Библиотека    Новые поступления    Словарь    Карта сайтов    Ссылки





назад содержание далее

Часть 6.

ГЛАВА ПЯТАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)]

Построение определения не через предшествующее 20

и более известное составляет, вообще говоря, один

[ошибочный] топ, части же его указаны. Второй топ —

если предмет, принадлежащий к такому-то роду, не

отнесен к этому роду. Подобная ошибка бывает во всех

определениях, в которых суть вещи не установлена,

например определение тела как имеющего три измере- 25

ния или определение человека как умеющего считать;

ведь здесь не сказано, что есть то, что имеет три изме-

рения, или что есть то, что умеет считать. Значение

же рода — указывать суть вещи, и род — это то, что

из сказанного в определении ставят на первое место.

Далее, [ошибаются], если определяемое имеет каса- 30

тельство ко многому, а указано не все, например если

грамота определяется как умение писать подсказывае-

мое, ибо необходимо прибавить — умение читать. В са-

мом деле, тот, кто указывает умение писать, опреде-

ляет [грамоту] ничуть не лучше того, кто указывает

[лишь] умение читать, так что ни один из них не дает

[надлежащего] определения, а таковое дает только тот,

кто утверждает и то и другое, потому что не может

быть много определений одного и того же. Таким обра- 35

зом, в некоторых случаях дело действительно обстоит

так, как было сказано, в некоторых же нет, например

в тех случаях, когда [определяемое] имеет касатель-

ство к тому и другому не само по себе, как [в случае,

когда утверждают], что врачебное искусство содейст-

вует здоровью и болезни. Дело в том, что к одному оно

имеет касательство само по себе, а к другому — при-

входящим образом, ибо вообще-то врачебному искус-

ству чуждо содействовать болезни, так что тот, кто 5

указывает то и другое, определяет [врачебное искус-

ство] ничуть не лучше того, кто указывает одно из

них, а пожалуй, даже хуже, так как всякий, кто но

есть врачеватель, может содействовать болезни.

Далее, [ошибаются], если там, где определяемое

имеет касательство ко многому, из этого многого ука-

зывают не лучшее, а худшее, ведь всякое знание и

всякая способность, надо полагать, направлеиы на 10

лучшее.

471

Опять же если то, о чем шла речь, не отнесено

к своему роду, то следует смотреть исходя из основных

положений о родах, как уже говорилось выше'.

15 Далее, [ошибаются], если при определении выходят

за пределы родов, например справедливость определяют

как свойство, способствующее равенству или распреде-

ляющее равное, ибо, кто так определяет, тот выходит

за пределы [рода] добродетели. Таким образом, упус-

кая род справедливости, не указывают сути ее бытия,

ибо сущность каждой вещи [связана] с родом. А этот

случай — тот же, что случай, когда определяемое не от-

20 носят к ближайшему роду. Ибо тот, кто относит его к

ближайшему роду, указывает тем самым все вышестоя-

щие роды, так как все вышестоящие роды сказываютс

о нижестоящих. Так что определяемое следует отнести к

ближайшему роду или присоединить к вышестоящему

роду все видовые отличия, через которые определяетс

ближайший род. Ибо [только] так ничего не упускают 2,

25 а для определяемого вместо имени указывается ниже-

стоящи и род. А тот, кто называет только вышестоящий

род, не подразумевает нижестоящий род. В самом де-

ле, кто говорит «растение», не подразумевает «дерево».

ГЛАВА ШЕСТАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)]

Далее, что касается видового отличия, то таким же

образом следует смотреть, названы ли и видовые от-

зо личия рода. Ибо если определение не дается посредст-

вом видовых отличий, свойственных вещи, или указано

нечто такое, что никак не может быть видовым отли-

чием чего-либо (например, живое существо или сущ-

ность), то ясно, что определение не дается, ведь они

не видовые отличия ни одной вещи. Следует также

смотреть, имеется ли нечто противопоставленное ука-

35 занному видовому отличию, ибо если пет, то ясно, что

указанное не будет видовым отличием рода, ведь каж-

дый род разделяют противопоставленные друг другу вн-

143ь довые отличия, как, например, живое существо — живу-

щее на суше, крылатое, обитающее в воде. Или следует

смотреть, не обстоит ли дело так, что хотя и имеетс

противопоставленное ему видовое отличие, но оно не

истинно относительно рода. В этом случае ясно, что ни

то ни другое не будет видовым отличием рода, ибо

472

все противопоставленные друг другу видовые отличия 5

истинны относительно своего рода. Точно так же сле-

дует смотреть, не обстоит ли дело так, что хотя оно

и истинно относительно рода, но при присовокуплении

к роду не образует какого-либо вида. Тогда ясно, что

такое отличие не будет видообразующнм отличием

рода, ибо всякое видообразующее отличие вместе с ро-

дом образует вид. Но если противопоставленное отли-

чие не есть видовое отличие, то не будет им и то, о ко-

тором шла речь, ибо оно ему противопоставляется. ю

Далее, [допускают ошибку], если род делят через

отрицание, как, например, те, кто определяет линию

как длину без ширины. Ведь это не означает ничего

другого, как только то, что она не имеет ширины. Та-

ким образом получается, что род причастен виду. Ибо

всякая длина или не имеет ширины, или имеет ши-

рину, потому что относительно каждого предмета пра- 15

вильно или утверждение, или отрицание ', так что родом

для линии будет или длина, не имеющая ширины, или

длина, имеющая ширину. Длина же, не имеющая ши-

рины, есть определение вида, но точно так /ке — и дли-

на, имеющая ширину, ибо «не имеющее ширины» и

«имеющее ширину» суть видовые отличия, а из видо-

вого отличия и рода состоит определение вида, так что 20

род принял бы определение вида, и точно так же опре-

деление видового отличия, так как одно из указанных

видовых отличий необходимо сказывается о роде. Ука-

занный топ примени ширины? Ведь относительно всякой дли-

ны одно из них истинно, если только оно необходимо

истинно относительно рода. По это [у идеи длины] не

бывает, потому что есть длины, не имеющие ширины,

и длины, имеющие ширину; так что этот топ применим

только против тех, кто утверждает, что каждый род по 30

числу один, а это допускают те, кто признает идеи,

ведь они утверждают, что сама-по-себе-длина и само-

по-себе-живое существо суть роды.

В некоторых же случаях необходимо, пожалуй,

пользоваться при определении и отрицанием, как, на-

пример, в случаях лишенности. Ведь быть слепым —

значит не иметь зрения тогда, когда но природе его 35

следует иметь. Но нет разницы, делить ли род через

473

отрицание или через такое утверждение, которому ие-

а обходимо противопоставлено отрицание, например если

нечто определяют как длину, имеющую ширину, ибо

имеющему ширину противопоставлено не имеющее ши-

рины, и ничто другое, так что род опять-таки делят

через отрицание.

5 Опять же следует смотреть, ие дан ли вид как ви-

довое отличие, как это делают, например, те, кто опре-

деляет поношение как оскорбление, сопровождаемое

осмеянием, ибо осмеяние есть некоторое оскорбление,

так что осмеяние не видовое отличие, а вид.

Далее, следует смотреть, не указан ли род как ви-

10 довое отличие, например добродетель — как благое или

хорошее свойство, ведь благое — род для добродетели.

Или быть может, благое не род, а видовое отличие,

если действительно правильно, что одно и то же не

может принадлежать к двум родам, не объемлющим

друг друга, ибо ни благо не объемлет свойства, ни

свойство не объемлет блага, ведь не всякое свойство

есть благо и не всякое благо — свойство, так что ни то

ни другое не будет родом [для добродетели]. Таким

15 образом, если свойство есть род для добродетели, то

ясно, что благое не его род, а скорее видовое отличие.

Далее, свойство покалывает, что такое добродетель,

благое же показывает не что есть вещь, а какова она.

А ведь кажется правильным, что всякое видовое отли-

чие означает некоторое качество.

Следует также смотреть, не означает ли данное вн-

20 довое отличие ие какое-то качество, а определенное

нечто. Ведь кажется правильным, что видовое отличие

выражает какое-то качество.

Следует также смотреть, не присуще ли видовое

отличие определяемому привходящим образом, ведь ни

одно видовое отличие не принадлежит к тому, что при-

суще привходящим образом, совершенно так же как

и род, ибо не может видовое отличие чему-то быть

присущим и не присущим.

Далее, следует смотреть, не сказывается ли о роде

видовое отличие, или вид, или нечто подчиненное виду.

В таком случае определение дано ие будет, ибо ничто

зо из только что перечисленного не может сказыватьс

о роде, так как [сам] род простирается на большее, чем

все они. С другой стороны, следует смотреть, не сказы-

вается ли род о видовом отличии, ведь род, надо пола-

474

гать, сказывается не о видовом отличии, а о том, о чем

сказывается видовое отличие, как, например, «живое

существо» — о человеке, быке и всех прочих живущих

на суше живых существах, но не о видовом отличии, 35

которое приписывается виду: ведь если «живое суще-

ство» сказывалось бы о каждом видовом отличии, то

много живых существ сказывалось бы о виде, так как

о виде сказываются видовые отличия. Кроме того, все

видовые отличия были бы или видами, или единичны- 144ь

ми, если только они живые существа, ибо каждое жи-

вое существо есть или вид, или единичное.

Точно так же следует обратить внимание на то, не

сказывается ли о видовом отличии вид или нечто под- 5

чиненное виду, ведь это невозможно, так как видовое

отличие простирается на большее, чем виды. Кроме

того, видовое отличие оказывалось бы в таком случае

видом, если только о нем сказывается какой-нибудь из

видов, ибо если [о видовом отличии] сказывается «че-

ловек», то ясно, что это видовое отличие есть человек.

С другой стороны, следует смотреть, не обстоит ли дело

так, что видовое отличие не первое вида, ибо видовое

отличие должно быть последующим по отношению к

роду, но первое вида.

Следует также смотреть, не принадлежит ли ука-

занное видовое отличие к другому роду, который не

объемлется [родом, указанным в определении], или не

объемлет его, ибо кажется правильным, что одно и то

же видовое отличие не может относиться к двум ро-

дам, не объемлющим друг друга 2. Иначе получится, что

один и тот же вид будет относиться к двум родам, не

объемлющим друг друга, ведь каждое видовое отличие !5

влечет за собой свой род, как, например, «живущее на

суше» и «двуногое» вместе влекут за собой «живое су-

щество». Так что каждый из родов относится к тому,

к чему относится видовое отличие; поэтому ясно, что

вид принадлежит к двум родам, не объемлющим один

другого. Или быть может, не исключено, что одно и то

же видовое отличие относится к двум родам, не объем- 20

лющим один другого, только надо присовокупить «[по-

мимо того случая, когда] они не подчинены одному и

тому же [высшему роду]». В самом деле, живое суще-

ство, живущее на суше, и крылатое живое существо

суть роды, не объемлющие один другого, но видовое

отличие их обоих — двуногое, так что надо присовоку-

475

пить «[помимо того случая, когда] оба рода не подчи-

25 нены одному и тому же [высшему роду]», ведь оба они

подчинены [роду] «живое существо». Ясно, однако, и

то, что так как одно и то же видовое отличие может от-

носиться к двум родам, не объемлющим один другого,

то видовое отличие не обязательно влечет за собой лю-

бой свой род, а влечет за собой лишь один из этих ро-

дов, а также все роды, стоящие выше его, как, напри-

мер, «двуногое» влечет за собой «живое существо

зо крылатое» или «живое существо, живущее на суше».

Следует также смотреть, не указали ли как видовое

отличие сущности нахождение в чем-то, ибо сущность

отличается от сущности, надо полагать, не тем, где они

находятся. Поэтому тех, кто разделяет живые существа

на живущие на суше и обитающие в воде, порицают,

полагая, что «живущее на суше» и «обитающее в воде»

указывают, где [они находятся]. Или быть может, их

35 неправильно порицают, ведь «обитающее в воде» ука-

зывает не «в чем-то» и не «где-то», а некоторое каче-

ство. Ибо если бы оно и находилось на суше, оно оди-

наково было бы обитающим в воде. И точно так же

«наземное», хотя бы оно и находилось в воде, будет на-

земным, а не обитающим в воде. Но все же, если видо-

вое отличие означает нахождение в чем-то, то это явно

будет большой ошибкой.

С другой стороны, следует смотреть, не указали ли

как видовое отличие состояние, ибо всякое состояние,

усиливаясь, изменяет сущность, видовое же отличие

5 не таково, ибо, надо полагать, оно скорее сохраняет то,

видовое отличие чего оно есть, и вообще невозможно

чему бы то ни было быть без своего видового отличия,

ведь если нет двуногого, то не будет и человека. Одним

словом, то, во что превращается находящийся в таком-

то состоянии, не может быть его видовым отличием. Ведь

все подобные [состояния], усиливаясь, изменяют сущ-

10 ность. Так что, если указали как видовое отличие такого

рода [состояния], то допустили ошибку. Ибо мы вооб-

ще не меняемся в отношении видового отличия.

Следует также смотреть, не указали ли видовое от-

личие чего-то соотнесенного без соотнесения с другим.

Ведь у соотнесенного и видовые отличия суть соотне-

15 сенное, как, например, видовые отличия знания. Ведь

говорят, что оно об умозрительном, о деятельности и

о творчестве3 — каждое из них указывает на отноше-

476

еие к чему-то, ибо умозрительное есть умозрительное

относительно чего-то, творческое—относительно чего-то

и так же деятельное.

Следует также смотреть, указывает ли строящий

определение то, для чего по природе существует каж- 20

дое соотнесенное. Ведь в одних случаях можно пользо-

ваться каждым соотнесенным только для того, для чего

оно по природе существует, а для иного нет, в других

же случаях можно и для иного; например, зрением

можно пользоваться только для того, чтобы видеть;

банным же скребком с полой ручкой можно и воду

черпать4, но все же если кто определил бы этот скре-

бок как орудие для черпания, то допустил бы ошибку,

ибо по природе своей он существует не для этого; 25

определение же [выражения] «для чего существует по

природе» гласит: для чего бы пользовались рассуди-

тельный человек, поскольку он рассудителен, и соот-

ветствующая наука.

Или следует смотреть, не обстоит ли дело так, что,

когда [определяемое] имеет касательство ко многому,

[в определении] указали не первое, например рассу-

дительность [определили] как добродетель человека

или души, а не разумной части души, ведь рассуди- 30

тельность есть прежде всего добродетель разумной

части души, ибо именно на этом основании говорят,

что и душа и человек рассудительны.

Далее, допущена ошибка, если то, для чего указано

определяемое состояние, или расположение, или что

бы то ни было другое, не может быть их носителем,

ведь всякое расположение и всякое состояние естест-

венно возникает в том, расположение пли состояние 35

чего оно есть, как, например, знание возникает в душе,

будучи состоянием души. Иногда допускают ошибку

в такого рода случаях, как, например, те, кто говорит,

что сон есть бессилие чувственного восприятия, со-

мнение — равенство противоположных друг другу дово-

дов, а боль — насильственное распадение сросшихс

частей. Дело в том, что сон не присущ чувственному

восприятию, но должен был бы быть присущим, если

бы он был бессилием чувственного восприятии; точно

так же сомнение не присуще противоположным друг

другу доводам и боль не присуща сросшимся частям,

иначе чувствовали бы боль неодушевленные пред-

меты, если для них была бы возможна боль. Таково и

477

определение здоровья, если здоровье есть правильное

соотношение теплого и холодного. В таком случае долж-

ны быть здоровыми тепло и холод, ибо правильное со-

10 отношение каждой вещи имеется в том, правильное со-

отношение чего оно есть, так что и здоровье было бы

присуще теплу и холоду. Кроме того, у тех, кто так

определяет, бывает, что они производимое причисляют

к производящему и наоборот; в самом деле, распадение

сросшихся частей есть не боль, а то, что вызывает

боль, точно так же не бессилие чувственного восприя-

тия есть сон, а одно вызывает другое, ведь мы или

15 спим из-за бессилия, или мы становимся бессильными

через сон. Равным образом можно было бы считать,

что сомнение вызывается равенством противоположных

доводов. Ведь когда имеются доводы за и против и нам

кажется, что все они говорят в пользу той и другой

стороны в одинаковой мере, мы сомневаемся, какой из

20 них держаться.

Далее, следует смотреть в отношении всякого вре-

мени, нет ли где несогласованности, например если бы

кто определил бессмертное как живое существо, не

подверженное теперь гибели. Ведь живое существо, не

подверженное теперь гибели, было бы теперь бессмерт-

ным. Или быть может, в этом случае получается не

так, ведь «неподверженное теперь гибели» двусмыс-

25 ленно: это означает или что оно теперь не погибло, или

что оно не может теперь погибнуть, или что оно теперь

таково, что никогда не сможет погибнуть. Так вот, ког-

да мы говорим, что живое существо теперь не подверже-

но гибели, мы говорим, что живое существо теперь тако-

во, что оно никогда не сможет погибнуть, а это означало

бы то же самое, что оно бессмертно; так что отсюда

30 не следует, что оно теперь бессмертно; но все же, если

оказывается, что то, что указано в речи, присуще те-

перь или раньше, а то, что обозначено именем, не при-

суще, то [указанное в речи и обозначенное именем]

не одно и то же. Итак, пользоваться этим топом сле-

дует так, как было сказано.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)]

Следует также смотреть, не объясняют ли то, что

35 определили, скорее через другое, чем через данное

478

определение, например если бы справедливость опреде-

лили как возможность распределять поровну. Дело

в том, что справедлив скорее тот, кто намерен распре-

делять поровну, чем тот, кто это [только] может.

Поэтому справедливость не есть возможность распреде-

лять поровну, иначе наиболее справедливым был бы

тот, кто имел бы наибольшую возможность распреде-

лять поровну.

Далее, следует смотреть, не обстоит ли дело так,

что предмет допускает большую степень, а данное

в определении не допускает или, наоборот, данное

в определении допускает, а предмет не допускает. Ведь

или и то и другое должно допускать большую степень,

или ни одно из них не допускает, если только данное

в определении и предмет действительно одно и то же;

кроме того — если и то и другое допускает большую

степень, но возрастает не одновременно, например

если любовь определяют как желание совокупляться:

ведь тот, кто больше любит, не стремится к большему 10

совокуплению, так что и то и другое допускает боль-

шую степень, но не одновременно, что, конечно, долж-

но было бы быть, если бы они были одним и тем же.

Далее, если дело касается двух [вещей], то [допу-

скают ошибку], если к той, к которой что-то относитс

в большей мере, указанное в определении относитс

в меньшей мере, например если огонь определяют как

тело, состоящее из мельчайших частиц. Дело в том, что 15

пламя есть огонь в большей мере, чем свет, но плам

есть в меньшей мере, чем свет, тело, состоящее из

мельчайших частиц. Ведь оба должны были бы быть

присущими одному и тому же в большей мере, если

бы они были одним и тем же. С другой стороны, [до-

пускают ошибку], если одно одинаково присуще обеим

вещам, о которых речь, а другое присуще обеим не

одинаково, а одной из них в большей мере. 20

Далее, [допускают ошибку], если определение, от-

носящееся к двум [вещам], дается разделительно, на-

пример если прекрасное определяют как приятное дл

зрения или для слуха1, а сущее — как могущее пре-

терпевать или действовать. В этом случае одно и то

же было бы в одно и то же время прекрасным и непре-

красным и равным образом сущим и не-сущим, ибо

приятное для слуха будет то же, что прекрасное, а 25

потому неприятное для слуха — то же, что непрекрае-

479

ное, ибо противолежащее одному и тому же — одно и

то же, прекрасному же противолежит непрекрасное,

приятному для слуха — неприятное для слуха. Таким

образом, ясно, что неприятное для слуха — то же, что

непрекрасное. Если поэтому что-то приятно для зре-

30 ння, но неприятно для слуха, то оно будет и прекрас-

ным, и непрекрасным. И точно так же мы докажем,

что одно и то же есть сущее и не-сущее.

Далее, относительно родов, видовых отличий и всего

другого, даваемого в определениях, следует при замене

имен речью смотреть, нет ли какой-нибудь несогласо-

5 ванности.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)]

Если же определяемое есть соотнесенное или само

по себе, или по роду, то следует смотреть, не обстоит

ли дело так, что в определении не указано то, с чем

определяемое соотнесено или само по себе, или по

146ь роду, например если бы знание определили как неко-

лебимое [никаким доводом] постижение, а желание —

как беспечальное стремление. Дело в том, что сущность

всякого соотнесенного состоит в соотношении с чем-то

другим, так как для каждого соотнесенного быть зна-

чит то же, что находиться в каком-то отношении к че-

му-то '. Поэтому следовало бы сказать, что знание есть

постижение того, что познается, а желание — стремле-

ние к благу. Точно так же — если грамоту определили

бы как знание письменности, ибо в определении сле-

довало бы указать или то, с чем соотносится опреде-

ляемое, или же то, с чем соотносится его род. Или

следует смотреть, не обстоит ли дело так, что указан-

ное соотнесенное дано не по отношению к цели; цель

10 же в каждом — наилучшее или то, ради чего все

остальное. Поэтому следует указать или наилучшее,

или конечное, например стремление не к приятному,

а к удовольствию, ибо ради удовольствия мы выбираем

и приятное.

Следует также смотреть, не указали ли как пред-

мет стремления (pros ho) становление или деятель-

ность, ведь ни то ни другое не есть цель, так как

15 целью будет скорее быть сделанным и быть ставшим,

чем становиться и делать2. (Или быть может, это вер-

480

по не во всех случаях? Ведь большинство людей же-

лают скорее наслаждаться, чем перестать наслаж-

даться, так что они скорее хотели бы считать целью

действование, чем законченное действие.)

Далее, следует в некоторых случаях смотреть, не 20

обстоит ли дело так, что не указано «сколько», «какое»,

«где» и другие различия, например к каким и к сколь-

ким почестям стремится честолюбец, ведь к почестям

стремятся все, так что негодно назвать честолюбцем

того, кто стремится к почестям, а следует присовоку-

пить указанные различия, точно так же как при опре-

делении сребролюбца — какого количества денег он 25

добивается или при определении невоздержного —

о каких удовольствиях идет речь. Ведь невоздержным

называют того, кто предается не какому угодно на-

слаждению, а какому-то определенному наслаждению;

или же если определяют ночь как тень земли, или

землетрясение — как колебание земли, или облако —

как сгущение воздуха, или ветер — как движение воз-

духа, ибо следует присовокупить, в каком количестве, 30

какого свойства, где и в силу чего. И точно так же

в других подобных случаях. Ибо тот, кто обходит мол-

чанием то или иное различие, не говорит о сути быти

[вещи]. Так вот, нападкам следует всегда подвергать

слабое место, ибо землетрясение, [например], будет не

любое и не любой силы колебание земли и точно так

же ветром будет не любое и не любой силы движение

воздуха.

Далее, при [определении] стремлений и всего дру-

гого соответствующего им следует смотреть, не обстоит

ли дело так, что не присовокупляют «кажущееся», на-

пример [говорят], что желание есть стремление к бла-

гу или вожделение есть стремление к приятному, но

не добавляют — к кажущемуся благу или кажущемус

приятным. Ведь для тех, кто к чему-то стремится,

часто остается неизвестным, есть ли оно действительно

благо или приятное. Так что оно не обязательно благо

или приятное, а лишь кажущееся благо или приятное.

Поэтому надо объяснять соответствующим образом. Но

даже если «кажущееся» и указали, следует тем, кто

признает идеи, ссылаться на эйдосы; ведь нет идей

того, что кажется. А эйдос, надо полагать, соотноситс

с эйдосом, например само-по-себе-вожделение на-

правлено на само-по-себе-приятное и само-по-себо-

16 Аристотель, т. 2 481

желание — на само-по-себе-благо, и потому они не на-

правлены пи на кажущееся благо, ни на кажущеес

приятное. Ведь нелепо, чтобы была идея кажущегос

блага или кажущегося приятным.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)}

Далее, если определение касается состояния, сле-

дует обратить внимание на то, что находится в [дан-

ном] состоянии, а если оно касается того, что нахо-

дится в [данном] состоянии,— на [данное] состояние.

И точно так же в других подобных случаях. Например,

если приятное есть в существе своем полезное, то и

испытывающий приятное есть извлекающий пользу.

15 Можно вообще сказать, что в такого рода определе-

ниях получается, что некоторым образом определяют

больше чем одно. В самом деле, тот, кто определяет

знание, некоторым образом определяет и неведение, н

точно так же знающего и незнающего, овладение зна-

нием и нахождение в неведении. Ибо если первое

20 объяснено, то некоторым образом объяснено и осталь-

ное. Поэтому следует во всех такого рода случаях

смотреть, чтобы не было несогласованности, пользуясь

основными положениями, исходящими из противопо-

ложностей и однорядного'.

Далее, при определении соотнесенного следует

смотреть, соотнесен ли вид с чем-то из того, с чем

25 соотнесен род; например, если постижение соотнесено

с предметом постижения, то и определенное постиже-

ние соотнесено с определенным предметом постиже-

ния, и если то, что во много раз больше, соотнесено

с тем, что во много раз меньше, тогда и то, что опре-

деленное число раз больше, соотнесено с тем, что

определенное число раз меньше. Если так не указы-

вают, то ясно, что ошибаются.

Следует также смотреть, есть ли определение про-

тиволежащсго противолежащее определение, например

30 есть ли определенно половины определение, противо-

лежащее определению двойного. Ведь если двойное —

это то, что столько-то превышает, то половина — это

то, что столько же превышаемо. Точно так же обстоит

дело с противоположностями. А именно, противодо-

482

ложное определение противоположного будет сообразо-

ваться с каким-то одним сочетанием противополож-

ностей; например, если полезно то, что содействует

благу, то вредно то, что содействует злу, или

то, что уничтожает благо, ибо одно из них

необходимо противоположно тому, что сказано внача-

ле. Если же ни то ни другое не противоположно ска-

занному вначале, то ясно, что ни одно из определении,

данных после, не будет определением противополож-

ного, так что определение, данное вначале, дано не-

правильно. А так как в некоторых случаях одну из

противоположностей называют через лишенность, на-

пример неравенство считается лишенностью равен- 5

ства (ибо неравным называют то, что не равно), то

ясно, что противоположность, названная по лишен-

ности, определяется через другую, а эта другая — уже

не через названное по лишенности. В таком случае

следовало бы, что одно противоположное познаетс

через другое. Итак, при определении противополож-

ностей следует обратить внимание на такого рода 10

ошибку; например, если кто определял бы, равенство

как противоположное неравенству, то он определял бы

его через названное по лишенности. Тот, кто так опре-

деляет, необходимо использует само определяемое. Это

становится ясным, если имя заменить речью. В самом

деле, сказать «неравенство»—это все равно что ска- 15

зать «лишенность равенства». Равенство, таким обра-

зом, будет противоположным лишенности равенства,

так что при этом было бы использовано само опреде-

ляемое2. Если же ни одну из противоположностей не

называют по лишенности и определение дано таким

же образом (например, благо есть противоположное

злу), то ясно, что зло будет противоположным благу

(ибо для противоположностей, указанных таким обра-

зом, одинаково должно быть дано и определение); 20

так что снять получается, что использовали то же

определяемое, ибо в определение «зла» входит «благо»,

так что если благо есть противоположное злу, а между

злом и противоположным благу пет никакой разницы,

то благо будет противоположным тому, что противопо-

ложно благу. Ясно, таким образом, что использовали

само определяемое. 25

Далее, следует смотреть, не обстоит ли дело так, что

при определении того, что называют но лишенности,

483

не указали, лишенность чего она есть, например

состояния, или того, что противоположно состоянию,

или чего бы то ни было еще, и не присовокуплено

то, в чем называемое по лишенности естественным об-

разом возникает или вообще или в чем как в первом

оно естественным образом возникает; например, если

30 кто, сказав, что неведение есть лишенность, не говорит,

что оно есть лишенность знания, или не присовокупля-

ет, в чем опо естественным образом возникает, или, при-

совокупляя это, не указал, в чем как в первом оно воз-

никает, не указал, например, что оно возникает в разум-

ной части души, а указал, что оно возникает в человеке

или в душе [вообще]. Если же то или иное из этого не

сделали, то допустили ошибку. Точно так же — если

о слепоте не говорят, что она есть лишенность зрени

35 в глазу. Ибо тот, кто надлежащим образом указывает,

148а что такое лишенность, должен указать также, лишен-

ность чего она есть и что есть то, что лишено.

Следует также смотреть, не определяют ли через

лишенность то, что не называемо по лишенности,—

такую ошибку допускают, например, и при определении

неведения, как полагают те, кто называет неведение

5 не через отрицание. Ведь невежественным считаетс

не то, что не обладает знанием3, а скорее то, что пол-

ностью заблуждается. Поэтому мы не называем неве-

жественными ни неодушевленные предметы, ни детей,

так что о неведении не говорится как о лишенности

знания.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)]

Далее, следует смотреть, соответствует ли такому-

то изменению окончаний имени такое же изменение

окончаний слов, содержащихся в определении; напри-

мер, если полезное — это способное содействовать здо-

ровью, то полезно значит способно содействовать здо-.

ровыо, а то, что уже было полезно,— это то, что уже

способствовало здоровью.

Следует также смотреть, соответствует ли назван-

ное определение идее, ибо в некоторых случаях это не

15 получается, например если определяют так, как Пла-

тон дает определение живых существ,

присовокупл

484

[слово] «смертное». Ведь идея не смертна, например

сам-по-себе-человек, так что определение не соответст-

вует идее. Вообще же определение того, к чему присо-

вокупляется «действующее» или «претерпевающее»,

необходимо не согласовывается с идеей, ибо те, кто

говорит, что существуют идеи, считают идеи неподвер-

женными изменению и неподвижными'. Против них

полезны и такого рода доводы.

Далее, следует смотреть, не указали ли для одно-

именных [предметов] одно общее им понятие. Ведь

[предметы], понятие которых, соответствующее [обще-

му им] имени, одно, соименны. Так что данное опре- 25

деление не есть определение ни одного из [предметов]

обозначенных этим именем, если оно в одинаковой мере

подходит для всего одноименного. Такая ошибка содер-

жится в определении жизни, данном Дионисием2, если

жизнь есть движение, свойственное и сопутствующее

питающемуся роду. Ведь это движение присуще жи-

вотным не больше, чем растениям. О жизни, надо по-

лагать, нельзя говорить как об одном виде: одна зо

жизнь присуща животным, другая — растениям. Таким

образом, определение можно, конечно, давать предна-

меренно так, чтобы всякая жизнь была названа соимен-

ной и указана как один вид, однако ничто не мешает,

чтобы тот, кто сразу усматривает одноименность и жела-

ет дать определение согласно одному [из значений], не

заметил, что данное им выражение не подходит для 35

одного лишь [значения], а обще обоим. Тем не менее,

каким бы из этих способов ни определяли, допустили

бы ошибку. Так как в некоторых случаях одноимен-

ность остается незамеченной, то вопрошающий должен

одноименное приводить как соименное (в таком случае 148Ь

определение согласно одному [из значений] не подой-

дет для другого [значения], так что создается види-

мость, что определение дается неподобающим образом,

медь оно должно подходить для всего соименного),

а сам отвечающий должен проводить различие [между

значениями]. А так как некоторые из отвечающих или

выдают соименное за одноименное, когда данное им

выражение не подходит для всего, или одноименное

выдают за соименное, если оно подходит дли того и

другого [значения], то необходимо либо заранее до-

говориться относительно того, либо доказать с по-

435

мощью просиллогизма, что что-то есть одно из них —

одноименное или соименное. Скорее уступят те, кто

не предвидит всех последствий. Если же не будет до-

10 стигнута договоренность и кто-то объявит соименное

одноименным, потому что данное выражение не под-

ходит и для данного [значения], то следует смотреть,

подходит ли выражение этого и для остального, ибо

в таком случае ясно, что оно будет соименным совсем

остальным, иначе для остального будет много опреде-

15 лений: ведь для них подходят два соответствующих

имени выражения — данное ранее и последующее. Если

же дают определение чего-то имеющего много значе-

ний, а выражение не подходит для них всех и хотя не

говорят, что оно одноименное, однако отрицают, что

имя подходит для всего, потому что и выражение по

подходит для всего, то следует возразить, что надо,

20 правда, пользоваться установившимся и обычным на-

званием и не надо менять такие названия, однако не-

которые названия не следует приводить так, как при-

водит их большинство людей.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)]

'

Если же дается определение чего-то составного

то, отделяя определение одной части составного [от

определения другой], следует смотреть, есть ли остав-

25 шаяся часть определение оставшегося. Если нет, то

ясно, что и все определение не есть определение всего

[составного]; например, если бы ограниченную пря-

мую линию определили как край плоскости, имеющей

концы, середина которого заслоняет оба конца: если

определение ограниченной линии — край плоскости,

имеющей концы, то оставшееся должно быть опреде-

30 лением прямой, а именно: середина которой заслоняет

оба конца. Но неограниченная линия не имеет ни се-

редины, ни концов, и все же она прямая. Так что

оставшаяся часть определения не есть определение

оставшейся части [составного].

Далее, следует смотреть, но обстоит ли дело так,

что если определяемое есть печто сложенное, то имеет

486

ли данное определение равное с определяемым число

членов. Равночленным определение называется тогда,

когда оно заключает ц себе столько же имен и глаго-

лов, сколько их имеет составное. В таких случаях все

или некоторые имена необходимо должны быть взаимо-

заменяемы, так как имен указано теперь отнюдь не

больше, чем раньше. Тому, кто дает определение, ио

следует имена заменить речью, лучше всего — все

имена, если же нет, то большинство имен. Ведь иначе

можно было бы и несоставное определять, заменив

одно имя другим, например вместо «одежды» — «пла-

тье».

Далее, еще большую ошибку допускают, если одни 5

имена заменяют другими, менее понятными, например

вместо «бледный человек» говорят «белявый смерт-

ный». В этом случае и не дается определение, и ска-

занное таким образом менее ясно.

Следует также смотреть, не обстоит ли дело так,

что при замене одного имени другим последнее к тому

же обозначает не то же самое, например если вместо

«знания об умозрительном» сказать «постижение умо-

зрительного», ибо постижение и знание не одно и то 10

же, но ведь они должны означать одно и то же, если

только и целое одно и то же, ведь «умозрительное»

одинаково содержится в обоих выражениях, а осталь-

ное — разное.

Далее, следует смотреть, не обстоит ли дело так,

что, заменяя одно имя другим, заменили не видовое

отличие, а род, как в только что приведенном [приме- 15

ре], а именно: «умозрительное» менее известно, чем

«знание». Ведь одно есть род, а другое — видовое отли-

чие; самое же известное из всего — род. Вот почему

следовало бы заменить не род, а видовое отличие, так

как оно менее известно. (Или быть может, упрек этот

не серьезный? Ведь ничто не мешает, чтобы более 20

попятным именем было указано видовое отличие, а не

род. Если дело обстоит так, то ясно, что следует за-

менить имя рода, а не видового отличия.) Но если

изменить не имя именем, а имя речью, то ясно, что 15

скорее должно быть дано определение видового отли-

чия, чем определение рода, так как определение даетс

ради познания, а видовое отличие менее известно, чем,

род.

487

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)]

Если же дали определение видового отличия, то

следует смотреть, не есть ли оно определение и чего-

зо то другого. Если, например, сказали, что нечетное

число есть число, имеющее середину, то следует еще

определить, в каком смысле оно имеет середину, ибо

«число» одинаково содержится в той и другой части ре-

чи, а «нечетное» заменено речью. Между тем середину

имеет и линия, и тело, а они не нечетны. Так что ука-

35занное не будет определением нечетного. Если же «име-

ющее середину» многозначно ', то следует уточнить, в

каком смысле оно имеет середину. Поэтому здесь воз-

можен будет упрек или умозаключение о том, что

определение не дано.

Опять же следует смотреть, не обстоит ли дело так,

что определяемое принадлежит к существующему,

а содержащееся в определении — к несуществующему,

например если белое определяется как цвет, смешан-

149ь ный с огнем, ведь невозможно, чтобы нетелесное было

смешано с телесным, так что не может существовать

цвет,'смешанный с огнем, а белое существует.

Далее, те, кто при определении соотнесенного не

уточняет, с чем оно соотносится, а включает [в опре-

5 деление] нечто большее, ошибаются или полностью,

или отчасти, например если назовут врачебное искус-

ство знанием о сущем. В самом деле, если врачебное

искусство не есть знание ни о чем сущем, то ошибаютс

полностью; если же оно есть знание об одном сущем,

а о другом нет, то ошибаются отчасти. Ибо оно необ-

ходимо должно быть знанием обо всем сущем, если

только утверждают, что оно знание о сущем само по

себе, а не привходящим образом. Так же обстоит дело

10 и с другими членами соотношения. Ведь все познавае-

мое соотносится со знанием. Равным образом обстоит

дело и с другим [соотнесенным], так как всякое соот-

несенное обратимо [с тем, с чем оно соотнесено]. Да-

лее, если тот, кто указывает нечто не как сущее само

по себе, а как привходящее, и указывает правильно,

то он соотносит каждое соотнесенное не с чем-то одним,

15 а со многим. Ведь ничто не мешает, чтобы одно и то

же было и сущим, и белым, и благим; так что тот, кто

488

указывает [как соотнесенное] то или другое из пере-

численного, указывает правильно, если только тот, кто

указывает это как привходящее, указывает правильно.

Далее, невозможно, чтобы подобное определение отно-

силось только к указанному. Ведь не только врачеб- 20

ное искусство, но и другие знания соотносятся с су-

щим, так что каждое знание есть знание о сущем.

Ясно поэтому, что такое определение не есть опреде-

ление какого-либо знания, ибо определение должно

относиться только к чему-то одному, а не быть общим

[для многих].

Иногда же определяют не вещь [вообще], а вещь,

находящуюся в хорошем состоянии или в совершенном 25

виде. Таково определение, которое дают ритору или

вору, если ритора определяют как способного в каж-

дом случае находить убедительные [доводы] и ничего

не упускать2, вора же — как того, кто берет тайком.

Ясно, что каждый из них, будучи таким, есть: один —

искусный ритор, другой — искусный вор. Ибо вор

[вообще] не тот, кто берет тайком, а тот, кто хочет

брать тайком. 30

Опять же следует смотреть, не указали ли то, что

предпочитаемо ради него самого, как способствующее

чему-то, или как добивающееся чего-то, или так или

иначе предпочитаемо ради чего-то другого, например

справедливость — как охраняющую законы или муд-

рость — как способствующую счастью. Ведь то, что спо-

собствует или охраняет, принадлежит к предпочитае-

мому ради другого. Или быть может, ничто не мешает,

чтобы то, что предпочитаемо ради него самого, было 35

предпочитаемо и ради другого. Но, конечно, не меньше

ошибся тот, кто таким образом определил то, что пред-

почитаемо ради него самого, ибо наилучшее у каждой

вещи есть то, что больше всего содержится в ее сущ-

ности, а то, что предпочитаемо ради него самого, луч-

ше, чем предпочитаемое ради другого. Так что и опре-

деление должно обозначать скорее именно это.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (продолжение)]

Следует также смотреть, не обстоит ли дело так,

что тот, кто дает определение чего-то, определяет его

489

как «вот эти», или как «состоящее из этих», или как

«вот это с этим». Ибо если его определяют как «вот

эти», то может оказаться, что оно присуще обоим и не

присуще ни одному, например если справедливость

определяли бы как умеренность и мужество. Ведь если

имеются двое, каждый из которых обладает одним из

этих свойств, то оба [вместе] будут справедливы и

5 ни один из них не будет справедлив, так как оба

[вместе] обладают, правда, справедливостью, но ни

один из них отдельно ею не обладает. Если же ска-

занное еще не очень нелепо, потому что в иных слу-

чаях бывает нечто такое (ведь ничто не мешает, что-

бы двое имели сто драхм, но пи один из них в отдель-

ности не имел их), то совершенно нелепым кажетс

10 по крайней мере присущность им противоположно-

стей. Л это получится, если один из них умерен и

труслив, а другой — мужествен и необуздан. В таком

случае и тот и другой будут справедливы и не спра-

ведливы. Ведь если справедливость есть умеренность

и мужество, то несправедливость — трусость и необуз-

15 данность. И вообще все доводы в пользу того, что ча-

сти и целое не одно и то же ', приложимы к только

что сказанному. Ведь тот, кто так определяет, считает,

по-видимому, что части и целое одно и то же. Более

всего подходят эти доводы, если речь идет о том, что

явно составлено из частей, как, например, дом и

тому подобное. Ведь ясно, что если имеются части,

то ничто не мешает, чтобы целого [еще] не было, так

что части и целое не одно и то же.

Ксли же утверждали, что определяемое есть не

эти [вещи], а состоящее из них, то прежде всего сле-

дует смотреть, не обстоит ли дело так, что из указан-

ных [вещей] не может естественным образом воз-

никнуть нечто единое. Ведь некоторые [вещи] нахо-

дятся в таком отношении друг к другу, что ничто

[единое] не может из них возникнуть, как, например,

25 линия и число. Далее следует смотреть, не обстоит ли

дело так, что определяемое, правда, возникает есте-

ственном образом в чем-то едином как в первом, но

то, из чего, как утверждали, состоит определяемое, воз-

никает не из чего-то единого как первого, а одно — из

одного, другое — из другого. Тогда ясно, что опреде-

ляемое не состоит из них. В самом деле, в чем нахо-

дятся части, в том необходимо находится и целое, так

490

что, [если определение правильно], целое находится 30

не в чем-то едином как первом, а во многом. Если же

и части и целое находятся в чем-то едином как пер-

вом, то следует смотреть, не обстоит ли дело так, что

они находятся не в одном и том же, а целое — в одпом,

части — в другом. Опять же следует смотреть, не

уничтожаются ли вместе с целым и части. Ибо должно

происходить наоборот: после того как уничтожатс

части, должно уничтожиться целое; если же уничтожает-

ся целое, не обязательно, чтобы были уничтожены и ча- 35

сти. Или быть может, целое хорошо или плохо, а части —

ни то ни другое; или, наоборот, части хороши или плохи,

а целое — ни хорошо ни плохо; ведь из того, что не есть

ни то ни другое, не может возникнуть что-то хорошее

или плохое, так же как из плохого или хорошего — то, 150ь

что не есть ни то ни другое. Или быть может, одно есть

хорошее в большей мере, чем другое — плохое, а со-

ставленное из них есть не в большей мере хорошее,

чем плохое, например если определяют, что бесстыд-

ство состоит из мужества и ложного мнения, ведь му-

жество в большей мере хорошее, чем ложное мне-

ние — плохое. Поэтому и составленное из них должно 5

было бы следовать большей мере и быть или вообще

хорошим, или в большей мере хорошим, чем плохим.

Или быть может, это не обязательно, разве только ко-

гда то и другое хорошо или плохо само по себе. Ведь

многое из того, что способствует хорошему, само но

себе не хорошее, а нечто смешанное. Или наоборот,

то и другое в отдельности, правда, хорошее, но при

смешении — плохое или то, что не есть ни хорошее, 10

ни плохое. Только что сказанное становится совершен-

но очевидным па примере того, что полезно или вред-

но для здоровья. В самом деле, некоторые лекарства

таковы, что каждое из них хорошо, но если дать их

в смешанном виде, то вредны.

Опять же следует смотреть, не обстоит ли дело

так, что целое, состоящее из лучшего и худшего, не 15

хуже, чем лучшее, но лучше, чем худшее. (Или быть

может, это не обязательно, разве только когда состав-

ные части сами но себе хороши, но ничто но мешает,

чтобы целое оказалось не хорошим, как и только что

приведенном [примере].)

Далее, следует смотреть, но соименно ли целое с

одной из частей. Это но должно быть, как это не мо- 20

491

жет быть у слогов, ибо слог пе соименен ни с одним

из звуков речи, из которых он состоит.

Далее, следует смотреть, не обстоит ли дело так,

что не указан способ сложения, ибо для познани

чего-то недостаточно сказать, что оно состоит из того-

то и того-то, ибо сущность каждой составной [вещи]

не в том, что она состоит из того-то и того-то, а в

том, каким образом она состоит из каждого из них,

25 как, например, у дома. Ведь не любым способом сло-

женные [материалы] составляют дом2.

Если же [определяемое] дано как «вот это с этим»,

то прежде всего следует сказать, что «вот это с этим»

означает то же, что «вот эти» или «состоит из вот

этих». В самом деле, тот, кто говорит «мед с водой»,

говорит «мед и вода» или «из меда и воды». Так что

30 если соглашаются, что любое из [только что] пере-

численного есть то же, что «вот это с этим», то подо-

бает сказать то же самое, что было сказано раньше

о них3. Кроме того, уточняя, в каких смыслах гово-

рится «одно с другим», следует смотреть, не обстоит

ли дело так, что ни один смысл [выражения] «вот это

с этим» не подходит. Например, если говорят «одно

35 с другим» в смысле в «каком-то одном и том же носи-

теле» (так, как справедливость и мужество в душе),

или «в одном и том же месте», или «в одно и то же

время», а сказанное о них ни в одном таком смысле

неправильно, то ясно, что данное определение не бу-

дет определением чего-либо из этого, так как пи один

смысл [выражения] «вот это с этим» не подходит. Если

i5ia же из различенных [значений «вот это с этим»] пра-

вильно то, что каждое из них присуще в одно и то

же время, то следует смотреть, не может ли быть, что

оба они относятся не к одному и тому же, например

если определили бы мужество как решимость с пра-

вильным рассуждением. Ведь можно обладать реши-

мостью грабить, но иметь правильное рассуждение

5 о том, что полезно для здоровья. Однако еще не му-

жествен тот, кто в одно и то же время имеет вот эту

[решимость] с этим [правильным рассуждением]. По

нет мужества даже в том случае, если то и другое

относится к одному и тому же, например к врачева-

нию, ведь ничто не мешает обладать решимостью и

правильным рассуждением относительно врачевания,

но тем не менее обладающему и тем и другим не быть

492

мужественным. Ибо ни то ни другое не должно отно- 10

ситься ни к разному, ни к одному и тому же случайно-

му, а должно относиться к цели мужества, например

к преодолению опасностей войны или к другой цели,

более важной, чем эта.

Кое-что из данного таким образом [как определе-

ние] ни в коем случае не подходит под указанное де- 15

ление, например если гнев определяют как огорчение

с предположением о пренебрежительном к себе отно-

шении со стороны других. Ведь этим хотят показать,

что огорчение возникает из-за такого рода предполо-

жения. Но возникнуть «из-за этого» не то же, что

«с этим», ни в одном из указанных значений.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

[Топы, устанавливающие условия правильности

построения определений (окончание)]

Далее, если соединение одного с другим назвать 20

целым, как, например, соединение души с телом —

живым существом, то прежде всего следует смотреть,

не обстоит ли дело так, что не сказано, какое это

соединение, например если, определяя плоть или ко-

сти, утверждали бы, что они соединение огня, земли и

воздуха '. Ибо недостаточно сказать, что они соедине-

ние, но нужно еще уточнить, какое это соединение.

Ведь плоть возникает не при любом соединении этих 25

элементов, а когда они соединены таким-то определен-

ным образом, кости же — таким-то. И вообще, по-ви-

димому, ни одно из них не тождественно соединению,

ведь всякому соединению противоположно разложе-

ние, но ни одному из них ничего не противоположно.

Кроме того, если одинаково вероятно, что все состав-

ное есть соединение или никакое составное не есть

соединение, каждое же живое существо, будучи со- 30

ставным, не есть соединение, то и все прочее состав-

ное не будет соединением.

Далее, если чему-то по природе присущи противо-

положности, а определяют его через одну из них, то

ясно, что определение его не дано. Иначе окажется,

что у одного и того же много определении. На самом

деле, почему более [правильно] указывает тот, кто

определяет через одну противоположность, чем тот, 35

кто определяет через другую, поскольку обе одинаково

493

назад содержание далее

Мебель скандинавская в москве здесь.



ПОИСК:




© FILOSOF.HISTORIC.RU 2001–2021
Все права на тексты книг принадлежат их авторам!

При копировании страниц проекта обязательно ставить ссылку:
'Электронная библиотека по философии - http://filosof.historic.ru'
Сайт создан при помощи Богданова В.В. (ТТИ ЮФУ в г.Таганроге)