Часть 18.

§ 354

Эти три момента понятия суть в) нетолько в себе конкретные элементы, но обладают реальностью в трех системах: в нервной, кровеносной и пищеварительной, из которых каждая как тотальность различается в самой себе согласно одним и тем же определениям понятия.

1. Так, система чувствительности определяет себя: аа) как крайний член абстрактного самоотнесения к самой себе, которое есть переход в непосредственность, в неорганическое бытие и бесчувственность,— переход, но не перейденность (Ьbergegangensein); это — костная система, которая по отношению к внутреннему является оболочкой, а по отношению к внешнему — твердой опорой внутреннего против внешнего; рр) как момент раздражимости — система мозга с его дальнейшими разветвлениями в виде нервов, которые тоже являются по отношению к внутреннему ощущающими нервами, а по отношению к внешнему — двигательными; гг) как система, принадлежащая к воспроизведению, как симпатический нерв с ганглиями, в которых имеется только глухое, неопределенное и безвольное самоощущение.

2. Раздражимость есть в такой же мере подверженность возбуждениям извне и обратная реакция самосохранения, как и, наоборот, активное самосохранение и в нем отдача себя другому. Ее система состоит из следующих частей: аа) абстрактная (чувствительная) раздражимость, простое изменение рецептивности в реактивность — мышца вообще; обретая в костяке внешнюю опору (непосредственное отношение к себе для своего раздвоения), она сначала дифференцируется в разгибающую и сгибающую мышцу, а затем развивается в своеобразную систему конечностей, вв) Раздражимость, поскольку она самостоятельно и, различаясь от другого92, конкретно относится к себе и сосредоточена в самой себе, есть внутренняя активность, пульсация, живое самодвижение, материальным элементом которого может быть только жидкость, живая кровь, и которая может быть только круговоротом, причем последний, специфицированный сначала в особенность, из которой он происходит, удвояется в самом себе и одновременно направлен вовне — в качестве системы легких и воротной вены: в первой из этих систем кровь воспламеняет себя в самой себе, а во второй — по отношению к другому, гг) Пульсация93, как раздражающа

471

тотальность, смыкающаяся сама с собой, есть круговорот, который от сердца как от своего сосредоточия возвращается в различии артерий и вен в самое себя, причем он есть в то же время имманентный процесс как всеобщая отдача себя воспроизведению остальных членов, получающих питание из крови.

3. Пищеварительная система как система желез с кожей и клеточной тканью есть непосредственное, растительное воспроизведение, в самой же системе внутренностей она является опосредствующим воспроизведением.

Прибавление. Поскольку чувствительность как нервная система, раздражимость как кровеносная система и воспроизведение как пищеварительная система существуют самостоятельно, постольку тело всякого животного может быть разложено на три различные составные части, из которых состоят все органы: на клеточную ткань, мышечные волокна и нервный мозг — эти простые, абстрактные элементы трех систем. Но так как эти системы являются вместе с тем и нераздельными и каждая точка содержит все три в непосредственном единстве, то они не представляют собой абстрактных моментов понятия — всеобщности, особенности и единичности. Нет, каждый из этих моментов представляет собой тотальность понятия в его определенности, так что в каждой системе реально наличествуют обе другие: повсюду имеются кровь и нервы, а также и железистые и лимфатические элементы, относящиеся к воспроизведению. Единство этих абстрактных моментов есть животная лимфа 94, из которой расчленяется внутренность; но, различаясь в самой себе, она вместе с тем окружается кожей как своей поверхностью или общим отношением растительного организма к неорганической природе. Если, однако, каждая система как развитое целое содержит в себе моменты других систем, то все же в каждой преобладает одна какая-нибудь форма понятия. Непосредственный образ есть мертвый, покоящийся организм, который служит для индивидуальности ее неорганической природой. Поскольку он есть нечто покоящееся, постольку понятие, самость еще не действительна, ее порождение еще не положено; или порождение это остается только внутренним, и мы должны постигнуть его со стороны. Этот внешний организм есть в своем определении отношение к столь же безразличным образам, он есть механизм целого, которое расчленено на свои устойчивые части.

472

1. Чувствительность бб) как тождество ощущения с самим собой становится, когда она сведена к абстрактному тождеству, чем-то бесчувственным, неподвижно мертвым, умерщвлением самого себя, которое, однако, все еще остается в сфере живого; и это есть порождение костей — акт, которым организм предпосылает себе свою основу. Так, даже костная система еще участвует в жизни организма: «Кости уменьшаются в глубокой старости, черепные и цилиндрические кости становятся тоньше; их внутренняя полость «как бы» увеличивается за счет костного вещества. Весь высушенный скелет старика весит сравнительно меньше; поэтому-то люди становятся к старости ниже, даже если не принимать в расчет старческую сгорбленность... Кости представляют собой уже вследствие большей многочисленности их кровеносных сосудов в общем более живые части» (по сравнению с хрящами); «это доказывается их более легкой воспламеняемостью и подверженностью болезненным изменениям, их воспроизведением и, далее, легким рассасыванием их острых концов, более легким пробуждением чувствительности в них и, наконец, их сложным строением» *. Кость, т. е. чувствительность, присущая образу как таковому, является подобно древесине растения простой и поэтому мертвой силой, которая есть еще не процесс, а абстрактная рефлексия-в-самое-себя. Но она есть в то же время рефлек-тированное в самое себя мертвое вещество; можно также сказать; что она есть растительное почкование, производящее само себя так, что произведенное становится другим.

(1) По своему образованию кость представляет собой вначале ядро окостенения; с этого начинается развитие всех костей. Эти ядра умножаются и вытягиваются в длину, как растительный узел превращается в древесное волокно. На окончаниях членов ядра окостенения остаются; они содержат внутри себя костный мозг, который является их еще не выделившимся нервом. Костный мозг представляет собой жир; поэтому он встречается в небольшом количестве или в жидком виде у худых людей и в большом количестве у тучных. Надкостница есть подлинная жизнь костей, целиком направленная вовне продукция,

* Johann Heinrich Ferdinand von Autenrieth. Handbuch der [em-pirischen menschlichen] Physiologie. [Tьbingen, 1801/1802], Teil II, § 767, 772 94а.

473

которая поэтому отмирает в самой себе и живет лишь на поверхности костей как сосредоточенная в себе глухая сила; костная система совпадает, таким образом, в процессе воспроизведения с кожей. Переходя к тотальности от ядра и линии, кость раскрывается; и вместо мозга появляется тогда нерв, который представляет собой ядро, выпускающее свои длинные отростки из своего средоточия. Но, достигнув тотальности, кость перестает быть принадлежностью образа как такового; костный мозг становится живой чувствительностью, точкой, которая распространяется в линии и из которой, как из тотальности, выходят разные измерения. Как ядро кость есть непосредственная чувствительность образа; но ее первым определением, когда она уже развилась в скелет, является то, что она относится к внешнему как покоящееся, как лишь твердое, что она лишь затвердевает в самой себе, достигает механической объективности и приобретает, таким образом, упор против земли как против твердого вообще.

(2) Удлинение кости есть середина, переход, состоящий в том, что образ низводится на степень чего-то внешнего, имеющего другое нутро. В членах кость есть внутреннее, непосредственно твердое; но в дальнейшем она перестает быть внутренним. Как древесина находится внутри растения, а кора снаружи (в семени же, наоборот, древесина преодолена, будучи лишь его внешней оболочкой), так кость становится для внутренностей животного внешней оболочкой, которая уже не имеет собственного центра, но сначала еще имеет перерывы и связывается особой линией (sternum), еще обладает собственным расчленением. Но под конец она снова становится чистой поверхностью без внутреннего содержания: она переходит в точку или линию, откуда исходят другие линии, вплоть до превращения в одну лишь охватывающую поверхность. Это — тотальность, которая еще не вполне округлена, еще готова повернуться вовне. Второе определение кости заключается, стало быть, в том, что она управляется другим, имеет в самой себе другое как субъект, а вовне выходит в виде твердых опорных точек, каковы рога, когти и т. д. Кожа удлиняется в ногти, клюв и т. д., она составляет неразрушимый элемент организма, ибо после полного распадения трупа в прах на нем местами часто еще бывает видна кожа.

474

(3) В то же время, поскольку в позвонке происходит разрыв серединного узла, кость является, в-третьих, возвращаясь в себя, полым черепом. В основе черепных костей лежит форма позвонка, и они могут быть разложены по этой форме. Но и os sphenoideum стремится совершенно преодолеть центр и превратить черепные кости в плоскость без собственного центра. Вместе с тем, однако, это полное снятие ядра как такового переходит в восстановление отдельных ядер: зубы и представляют собой это возвращение ядер в себя — ядер, которые входят в процесс, т. е. являются отрицательными, деятельными, действующими и, значит, перестают быть лишь пассивным выделением: это — непосредственная чувствительность, ставшая раздражимостью. Надкостница служит им уже не внешней, а лишь внутренней оболочкой. Кости, как и надкостница, лишены способности ощущения; но при заболеваниях (сифилитических) лимфы они приобретают эту способность.

Основным типом кости является позвонок, и любая кость есть лишь его метаморфоза, а именно трубка внутри с продолжениями наружу. Что такова основная форма образования костей, усмотрел в осо