Часть 8.

другой стороны, очевидно, что-то отношение абсолютного мира к миру явлений, идей к вещам, которое во всех прежних системах философии, даже тех, которые более или менее выражают прообраз истины, было еще неразвито и неполно, сделало неузнаваемыми зародыши истинного понимания сущности материи, которые в них содержались.

Материя так же, как и все, что есть, проистекает из вечной сущности и есть (хотя в явлении лишь непрямое и опосредованное) действие вечного субъект-объективирования и преобразования ее бесконечного единства в конечность и множество. В вечности это преобразование не содержит ничего от телесности, или материальности, являющейся материи, оно есть в себе (An-sich) этого вечного единства, являющегося посредством самого себя как чисто относительное единство, в котором оно принимает телесную форму. В себе является нам посредством единичных действительных вещей постольку, поскольку мы сами в этом акте преобразования существуем как единичности, или точки прохода (Durchgangspunkte), в которых вечный поток того, что есть в нем абсолютное тождество, останавливается в той мере, в какой он связан с особенностью этого тождества; поскольку в себе мы познаем только в одном направлении, это означает, что мы вообще его не познаем, так как оно есть вечный акт познания только в нераздельности двух своих сторон и абсолютное тождество.

Следовательно, материя, рассмотренная абсолютно, суть реальная сторона абсолютного познавания, и как таковая суть то же самое, что и вечная природа, в которой дух Бога вечным образом творит бесконечность в конечности; поскольку материя в качестве переведения (Eingebarung) единства в различие в целом в свою очередь заключает в себе все формы, не будучи сама рав-

342

ной или неравной какой-то одной, и как субстрат всех потенций сама не является потенцией. Абсолютное поистине разделилось бы, если бы оно в реальном единстве не воспроизводило одновременно с ним идеальное единство и то, в котором оба есть одно, ибо только это составляет истинное подобие абсолютного. Как абсолютное не делится в материи (реальной стороне вечного продуцирования), так же мало и материя может делиться именно благодаря тому, что точно так же, как абсолютное в ней, так и она в свою очередь как в себе обозначается посредством отдельных потенций в ней, а потому в какой бы потенции она ни являлась, она, тем не менее, всегда и необходимо является как целое (трех потенций).

Первую потенцию в рамках материи составляет преобразование единства во множество как относительное единство, или [единство] в различенности, и именно оно есть потенция являющейся материи как таковой. В себе, которое погружается в эту форму относительного единства, со своей стороны, есть само абсолютное единство, только последнее, находясь в подчинении потенции, где господствующим моментом является различие, не - тождество (ибо в любой потенции господствует то, что воспринимает другое), из абсолютного единства преобразуется в [бытие] вне друг друга (АцЙег-ein-ander) как глубину и является как третье измерение. Два единства этой реальности явления (Realen der Erscheinung) — первое единство внедрения единства в различие, определяющее первое измерение, второе единство обратного преобразования различия в единство, определяющее второе измерение, — есть идеальные формы, которые при полном произведении третьего измерения являются (erschei-пеп) неразличенными.

343

Те же потенции имеются и в соответствующей потенции идеального ряда, но там они выступают как потенции акта познания, а не являются (erscheinen), как здесь, измененными в другое, а именно в бытие.

Первую потенцию, которая есть преобразование бесконечного в конечное, в идеальном составляет самосознание, представляющее собой живое единство во множестве, которое в реальном как бы умерщвлено, выражено в бытии и является как линия, чистая длина.

Вторая потенция, составляющая противоположность первой, в идеальном является как ощущение, а в реальном она есть ощущение, ставшее объективным, как бы затвердевшим, чисто ощущаемое, качество.

Оба первых измерения в телесных вещах относятся как количество и качество, первое — это их определение для рефлексии, или понятия, второе — для суждения. Третье, которое в идеальном есть созерцание, есть то, что полагает отношение (Setzende der Relation); субстанция суть единство как само единство, акциденция — форма обоих единств.

Три потенции есть в обоих рядах одно и то же; вечный акт познания оставляет в одном лишь чисто реальную, в другом — чисто идеальную стороны, однако именно поэтому в обоих оставляет сущность только в форме явления. Следовательно, природа есть лишь затвердевший в бытии интеллект (Intelligenz), ее качества есть угасшие в бытии ощущения, тела — как бы умерщвленные созерцания. Наивысшая жизнь принимает здесь облик смерти и только лишь сквозь многие преграды вновь прорывается к самой себе. Природа — пластичная сторона Вселенной, даже изобразительное искусство умерщвляет ее идеи и превращает их в тела.

344

Необходимо заметить, что эти три потенции нужно понимать не последовательно, а одновременно. Третье измерение является третьим и в качестве такового реальным лишь поскольку оно само положено в подчинении первому (как относительному внедрению единства во множество), а оба первых, в свою очередь, могут выступать как определения формы (Forrabestim-mungen) только в третьем, которое постольку есть первое.

Здесь нужно сказать еще об отношении материи и пространства. Именно потому, что в материи целое погружается лишь в относительное единство единства и множества и что только абсолютно реальное есть также абсолютно идеальное, последнее для настоящей потенции является как отличное от реального, как то, в чем это реальное есть; именно по той причине, что это идеальное, со своей стороны, имеется без реальности, оно и является только как идеальное, как пространство.

Из этого явствует, что материя, как и пространство, есть лишь абстракция, что одно обнаруживает бессущностность другого и что именно потому, что-то, чтоб они есть, они есть только как противоположности, в тождестве (или их общем корне) одно не есть пространство, другое - не материя.

Тот, кто жаждет дальнейших разработок этой конструкции, найдет их в неоднократно указывавшихся работах, но прежде всего в «[Дальнейшем] изложении системы философии» во второй тетради первого тома «Нового журнала спекулятивной физики».11

345

Пятая глава

ОСНОВОПОЛОЖЕНИЯ ДИНАМИКИ

В самом созерцании были постоянное чередование и постоянное столкновение противоположных деятельностей. Конец этому чередованию дух кладет благодаря тому, что он свободно, каков он и есть, возвращается к самому себе. Теперь он вновь вступает в свои права, он чувствует себя свободной, самостоятельной сущностью. Однако дух не может этого делать, не признавая в то же время за продуктом, который держал его скованным, самостоятельного существования и независимости. Теперь он впервые противопоставляет себя как свободную, рассматривающую сущность действительному, и теперь оно впервые находится как объект перед судом рассудка. Субъективный и объективный мир разделяются; созерцание становится представлением.

И* одновременно в объекте становятся постоянными те противоположные деятельности, из которых он произошел в созерцании. Духовное происхождение объекта лежит по ту сторону сознания, ибо сознание возникло только вместе с ним. Объект является, поэтому как что-то такое, что существует совершенно независимо от нашей свободы. Следовательно, те противоположные деятельности, которые созерцание в нем объединило, являются как силы, принадлежащие объекту самому по себе, без всякого отношения к возможному познаванию. Для рассудка они — только нечто

· «Только теперь, когда продукт созерцания имеет самостоятельное существование, рассудок может начать схватывать и удерживать его как объект. Объект находится перед ним как нечто, что существует независимо от него. И..». (Первое издание.)

346

мыслимое и найденное посредством умозаключений. Однако он предполагает их реальными, потому что они необходимо происходят из самой природы нашего духа и созерцания.

Здесь самое время установить реальность понятия основных сил материи, а также его границы. Сила вообще есть лишь понятие рассудка, следовательно, то, что непосредственно совершенно не может быть предметом созерцания. Этим указано не только происхождение данного понятия, но и его применение. Возникнув из рассудка, оно оставляет неопределенным то, что изначально воздействовало на нас. Ибо оно относится только к продукту созерцания, поскольку рассудок придал ему субстанциальность (самостоятельное существование). Однако сам продукт созерцания не есть нечто изначальное, а есть общий продукт объективной и субъективной деятельности (так мы выразимся ради краткости, после того как сама суть дела достаточно прояснена, чтобы предотвратить возможное неправильное понимание). Стало быть, основные силы материи есть лишь выражение тех изначальных деятельностей для рассудка, рефлексии, а не истинное в себе, которое есть только в созерцании,* таким образом, мы можем легко их полностью определить.

Одна из тех деятельностей, которые объединяет созерцание, изначально положительна и по своей природе неограниченна; она ограничиваема только благодаря противоположной деятельности. Следовательно, сила, соответствующая ей в объекте, равным образом будет положительной силой, которая, будучи ограниченной, тем не менее, по отношению к ограничению обнаруживает стремление, которое бесконечно и не может быть

· «...рефлексии... в созерцании». (Дополнение второго издания.)

347

когда-либо полностью прекращено или уничтожено противоположной силой. Таким образом, я не могу удостовериться в [существовании] этой основной силы материи иначе, чем позволив противоположным силам действовать на нее. Стремление, которое она обнаруживает против подобных сил, когда я сам применяю эту силу, извещает о ней моему чувству как об отгоняющей, отталкивающей силе. Сообразно