал сво-

им войскам перед началом боевых действий против римлян. Речь его

была передана римским историком Титом Ливием: <Мы начинаем вой-

ну, мы грозною ратью надвигаемся на Италию; мы потому уже должны

обнаружить в сражении более смелости и стойкости, чем враг, что

надежда и бодрость всегда в большей мере сопутствуют нападающему,

чем отражающему нападение. К тому же нас воспламеняет и подстре-

кает гнев за нанесенное нам возмутительное оскорбление: они ведь

потребовали, чтобы им выдали для казни первым делом меня, предво-

дителя, а затем и вас, осадивших Сагунт, и собирались, если бы нас им

выдали, предать нас самым жестоким мучениям! Этот кровожадный и

высокомерный народ воображает, что все принадлежит ему, все должно

слушаться его воли. Он считает своим правом предписывать нам, с кем

нам вести войну, с кем жить в мире. Он назначает нам границы, запи-

рает нас между гор и рек, не дозволяя переходить их, и сам первый

переступает им же положенные границы. <Не переходи Гибера!> - <Не

буду>. - <Не трогай Сагунта!> - <Да разве Сагунт на Гибере?> -

<Нужды нет; не смей двигаться с места!> - <Стало быть, тебе мало того,

что ты отнял у меня мои исконные провинции, Сицилию и Сардинию?

1 Гумилев Л.Н. Энтогенез и биосфера земли. М., 1994.С. 497.

2 По-французски: la passion. Отсюда пассионарность.

3 Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера земли. С.265.

Ты отнимаешь и Испанию, а если я уступлю ее тебе, грозишь перейти

в Африку?.. Нигде не оставлено нам ни клочка земли, кроме той, кото-

рую мы отвоюем с оружием в руках> . Отсюда видно, что не страсти вели

Ганнибала в походы против римлян, а любовь к Родине, стремление к

сохранению ее независимости, к защите человеческого достоинства.

Наполеон Первый был честолюбив, но воевал с европейскими держава-

ми, прежде всего потому, что защищал французскую революцию и

вообще Францию, которую реакционные режимы терпеть не могли.

Итак, война есть продолжение политики иными средствами, но

политика будет функционировать до тех пор, пока есть государство.

Государство же, по всей вероятности, будет существовать до тех пор,

пока будет жить человечество. Отсюда неизбежный вывод: война -

естественный спутник человечества. Этот вывод может показаться ци-

ничным, но лучше горькая правда, чем красивая ложь.

Формы государственного правления. В первой части нашей рабо-

ты было показано, что все философы политики важное значение прида-

вали формам правления. Одни предпочитали монархию, другие ари-

стократию, третьи демократию и т.д.

На мой взгляд, в истории имеются две главные формы государст-

венного правления - монархия и демократия, которые проявлялись

по-разному в зависимости от специфики страны. Обе формы правления

возникли еще в античном мире. Греки и римляне являются пионерами

в установлении демократического государственного устройства. Антич-

ная демократия имела некоторые специфические черты, на которые

обратил внимание еще Гегель. Во-первых, она носила ограниченный

характер, так как рабы были исключены из жизни общества. Рабство,

<являясь необходимым условием прекрасной демократии, при которой

всякий гражданин имел право и был обязан произносить и выслушивать

на площади речи об управлении государством, принимать участие в

гимнастических упражнениях и в празднествах> . Во-вторых, как пи-

шет тот же Гегель, античная демократия была возможна только в госу-

дарствах-полисах, потому что все граждане фактически знали друг

друга, имели общий менталитет и общий стиль жизни. И нетрудно было

кому-то выступать и склонять слушателей на свою сторону. Античная

демократия носила непосредственный характер. И как только увели-

чивались размеры государства, демократии приходил конец. Так было

в Греции, так было и в Риме.

С переходом от рабства к феодализму доминирующей формой

правления становится монархия. Это связано с тем, что государства

территориально расширяются, но экономически пока единого целого не

представляют. Они делились на удельные княжества, ведшие самосто-

ятельный образ жизни и часто не желавшие подчиняться единому госу-

дарственному управлению. Наиболее сильное в военном отношении

1 История античности. Т. 2. Древний Рим. М., 1989. С. 163-164.

2 Гегель. Философия истории. СПб., 1993. С. 281.

княжество подчиняло себе все остальные и таким образом его глава

превращался в единоличного правителя всех подчиненных ему земель.

Экономически же эти княжества не имели тесных контактов, произво-

дительные силы были слабо развиты, что исключало формирование

единого экономического рынка.

Надо сказать, что средневековье (феодализм в основном приходит-

ся на этот отрезок времени) в техническом отношении особых успехов

не имело. Как пишет крупнейший французский медиевист Жак Ле

Гофф, <механизация практически не сделала никакого качественного

прогресса в средние века. Почти все употреблявшиеся тогда механизмы

были описаны учеными эллинистической эпохи, главным образом алек-

сандрийскими, которые нередко намечали и их научную теорию. Сред-

невековый Запад, в частности, не ввел ничего нового в системы транс-

миссий и преобразования движения. Пять <кинематических приво-

дов> - винт, колесо, кулачок, стопор, шкив - были известны в антич-

ности> . Поскольку феодальное государство не имело единого

экономического фундамента, целостность государства, его суверенитет

и независимость могли поддерживаться только монархией. И во многом

благополучие государства определялось личными качествами монарха:

его интеллектом, образованием, государственным мышлением, умени-

ем окружать себя на льстецами, а независимо мыслящими советниками.

Со становлением буржуазных общественных отношений бурное

развитие получили производительные силы. <Буржуазия менее чем за

сто лет своего классового господства создала более многочисленные и

более грандиозные производительные силы, чем все предшествовавшие

поколения, вместе взятые> . Могучий рост производительных сил при-

водит к формированию единого экономического рынка в масштабах

всего государства, образуется единая нация, имеющая общий язык,

общую территорию, общую экономику и общий менталитет. В итоге

получается единое экономическое, политическое и духовное простран-

ство. Теперь главной задачей управления внутри государства выступа-

ет правовое регулирование отношений классов, личности и общества, а

также различных этносов (если государство полиэтническое). Это

очень сложная и комплексная задача, которую не может решить ни один

монарх. Поэтому появляется необходимость разделения властных фун-

кций: на законодательную, исполнительную и судебную. В первой час-

ти я уже показал, как многие мыслители прошлого представляли себе

такое разделение власти. По существу, во всех буржуазных странах

действует принцип разделения власти, но в каждом государстве он

проявляется по-разному в зависимости от исторических традиций,

уровня экономического развития общества, политической культуры

народа и т.д. Скажем, в Европе этот принцип действует несколько

иначе, чем в Азии или в государствах Латинской Америки. Но везде

1 Жак Лек Гофф. Цивилизация средневекового Запада. М., 1992. С. 189.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 4. С. 42.

разделение власти предполагает выборность всех органов и соблюдение

демократических норм.

Слово <демократия>, как известно, греческого происхождения и

буквально означает <власть народа>. В античном мире, как уже отме-

чалось, были демократические государства, когда народ принимал не-

посредственное участие в правлении. В эпоху феодализма в этом смысле

не было демократии. Она снова появилась вместе с капитализмом. На-

род избирает себе руководителей, доверяет им свою судьбу и будущее.

Демократия в свою очередь обязана защищать его интересы. Но это в

идеале, а от идеала до действительности дистанция огромная. Что же

мы видим в реальной жизни?

1. Демократия в настоящее время есть такой же миф, как, напри-

мер, свобода, равенство и братство. Она носит классовый характер и

будет всегда классовой. Вспомним Гоббса: <Я не сомневаюсь в том, что

если бы истина, что три угла треугольника равны двум углам квадрата,

противоречила бы чьему-либо праву на власть или интересам тех, кто

уже обладает властью, то, поскольку это было бы во власти тех, чьи

интересы задеты этой истиной, учение геометрии было бы если не оспа-

риваемо, то вытеснено сожжением всех книг по геометрии> . Абсурдно

думать, что, скажем в США, президент и конгрессмены, избранные

демократическим путем, будут в первую очередь защищать интересы

обездоленных. О последних они думают постольку, поскольку, во-пер-

вых, нужны их голоса и, во-вторых, могут вызвать огромный социаль-

ный взрыв. Люди голосуют время от времени, а потом о них забывают.

Человек чувствует себя одиноко как в самых демократических государ-

ствах, так и в диктаторских. Если у него нет капитала, работы, жилья,

то он обречен и ему безразлична всякая демократия.

II. Демократия, если даже ее считать наиболее оптимальной фор-

мой государственного правления, не готовое состояние, а длительный и

мучительный процесс. И, возможно, многие государства останутся за

рамками демократических институтов, хотя в потенции они могут стать

демократическими. Но одно дело в потенции, а совсем другое дело в

действительности. Нельзя не вспомнить в этой связи Гегеля: <Возмож-

но, - писал он, - что сегодня вечером упадет луна на землю, ибо луна

есть тело, отделенное от земли, и может поэтому также упасть вниз, как

камень, брошенный в воздух; возможно, что турецкий султан сделается

папой, ибо он человек и может как таковой обратиться в христианскую

веру, сделаться католическим священником и т.д. В этих разговорах о

возможности преимущественно используется закон достаточного осно-

вания, применяемый вышеуказанным нами способом - утверждают:

возможно то, в пользу чего можно найти основание. Чем необразован-

нее человек, тем менее известны ему определенные отношения предме-

тов, которые он намерен рассматривать, тем больше он склонен распро-

1 Гоббс. Избр. произв. Т. 2. С. 133.

страняться о всякого рода пустых возможностях, как это, напри-

мер, бывает в политической области с так называемыми политика-

ми пивных> .

III. Демократия базируется на всеобщем избирательном праве, со-

гласно которому каждый гражданин имеет право принимать участие на

выборах и голосовать за того кандидата, программа которого ему боль-

ше всех импонирует и реализация которой в случае избрания этого

кандидата может улучшить его жизненные условия. Но это в свою

очередь связано, во-первых, с уровнем политического сознания обще-

ства и каждого его члена, во-вторых, с получаемой информацией. А ее

подают современные средства массовой информации (СМИ).

Давно известно, что СМИ представляют четвертую власть, что от

них очень многое зависит в политике. Это понимал еще Наполеон, когда

из 73 газет, издаваемых в Париже, было закрыто вначале 60, а потом

еще 9. Но особенно важна роль СМИ в наше время, когда благодаря

научно-технической революции они получили огромные возможности

формировать общественное мнение и оказывать решающее влияние на

политическую жизнь. Сегодня можно смело сказать, что тот, кто конт-

ролирует СМИ, контролирует все общество, контролирует воззрения

людей. Вот почему все политики так упорно цепляются за СМИ и

особенно за телевидение.

СМИ породили такую страшную болезнь, как социальный идиотизм. Обычно под идиотизмом понимают врожденное слабоумие. Его изучением занимается психология. Но под социальным идиотизмом следует подразумевать такое состояние сознания общества, когда оно не может адекватно отражать окружающую социальную действительность.

Социальный идиотизм близок к иррационализму, но не тождестве-

нен ему. Дело в том, что иррационализм связан с бессознательными

действиями человека, с чувственной формой познания. Что касается

социального идиотизма, то его следует рассматривать в единстве чувст-

венного и рационального познания. Индивид логически правильно рас-

суждает, но его рассуждения противоречат тому, что есть в реальной

действительности. Он видит черное, а говорит белое, и это не потому,

что у него есть какие-то психические отклонения. Социальным идио-

тизмом болеют не только малограмотные люди, но и те, чей интеллек-

туальный уровень высок.

Очень велика роль телевидения в порождении социального идио-

тизма. Телевизор, представляющий собой <идиотский ящик>, из любого

нормального человека может сделать идиота. Вообразим себе такую

картину: всегда с вами находится человек (ведущий телепередачу),

которого вы, быть может, в жизни никогда не видели. Но он вам близок,

1 Гегель. Энциклопедия философских наук. Т. 1. Наука логики. М., 1979. С. 316.

104

он вам ближе вашей жены, мужа, сестры или брата, потому что они вам

могут мешать, а он нет. Он вам предлагает удобнее расположиться в

кресле или лечь на диван и слушать его. Он вам не дает думать, да и вам

в этом нет необходимости. Он за вас все делает, а вы дожны слушать и

смотреть на него. Вы знаете ваша жизнь резко ухудшилась, но он вам

говорит, что это временные трудности и что рейтинг руководителей

страны повышается. А вы этому верите и не можете не верить, потому

что другие мнения до вас не допускаются. Таким образом, ведущий из

вас делает идиота, но вы готовы слушать его еще раз, смотреть и любо-

ваться его телодвижениями.

Выигрывает выборы тот, кто распоряжается СМИ, а ими распоря-

жаются те, кто их финансирует, платит за эфирное время. А деньги

имеют буржуазные партии, так как они защищают интересы богатых

людей. Они скупают не только СМИ, но и голоса избирателей. Послед-

ним дают деньги, организуют для них бесплатные обеды и т.д. Короче,

используются все способы, в том числе грязные, во время избирательной

кампании.

IV. После окончания выборов избиратели начисто исключаются из

политической жизни. Правительство и депутаты могут теперь спокойно

себя чувствовать. Они время от времени устраивают пресс-конферен-

ции , информируют в нужном им духе журналистов, но никаких отчетов

о своей работе не делают. Избиратель же остается наедине со своими

проблемами. Ему некуда обратиться, он отчужден от власти и не может

влиять на ее решения. Избиратель сделал свое дело и теперь может

спокойно умереть или ждать следующих выборов. Но и они ему ничего

не принесут, потому что вновь избранные депутаты, как и их предше-

ственники, о нем забудут. И так происходит после всех выборов. Таково

действительное лицо современной западной демократии. И как ни

вспомнить меткую характеристику демократии, данную Н.А. Бердяе-

вым: <... Демократия знает только формальный принцип волеизъявле-

ния, которым дорожит превыше всего и который ничему не хочет под-

чинить. Демократия безразлична к направлению и содержанию народ-

ной воли и не имеет в себе никаких критериев для определения истин-

ности или ложности направления, в котором изъявляется народная

воля... Демократия не знает истины, и потому она предоставляет рас-

крытие истины решению большинства голосов> .

V. Видный французский политик М.Рокар пишет, что <всеобщее

избирательное право начинает терять свою эффективность, поскольку

важные решения, которые необходимо бывает принять, все меньше

могут быть отложены до тех пор, пока люди, выбранные на его основе,

сумеют высказать свое мнение. По этой причине такие механизмы, как

парламент, начинают терять свое влияние> . Даже в странах с устано-

1 Бердяев Н.А. Новое средневековье. М., 1991. С. 63.

2 Рокар М. Трудиться с душой. М., 1990. С. 133.

вившимися демократическими традициями люди большее значение

придают субъектам исполнительной, чем законодательной власти, по-

тому что в конечном итоге от них зависит решение каждодневных

вопросов. А что касается государств, где такие традиции отсутствуют,

то там народ с недоверием относится к представителям законодательной

власти, и мало беспокоится, когда исполнительная власть игнорирует

ее законы или вовсе запрещает. Он считает, что депутаты много гово-

рят, но мало делают. Вообще парламентская говорильня народу дорого

обходится, если к тому же учесть, что современная говорильня обслу-

живается сотнями тысяч работников радио и телевидения, газет и жур-

налов.

VI. Демократия в западном смысле не обеспечивает главных прав

человека: право на труд, на образование и на отдых. Псевдосвобода

демократии оборачивается для среднего человека отсутствием реальной

свободы, ибо он не может удовлетворить свои элементарные потребно-

сти, проявить свои физические и духовные потенции. Она разделяет

людей на богатых и бедных, на эксплуататоров и эксплуатируемых. И,

как говорится, во дворцах мыслят иначе, чем в хижинах. Эта демокра-

тия не консолидирует людей, а дезинтегрирует их.

VII. Проповедники <демократии> много пишут о правах человека.

Но они их фактически сводят к <правам> животного. Животное <имеет

право> не есть, не <работать>, не иметь жилья, не <отдыхать>, умирать

и т.д. Но оно не выходит за пределы природы и, так сказать, находится

внутри нее. Поэтому все его <права> даны самой природой. Иными

словами, говорить о <правах> животного абсурдно. Права возникают в

обществе. Они - продукт взаимодействия людей. В процессе этого

взаимодействия индивиды в сложной социальной иерархии занимают

разное социальное положение, позволяющее одним ограничивать права

других, не давать им возможности проявлять себя, удовлетворять свои

реальные материальные и духовные интересы.

Права человека имеют конкретный, а не абстрактный характер.

Они реализуются в зависимости от социального и экономического по-

ложения индивида. Богатый человек имеет право, собственно говоря,

на все: на жилье, на отдых, на образование, на путешествия... Поэтому

ему, в сущности, от государства ничего не требуется. Ему нужно только,

чтобы его богатство надежно защищалось. Бедный человек тоже имеет

право на все, но фактически он бесправен, потому что у него нет денег

ни на жилье, ни на путешествия, ни на отдых, ни, порою, даже на кусок

хлеба. То же самое касается социальных классов. Один живет за счет

эксплуатации другого. Он на это имеет право. Но и эксплуатируемый

класс имеет право на забастовки, на восстания и т.д. Могут сказать, что

революционные взрывы, восстания и забастовки расшатывают обще-

ство. Это верно, но верно и то, что человечество не .имеет право на

существование, когда большинство людей не в состоянии удовлетворить

свои элементарные потребности, а меньшинство живет в роскоши.

Реализация прав человека во многом также зависит от традиций,

обычаев и конкретно-исторических условий. На Западе очень модно в

настоящее время навязывать свои ценности остальному миру, выдавая

их за общечеловеческие. В этой связи особое внимание обращается на

права человека. Но западные представления о правах человека и пред-

ставления о них в других регионах сильно отличаются друг от друга. На

Западе доминирует индивидуализм, а на Востоке - коллективизм. Не

случайно теория естественного права возникла на Западе в период бур-

ного формирования буржуазных общественных отношений. Новый

строй требовал освобождения человека от религиозных и экономиче-

ских оков средневековья. Ему нужен был предприимчивый, свободный

от всяких условностей, готовый идти на риск человек. И такой человек

постепенно сформировался. Он приспособился к новым общественно-

политическим порядкам, уважает принятые государством законы, по-

становления и другие законодательные акты, старается действовать в

их рамках, хотя нередко их нарушает. Он предпочитает жить более или

менее независимо от родителей, вообще от родственников.

Восточный человек, даже в развитых капиталистических странах,

имеет другие представления о своих правах. Он уважает традиции и

обычаи предков, прислушивается к голосу старших, особенно родите-

лей. На Востоке радиус родственных связей намного шире, чем на

Западе.

Нельзя не обратить внимания и на то, что современные интерпре-

таторы забыли лозунг Великой французской революции XVIII века:

<Свобода, равенство, братство>. Они только берут свободу, предполага-

ющую предоставление соответствующих прав человеку. Но свобода без

социального равенства - пустой звук. О свободе можно говорить лишь

в том случае, если индивиды имеют одинаковые стартовые возможно-

сти. Но исторический и современный опыт свидетельствует о том, что

свободнее чувствуют себя богатые люди, имеющие доступ ко всем цен-

ностям.

Кроме того, нельзя отрывать права человека от прав народов на

самоопределение. В полиэтническом государстве - в мире почти все

государства являются полиэтническими - права человека в первую

очередь реализуются через права народов и наций. В реальной жизни

большими правами пользуется представитель того народа, который до-

минирует в данном обществе.

Несколько иначе формировались восточные государства в силу гео-

графических и иных условий. В некоторых государствах Востока, на-

пример, не было частной собственности на землю. Этот факт Энгельс

объясняет так: <Отсутствие частной собственности на землю действи-

тельно является ключом к пониманию всего Востока. В этом основа всей

его политической и религиозной истории. Но почему восточные народы

не пришли к частной собственности на землю, даже к феодальной соб-

ственности? Мне кажется, что это объясняется главным образом клима-

том и характером почвы, в особенности же великой полосой пустынь,

которая тянется от Сахары через Аравию, Персию, Индию и Татарию

вплоть до наиболее возвышенной части азиатского плоскогорья. Первое

условие земледелия здесь - это искусственное орошение, а оно являет-

ся делом либо общин, либо провинций, либо центрального правитель-

ства> . На роль природы и ее влияние на формирование русского цент-

рализованного государства обращали внимание выдающиеся русские

историки С.М.Соловьев и В.О.Ключевский. В России холодный климат,

низкое плодородие почвы, огромные пространства требовали создания

централизованного, если угодно, деспотического государства, сосредо-

точившего в своих руках все рычаги управления и нередко приносивше-

го интересы отдельной личности в жертву интересам всего государства.

В Китае, как пишет Э.С.Кульпин, уже в древности <мы наблюдаем

не только неизменную направленность политики центрального прави-

тельства, на протяжении многих веков стремящегося развивать земле-

делие, ирригационное строительство, ограждать крестьян от разорения

и, напротив, ограничивать развитие торговли и промышленности, рос-

товщичества, но и разную степень активности государства в области

социально-экономической политики и эффективности его мероприя-

тий> . В восточных странах сильны традиции патернализма. Граждане,

в отличие от Запада, надеются не столько на себя, сколько на централь-

ные органы власти. Поэтому восточные государства несколько иначе

представляют себе права человека. И нельзя не считаться с этими реа-

лиями. Мир многообразен, и следует исходить из того, что многообразие

не исключает единства, но и единство не должно исключать многообра-

зия.

Я не случайно так долго остановился на демократической форме

правления. В современной политической философии никто не вспоми-

нает ни об олигархии, ни об аристократии применительно к нынешним

государствам. Все виды правления, по существу, сводятся либо к демок-

ратии, либо к диктатуре, либо к тоталитаризму. Под демократией

подразумеваются западные (буржуазные) государства. Они представ-

лены как эталоны для всех остальных. Но вспомним H.A.j Бердяева:

<Государственный абсолютизм в демократиях также возможен, как в

самых крайних монархиях. Народовластие также может лишить лич-

ность ее неотъемлемых прав, как и единовластие. Такова буржуазная

демократия с ее формальным абсолютизмом принципа народовла-

стия> . Под диктатурой подразумеваются незападные, как правило,

латиноамериканские, некоторые африканские и азиатские государства,

под тоталитаризмом - бывшие социалистические и фашистские стра-

ны. Отождествление социализма с фашизмом не выдерживает никакой

критики и остается на совести тех, кто знает о диаметральной противо-

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 28. С. 221.

2 Кульпин Э.С. Человек и природа в Китае. М., 1990. С. 107.

3 Бердяев Н.А. Судьба России. М., 1990. С. 210.

положности этих двух режимов, но сознательно дискредитирует соци-

ализм, которому несомненно, принадлежит будущее, ибо именно он

обеспечивает человеку право на труд, на образование, на жилье, на

здравоохранение и создает одинаковые стартовые условия для проявле-

ния своих творческих потенций. Именно он может обеспечить реаль-

ную демократию, т.е. реальное участие в делах общества.

Я не анализируя термин <тоталитаризм>, поскольку он является

порождением холодной войны и несет только идеологическую нагрузку.

Если же под этим термином подразумевать подчинение личности госу-

дарству, личных интересов общим, то все формы правления можно

назвать тоталитарными, так как государство потому и называется госу-

дарством, что прежде всего защищает общие, классовые, государствен-

ные и т.д., а затем частные и личные интересы. Это подтверждается всем

ходом мировой истории.

По моему мнению, в современном мире условно можно выделить

две формы государственного правления: демократию и диктатуру. Обе

они базируются на принципах выборности, за исключением военных

диктатур, потому что власть, как это было в монархиях, не передается

по наследству, а определяется путем всеобщих выборов, которые про-

текают в зависимости от традиций страны, от уровня политической

культуры народа, от международной ситуации и т.д.

Какой режим лучше: демократический или диктаторский? На

первый взгляд ответ ясен: конечно, демократический. Однако не будем

спешить с ответом, ибо постановка вопроса носит моральный, а не

политический характер. С точки зрения морали безусловно, демокра-

тия лучше, чем диктатура, потому что человек себя чувствует свобод-

ным, не боится, что его в любое время могут незаконно арестовать и т.д.

Но с точки зрения политики, это не всегда так. Представим себе такую

картину: диктаторское государство объявило войну демократическому.

Последнее вместо того, чтобы мобилизовать все силы для отражения

боевых действий агрессора, на парламентских заседаниях неделями

рассуждает о том, объявлять мобилизацию или нет. Очевидно, что в

случае войны, а также в экстремальных ситуациях демократические

методы правления могут привести к гибели государства и к миллионным

жертвам. Поэтому они должны быть заменены диктаторскими, нежела-

тельными, но необходимыми и неизбежными методами правления. Вот

почему вопрос надо ставить политически: какая форма правления в

данных конкретных условиях больше подходит обществу? Ответ будет

иметь политический характер, а именно: та форма правления (демок-

ратическая или диктаторская), которая в данных конкретных усло-

виях способствует эффективному развитию экономики, стабилиза-

ции общества, создает необходимые предпосылки для проявления фи-

зических и духовных потенций человека, гарантирует ему самые важ-

ные права - право на труд, на образование, на жилье, на бесплатное

здравоохранение и т.д.

Политические интересы и идеи. Каждый класс имеет свои интере-

сы, реализация которых требует определенного теоретического обосно-

вания. Этим занимаются политические партии и идеологи. Они разра-

батывают политические программы, в которых излагаются цели и зада-

чи партии, а также средства их достижения. Идеологи партии в научном

или псевдонаучном плане доказывают, что их партия действительно

выражает интересы всего общества. Иначе говоря, они представляют

интересы своего класса как интересы всего государства и тем самым

пытаются убедить всех граждан в том, что наиболее оптимальным ва-

риантом развития и стабильности является реализация политических

установок данного класса. В пропаганду этих установок включаются все

средства массовой информации - мощнейший механизм обработки

общественного мнения. Сама политическая программа выступает как

главное средство распространения политических установок партии.

Встает вопрос об истинности или ложности самой пропаганды. Трудно

выделить критерий истинности пропаганды, но несомненно одно: наря-

ду с истинными утверждениями в пропаганде все больше встречаются

софистические лозунги, а то и просто обман, особенно это касается

буржуазных партий, стоящих у власти и стремящихся к ее сохранению.

Пропаганда - это игра, но игра серьезная и порой опасная, поскольку

последствия ее могут оказаться трагическими для общества.

Глава 2. Политика и власть

Общая характеристика власти. Политика - это власть, хотя не

всякая власть имеет политический характер. Власть - самое загадоч-

ное явление. Почему малолетнему наследнику подчиняются убеленные

сединами люди, имеющие огромный политический опыт? Почему сын

выступает против отца из-за власти и принимает активное участие в

дворцовом перевороте? Ведь материально он полностью обеспечен.

Стремление к власти обыватель объясняет лишь материальными

факторами. Петр хочет стать главой государства, рассуждает он, пото-

му что будет получать много денег, будет ездить на дорогих лимузинах,

будет всегда на виду, не будет испытывать никаких житейских трудно-

стей. Материальная сторона, конечно, имеет место, особенно для поли-

тикана. Но она появилась в эпоху сформировавшихся буржуазных об-

щественных отношений, когда человек освободился от феодальных оков

и благополучие его во многом стало определяться его собственной пред-

приимчивостью. Ведь в докапиталистических классовых обществах у

власти стояли богатейшие люди, и поэтому материальная сторона их

мало волновала. Более того, свое богатство они нередко использовали

для прихода к власти, о чем свидетельствует, например, история антич-

ного Рима. Да и в буржуазных странах вначале становятся богатыми, а

потом приходят к власти, ибо богатство дает возможность занять опре-

деленное положение в обществе, завязать контакты с власть имущими,

создать себе команду и объявить о своем намерении стать кандидатом,

скажем, в президенты. Стало быть, не власть делает человека богатым,

а богатство дает ему возможность прийти к власти.

Где искать истоки власти? Одни предлагают их искать только в

природе человека (Наполеон 1 стал императором, потому что он от

природы был властолюбив), другие - только в социальных условиях

(Наполеон 1 стал императором, потому что тогдашняя Франция нужда-

лась в императоре). Полагаю, что обе точки зрения представляют собой

крайности, так как первая не видит никакой качественной разницы

между обществом и природой и биологизирует социальную жизнь, а

вторая отрывает социум от природы, которая и породила его в процессе

своей длительной эволюции.

Власть - это биосоциальное явление. Это значит, что задатки

власти наследуются людьми от природы. Тривиальна истина о том, что

в животном мире существует определенная <субординация>. Вожак

стада обезьян <имеет> огромную <власть> над всеми остальными обезь-

янами, и они это хорошо чувствуют. Без такого вожака любое стадо

может погибнуть, поскольку потеряет ориентиры и в жестоких услови-

ях борьбы за существование не сможет адаптироваться к новым услови-

ям жизни. Следовательно, сама природа как бы позаботилась о том, что

необходимо иметь кому-то из сообщества животных <власть>, позволя-

ющую ему в разных ситуациях, возникающих довольно часто в жизни

этого сообщества играть роль вожака. Эту <власть> он завоевывает

путем схватки с себе подобными. Оказавшись более сильным, он подчи-

няет себе всех остальных.

Но эти процессы происходят в природе, где все совершается стихий-

но и где все подчинено инстинкту самосохранения. К природе нельзя

применять понятие общественной жизни и поэтому, на мой взгляд,

нельзя согласиться с позицией польского социолога, утверждающего,

что <объем понятия <общественная жизнь> достаточно широк, чтобы

охватить как все явления сознательного воздействия и сознательного

моделирования чужих действий и стремлений, так и явления непредна-

меренного воздействия на чужие жизненные процессы в результате

совместного участия в спонтанно развивающихся объективных процес-

сах и системах отношений. Оно охватывает также явления, наблюдае-

мые среди растений, произрастающих совместно на более или менее

обширных пространствах, а также явления, наблюдаемые з стадах жи-

вотных. Общественная жизнь, следовательно, характерна не только для

мира людей> .

Понятие общественной жизни применимо только к человеческому

сообществу, ибо общественная жизнь как совместная форма деятельно-

сти по производству материальных и духовных ценностей имеет место

только среди людей. И в процессе этой же деятельности формируются

общественные отношения (материальные и идеологические). У живо-

тных друг к другу нет никаких отношений, тогда как совместная жизнь

людей немыслима без таких отношений. И <власть> вожака имеет не

социальный, а природный характер. В природе нет никаких, в том числе

властных, отношений.

В сущности, все нормальные люди от природы имеют склонность

властвовать над себе подобными. Иными словами, властолюбие прису-

ще всем, но только у одних оно проявляется сильнее, а у других слабее.

Проявления же властных задатков зависят от социальных условий.

Наполеон 1 не стал бы императором Франции, если бы Корсика не была

присоединена к Франции за три месяца до его рождения и если бы во

Франции не разразилась Великая французская революция.

Для осуществления власти необходимы, по крайней мере, две сто-

роны. Одна сторона дает распоряжения, а другая их выполняет. Иначе

говоря, во властных отношениях следует различать субъект власти и

объект власти. Субъект приказывает объекту, а объект подчиняется,

ибо неподчинение должно повлечь за собой наказание. В качестве субь-

1 ЩепаньскийЯ.Элементарныепонятиясоциологии.М., 1969.С. 19.

112

ектов власти выступают индивиды, группы, классы через своих пред-

ставителей. То же самое касается объекта власти. Субъект и объект

власти могут меняться местами. Субъект превращается в объект, а

объект в субъекта. Министр является субъектом власти для своих под-

чиненных, но он же выступает в качестве объекта власти для вышесто-

ящих руководителей.

Подчинение субъекту власти предполагает такие формы взаимоот-

ношений, при которых распоряжения этого субъекта исполняются с

необходимостью. Президент США дает распоряжения в пределах тер-

ритории всего государства, потому что он по существующим американ-

ским политическим институтам наделен верховной властью, дающей

ему право повелевать всеми гражданами страны. Но он не имеет ника-

кого права и никаких полномочий отдавать какие-либо распоряжения

другим государствам.

Очень трудно дать какую-либо дефиницию власти. Польский ис-

следователь Е.Вятр ее определяет как <возможность приказывать в

условиях, когда тот, кому приказывают, обязан подчиняться> . Без

подчинения нет власти, но власть может осуществляться и без приказа-

ний. Скажем, власть жрецов, прорицателей, пророков и т.д. Власти

религии подчинялись даже такие великие полководцы, как Александр

Македонский. Вот как античный историк Квинт Курций Руф описывает

поведение македонского царя во время осады персидского города Газу:

<Когда взошло солнце, он перед тем, как повести войска, совершил по

обычаю отцов моление богам, прося у них помощи. Случайно пролетев-

ший ворон обронил комочек земли, который нес в когтях; упав на голову

царя, земля рассыпалась, а птица села на ближайшей башне, обмазан-

ной битумом и серой, птица прилипла крыльями к башне и тщетно

старалась улететь; близко стоящие воины ее поймали. Это происшест-

вие показалось достойным того, чтобы запросить о нем прорицателя, да

и сам Александр не был совсем свободен от суеверий. Итак, астролог,

пользовавшийся величайшим доверием, разъяснил, что этим знамени-

ем предвидится падение города, однако есть опасение, как бы не полу-

чил ранение сам царь. И хотя царь очень досадовал, что один этот город

препятствует ему спокойно вступить в Египет, он все же послушал

прорицателя и дал сигнал к отступлению> . Власть религии имеет

мировоззренческий характер, верующий подчиняется ей, а неверую-

щий - нет, и за это его никто не накажет.

Политическая власть - это насилие и принуждение. Вполне есте-

ственно, что многие ее не любят, презирают и отвергают. Анархисты,

например, считали, что власть есть зло и надо от нее избавляться лю-

быми путями. М.А. Бакунин, анализируя действия европейских госу-

1 Вятр Е. Социология политических отношений. М., 1979. С. 159.

2 Историки античности. Т. 1. Древняя Греция. М., 1989. С. 544.

дарств по подавлению революционного движения, использовавших ар-

мию и полицию против восставших народов, делает общий теоретиче-

ский вывод: <... Государство, потому что государство именно значит и

насилие, господство посредством насилия, замаскированного, если

можно, а в крайнем случае бесцеремонного и откровенного> и в буду-

щем обществе, по твердому убеждению М.А. Бакунина, не будет места

никакой государственной власти.

Разумеется, анархисты ошибались. Власть, как уже отмечалось,

есть имманентная черта общества, и в силу этого оно не может нормаль-

но функционировать без соответствующих властных структур. Люди

боятся власти, но вместе с тем, если в обществе верх берут аномальные

явления - преступность, воровство, грабежи и т.д., - то жалуются на

отсутствие власти. Безвластие либо приводит к дезинтеграции всех

сторон общественной жизни и в конечном итоге к ее гибели, либо к

установлению диктатуры. Возьмем ситуацию, сложившуюся накануне

Великой Октябрьской социалистической революции. Ее противники

утверждают, что она установила диктатуру, в результате которой яко-

бы миллионы людей погибли. Ситуацию безвластия хорошо описал

Н.А. Бердяев, тоже противник Октябрьской революции, но объектив-

ный исследователь. Заранее прошу извинить за длинную цитату: <Раз-

ложение войны и армии, - писал русский философ, - создает хаос и

анархию. Россия поставлена была перед таким хаосом и анархией.

Старая власть потеряла всякий нравственный авторитет. В нее не вери-

ли и во время войны авторитет ее еще более пал... Новое либерально-

демократическое правительство, которое пришло на смену после фев-

ральского переворота, провозгласило отвлеченные гуманные принци-

пы, отвлеченные начала права, в которых не было никакой организую-

щей силы, не было энергии заражающей массы. Временное

правительство возложило свои надежды на Учредительное собрание,

идее которого было доктринерски предано, оно в атмосфере разложе-

ния, хаоса и анархии хотело из благородного чувства продолжать войну

до победного конца, в то время как солдаты готовы были бежать с фронта

и превратить войну национальную в войну социальную... Только дик-

татура могла остановить процесс окончательного разложения и торже-

ства хаоса и анархии. Нужно было взбунтовавшимся массам дать лозун-

ги, во имя которых эти массы согласились бы организоваться и дисцип-

линироваться, нужны были заражающие символы. В этот момент боль-

шевизм, давно подготовленный Лениным, оказался единственной

силой, которая, с одной стороны, могла докончить разложение старого

и, с другой стороны - организовать новое. Только большевизм оказался

1 Бакунин М.А. Философия, социология, политика. М., 1989. С. 314.

способным овладеть положением, только он соответствовал массовым

инстинктам и реальным соотношениям> . И если бы не взяли власть

большевики, то взяли бы другие, о чем свидетельствует августовский

мятеж генерала Корнилова. Как говорится, корона валялась, и ее мог

подобрать кто угодно.

Власть и авторитет. Нельзя путать власть с авторитетом. Субъект

может обладать властью, но не авторитетом, хотя обладание властью не

исключает обладания авторитетом. Субъект приобретает авторитет по-

степенно и заслуживает его благодаря своей деятельности, приносящей

пользу обществу, коллективу, группе, политической партии, мафии и

т.д. Авторитет дает советы и рекомендации, которые можно учитывать,

а можно и просто игнорировать. Если я пользуюсь авторитетом у своего

друга, то могу посоветовать ему посмотреть тот или иной фильм, пред-

ставляющий интерес с моей точки зрения. Но друг волен поступать по

своему разумению. Многие выдающиеся люди (писатели, ученые, ху-

дожники и т.д.), не имея никакой власти, пользуются большим автори-

тетом в обществе благодаря своему огромному вкладу в сокровищницу

культуры. Что касается власть имущих, то они должны заработать

авторитет у народа своими благородными делами. Римские императоры

Нерон и Калигула имели неограниченную власть, но никакого автори-

тета среди римского населения, и когда их убили, то об этом никто не

сожалел. Но Юлий Цезарь имел не только огромную власть, но и боль-

шой авторитет, и после его убийства, как пишет Гай Светоннй Транк-

вилл, народ ему воздвиг на форуме колонну, у подножия которой при-

носили жертвы, давали обеты и клялись именем царя.

Виды власти. В общей форме можно выделить внутреннюю, внеш-

нюю, <естественную> и институционализированную власти. Под внут-

ренней властью подразумевается такая власть, которая вытекает из

внутренней природы объекта власти. Так, коллектив А нуждается в

определенных властных механизмах, эффективное функционирование

которых позволяет ему нормально жить. В широком смысле слова

власть имманентна любому социальному феномену. Внешняя власть -

это власть не вытекающая из внутренней природы объекта. Она пред-

полагает подчинение чужой воли, навязывание ей своего видения мира,

своих порядков и образа жизни. Так, победившее государство вынуж-

дает побежденное подчиниться ему, перестроить свою жизнь в соответ-

ствии с представлениями государства-победителя. Эта власть, как пра-

вило, постепенно вызывает сопротивление, и если побежденное госу-

дарство имеет достаточно сил, то в конечном итоге избавляется от нее.

Но бывает и так, что внешняя власть настолько изменяет общество, что

его возврат к старому становится невозможным. Под <естественной>

1 Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1990. С. 114-1 15.

115

властью понимается такая власть, которая как бы дана от природы.

Скажем, вожди первобытных племен имели большую власть, но они ее

получили естественным путем, т.е. благодаря своим природным дан-

ным, своей преданности племени и т.д. Она регламентировалась обыча-

ями и традициями, которые не ставились под сомнение. Объекты власти

и представить себе не могли возразить вождю племени или рода, потому

что так были воспитаны традициями. Что касается институционали-

зированной власти, то она базируется на юридических законах и всяко-

го рода нормативных актах. Эта власть появилась вместе с государством

и его атрибутами.

Типология власти. Существуют различные типологии власти, но я

остановлюсь на двух концепциях: на типологиях М.Вебера и француз-

ского философа Ж.-М. Денкэн.

Вебер считал, что имеются три вида легитимной власти. Первый

вид опирается на авторитет нравов, которые неукоснительно следует

соблюдать каждому члену общества. Это есть традиционное господство,

имевшее место главным образом в патриархальном обществе. Второй

вид связан с авторитетом <внеобыденного личного дара (Gnadengabe)

(харизма), полная личная преданность и личное доверие, вызываемое

наличием качеств вождя у какого-то человека: откровений, героизма и

других, - харизматическое господство, как его осуществляет пророк,

или - в области политического - избранный князь-военачальник, или

плебисцитарный властитель, выдающийся демагог и политический пар-

тийный вождь> . Третий вид - это <легальное> господство, для которо-

го характерно подчинение при выполнении установленных правил и

норм.

Вебер более подробно рассматривает второй вид господства, бази-

рующийся на харизме. Люди проявляют личную преданность своему

правителю, так как видят в нем спасителя и оказывают ему полное

доверие. Они считают его настоящим лидером, потому что он обладает

выдающимися чертами, которых нет у других. <Преданность харизме

пророка или вождя на войне, или выдающегося демагога в народном

собрании (Ekklesia), или в парламенте как раз и означает, что человек

подобного типа считается внутренне <призванным> руководителем лю-

дей, что последние подчиняются ему не в силу обычая или установле-

ния, но потому что верят в него... Именно к личности вождя и ее

качествам относится преданность его сторонников: апостолов, последо-

вателей, только ему преданных партийных приверженцев> .

Веберовская типология власти сыграла важную роль в политиче-

ской философии. Особенно это касается второго вида власти, связанной

с харизматическими свойствами лидера. Все исследователи, например,

1 Вебер М. Избр. произв. М., 1990. С. 646.

2 Вебер М. Избр. произв. М., 1990. С. 647.

при анализе деятельности Юлия Цезаря или Наполеона 1 главное вни-

мание обращают лишь на то, что они были диктаторами. Но ведь дик-

таторами были и Калигула, и Нерон, однако они начисто были лишены

харизматических черт. Что касается Юлия Цезаря, то он был харизма-

тическим лидером. Плутарх пишет, что во время похода в Галлию

Цезарь шел, как рядовой солдат, переносил вместе с подчиненными все

тяготы и лишения военных походов. Римляне тяжело переживали убий-

ство Цезаря, потому что они его считали своим покровителем, символом

справедливости и чести. <Тотчас после погребения, - сообщает Гай

Светоний Транквилл, - народ с факелами ринулся к домам Брута и

Кассия. Его с трудом удержали, но встретив по пути Гельвеция Цинну,

народ убил его, спутав по имени с Корнелисм Цинной, которого искали

за его произнесенную накануне в собрании речь против Цезаря; голову

Цинны надели на копье и носили по улице. Впоследствии народ воздвиг

на форуме колонну из цельного нумидийского мрамора, около двадцати

футов вышины с надписью <Отцу отечества> .

Бесспорным харизматическим лидером был Наполеон 1. Он был не

только гениальным военным полководцем, но и выдающимся государ-

ственным деятелем и дипломатом. Он нс знал отдыха и всецело отда-

вался работе. Во время военных походов, особенно зимой, неделями нс

снимал сапог, жил солдатской жизнью. Известный биограф Наполе-

она 1 Е.В. Тарле так описывает кипучую деятельность французского

императора во время зимнего похода в Пруссию в 1807 году: <Месяцы

невольного военного затишья были для Наполеона временем самой

кипучей деятельности. Почти каждые 3-4 дня прибывали курьеры из

Парижа, из Амстердама, из Милана, из Неаполя, из Берлина с докла-

дами министров, с реляциями маршалов и наместников, с донесениями

послов. Самодержавно правя несколькими большими государствами,

Наполеон везде оставлял за собой окончательное решение по всем су-

ществовавшим вопросам. Жил он то в амбаре (в Остероде), то в кресть-

янской избе и там читал бумаги и диктовал приказы и резолюции. В

течение дня он писал приказ об усилении i а меженного надзора и под-

писывал с изменениями устав института для офицерских дочерей...

Приказывал испанским Бурбонам увеличить прибрежную охрану и,

одновременно следя за литературой, гневался на нелепые, по его мне-

нию, литературные взгляды журнала <Mercure de France> ... Он осве-

домлялся и о шелковом производстве в Лионе. ... проверял отчеты ми-

нистерства финансов и обнаруживал в них ошибки и неточности. Уволь-

нял и назначал чиновников в Италии, отдавал распоряжения о бдитель-

ном наблюдении за Австрией и австрийскими военными

приготовлениями и назначал ревизии в города и села Пруссии> . И все

1 Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей. М., 1988. С. 49.

2 Тарле Е. Наполеон. М., 1992. С. 173-174.

это делал точно, ясно и без всяких замедлений. Французские солдаты

обожали своего императора. Первого марта 1815 года он высадился на

Юге Франции. Восстановленная врагами Наполеона власть Бурбонов

все делала для того, чтобы оказать ему сопротивление и изгнать из

Франции. Людовик XVIII выслал войска против свергнутого императо-

ра. Вблизи Гренобля роялистский командующий решает преградить

Наполеону дорогу и посылает батальон 5-линейного полка занять пози-

ции в ущелье Лаффре. Наполеон выходит к солдатам и обращается к

ним:

- <Солдаты узнаете ли вы меня?

В ответ раздается несколько выкриков. Он расстегивает шинель,

обнажает грудь.

- Если есть среди вас хоть один, желающий убить своего импера-

тора, он может это сделать, вот он я!

Прекрасная отвага. Спокойная уверенность. Но и рассчитанный

жест. Превосходное знание души народа. Вспомним, что 5-линейный

полк сражался под его командованием в первую итальянскую кампа-

нию.

- Огонь! - командует офицер-роялист.

Напрасно! Солдаты бросают оружие с криками: <Да здравствует

император!>, бросаются к нему и падают на колени перед своим старым

командиром.

- Все, - обращается Наполеон к кому-то из своей свиты, - через

десять дней я буду в Тюильри.

В одиночку он только что отвоевал Францию> .

Двадцатого марта 1815 года Наполеон уже был в Париже. Парижа-

не его встретили с огромным ликованием. Обезумевшая толпа понесла

Наполеона на руках в Тюильрийский дворец. Безоружный человек

изгнал династию Бурбонов из Франции без единого выстрела. Чем это

объяснить? Прежде всего харизматическими качествами этого уни-

кального в мировой истории человека. Ведь французы должны были

помнить, что в скором времени им опять придется воевать. И даже после

поражения в битве при Ватерлоо 18 июня 1815 года, когда Наполеон

решил вторично отречься от престола парижане его по-прежнему при-

ветствовали. Им восхищались также английские матросы.

Ж.М.Денкэн выделяет три типа власти: индивидуализированную,

институционализированную и персонифицированную. Индивидуали-

зированная власть предполагает осуществление власти одним челове-

ком. Она обусловливается личными качествами человека, стремящего-

ся к власти. Как правило, в трудных для общества ситуациях он прояв-

ляет мужество и героизм, что позволяет ему придти к власти и спасти

1 Вейдер Б., Хэпгуд Д. Блистательный Бонапарт. Кто убил Наполеона? М., 1992. С.

124.

государство. Эта власть не регламентирована ни предшествующими

нормами и правилами, ни какими-то полномочиями того или иного

общественного класса, но народ доверяют субъекту власти так как наде-

ялся на улучшение свой жизни.

Если субъект власти, пишет Денкэн, благодаря своим выдающимся

способностям усовершенствовал индивидуализированную власть, то

она могла быть оформлена и конституционно. В таком случае она со-

вместима с передачей власти по наследству, но при условии, если от

находящегося у власти зависит решение данного вопроса. Недостатки

этой власти Денкэн видит в том, что она, во-первых, носит прерывистый

характер, ибо связана с личностью субъекта власти. После его смерти

вновь возникают ситуации, связанные с процессом затягивания переда-

чи власти и могущие дестабилизировать государство. Во-вторых, эта

власть не имеет правовых границ, поскольку принадлежит замечатель-

ному субъекту, которотлу народ целиком и полностью доверяет.

Институционализированная власть связана с разработкой опре-

деленных правил избрания людей на государственные должности: при-

нимается конституция, положения которой обязаны соблюдать все

граждане, создаются специальные институты, призванные рассматри-

вать и предлагать различные формы укрепления власти в рамках дан-

ных правовых и иных законодательных актов. Институционализация

предполагает также наличие множества властных структур (парла-

мент, судебная власть и т.д.), функционирующих самостоятельно, но

находящихся во взаимодействии.

Персонифицированная власть предполагает осуществление власти

конкретными людьми. Институционализированная власть имеет абст-

рактный характер, поскольку в ней отсутствуют субъекты власти. Но

персонифицированная власть подразумевает наличие таких субъектов.

В этой связи очень важное значение начинают приобретать личные

черты человека: его походка, одежда, улыбка, прическа и т.д.

Главную роль в персонификации власти, по мнению Денкэна, иг-

рают средства массовой информации, особенно телевидение. Раньше,

пишет он, руководителей практически никто не знал в лицо, их речи

читали или слышали по радио. Телевидение все изменило. <Оно к вам

вводит Президента. Именно к вам он лично без посредников, своим

голосом, своей мимикой, своей очаровательной и отеческой улыбкой

обращается... Гражданин испытывает чувство, что он политических

деятелей знает непосредственно, как он знает своих друзей и их взаи-

моотношения. Это дает ему возможность делать глобальные обобще-

ния, оценивать обещания и их результаты. Человек получает гораздо

больше одобрения, чем политика> . Гражданин политику отождествля-

ет с субъектом власти, и если он ему нравится, то он за него голосует

I Denquin.J.M. La science politique. Paris, 1991 .P. 162.

119

независимо от последствий проводимой им политики. Здесь решающую

роль играет внешний вид, телегиничность политического деятеля.

На мой взгляд, типологию власти следует связывать со способом

производства. Каждый способ производства порождает свой собствен-

ный тип власти. В первобытных обществах господствовал такой тип

власти (вожди, собрание рода), который наиболее адекватно соответст-

вовал низкому уровню производительных сил и производственных от-

ношений. Но уже с переходом к классовому обществу появляется другой

тип власти, который проявляется в различных формах (монархия, де-

мократия, тирания и т.д.). Он определяется через интересы господству-

ющего класса. Формы же его проявления зависят от конкретно-истори-

ческих условий. Так, в Афинах эпохи Перикла была развитая рабовла-

дельческая демократия, в античном Риме республиканская форма

правления была заменена диктатурой. Для феодализма типична монар-

хия, о чем уже было сказано в предыдущей главе. Что касается капита-

листического способа производства, то типичной формой для него явля-

ется республика, хотя в определенных исторических обстоятельствах

появляются диктаторские режимы. Но и они рано или поздно уступают

место республиканскому строю.

Глава 3. Политика и экономика

Экономика - это <реальный базис, на котором возвышается юри-

дическая и политическая надстройка и которому соответствуют опреде-

ленные формы общественного сознания> . Экономическая сфера в ко-

нечном счете определяет общие механизмы функционирования поли-

тических структур и институтов. Стабильная экономика, например,

предполагает иные формы государственного правления, чем экономи-

ка, находящаяся в состоянии кризиса. У Ленина были все основания

говорить, что политика есть концентрированное выражение экономи-

ки. Политика - это своего рода барометр экономической ситуации

общества. Политика - это доминанта, а экономика - детерминанта.

Однако на поверхности кажется, что именно политика детермини-

рует все сферы общественной жизни, в том числе и экономическую. В

самом деле, визуальные наблюдения людей как будто убеждают в том,

что от действий политических и государственных деятелей зависит,

какие изменения произойдут в экономической области, как будут ре-

структурированы ее отрасли и как изменится материальное положение

людей. Крупнейшие мыслители, историки, философы, юристы, видя в

политике решающую роль общественных изменений, стали обращаться

непосредственно к государям, королям, императорам со своими проек-

тами социального переустройства общества и мирового порядка. В об-

ществознании, в частности в исторической науке, главное внимание

стали уделять политическим событиям и фактам. Так, во французской

исторической школе прошлого века доминирующее положение занима-

ло позитивистское направление, которое весь сложный исторический

процесс сводило лишь к крупным политическим событиям. Сторонники

этого направления исходили из того, что главное в истории - деятель-

ность королей, царей, полководцев, а не экономические условия жизни.

Поэтому историю надо излагать через деяния этих людей, связанных с

их политикой.

Во Франции позитивистская интерпретация истории господствова-

ла вплоть до 30-х годов нашего столетия, т.е. до появления анналовской

школы. Школа получила свое название от журнала "Annales" (<Анна-

лы>), который был основан крупнейшими историками М.Блоком и

Л.февром в 1929 году. Эта школа выступила с критикой позитивистско-

го течения во французской исторической науке. Она заявила, что сле-

дует заниматься не фиксацией отдельных фактов (что тоже не отрица-

ется) и событий, не историей биографий отдельных исторических лич-

ностей, а социально-экономической историей. Историк имеет дело с

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 13. С. 7.

121

историей людей и, следовательно, необходимо изучать и исследовать

жизнь этих людей. Нужно писать фундаментальные труды об истори-

ческом процессе, которые должны охватить большой круг не только

политических проблем, но и проблем экономики, социологии, геогра-

фии и т.д. <Поиски несобытийной истории, - пишет крупнейший пред-

ставитель анналовской школы Ф.Бродель, - диктовались повелитель-

ным образом в контакте с другими науками о человеке. Контакт был

неизбежен... Во Франции он был организован... благодаря очень эффек-

тивной кампании <Анналов> Л.Февра и М.Блока. Историческая наука

начала стремиться к тому, чтобы охватить как повторяющиеся, так и

единичные факты, как познавательные реальности, так и неосознан-

ные. Историк стал экономистом, лингвистом, социологом> .

В советской исторической науке, хотя постоянно ссылались на от-

крытое Марксом материалистическое понимание истории, тоже господ-

ствовала политическая история. До сих пор главное внимание обраща-

ется на деятельность высоких политических руководителей, и все обще-

ственные изменения связывают с ними. С приходом к власти нового

руководителя начинается новая переписка истории. Вчерашний кумир

превращается во врага и виновника всех народных бед. Наши исследо-

ватели, в отличие от анналовцев, ничего не усвоили из марксизма и

доминанту выдают за детерминанту.

Политика, как уже отмечалось, вырастает из экономики. Внутрен-

няя политика, например, диктуется существующими экономическими

отношениями. Нельзя, скажем, требовать от монарха проводить такую

политику, которая не отвечала бы интересам крупных землевладель-

цев, удельных князей и военной знати. Любой политический акт в

сущности имеет целью стабилизацию экономики, так как в конечном

счете стабильность общества зависит от стабильности экономики. Все

антагонизмы классов проявляются прежде всего из-за удовлетворения

экономических интересов. Часто в основе межэтнических столкнове-

ний тоже лежат экономические интересы. Таким образом, внутренняя

политика должна в первую очередь учитывать экономическую ситуа-

цию общества. Но то же самое касается и внешней политики. Всякое

государство на международной арене проводит такую политику, кото-

рая в конечном счете отвечает его экономическим интересам. США

бомбили Ирак, не потому, чтобы защитить Кувейт, а потому, чтобы

сохранить за собой контроль за нефтяными богатствами Ближнего Во-

стока.

Итак, политика вырастает из экономики и в конце концов ею де-

терминируется. Она самым тесным образом связана с экономической

структурой общества. Но отсюда и то огромное влияние, которое ока-

зывает политика на экономику. Более того, в некоторых случаях пол-

1 BraudelF. Eeritssurl'histoire. Paris. 1969. P. 103

122

итика доминирует, т.е. оказывает решающее воздействие на все сторо-

ны общественной жизни.

Если взять главный элемент политики - государственную власть

то, как писал Энгельс, она <может действовать в том же направлении -

тогда развитие идет быстрее; она может действовать против экономиче-

ского развития - тогда в настоящее время у каждого крупного народа

она терпит крах через известный промежуток времени; или она может

ставить экономическому развитию в определенных направлениях пре-

грады и толкать его в других направлениях. Этот случай сводится в

конце концов к одному из предыдущих. Однако ясно, что во втором и

третьем случаях политическая власть может причинить экономическо-

му развитию величайший вред и может вызвать растрату сил и матери-

ала в массовом количестве> .

Влияние государства на экономическую жизнь в различные пери-

оды развития исторического процесса проявляется по-разному. В ан-

тичной Греции, например, это влияние было сравнительно небольшим.

То же самое касается раннего этапа Древнего Рима. <Если во II-1 вв.

до н.э. римское правительство не вмешивалось во взаимоотношения

между рабами и их господами, поддерживало и оберегало власть главы

римской фамилии, то во II в.н.э. рабы рассматривались не только как

личная собственность господина, а в некоторой степени подданные го-

сударства, на которых распространяется власть не только их господ, но

и римского правительства. Императоры вмешиваются во взаимоотно-

шения рабов и их господ, стараясь пресечь случаи особенно зверского

обращения с рабами> .

В восточных странах государство сосредотачивало фактически всю

земельную собственность. Это было связано с тем, что климатические

условия требовали строительства ирригационных систем, что предпо-

лагало финансовые расходы, которые могло обеспечить только государ-

ство. В России мы наблюдаем почти аналогичную ситуацию, тоже свя-

занную с географическим фактором. Но речь, конечно, идет не об ир-

ригациях, а о холодном климате, не позволяющем получать высокие

урожаи из-за краткости периода, пригодного для сева и уборки урожая.

В России, кроме всего прочего, отношения между князем и боярином не

регулировались никакими правовыми механизмами. Князь рассматри-

вал все княжество как свою собственность. После сформирования еди-

ного Российского государства уже государь себя рассматривал как хозя-

ин всей земли русской. Он такими же глазами смотрел и на политиче-

скую власть. Отсюда критика своего предшественника, разрушение

того, что было им сделано. Никакие правовые нормы и обязательства

его не останавливали, если он решил довести задуманное им до конца.

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 37. С. 418.

2 История Древнего Рима / Под ред. В.И. Кузищина. М., 1933. С. 250.

Царь Александр II продает часть российской территории - Аляску -

США.

Эти традиции сохранились и в советское время. Генеральный сек-

ретарь ЦК КПСС как лидер правящей партии многое мог позволить

себе. Н.С. Хрущев, например, передал Крым Украине, даже ни с кем не

посоветовавшись. Всякая критика властей как в досоветское, так и в

советское время сурово наказывалась. Сравним, например, статьи 267

и 274 Уложения 1845 года со статьей 70 Уголовного кодекса РСФСР

1960 г. В статьях Уложения говорится: <Изобличенные в составлении и

распространении письменных или печатных сочинений или изображе-

ний с целью возбудить неуважение к Верховной власти или же к личным

качествам Государя, или к управлению Его государством, приговарива-

ются как оскорбители величества: к лишению всех прав состояния и к

ссылке в каторжную работу в крепостях на время от десяти до двенад-

цати лет... Участвовавшие в составлении или злоумышленном распро-

странении таких сочинений или изображений сего рода, но не изобли-

ченные в умышленном распространении оных, приговариваются за сие,

как за преступный умысел: к заключению в крепости на время от двух

до четырех лет... За составление или распространение письменных или

печатных сочинений и за произнесение публично речей в коих, хотя и

без прямого и явного возбуждения к восстанию против Верховной вла-

сти, усиливаются оспаривать или подвергать сомнению неприкосновен-

ность прав ее, или же дерзостно порицать установленный законами

образ правления, или порядок наследия Престола, виновные в том под-

вергаются : лишению всех прав состояния и ссылке в каторжную работу

на заводах на время от четырех до шести лет> . ... А вот что говорится в

статье 70 Уголовного кодекса РСФСР 1960 года: <Агитация или пропа-

ганда, проводимая в целях подрыва или ослабления Советской власти

либо совершения отдельных особо опасных государственных преступ-

лений, распространение в тех же целях литературы такого же содержа-

ния - наказывается лишением свободы на срок от шести месяцев до

семи лет со ссылкой на срок от двух до пяти лет> .

Возьмем теперь Запад эпохи средневековья. Уже в это время дей-

ствовали юридические законы, на базе которых устанавливались отно-

шения между индивидами. Так, сеньор и вассал заключали между собой

договор, согласно которому каждый брал на себя определенные обяза-

тельства в отношении другого, и никто не имел права их нарушать. <С

точки зрения развития западных институтов следует выделить четыре

аспекта вассалитета. Прежде всего, он представлял собой персональный

договор между двумя лицами, имеющий силу лишь в течение их жизни;

он прекращал свое действие по смерти одного из них. Он подразумевал

личное согласие: вассальные обязательства не переходили по наследст-

1 Уложение о наказаниях Уголовных и Исправительных. Спб., 1845. С.65- 66, 69.

2 Уголовное законодательство Союза ССР и союзных республик: В 2 т. М., 1963. С. 108.

ву... Во-вторых, хотя первоначально вассалитет являются договором

между двумя лицами, благодаря умножению числа вассалов он создал

целую сеть взаимоотношений между самыми разными людьми; побоч-

ным продуктом его было установление прочных социальных уз между

обществом и правительством. В-третьих, обязательства вассалитета

распространялись на его сильнейшую сторону - сеньора - ничуть не

в меньшей степени, чем на слабейшую - вассала. Невыполнение сень-

ором своих договорных обязательств освобождало вассала от необходи-

мости соблюдать свои> . Таким образом, на Западе уже во времена

средневековья воздействие политики на экономические отношения

проявляется абсолютно иначе, чем в России. Там договаривающимися

сторонами принимаются определенные юридические обязательства,

которые обе стороны должны соблюдать. Здесь же действует грубая

сила. Хозяин не несет никакой ответственности, тогда как подчиненный

никем не защищен. Но в любом случае как на Западе, так и в России

политика оказывает соответствующее влияние на формирование эко-

номических механизмов развития общества.

Еще сильнее это влияние в современную эпоху. Нынешнее государ-

ство не является пассивным наблюдателем того, что происходит в эко-

номической жизни. Оно в нее активно вмешивается и в случае необхо-

димости принимает строгие меры по ее оздоровлению. Известный аме-

риканский экономист Дж.Гэлбрейт пишет, что <государство регулирует

совокупный спрос на продукты индустриальной системы, что является

неотъемлемым условием ее планирования> . Политики понимают, что

прошли времена, когда можно было надеяться на стихию рынка, что

нынешняя экономика требует применения рациональных методов, ко-

торые возможны только в условиях определенного планирования и ре-

гулирования в масштабах не только отдельных отраслей, но и всей

экономики. Благодаря плану можно учесть непроизводительные расхо-

ды, поддерживать определенную пропорциональность между отдель-

ными сферами экономической жизни. Благодаря плану хозяйство мо-

жет находиться на уровне общих целей экономической деятельности,

связанных с изменениями не только в производстве, но и в обществе в

целом. Политики понимают, что с помощью планирования можно уст-

ранить диспропорции в экономике и в конечном итоге либо совсем

избежать кризиса, либо смягчить его последствия. Разумеется, план не

должен носить абсолютный и жесткий характер, и это тоже понимают

политики. Кроме того, государство регулирует цены и заработную пла-

ту, способствует путем различных субсидий и дотаций (например, в

сельском хозяйстве) подъему производительности труда, экспорту и

импорту товаров и т.д.

1 ПайпеР. Россия при старом режиме. М., 1993. С. 73.

2 Гэлбрейт Дж. Новое индустриальное общество. М., 1969. С. 350.

Государство, как правило, национализирует отсталые отрасли про-

мышленности (бывает и обратный процесс) и за счет всего общества

выводит их из кризисного состояния. Очень велика роль государства в

финансировании научных исследований, которые не могут самостоя-

тельно выжить в условиях рынка. Во всех развитых странах наука

финансируется за счет государственного бюджета, ибо политики хоро-

шо понимают, что в современных условиях благосостояние и благопо-

лучие общества в первую очередь зависят от научного капитала. Тот,

кто обладает им, может чувствовать себя спокойно. Одна из причин

отсталости стран <третьего мира> заключается в том, что они лишены

возможности вкладывать деньги в науку и соответственно производить

структурные и иные изменения в производительных силах, повышать

профессиональный уровень работников различных сфер экономики.

В современных условиях политика и экономика так сильно пере-

плетены, что порою трудно понять, где начинается политика и где

кончается экономика. Взаимовлияние этих важных сфер общественной

жизни непрерывно будет возрастать, хотя экономика в конечном счете

будет играть детерминирующую роль.

Глава 4. Политика и мораль

Раскрытие диалектики политики и морали - сложнейшая пробле-

ма философии политики. И вряд ли когда-нибудь будет найдено удов-

летворительное решение данной проблемы, касающейся важнейших

принципов функционирования социума. Как уже отмечалось, итальян-

ский мыслитель Макиавелли попытался провести демаркационную ли-

нию между политикой и моралью и поплатился за это своей репутацией.

Его обвинили в аморализме и двуличии. Однако нет ничего легче, чем

критиковать, но гораздо труднее объективно и беспристрастно осветить

взаимоотношения морали и политики, оставаться на почве историче-

ской действительности и предложить такую концепцию, которая бы

носила не конъюнктурный, не идеологизированный, а строго научный

и объективный характер. И здесь не надо бояться ярлыков типа <реак-

ционер>, <аморалист> и т.д. и т.п. Вспомним Маркса, цитировавшего

<Божественную комедию> Данте: <А у входа в науку, как и у входа в ад,

должно быть выставлено требование:

<Здесь нужно, чтобы душа была тверда, Здесь страх не должен

подавать совета> .

Каждый философ по-своему видит решение проблемы диалектики

политики и морали. Макиавелли их разъединил. Но после смерти италь-

янского мыслителя наступает новая эпоха, и данная проблема приобре-

тает еще большую злободневность. Многие философы обращали на нее

внимание, но наиболее рельефно она нашла отражение у Канта. Немец-

кий философ хотел соединить мораль и политику. Мораль, пишет он,

есть <совокупность... безусловно повелевающих законов, в соответст-

вии с которыми мы Должны вести себя....> .

Кант исходит из понятия долга, которому должны подчиняться все,

в том числе и политики. Мораль - это теоретическое, а политика -

практическое правоведение. Моральный долг велит людям жить в мире

и дружбе, и моральный политик должен совмещать политические прин-

ципы с моральными. Кант осуждает морализующих политиков или

политических моралистов, которые не считаются с моральным долгом.

Истинная политика, по его мнению, должна учитывать моральные

принципы, так как от этого она только выиграет.

Большое место вопросы морали и политики занимают в русской

философии. Это, видимо, объясняется тем, что в России политика, по

существу, носила деспотический характер. Она не считалась ни с каки-

ми правовыми нормами и всецело базировалась на произволе и волюн-

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 13. С. 9.

2 Кант И. Соч.: В 6 т. Т. 6. М., 1966. С. 289-290.

таризме. Причина такого отношения политиков к народу заключается

в том, что государство имело вотчинный характер. Государь рассматри-

вал государство как свою вотчину, как свою собственность, и он не

считался ни с какими правовыми нормами и принципами, мог по своему

усмотрению наказать или поощрить того или иного вельможу, подарить

или отобрать земли у того или иного политика. Он по-своему переделы-

вал политические и социальные институты, игнорируя, как правило,

сложившиеся реалии. Новый царь - <новое государство>. Эта традиция

вотчинного отношения к государству сохранилась и в советское время.

Очередной Генеральный секретарь ЦК КПСС считал своим долгом все

переделывать, перестроить, по-своему обустроить свою вотчину. Отож-

дествление власти и собственности происходит на всех уровнях как в

дореволюционной России, так и в СССР. Всякий чиновник или аппа-

ратчик считает, что власть ему позволяет обращаться с другими людьми

так, как ему хочется, а не так, как того требуют юридические законы.

Поэтому граждане рассматривали государство не как орган, регулиру-

ющий их взаимоотношения, а как чуждую им силу. И они были индиф-

ферентны к делам государства. Одну из основных причин Смуты

В.О.Ключевский видит в недоразумении в Московском политическом

сознании. <Государство, - писал он, - как союз народный, нс может

принадлежать никому, кроме самого народа; а на Московское государ-

ство и московский государь, и народ московской Руси смотрели, как на

вотчину княжеской династии, из владений которой оно выросло. В этом

вотчинно-династическом взгляде на государство я и вижу одну из ос-

новных причин Смуты. Указанное сейчас недоразумение было связано

с общей скудостью или неготовностью политических понятий, далеко

отстававших от стихийной работы народной жизни. В общем сознании,

повторно уже сказанное, Московское государство все еще понималось в

первоначальном удельном смысле, как хозяйство московских госуда-

рей, как фамильная собственность Калитина племени, которое его за-

вело, расширяло и укрепляло в продолжение трех веков... И надобно

прибавить, что такой вотчинный взгляд на государство был не династи-

ческим притязанием московских государей, а просто категорией тог-

дашнего политического мышления, унаследованной от удельного вре-

мени. Тогда у нас не понимали государство иначе, чем в смысле вотчи-

ны, хозяйства государя известной династии и если тогдашнему зауряд-

ному московскому человеку сказали бы, что власть государя есть вместе

с тем и его обязанность, должность, что правя народом, государь служит

государству, общему благу, это показалось бы путаницей понятий,

анархией мышления. Отсюда понятно, как московские люди того вре-

мени могли представлять себе огношение государя и народа к государ-

ству. Им же представлялось, что Московское государство, в котором они

живут, есть государство московского государя, а не московского или

русского народа. Для них были неразделимыми понятиями не государ-

ство и народ, а государство и государь известной династии; они скорее

могли представить себе государя без народа, чем государство без этого

государя> .

Поскольку политики рассматривали государство как свою вотчину

и нарушали не только правовые, но и элементарные моральные прин-

ципы, то защиту этих принципов брали на себя писатели, философы,

ученые, общественное мнение. Народ всегда сочувствовал пострадав-

шим от властей людям, если даже последние не всегда были правы. И

всегда остро стоял вопрос о соотношении политики и морали. Отсюда,

видимо, морализаторство над прошлым, отсюда же нигилистическое к

нему отношение.

B.C. Соловьев в работе <Национальный вопрос в России> специаль-

но рассматривает проблему нравственности и политики. По его мне-

нию, в политике господствует политический эгоизм, исходящий из того,

что каждый народ имеет свой интерес и стремится прежде всего к его

удовлетворению. B.C. Соловьев считает, что нравственным долгом на-

рода является отказ от эгоизма, осознание того, что каждый народ

представляет собой часть всего мира и поэтому должен проявлять свою

солидарность со всеми народами. Нельзя разделить политику и нрав-

ственность, ибо они находятся в тесном взаимодействии. Соловьев

как религиозный философ призывает к соблюдению христианской нор-

мы жизни, исходящей из мира и покоя между народами и государства-

ми. Он даже полагает, что лучше отказаться от патриотизма, чем от

совести.

Сфера политики и сфера морали. О политике не буду говорить,

поскольку о ней в предыдущих главах было сказано много. Напомню

лишь, что она есть одна из форм урегулирования отношений между

людьми, народами, классами, государствами. Главное в политике -

интересы. Они бывают личными, классовыми, групповыми, кастовыми,

сословными, этническими и т.д. Естественно, кроме этих интересов,

есть государственные (национальные) интересы, которые играют доми-

нирующую роль. Что касается морали, то в широком смысле слова она

есть некоторая совокупность норм, принципов и правил, которыми ру-

ководствуются люди в процессе совместной деятельности и общения.

Как и политика, мораль тоже является своего рода регулятором взаи-

моотношений людей, и в этом плане имеет некоторые общие черты с

политикой. Но даже эта общность проявляется совершенно по-разному

и в зависимости от конкретных условий. И это потому, что у морали и

политики разные функции. Иначе говоря, они выполняют разные роли

в обществе.

Существенно заметить, что если политика возникает вместе с по-

явлением государства и классов, то мораль зарождается вместе с фор-

1 Ключевский В.О. Соч.:В9 т. Т. 3. Курс русской истории. М., 1988. С. 48-49.

129

мированием первобытного общества. Именно моральные принципы и

нормы были основными регуляторами отношений людей. Многие пле-

менные вожди имели гораздо больше авторитета, чем некоторые офи-

циальные короли и цари. И этот авторитет они заслужили именно

благодаря своим высоким моральным качествам. Но с течением време-

ни, с возникновением классового общества моральные нормы уже не

могли выступать в роли универсальных регуляторов. Появляются пол-

итические регуляторы, что в конце концов приводит к разграничению

сферы политики и сферы морали.

Мораль оперирует понятиями <совесть>, <хорошо>, <плохо>, <до-

бро>, <зло>, <справедливость>, <несправедливость>, <гуманизм> и т.д.

Они отражают социальные реалии, отношения людей друг к другу и к

обществу. На протяжении тысячелетий выработались такие нормы и

принципы морали, без соблюдения которых общество не может нор-

мально функционировать, оно просто-напросто погибнет. Возьмем по-

нятие совести. Оно очень объемно и включает в себе, по существу, все

моральные принципы. Совесть предполагает справедливость, добро,

гуманность, любовь и т.д. <На протяжении всей истории люди всегда

отстаивали принципы справедливости, любви и правды в противовес

всякому давлению, оказывавшемуся с целью заставить людей, отка-

заться от того, что они знали и во что верили> . Совесть - это внутрен-

ний судья человека, к голосу которого он должен прислушиваться по-

стоянно. Человек без совести способен на любое преступление.

Моральные нормы связаны с ценностями. Следует различать цен-

ности и оценки. Оценка, как правило, имеет субъективный характер.

Один может оценивать тот или иной поступок человека высоко, а дру-

гой, наоборот, низко. Но здесь имеется некий универсальный критерий,

который выработался в ходе длительной истории человечества, совме-

стной деятельности людей и их совместного общения. Убийство ни в чем

не повинного человека вызывает осуждение у всех людей, руководству-

ющихся моральными принципами. Что касается ценностей, то они име-

ют объективный характер и не зависят от субъективной оценки инди-

видов. Скажем, картины Ван Гога представляют собой величайшую

ценность, хотя при жизни автора их оценивали невысоко.

Моральные ценности, как и все в жизни, меняются в ходе обще-

ственного развития. Если, например, в прошлые времена вызванный на

дуэль человек обязан был явиться на место дуэли, поскольку обще-

ственная мораль предписывала ему не проявлять малодушия и не бо-

яться смерти, то в настоящее время сам термин <дуэль> вызывает лишь

улыбку. Нельзя забывать и то, что понятия морали относительны. Ска-

жем, добро и зло относительны: в одном случае добро может оказаться

злом, а зло - добром. И тем не менее для всех генераций общества

1 ФроммЭ. Психоанализ и этика. М., 1993. С. 115.

130

понятия морали имеют универсальный характер. Совесть в эпоху Со-

крата исполняла те же функции, что и в современную эпоху.

В отличие от морали политика исходит не из добра или зла, не из

справедливости или несправедливости, не из гуманности или негуман-

ности, а из интересов. Политик руководствуется интересами, и если он

уверен в том, что в данных обстоятельствах интересы его класса или

государства требуют принятия такого решения, которое противоречит

моральным принципам, то он как политик игнорирует эти принципы.

Петр Первый принес в жертву родного сына во имя интересов России,

Сталин <не поменял солдата на фельдмаршала>, потому что интересы

государства он ставил выше отцовского долга (морального долга). Надо

сказать, что поступок Сталина в данном случае оказал не только поли-

тическое, но и огромное моральное воздействие на солдат, сражавшихся

на фронтах Великой Отечественной войны.

Нельзя требовать от политика действовать как политик в соответ-

ствии с моральным кодексом. Талейран как человек был аморален, но

Наполеон его не отстранил, потому что ценил его политические каче-

ства.

Политик исходит из целого, т.е. он заинтересован в сохранении

целого и поэтому жертвует частью. Политика обращена к общему, а

мораль к личности. Настоящий политик понимает, что если погибнет

целое, то погибнет и часть, если, скажем, погибнет народ, то погибнет

и человек, являющийся представителем этого народа. Не случайно Ле-

нин в гражданскую войну подчеркивал, что для сохранения сотен тысяч

людей приходится расстреливать сотни. Скажут, что это цинично. Со-

гласен, но в том-то и дело, что политика сама по себе <грязна>, цинична

и безжалостна. И если вы хотите ликвидировать политику как специ-

фическую сферу общественной жизни, то тем самым вы хотите уничто-

жить само общество. Если вы как политик будете заниматься морали-

заторством, а не решением неотложных политических задач, то тем

самым вы объективно погубите тех, чьи интересы обязаны защищать.

Политик не писатель и не обязан постоянно думать о той или иной

личности. Он должен прежде всего заботиться о целом, а затем о части.

Подлинный гуманный писатель, как свидетельствует опыт истории ми-

ровой литературы, всегда выступает на стороне униженных и оскорб-

ленных. Великий Ф.М. Достоевский в своих произведениях показывает

людей, которых некому защищать, которые ужасно страдают от нище-

ты, от голода и холода. Он бы никогда не стал оправдывать такие

рыночные отношения, которые выжимают из человека все соки и дела-

ют одних сверхбогатыми, а других абсолютно нищими. И это потому,

что призвание писателя - описывать в образной форме жизнь лично-

сти, отдельного человека, выражать ему симпатии или антипатии. Та-

ковы законы художественного жанра. Политик же, руководствуясь по-

литическими законами и принципами, если даже защищает интересы

социального класса, может пренебрегать интересами отдельного пред-

ставителя этого класса. В противном случае он проиграет политические

баталии своим оппонентам.

Политика может способствовать моральному совершенствова-

нию общества. Если государственные деятели проводят такую полити-

ку, которая направлена на благо, по крайней мере, большинства обще-

ства (ибо никогда абсолютно все члены общества не будут довольны

существующими порядками), то и моральные принципы, правила и

устои все больше укрепляются. Веком Перикла называли V век до н.э.,

когда Перикл правил Афинами. Как политик он немало сделал для

процветания афинских граждан. Плохая политика приводит к разложе-

нию общества, к росту преступности, формированию мафиозных струк-

тур, к моральной деградации, что в конечном итоге завершается ги-

белью социума.

Политик как человек. Политик как политик не может и нс обязан

руководствоваться моральными нормами и принципами. Но как чело-

век он должен быть высоконравственным, соблюдать и уважать все

моральные правила, показывать во всем личный пример для своих

граждан. Он обязан каждый свой неполитический шаг обдумывать с

точки зрения морального кодекса. Он должен понимать, что во многом

от его поведения в частной жизни зависит не только его политическая

карьера, но и авторитет его государства. Он должен быть морально

чистоплотным человеком и вести себя в соответствии с общепринятым

кодексом поведения людей. Одним словом, безнравственному челове-

ку нет места в политике.

Моральные преступления. Если политик как человек нарушает

общепринятые моральные нормы и принципы, то он совершает лишь

моральные преступления, и его за это следует осуждать только с пози-

ций морали. Одиозный римский император Калигула был крайне без-

нравственным человеком, о чем свидетельствует Гай Светоний Транк-

вилл: <Стыдливости он не щадил ни в себе, ни в других... Не говоря уже

0 его кровосмешении с сестрами и о его страсти к блуднице Пираллиде,

ни одной именитой женщины он не оставлял в покое. Обычно он прини-

мал их с мужьями к обеду, и когда они проходили мимо его ложа,

осматривал их пристально и не спеша, как работорговец, а если иная от

стыда опускала глаза, он приподнимал ей лицо своею рукой. Потом он

при первом желании выходил из обеденной комнаты и вызывал к себе

ту, которая больше всего ему понравилась; а вернувшись еще со следами

наслаждений на лице, громко хвалил или бранил ее, перечисляя в

подробностях, что хорошего или плохого нашел он в ее теле и какова

она была в постели> .

1 Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей. М., 1988. С. 158.

132

К моральным преступлениям относятся и подлость, продажность,

предательство друзей и близких, алчность, использование своего высо-

кого политического положения. К такого рода преступлениям относятся

и оскорбительные выпады против своего политического оппонента,

афиширование его физических недостатков, распространение о нем

различных сплетен. Этот вид преступления часто совершал Троцкий,

когда вместо политических оценок своих оппонентов он их обзывал

оскорбительными словами.

Политические преступления. Они имеют иной характер. Глава

государства морально может быть чистым человеком, но допустить

тяжкие политические преступления. Последние совершаются, по край-

ней мере, в следующих случаях: 1) Когда нарастает внутренняя неста-

бильность общества, вызванная либо спадами экономики, либо межэт-

ническими конфликтами, либо какими-то другими причинами, и лидер

государства ограничивается успокоительными речами, вместо того что-

бы действовать решительно. 2) Когда глава государства не выполняет

Конституцию, нарушает ее и тем самым способствует нарастанию кон-

фликтов в обществе. А если его действия приводят к гибели людей, или

если он предает всех своих соратников и друзей, политическую партию,

членом которой он состоял, то политические действия переходят в уго-

ловные, и он уже несет не только политическую, но и уголовную ответ-

ственность. Но здесь надо иметь в виду, что в отличие от преступлений,

совершаемых рядовыми гражданами, политико-уголовные преступле-

ния главы государства как бы совершаются не одним человеком (монар-

хом, президентом и т.д.), а целым государственным аппаратом, полити-

ческими структурами, придающим политическим преступлениям за-

конный характер. Поэтому очень трудно бывает привлечь к уголовной

ответственности такого главу государства. Кроме того, привлечение к

уголовной ответственности во многом зависит от традиций, стабильно-

сти и эффективности политических институтов, уровня политической

культуры народа, отношения к такому лидеру мировых политиков и т.д.

3) Когда интересам государства угрожают внешние силы, но его глава

не предпринимает никаких шагов по отражению агрессии, либо прини-

мает меры, имеющие паллиативный характер. 4) Когда открыто преда-

ются интересы государства, что приводит к его распаду, когда полно-

стью игнорируются интересы наций и классов. И в данном случае поли-

тические преступления переходят в уголовные. 5) Когда проводится

политика, направленная на разжигание национальной розни, на физи-

ческое уничтожение других рас и наций.

Бывает так, что государственный лидер совершает одновременно

политические, моральные и уголовные преступления.

Политика и общечеловеческие ценности. Конец XX столетия ха-

рактеризуется обилием высказываний, теоретических работ и публи-

цистических статей о том, что на первом месте должны находиться так

называемые общечеловеческие ценности, под которыми подразумева-

ют прежде всего жизнь каждого человека, которая рассматривается как

высшая ценность, с чем нельзя не согласиться. Далее к общечеловече-

ским ценностям относили соблюдение прав человека, с чем тоже нельзя

не согласиться, борьбу с терроризмом и т.д. Но в политике, как уже

отмечалось, есть интересы и только интересы, и если им угрожает ка-

кая-либо опасность, то политик их обязан защищать. Поэтому с точки

зрения политики не приходится говорить об общечеловеческих ценно-

стях.

С точки зрения морали можно говорить об общечеловеческих цен-

ностях, хотя они проявляются через отдельное или единичное. Иными

словами, понятие общечеловеческих ценностей имеет абстрактный ха-

рактер, и только в конкретной действительности проявляются любые

ценности. Кроме того, их следует рассматривать диалектически, т.е. в

развитии. То, чтобылоценностьюдляоднойэпохи, можетне подходить

для другой. Скажем, рабство в античном мире было явлением нормаль-

ным (Аристотель раба называл говорящим орудием) и никто его ни

морально, ни политически не осуждал. Поэтому для жителя греческого

полиса было естественным видеть на рынке рабов, которых продавали

как скот. Такое отношение к человеку в наше время вызвало бы не

просто резко моральное осуждение, но и привлечение к уголовной от-

ветственностк торговцев людьми.

Таким образом, политика и мораль являются двумя автономными

сферами общественной жизни. Они, как и все в мире, взаимосвязаны,

но тем не менее выполняют разные функции, смешение которых может

пагубно сказаться как на морали, так и на политике. Но чтобы политика

содействовала моральному совершенствованию общества, необходимо

проводить такую политику, которая отвечала бы большинству членов

этого общества.

Глава 5. Политика. Свобода. Ответственность

Общая характеристика свободы. Трудно найти такое слово, кото-

рое бы так часто употреблялось, как понятие свободы. Но каждый ин-

дивид в него вкладывает свой собственный смысл, имеющий чисто субъ-

ективный характер поскольку речь идет, как правило, о личной свободе,

якобы не предполагающей никаких ограничений. Такое представление

0 свободе вписывается в рамки обыденного сознания, но ни в косм

случае не может претендовать на какую-то научность. Научный анализ

требует всестороннего рассмотрения свободы в контексте социальной

действительности, объективной характеристики ее параметров и позна-

вательных возможностей. Именно в этом аспекте многие философы

анализировали свободу. Гольбах, например, утверждал, что <свобода -

это возможность делать ради своего счастья все что не вредит счастью

других членов общества> . Коллинз же понимал свободу как <способ-

ность человека поступать так, как он желает или предпочитает> .

Прежде всего следует подчеркнуть, что свобода есть социальное

понятие. У животных нет никакой свободы. Они - часть природы и не

испытывают никакой нужды в ней. <Животное, - писал Маркс, -

непосредственно тождественно со своей жизнедеятельностью. Оно не

отличает себя от своей жизнедеятельности. Оно есть эта жизнедеятель-

ность. Человек же делает свою жизнедеятельность предметом своего

сознания... Сознательная жизнедеятельность непосредственно отлича-

ет человека от животной жизнедеятельности> . Человек принимает

свободу, потому что его действия носят сознательный характер.

Свобода возникает в процессе совместной деятельности людей. По-

этому основа всякой свободы - свобода жизнедеятельности человека.

С одной стороны, человек находит свою свободу только в обществе, а с

другой стороны - оно как бы ему мешает делать то, что хочет, т.е.

человек в обществе как бы не свободен, ибо, как писал Ленин, жить в

обществе и быть свободным от общества нельзя. Но такова диалектика

жизни, и в данном случае мы встречаемся с одним из противоречий

социума, которое решается путем компромисса: общество предоставля-

ет индивиду определенную свободу, но и индивид, в свою очередь,

сознательно ограничивает свои требования к обществу относительно

свободы.

Свобода есть процесс, а не застывшее состояние. Иными словами,

по мере продвижения общества по восходящей линии человек становит-

ся все более и более свободным в экономическом, политическом, духов-

ном и других аспектах. Процесс этот носит очень противоречивый и

1 Гольбах П.А. Избр.произв.: В 2 т. Т. 1. М., 1963. С. 118.

2 Английские материалисты XVIII в. Собр. произв. В 3 т. М., 1967. Т. 2. С. 7.

3 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 42. С. 525 .

порой даже драматический характер, но тем не менее эмпирически

можно показать, как на протяжении истории расширяются свободы

человека. Человек первобытной эпохи, например, не был свободен ни в

отношении своего рода, ни в отношении природы. Ему приходилось

бороться со стихийными силами на каждом шагу, чтобы прокормиться.

Не давали свободы и родовые связи и отношения. Человек по отноше-

нию к ним проявлял рабскую покорность и не представлял свою жизнь

за пределами рода или племени. Его поступки и поведение регулирова-

лись традициями и обычаями рода и племени. Возможность решать

самому те или иные жизненные вопросы, в том числе личного характера

(женитьба, например), либо вовсе отсутствовала, либо была крайне

ограничена. <Племя оставалось для человека границей как по отноше-

нию к иноплеменнику, так и по отношению к самому себе: племя, род и

их учреждения были священны и неприкосновенны, были той данной от

природы высшей властью, которой отдельная личность оставалась без-

условно подчиненной в своих чувствах, мыслях и поступках. Как ни

импозантно выглядят в наших глазах люди этой эпохи, они неотличимы

друг от друга, они не оторваны еще - по выражению Маркса - от

пуповины первобытной общности> . Всюду человека подстерегала

опасность, физически он рано изнашивался и умирал в сравнительно

молодом возрасте.

Иную кг.ртину мы наблюдаем в рабовладельческом обществе. Да,

жизнь раба полностью зависела от его хозяина: он мог убить его или

продать, он обращался с ним как с вещью. Но тем не менее раб обладал

большей свободой, чем первобытный человек, потому что он освободил-

ся от <пуповины первобытной общности>. Он уже отличает себя от

других, может вести самостоятельный образ жизни. Кроме того - это

самое главное - в рабовладельческом обществе жили не только рабы,

но и рабовладельцы, свободные граждане и т.д., которые принимали

непосредственное участие в делах государства, особенно демократиче-

ского. Так, в Афинах эпохи Перикла была развитая рабовладельческая

демократия, суть которой выразил Перикл таким образом: <В нашем

государстве мы живем свободно и в повседневной жизни избегаем вза-

имных подозрений: мы не питаем неприязни к соседу, если он в своем

поведении следует личным склонностям, и не выказываем ему хотя и

безвредной, но тягостно воспринимаемой досады. Терпимые в своих

частных взаимоотношениях, в общественной жизни не нарушаем зако-

нов, главным образом из уважения к ним, и повинуемся властям и

законам, в особенности установленным в защиту обижаемых, а также

законам неписаным, нарушение которых все считают постыдным> .

Первобытный человек не протестовал против существующих по-

рядков. Да ему и в голову не могла придти мысль не покориться родовым

1 Маркс К. Энгельс Ф. Соч. Т. 21 .С. 99.

2 Историки античности. Т. 1. Древняя Греция. М., 1988. С. 304.

и племенным обычаям, ослушаться вождя. Рабы же организовывали

восстания, шли на войну со своими эксплуататорами, потому что осоз-

навали свое рабское положение. Конечно, среди рабов были люди, ко-

торые довольствовались своим положением, верой и правдой служили

хозяевам и не нуждались ни в какой свободе. О таких рабах Гегель

писал, что <раб, довольный своим положением раба, не мыслит себя, так

как свобода не является его целью, следовательно, он не хочет своей

всеобщности, он не хочет только того или другого> .

Именно при рабовладельческом строе одна часть общества получи-

ла возможность заниматься философией, наукой, культурой, т.е. ду-

ховным производством, которое в первобытном обществе было непос-

редственно вплетено в материальную жизнь. Выделение духовного про-

изводства в самостоятельную сферу представляет гигантский прогресс

в развитии человеческого общества, в расширении свободы людей. Не-

лишне напомнить и то, что генезис цивилизации связан по времени с

рабовладельческим строем, когда создается фундамент цивилизации -

общественное богатство-и когда социальные связи начинают домини-

ровать над природными. Таким образом, человек эпохи рабства, даже

если он раб, обладал большей свободой, чем человек эпохи первобытно-

го строя.

Еще большей свободы человек добивается при феодальном способе

производства. Рабов уже нет, человека нельзя продать, купить или

убить. Крестьянин имеет возможность владеть землей, орудиями про-

изводства. У него есть семья, и он относительно свободно распоряжается

своей собственностью. Конечно, при этом нельзя забывать, что сохра-

няется крепостная зависимость, ибо крестьянин без разрешения или без

выкупа не мог покинуть деревню и помещика, на которого он был

вынужден работать.

С возникновением капиталистического строя человек приобретает

полную политическую независимость в том смысле, что его никто ни к

чему не принуждает, и он абсолютно свободен в рамках существующих

юридических законов и норм. Буржуазия разрушила феодальные обще-

ственные отношения, провозгласила лозунг свободного предпринима-

тельства и формального равенства всех перед законом, упразднила со-

словные привилегии и сословные титулы. Классическая французская

буржуазная революция 1789 - 1794 гг. приняла <Декларацию прав

человека и гражданина>, в которой было провозглашено: <1. Люди рож-

даются и остаются свободными и равными в правах. Общественные

отличия могут основываться лишь на соображениях общей пользы.

2. Цель каждого политического союза составляет обеспечение естест-

венных и неотъемлемых прав человека. Таковы свобода, собственность,

безопасность и сопротивление угнетению. 3. Источник суверенитета

1 Гегель. Философия права. М., 1990. С. 392 .

137

зиждется по существу в нации. Никакая корпорация, ни один индивид

не могут располагать властью, которая не исходит явно из этого источ-

ника. 4. Свобода состоит в возможности делать все, что не приносит

вреда другим...> .

В буржуазном обществе человек формально свободен. Он может

работать или не работать, заниматься бизнесом, вкладывать свой капи-

тал в различные сферы экономики, путешествовать и т.п. Но он может

и ничего не делать, ведя, например, паразитический образ жизни.

Получается, что человек абсолютно свободен и может руководствовать-

ся принципом: <Что хочу, то и ворочу>. Однако суровая экономическая

необходимость заставляет его, если можно так выразиться, крутиться и

вертеться, так как ему надо выжить в условиях жесточайшей конкурен-

ции. Если у него ничего нет, кроме рабочей силы, то он вынужден

продавать ее либо частному лицу, либо государству. Поэтому свободу

нельзя понимать, как свободу от добывания средств существования, от

принятых в обществе законов, от существующих принципов, от сло-

жившихся традиций и т.д. Свобода человека в условиях капитализма

выражается прежде всего в том, что в отличие от предыдущих эпох

человек полностью распоряжается собой, он - юридически свободная

личность и является собственником своего <я>.

Но парадокс буржуазной свободы состоит в том, что все свободны,

и вместе с тем никто не свободен: не свободен трудящийся, так как

боится потерять работу и не уверен в завтрашнем дне. Не свободен и

капиталист, ибо боится обанкротиться, не выдержать конкуренции и

т.д. Одним словом, дамоклов меч висит над всеми. И все же повторим,

что человек эпохи буржуазии пользуется гораздо большими свободами,

чем во все предыдущие времена. Но еще больше свободы он получит в

посткапиталистическом обществе, в котором свободное развитие каж-

дого будет условием свободного развития всех.

Свобода непосредственно связана с знаниями. Чем больше знает

человек о законах объективного мира, об окружающей природной и

социальной действительности, тем большей свободой он обладает, ибо

может принимать такие решения, которые в рамках конкретных усло-

вий для него будут наиболее оптимальными. Поэтому нельзя не согла-

ситься с Энгельсом в том, что свобода воли <есть не что иное, как

способность принимать решения со знанием дела> .

Свобода детерминируется социальными и природными условиями

жизни человека, и поэтому, на мой взгляд, неверно утверждение Сар-

тра о том, что человеческая свобода ничем недетерминирована. <Детер-

минизм, - пишет он, - умиротворяющ: человек, для которого знание

сводится к знанию причин, способен и действовать посредством причин,

1 Документы истории Великой французской революции: В 2 т. Т. 1. М., 1990. С. 112.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 116.

и потому, между прочим, все усилия моралистов и по сей день направ-

лены на то, чтобы доказать нам, будто мы - всего лишь рабочие детали,

поддающиеся манипуляциям с помощью подручных средств> . Но че-

ловек не может выскочить за пределы тех жизненных условий, в преде-

лах которых ему приходится жить и работать. Первобытный человек,

например, был так придавлен социальными и природными обстоятель-

ствами, что, как уже отмечалось, фактически не имел никакой свободы.

Другой вопрос - степень свободы. Она зависит от общего уровня раз-

вития общества, от его цивилизованности, от интеллекта человека, от

уровня знаний, от богатства, социального или политического положе-

ния индивида и т.д. Но можно согласиться с Сартром в том, что у

человека всегда есть свобода выбора. В концлагере, например, можно

выбрать свободу погибнуть за Родину, но не выдать своих товарищей

или, наоборот, выбрать свободу предать всех и тем самым спасти свою

шкуру.

Аспекты свободы: экономический, духовный и политический.

Экономический аспект предполагает, во-первых, свободу трудо-

вой деятельности. Человек должен иметь возможность проявить свои

интеллектуальные и физические способности по созданию материаль-

ных и духовных ценностей. Иначе говоря, он должен иметь право тру-

диться, ибо именно в труде человек становится действительным твор-

цом истории. Во-вторых, только свободный труд, т.е. труд на себя и на

общество, труд без эксплуатации и без принуждения приносит настоя-

щее удовольствие человеку. В-третьих, экономическая свобода позво-

ляет человеку воспроизводить свои физические силы, чувствовать уве-

ренность в завтрашнем дне, использовать свободное время для физиче-

ского и духовного совершенствования.

Духовный аспект свободы связан, во-первых, с овладением духов-

ными ценностями и, во-вторых, с возможностью самому их создавать.

Знание литературы, искусства, науки и т.д. помогает человеку чувст-

вовать себя раскованным и полноценным гражданином. Человеку необ-

ходима свобода для производства духовных ценностей. Это значит:

во-первых, быть экономически в состоянии посвятить себя интеллекту-

альной деятельности. Без экономической независимости трудно рас-

считывать на творческую независимость. Как говорится, кто платит,

тот и заказывает музыку. Нельзя не вспомнить в этой связи Лукиана из

Самосаты, этого, по выражению Энгельса, <Вольтера классической

древности>:<Единственное дело историка - рассказывать все так, как

оно было. А этого он не может сделать, если боится Артаксеркса, будучи

его врагом, или надеется получить в награду за похвалы, содержащиеся

в его книге, пурпурный кафтан, золотой панцирь, нисейскую лошадь> .

Ни одно государство не финансирует тех представителей творческой

1 Шарль Бодлер. Цветы зла. Стихотворения в прозе. Дневники. М., 1993. С. 337.

2 Лукиан из Самосаты. Как следует писать историю. Избр. произв. М., 1962. С. 418.

интеллигенции, которые выступают против него. В буржуазном обще-

стве, например, человек свободен писать что угодно и о чем угодно, но

если он затрагивает интересы господствующего класса, то никто его

публиковать не будет. Во-вторых, писать по велению души и сердца,

писать правдиво и отражать в своем творчестве объективные процессы.

В-третьих, не быть контролируемым со стороны цензуры или других

государственных учреждений. Главный цензор человека - его совесть,

его нравственные принципы и нормы. Добродетельный человек никогда

не станет писать сочинения, в которых проповедуется насилие, алч-

ность, антигуманизм и другие пороки человечества. Он никогда не

будет писать пасквили даже на своих врагов. Духовная свобода - это

подлинное наслаждение для человека, стремящегося проявить себя не

в накопительстве, а в интеллектуальном творчестве.

Политический аспект подразумевает наличие политических сво-

бод: свободу слова, свободу избирать и быть избранным, свободу созда-

вать политические партии и т.д. Эти проблемы я уже изложил в преды-

дущих главах. Здесь еще раз хочу подчеркнуть, что политические сво-

боды проявляются в зависимости от экономических свобод, социального

положения индивида и вообще от конкретно-исторических условий.

Ответственность. Можно выделить три вида ответственности:

моральную, юридическую и политическую. Моральная ответствен-

ность не влечет за собой никакого наказания. Человек сам чувствует

свою ответственность перед семьей, обществом и государством, и сте-

пень ответственности зависит от его добросовестности, порядочности и

человечности. Юридическая ответственность предполагает наказание

за нарушение правовых норм и принципов. Что касается политической

ответственности, то она во многом определяется уровнем цивилизован-

ности общества. Прежде всего, народ должен нести политическую от-

ветственность за свои действия или бездействия в политической жизни

страны. Если народ считает, что правительство постоянно его обманы-

вает, и если он ничего не делает для его замены, то такой народ, как

писал Гегель, заслуживает именно такое правительство.

Самой большой политической свободой обладают государственные

деятели. Монарх, например, по существу, имеет неограниченную

власть. И монарх-самодур, не чувствующий никакой ответственности,

может принести огромный ущерб своему народу. В современных усло-

виях очень велика ответственность лидеров государства. Это связано в

первую очередь с наличием ядерной энергии, способной уничтожить

всю мировую цивилизацию. Если во главе ядерной державы окажется

безответственный человек, то от него пострадает не только народ этого

государства, но и весь мир. Поэтому очень важно, чтобы к власти при-

ходили чрезвычайно ответственные люди, психически уравновешен-

ные и обладающие хорошим здоровьем, позволяющим им принимать

ответственные решения.

Глава 6. Политика и предвидение

Общая характеристика предвидения. Условно предвидение можно

определить как возможность предсказать будущие последствия тех

или иных событий, процессов и явлений. Оно связано с причинно-след-

ственными отношениями, на базе которых можно предсказать то, что

должно произойти в будущем. Событие А является причиной следствия

Б, потому что если бы не было А, то не было бы и Б. Разумеется,

предвидение предполагает знание этих причинно-следственных отно-

шений и связей, физик-профессионал может предсказать то, что не в

состоянии сделать неспециалист в области физической науки. Это ка-

сается и политики. Необходимо знать внутреннюю логику политиче-

ской жизни, механизмы ее функционирования и развития, чтобы быть

в состоянии предвидеть определенные последствия политических дей-

ствий. Следует иметь в виду и то, что одно и то же следствие может быть

вызвано разными причинами. Иначе говоря, нужно учитывать плюра-

листичность причин и плюралистичность последствий.

Предвидение основывается на религиозной вере, астрологии, жиз-

ненном опыте и научных данных. Главное в религии, как известно, -

вера в сверхъестественные силы (следует отличать религиозную веру от

обычной веры, которая нужна любому нормальному человеку). В преж-

ние времена утверждалось, что вместе с изменением общественных

отношений, с улучшением материального положения людей они пере-

станут верить в бога, в то, что какие-то таинственные силы помогут им

обрести покой и счастье, что благодаря атеистическому воспитанию они

откажутся от услуг знахарок, гадалок, хиромантов, предсказывающих

их судьбу и будущее. Конечно, от материального положения людей во

многом зависит влияние религии и религиозного мировоззрения. Чело-

век, постоянно озабоченный поисками пищи и крыши над головой,

легко поддается влиянию религии, так как надеется, что бог ему в

конечном счете поможет. Кроме того, влияние религии усиливается в

смутные времена, когда общество переживает глубочайший кризис и

когда неизвестно, как выйти из этого кризисного состояния. Но если

даже всех людей сделать зажиточными и богатыми, если даже устра-

нить всякие социальные катаклизмы, религиозное сознание все равно

не исчезнет. Более того, оно не исчезнет и тогда, когда даже все граж-

дане государства получат высшее образование. Хорошо известно, что

многие выдающиеся ученые были верующими.

Не следует забывать и то, что человек - единственное животное,

осознающее конечность своего существования, свою смерть. Рассел пи-

сал, что инстинкт страха перед смертью является наиболее важной

человеческой эмоцией. Но, рано или поздно, человек должен уйти в мир

иной, и ему хочется верить в загробную жизнь, предвидеть свое инобы-

тие. А такую веру и представление об этом инобытии обеспечивает ему

религии. <Я слышал еще мальчиком, - пишет Аврелий Августин, - о

вечной жизни, обещанной нам через уничижение Господа нашего, ни-

сшедшего к гордости нашей> . В критические минуты человек верую-

щий обращается к знахарям и гадалкам, к хиромантам, которые ему

предсказывают будущее.

Религиозная вера для предсказания будущего используется не

только в личной, но и общественной жизни. В античном мире, напри-

мер, когда господствовало язычество, часто прибегали к помощи жрецов

и прорицателей, которые должны были предсказать последствия воен-

ных походов. Так, готовясь к войне с персами и <желая вопросить бога

о предстоящем походе, Александр прибыл в Дельфы. Случилось так, что

приезд его совпал с одним из несчастных дней, когда закон не позволяет

давать предсказания. Сначала Александр послал за прорицательницей,

но так как она, ссылаясь на закон, отказалась придти, Александр пошел

за ней сам, чтобы силой притащить ее в храм. Тогда жрица, уступая

настойчивости царя, воскликнула: <Ты непобедим, сын мой!> Услышав

это, Александр сказал, что не нуждается больше в прорицании, так как

уже получил оракул, который хотел получить> .

Конечно, современные политики и государственные деятели не

прибегают к помощи жрецов или пророков. Хотя многие из них, будучи

верующими, нередко обращаются к религиозным культам и пытаются

заручиться их поддержкой при решении вопросов, имеющих для них и

для руководимых ими государств судьбоносное значение.

Что касается астрологии, возникшей еще в древности, то трудно

определить, к какому жанру предвидения ее отнести. Я ее не отвергаю,

но и не поддерживаю, так как сильно сомневаюсь в ее предсказаниях.

Но ясно одно: в современном мире место жрецов и прорицателей зани-

мают астрологи, которые в зависимости от расположения небесных

светил предсказывают судьбу человека, народов, государств и т.д. Мно-

гие специалисты в области астрологии доказывают ее важность и науч-

ность. В этой связи, на мой взгляд, заслуживает внимания работа

С.А.Вронского <Астрология: суеверие или наука?> Автор правильно

пишет, что в мире все взаимосвязано, <что основа человеческой лично-

сти и судьбы определяется геокосмическими факторами, то есть всеоб-

щими законами природы и Космоса, биологическими условиями, мес-

1 Аврелий Августин. Исповедь Блаженного Августина, епископа Гиппонского. М.,

1991 .С. 63.

2 Плутарх. М., 1983. С. 58.

том рождения и постоянного пребывания, окружающей средой и т.д.

Сюда также относится и происхождение человека, его наследственные

признаки, воспитание и образование, социальная принадлежность,

профессия и деятельность, нрав и дух времени и отношение к нему,

убеждения и мировоззрения, то есть все, что в той или иной степени

может подействовать на физическое и психическое развитие данного

человека, его мораль и этику, его образ жизни> . Все это верно, но имеет

ли прямое отношение к гороскопу? Очень сомневаюсь.

Безусловно, следует согласиться с С.А. Вронским в том, что нельзя

абсолютно безошибочно предсказать то или иное событие. Но все же

нужно давать более или менее точные прогнозы, иначе все это будет

походить на шарлатанство.

С.А. Вронский дает краткую характеристику детей, родившихся с

23 октября по 22 ноября. Я привожу данную характеристику потому,

что сам родился в этот промежуток времени (10 ноября). Мой зодиа-

кальный знак - Скорпион. Дети, родившиеся под этим знаком, оказы-

ваются энергичны, горды, эгоистичны, их влечет к мистике, к оккуль-

тным и сокровенным наукам, к красивому и изящному. Они любят

природу и животных, довольно подозрительны и недоверчивы и т.д.

Могу искренне и честно сказать, что абсолютное большинство харак-

терных черт этих детей ко мне не имеет никакого отношения. У меня,

например, никогда не было склонности к мистике, к красивому и изящ-

ному, я никогда не проявлял особой любви к природе и животным,

никогда не увлекался походами или приключениями. Очень трудно

представить себе, чтобы с помощью астрологических данных предска-

зать то или иное событие, скажем, войну или революцию, экономиче-

ские кризисы и т.д. Но нельзя препятствовать астрологии, ибо в конце

концов изучение космических систем имеет не только теоретическое,

но и практическое значение, особенно в настоящее время, когда человек

непосредственно начал осваивать космическое пространство.

Предвидение, связанное с жизненным опытом, предполагает учет

жизненных перипетий, с которыми имеет дело каждый человек. Если,

допустим, те или иные действия привели к нежелательным для меня

последствиям, то я должен избегать повторного совершения этих дейст-

вий. Но надо иметь в виду, ч-iO человек часто преследует одну цель, а

полученный результат оказывается совсем нежелательным. Иначе го-

воря, трудно здесь предвидеть те последствия, которые вызываются

данными поступками. И все же не следует пренебрегать ни рядовому

человеку, ни государственному деятелю жизненным опытом и стре-

миться к тому, чтобы максимально реализовались преследуемые цели.

1 Вронский С.А. Астрология: суеверие или наука? М., 1991. С. 31.

143

Научное предвидение представляет собой такую форму прогноза,

которая строго базируется на научных данных, на всестороннем науч-

ном учете всех обстоятельств. Задача науки - открывать закономерно-

сти объективного мира, выяснять его имманентную логику развития и

механизмы взаимодействия процессов и феноменов. Задача науки вме-

сте с тем состоит в том, чтобы делать какие-то прогнозы , предсказывать

возможные последствия тех или иных событий и действий. Принято

считать, что научное предвидение связано с динамическими и статисти-

ческими законами объективной действительности. Под первыми обыч-

но подразумевают такие причинные связи, когда данное состояние обя-

зательно имеет четко определенные последствия. Поэтому если извест-

ны начальные условия, то можно точно предсказать результаты. Если,

например, известно, что поезд из Москвы отправляется в Псков и что в

нем находится пассажир Сидоров, то можно однозначно предсказать,

что Сидоров прибудет в Псков.

Под вторыми подразумеваются такие состояния, которые гетеро-

генны и уже в силу этого нельзя однозначно предсказать их последст-

вия. Статистические закономерности - это закономерности массовых

явлений. В сущности, все закономерности носят статистический харак-

тер, так как окружающий нас мир очень сложен и многообразен и

никакие динамические законы не могут его охватить. Если взять, на-

пример, социум, то он очень гетерогенен и представляет собой продукт

взаимодействия людей, действующих сознательно и преследующих со-

знательно поставленные цели. Они индивидуальны и уникальны, не-

возможно проникнуть в их внутренний мир и предсказать, какие по-

ступки они намерены совершить. Пассажир Сидоров может и не попасть

в Псков, ибо он может выйти на какой-нибудь другой станции, заболеть

в поезде и попасть в больницу и т.д.

Предвидение общественных процессов и явлений базируется на

данных истории, социологии, статистики, демографии, политики, фи-

лософии и других гуманитарных наук. Отсюда и сложность социального

предвидения, отсюда и нередко появление утопических теорий и кон-

цепций. <Город Солнца> итальянского мыслителя Кампанеллы читает-

ся с большим интересом, но изложенная в нем теория носит утопиче-

ский характер. Утопическими были и воззрения Сен-Симона, Фурье,

Оуэна, потому что они к исследованию общественной жизни подходили

поверхностно, не занимались глубокими разработками классовых отно-

шений и не раскрывали закономерностей развития человечества, хотя

порою выдвигали гениальные идеи. Иными словами, эти воззрения не

базировались на строго научном анализе социальных феноменов и про-

цессов. Можно привести пример научного предвидения, оказавшегося

безошибочным. Речь идет о научном предсказании, сделанном Энгель-

сом. Во <Введении> к брошюре Борнхейма <На память ура-патриотам

1806-1807 годов>. Анализируя положение Пруссии, ее будущее разви-

тие, Энгельс писал: <... Для Пруссии - Германии невозможна уже

теперь никакая иная война, кроме всемирной войны (подчеркнуто

мною - И. Г.). И это была бы всемирная война невиданного раньше

размера, невиданной силы. От восьми до десяти миллионов солдат будут

душить друг друга и объедать при этом всю Европу до такой степени

дочиста, как никогда еще не объедали тучи саранчи. Опустошение,

причиненное Тридцатилетней войной - сжатое на протяжении трех-

четырех лет и распространенное на весь континент, голод, эпидемии,

всеобщее одичание как войск, так и народных масс, вызванное острой

нуждой, безнадежная путаница нашего искусственного механизма в

торговле, промышленности и кредите; все это кончается всеобщим бан-

кротством; крах старых государств и их рутинной государственной муд-

рости, - крах такой, что короны дюжинами валяются по мостовым...

Такова перспектива, если доведенная до крайности система взаим-

ной конкуренции в военных вооружениях принесет, наконец, свои не-

избежные плоды. Вот куда, господа короли и государственные мужи,

привела ваша мудрость старую Европу> .

Эти строки Энгельсом были написаны 15 декабря 1887 года. Дейст-

вительно ровно через 27 лет была развязана первая мировая война, в

которой Германия потерпела поражение. Нельзя не обратить внимание

и на то, что многие высказывания Энгельса почти текстуально совпали

с событиями этой войны (она длилась четыре года, в нее были вовлечены

миллионы людей и т.д.). Это исключительный случай предвидения,

который сделал Энгельс на базе изучения законов функционирования

и развития общества.

Можно привести и другой пример предвидения. Находясь в ссылке

на о.Святой Елены, Наполеон 1 предсказывал, что в будущем мир будет

либо американской республикой, либо всеобщей русской монархией.

Не ошибся французский император, ибо в биполярном мире действи-

тельно доминировали США и СССР. Гениальный Наполеон такого рода

прогнозы делал на основе того, что он отлично знал политическую

жизнь современного ему мира.

Но вообще всякое предвидение носит вероятностный характер.

Чтобы точно предсказать то или иное будущее явление, необходимо

выполнение многих условий, что практически невозможно в постоянно

изменяющемся мире. Тем не менее человек потому и человек, что он

должен стремиться к предвидению возможных последствий своих по-

ступков.

1 Маркс К. Энгельс Ф. Соч. Т. 21 .С. 361.

10-6035 ^

Политическое предвидение. Необходимая черта политика - пред-

видеть последствия политических действий. Политик не может дейст-

вовать путем проб и ошибок. Он отвечает за жизни миллионов людей,

за вверенное ему государство, и он, как шахматист, до принятия того

или иного решения обязан просчитать несколько ходов вперед, тща-

тельно взвесить каждое свое политическое решение и лишь после этого

приступить к политическим действиям. Трагедия многих политиков

состоит в том, что они, не имея ни малейшего представления ни о

внутренних, ни о геополитических интересах своего государства, начи-

нают действовать необдуманно, скоропалительно, что в конечном итоге

приводит либо к потере влияния, либо к развалу самого государства.

Объективно такой политик является предателем, хотя субъективно он

может быть честным человеком.

Политик должен иметь холодный рассудок и горячее сердце. Ему

необходимо исходить не из эмоций, а из сложившейся реальной ситуа-

ции. Политик - это реалист, а не романтик, и свои решения он соиз-

меряет с суровой действительностью. Это значит, во-первых, знание

внутренней ситуации государства, его экономической мощи, расстанов-

ки классовых отношений, во-вторых, знание геополитических интере-

сов государства. Великое государство, например, имеет одни геополи-

тические интересы, а малое - другие. Глава карликового государства

не может претендовать на то, чтобы решать мировые политические

проблемы. Но и глава великого государства, если он не в состоянии

предвидеть свои политические поступки, учитывать экономические и

иные потенции своей державы, в конце концов может потерять все. Во

всех случаях необходимо смотреть вперед и не предпринимать никаких

необдуманных шагов.

Политическое предвидение во многом связано с преемственностью.

Стабильное развитие общества в немалой степени зависит от соблюде-

ния традиций, от преемственности. Без передачи от поколения к поко-

лению материальных и духовных ценностей нет стабильности в обще-

стве, а без стабильности нет развития, но без развития нет общества.

Государство, политические лидеры которого постоянно отвергают со-

зданное их предшественниками, критикуют их и заново начинают стро-

ить новые политические отношения, не имеет ни истории, ни будущего.

Одна из причин стабильности политики США, например, состоит в том,

что пришедший к власти новый президент никогда не критикует своего

предшественника. Он воздаст ему должное, а потом проводит свою

политику, которая, по существу, является продолжением политики

предыдущего президента, потому что у всех президентов США одна

общая цель - глобальные интересы Соединенных Штатов Америки.

Новому президенту нетрудно действовать, принимать те или иные ре-

шения в геополитических интересах своего государства. Заметим, что

изучение политической истории таких государств, как США, гораздо

легче. Но государства, чьи лидеры не признают никакой преемственно-

сти не только в политике, но и в других сферах общественной жизни,

обречены на гибель. Историю таких государств чрезвычайно трудно

изучать, у них непредсказуемо не только настоящее, но и прошлое. В

России, а потом в СССР отсутствие традиций нередко были причиной

многих политических катаклизмов. В.О. Ключевский пишет, что <от

Петра 1 престол перешел к его вдове императрице Екатерине 1, от нее

ко внуку преобразователя Петру II, от него к племяннице Петра 1,

дочери царя Ивана Анне, герцогине курляндской, от нее к ребенку

Ивану Антоновичу, сыну ее племянницы Анны Леопольдовны браунш-

вейгекой, дочери Екатерины Ивановны, герцогини мекленбургской,

родной сестры Анны Ивановны, от низложенного ребенка Ивана к до-

чери Петра 1 Елизавете, от нее к ее племяннику, сыну другой дочери

Петра 1, герцогини голштинской Анны, к Петру III, которого низложила

его жена Екатерина II. Никогда в нашей стране, да, кажется, и ни в

каком другом государстве, верховная власть не переходила по такой

ломаной линии. Так ломал эту линию политический путь, каким эти

лица достигали власти: все они попадали на престол не по какому-либо

порядку, установленному законом или обычаем, а случайно., путем

дворцового переворота или придворной интриги> . Очевидно, что ни о

какой политической преемственности речи не могло быть. В советскую

эпоху Н.С. Хрущев отверг все, что было сделано при Сталине не только

в области политики, но и экономики, в социальной и духовной сфере. В

результате страна потеряла очень многое. Н.С. Хрущева сняли, вначале

были кое-какие сдвиги, потом наступили застойные процессы. Пришел

М.С. Горбачев, решил все перестроить, но не было никаких планов

перестройки, все решения принимались необдуманно, без предвидения

их последствий, стали огульно охаивать то, что было сделано до пере-

стройки, заново начали переписывать историю. Результат: нет супер-

державы, нет экономики, нет и политики.

Большой вред политике приносят популизм, стремление завоевать

дешевый авторитет. Популистские лозунги обычно используются во

время предвыборной кампании, но находящийся у власти политик обя-

зан руководствоваться известным принципом: <Семь раз отмерь, один

раз отрежь>. Так надо отрезать, чтобы в выигрыше оказались граждане

и в целом государство. Вот почему, по моему глубокому убеждению, как

не всякий может быть выдающимся математиком, композитором, ху-

дожником и т.д., так и не всякий может быть выдающимся политиком.

Скажу больше, не всякий может быть вообще политиком. Политика -

1 Ключевский B.C. Соч.: В 9 т.Т. 4. М., 1989. С. 237.

147

это призвание, а не профессия или специальность. Нет таких учебных

заведений, которые бы выпускали политиков. Можно учить технологии

политики, политическим наукам и т.д., но нельзя научить человека

принимать адекватные решения и предсказывать последствия полити-

ческих действий. Выдающийся политик - такой же талант, как и вы-

дающийся ученый.

В истории человечества было много императоров, королей, прези-

дентов, глав государств, но немногие из них являются выдающимися.

Для того, чтобы стать великим государственным деятелем, нужны иск-

лючительные обстоятельства, которые возникают на крутых поворотах

истории и оказывают огромное влияние на дальнейшее развитие чело-

вечества. Если образно представить себе исторический процесс, то мож-

но заметить, что он не есть прямая линия, а зигзагообразен. Более того,

в некоторых местах мы видим повороты, валуны, ухабы, которые нельзя

обойти, но без преодоления которых дальнейшее продвижение вперед

совершенно невозможно. В эти моменты появляются лидеры, способные

преодолеть все препятствия, расчистить дорогу для социального про-

гресса и обновления. Таких лидеров принято считать выдающимися

людьми. Иными словами, выдающаяся личность - продукт исключи-

тельно важной исторической эпохи. Наполеон стал великим именно

потому, что Франция в конце XVIII века занимала ведущее положение

в духовной и политической жизни Европы, которое ей обеспечила рево-

люция 1789-1794 годов. Петр стал великим, потому что Россия начала

XVIII века нуждалась в великих реформах, позволивших ей занять

передовые рубежи в области науки, военного дела и т.д.

Но чтобы стать великим политическим и государственным деяте-

лем, одних исторических условий недостаточно. Бывали в истории мо-

менты, когда социальные и экономические преобразования были край-

не необходимы, но не находились выдающиеся люди, под руководством

которых можно было совершить эти преобразования. Бывали и такие

моменты, когда во главе этих преобразований оказывались ничтожные

политические лидеры, приводившие к краху все общество. Поэтому

политический лидер для того, чтобы стал выдающимся человеком, дол-

жен обладать гениальным умом, даром предвидения, выдающимися

чертами, необходимыми для выполнения больших трудных и ответст-

венных задач. Он должен быть образованным, решительным, смелым,

твердым, принципиальным и очень ответственным, стоять на целую

голову выше своего окружения, не бояться брать на себя риск и ответ-

ственность за принятые решения и доводить их до конца. Без этих

качеств человек не может стать великой личностью.

О выдающемся человеке судят по его делам и поступкам, а не по

обслуживающей его идеологии. Важнейший критерий, характеризую-

щий политического лидера как великую личность, - насколько его

деятельность способствовала социальному прогрессу и решению тех

задач, которые ставило его время. Это объективный критерий, так как

он не зависит от субъективной оценки людей. Как бы ни относились к

Петру Первому, несомненно одно, что его реформе <Россия обязана

всем своим наличным образованием и всеми сокровищами своей лите-

ратуры. Если бы тут мог быть какой-нибудь вопрос, то на него уже

ответили два величайших представителя русского образования в про-

шлом и в настояще веке- Ломоносов и Пушкин, неразрывно связавшие

свое имя с именем Петра> . Уже почти сорок лет Сталин подвергается

беспощадной и, на мой взгляд, несправедливой критике. Его обвиняют

во всех мыслимых и немыслимых грехах, но тем не менее Сталин

остается великой исторической личностью. Под его руководством стра-

на была превращена в супердержаву, народ выиграл войну и восстано-

вил в считанные годы народное хозяйство. Впрочем, предоставим слово

его лучшему <другу> и выдающемуся оппоненту У.Черчиллю. Вот что

он говорил в речи, произнесенной в палате общин 21 декабря 1959 года

в связи с восьмидесятилетием со дня рождения Сталина, которая была

опубликована в Великой британской энциклопедии: <Большим счасть-

ем было для России, что в годы тяжелейших испытаий страну возгла-

вил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдаю-

щейся личностью, импонирующей нашему изменчивому жестокому

времени того периода, в котором происходила вся его жизнь.

Сталин был человеком необычной энергии, с несгибаемой силой

воли, резким, жестоким, беспощадным в беседе, которому даже я, вос-

питанный в Британском парламенте, не мог ничего противопоставить.

Сталин прежде всего обладал большим чувством юмора и сарказма

и способностью точно воспринимать мысли. Эта сила настолько велика

в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государ-

ства всех времен и народов. Сталин произвел на нас величайшее впе-

чатление. Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логически

осмысленной мудростью. Он был непоколебимым мастером находить в

трудные моменты пути выхода из самого безвыходного положения.

Кроме того, Сталин в самые критические моменты, а также в мо-

менты торжества, был одинаково сдержан и никогда нс поддавался

иллюзиям. Он создал и подчинил себе огромную империю, это был

человек, который своего врага уничтожал своим врагом, был необычай-

но сложной личностью. Сталин был величайшим, не имеющим себе

равного в мире диктатором, который принял Россию с сохой и оставил

ее оснащенной атомным оружием>. Моралисты возразят, что при Ста-

лине было принесено много жертв, что сурово наказывалось каждое

1 Соловьев В.С. Соч. :В2 т. М., 1989. Т. 1. С. 432.

149

правонарушение, что доминировал страх и т.д. Но с точки зрения мора-

ли все крупные социальные, экономические, политические и другие

преобразования можно осудить, потому что они связаны с жертвами,

страданиями и бедствиями людей. С точки зрения морали было бы

хорошо, если бы история представляла собой гладкую, асфальтирован-

ную, прямую широкую улицу, по которой бы субъекты истории шест-

вовали с плакатами, знаменами и песнями. Однако история имеет дра-

матический, а порою и трагический характер. Ведь жизнь человека

тоже порою трагична. Тяжелобольной человек переживает трудные

моменты своей жизни, и если находится врач, который излечивает его,

вырезает, так сказать, злокачественную опухоль, то такого врача сле-

дует благодарить, а не критиковать. Если в трудную минуту для истории

находится человек, который выводит страну из крайне критического

состояния, который может и допустить ошибку (не ошибается только

бездельник), деятельность которого способствует дальнейшему посту-

пательному движению общества, то такого человека следует оценивать

высоко. Современники, как правило, часто ошибаются в оценке своих

лидеров. Это касается почти всех великих политических деятелей. И

тоже, как правило, эти деятели надеялись на будущие поколения. Так,

очень надеялся на будущее поколение Наполеон 1 (и его надежды оп-

равдались). На будущее надеялся и Сталин, говоривший, по словам

Молотова, что после его смерти на его могилу нанесут кучу мусора, но

ветер истории безжалостно развеет ее. Но время Сталина пока не при-

шло. Конечно, оно придет, но придет тогда, когда его деятельность

уйдет в <чистую> историю, то есть когда она не будет оказывать непос-

редственного влияния на настоящее.

Моралист скажет, что все великие политические лидеры - Алек-

сандр Македонский, Юлий Цезарь, Петр Первый, Наполеон 1, Сталин

и др. - были диктаторами. Моралист прав, они были диктаторами и,

конечно, было бы лучше, если бы вместо диктатуры господствовали

принципы любви, гуманизма, социальной справедливости, если бы вы-

сшей ценностью считалась жизнь человека. Но законы истории не под-

властны людям, и в критические периоды истории лидерам приходится

принимать весьма непопулярные решения. Тысячи людей погибли при

строительстве города Петербурга, когда сооружали египетские пирами-

ды. Видимо, погибло не меньше людей, когда занимались индустриали-

зацией в СССР; люди жертвовали собой, не щадили своих сил. Это

плохо, но в истории нет морали, в истории остаются материальные и

духовные ценности, по которым судят об уровне культуры изучаемой

эпохи. Без египетских пирамид мы мало что знали бы о египетской

цивилизации, без индустриализации СССР проиграли бы самую страш-

ную в истории человечества войну, без нее не было бы советских косми-

ческих исследований. Такова логика истории. Великие дела, к сожале-

нию, требуют определенных жертв. И не вина политических лидеров,

что имеются такие жертвы. Другой вопрос, если лидер жертвует людьми

во имя защиты собственных интересов. Однако такой лидер никогда не

станет великим и его неизбежно ждет позор в истории. Никто не назовет

выдающимися Нерона или Калигулу, Гитлера или Муссолини. Их дея-

тельность не способствовала прогрессу общества. Напротив, они тормо-

зили этот прогресс, они принесли в жертву миллионы людей во имя

своих эгоистических интересов. Они были ничтожными личностями и

остались ничтожными в истории.

Предвидение в политике носит тактический и стратегический

характер. Это значит, что политик, преследуя ближайшие задачи, не

забывает и об отдаленных задачах. Поэтому свои политические дейст-

вия он соизмеряет с теми последствиями, которые они будут иметь для

его страны, чьи интересы он всегда ставит выше интересов других госу-

дарств. Я приведу два примера. Первый пример. Немецкий канцлер

Бисмарк хочет объединить Германию. Но ему надо обезопасить себя от

французов, и он стремится к тому, чтобы спровоцировать войну между

Францией и Пруссией, выиграть ее и объединить насильственным пу-

тем все разрозненные немецкие государства. Однако Бисмарк не был

уверен в том, что его армия готова к военным операциям, и поэтому

когда в июле 1870 года во время совещания к нему на подпись принесли

текст записи беседы прусского короля с французским дипломатом, то

он, прежде чем подписать его, спросил у военного министра и началь-

ника генерального штаба, готова ли прусская армия к войне. Получив

утвердительный ответ, Бисмарк отредактировал текст таким образом,

что его появление в печати в виде телеграммы вызвало у французов

резкий протест и возмущение. Император Франции Наполеон III был

оскорблен. 19 июля 1870 года Франция объявила войну Пруссии и

быстро ее проиграла. Бисмарк добился не только своей тактической, но

и стратегической цели: разгромив Францию, он объединил Германию.

Канцлер, как видно, тщательно просчитал ходы, что ему позволило

предвидеть возможные благоприятные последствия победы на войне.

Второй пример. На огромных просторах Советского Союза ведутся оже-

сточенные бои с немецкими фашистами. Премьер-министр Англии

У.Черчилль в августе 1942 года прилетает в Москву и встречается со

Сталиным. Сталин хотел, чтобы сразу открыли второй фронт. Черчилль

изложил свою позицию, суть которой заключалась в том, что в настоя-

щее время второй фронт нельзя открыть. Но он тут же предложил

операцию <Торч>, которую хотел провести в Северной Африке. Далее

предоставим слово Черчиллю: <В этот момент Сталин, по-видимому,

внезапно оценил стратегические преимущества <Торч>. Он перечислил

четыре основных довода в пользу <Торч>. Во-первых, это нанесет Ром-

мелю удар с тыла; во-вторых, это запугает Испанию; в-третьих, это

вызовет борьбу между немцами и французами; в-четвертых, это поста-

вит Италию под непосредственный удар.

Это замечательное заявление произвело на меня глубокое впечат-

ление. Оно показывало, что русский диктатор быстро и полностью ов-

ладел проблемой, которая до этого была новой для него. Очень немногие

из живущих людей смогли бы в несколько минут понять соображения,

над которыми мы так настойчиво бились на протяжении ряда месяцев.

Он все это оценил молниеносно> . О чем это свидетельствует? О том,

что Сталин обладал выдающимися политическими и военными способ-

ностями. Он мог быстро оценить ситуацию и предсказать возможные

последствия совершаемых действий. Вообще следует подчеркнуть, что

все выдающиеся государственные деятели имели не только феноме-

нальные способности, но и постоянно думали. Все, например, удивля-

лись тому, с какой быстротой Наполеон 1 принимал решения, как он

предвидел ход событий. Однажды он заметил, что не следует этому

удивляться, ибо он постоянно думает и решения долго созревают в

голове, а потом их быстро принимает.

В политическом предвидении (и не только в нем) важно учитывать

исторический опыт, не повторять собственные ошибки и ошибки своих

предшественников. Однако в действительности мало кто учитывает

этот опыт и мало кто из него извлекает какой-либо урок. Нельзя не

вспомнить в этой связи Гегеля. <Правителям, государственным людям

и народам, - писал он, - с важностью советуют извлекать поучения

из опыта истории. Но опыт и история учат, что народы и правительства

никогда ничему на научились из истории и не действовали согласно

поучениям, которые можно было бы извлечь из нее> . Почему? На этот

вопрос отвечает сам же Гегель. <В каждую эпоху оказываются такие

особые обстоятельства, каждая эпоха является настолько индивидуаль-

ным состоянием, что в эту эпоху необходимо и возможно принимать

лишь такие решения, которые вытекают из самого этого состояния. В

сутолоке мировых событий не помогает общий принцип или воспоми-

нание о сходных обстоятельствах, потому что бледное воспоминание

прошлого не имеет никакой силы по сравнению с жизненностью и сво-

бодой настоящего> . Думаю, что в данном случае великий философ

ошибается. В истории есть универсальные закономерности, что, кстати,

Гегель признает, показывающие, что происходит как бы повторение

событий, но повторение, безусловно, на новой основе. Это особенно

1 Вторая мировая война в воспоминаниях Уинстона Черчилля, Шарля де Голля,

Корделла Хэлла, Уильяма Леги, ДуайатаЭйзенгауэра. М., 1990. С. 168.

2 Гегель Г.В.Ф. Лекции по философии истории. СПб., 1993. С. 61.

3 Там же. С. 61-62.

проявляется в смутные времена или кризисные эпохи, когда на полити-

ческую сцену выходят различного рода политические проходимцы, бес-

совестные и бездарные личности, не умеющие предвидеть будущие

события, оценивать происходящее и принять адекватные решения. На-

род, учитывая опыт прошлого, мог бы не допускать таких людей в

политическую сферу, но он забывает о своем прошлом и вновь начинает

апплодировать мелким личностям, преследующим лишь свои эгоисти-

ческие интересы. В этом трагедия народа (о чем писал тот же Гегель),

который заслуживает такое правительство, какое имеет.

Таким образом, политика и предвидение неразрывно связаны меж-

ду собой. Наиболее эффективной является та политика, которая может

правильно оценивать настоящее, учитывать всю сложность и много-

гранность социальных, политических и экономических феноменов,

предсказывать возможные последствия принимаемых решений. Такая

политика способствует стабилизации общества, его поступательному

движению по пути социального прогресса.