Библиотека    Новые поступления    Словарь    Карта сайтов    Ссылки





назад содержание далее

Часть 6.

познавательного действия. Правда, можно сказать, что в данном случае

мы имеем дело с "анализом" - с абстрактным выделением какого-то одного

"отношения" между фактами. Но при этом мы превращаем и самый "анализ"

в совершенно пустое и бессодержательное словечко.

Анализ в том его виде, в каком он реально осуществлятся в позна-

нии сложных явлений, всегда направляется на детальное расчленение та-

ких явлений ("отношений" и т.д.), которые непосредственному эмпиричес-

кому созерцанию и представлению кажутся "простыми" и нерасчлененными.

Анализ в этом смысле всегда ведет от общего нерасчлененного

представления - к выявлению его элементов, к "частному", к массе част-

ностей, - и в этом смысле от абстрактного - к конкретному. Таков он,

по крайней мере, по намерению, по цели, которой с его помощью хотят

достигнуть. Но хорошо известно, что между намерением и его осуществле-

нием лежит дело.

***

(ПК! Здесь у Эвальда "дырка", которую я выяснил у него сам. Я ут-

верждал, что между "намерением" и "делом" находится "ПЛАН" реализации

"намерения", где и описывается, еще не состоявшаяся, но намеченная

система "действий", каждое из которых и есть элемент "дела". Здесь

осуществляется переход от ВОЗМОЖНОГО к ДЕЙСТВИТЕЛЬНОМУ! У Эвальда тог-

да еще не было сведений о том, что я делал в ИМБП. Это заметка для бу-

дущего развития темы.)

***

Анализ анализу рознь. Очень часто может случаться, что предмет

окажется расчлененным на такие "составные части", которые не имеют

ровно никакого отношения к исследуемому целому. Химик, шутил Гегель,

разложив "мясо" на его "составляющие", на химические элементы, думает,

что он исследует мясо, - но на самом деле то, что он исследует, вовсе

и не есть уже мясо, а нечто совершенно иное.

"Анализ" только в том случае достигает цели, которую с его по-

мощью хотели достигнуть, если он выделяет не просто "составные части",

- но специифические элементы данного целого, конкретные "составные

части", а не абстрактно-общее данному предмету со многими другими.

Живого кролика можно при желании "аналитически разложить" на сос-

тавные части, абстрактно общие ему с роялем, с планетой Сатурн и со

свиной тушенкой. И в данном случае "анализ" не даст ничего, кроме

опять-таки груды не связанных между собою абстракций. Здесь получиться

та же абстракция, как итог познавательных усилий, - то есть результат

- 85 -

как раз обратный тому, который хотели получить...

Иное дело - конкретный анализ. Результат, который с его помощью

получается, - конкретный элемент данного целого, - конкретно-всеобщий.

Что это значит?

Если вернуться к примеру с радиоприемником, то разница выступит

очень ясно.

***

(ПК! Разница КОНСТРУКТИВНО может быть записана только как ТЕНЗОР

СОЕДИНЕНИЯ сети, который получается с помощью матрицы Якоби. Это

Эвальд не знает, но будет обязан дать философское определение этих

объектов.ПК).

***

"Конкретно-всеобщий" элемент этого сложного "целого" выступает

как выражение того ПРОСТЕЙШЕГО случая, в котором осуществляется реаль-

но радиоприем. "Конкретно-всеобщим" элементом в данном случае является

ПРОСТЕЙШЕЕ устройство, обеспечивающее тот же самый эффект, который

достигается и в самом сложном современном радиоаппарате, - эффект

превращения электромагнитных колебаний - в электрические.

Как таковой, этот конкретно-всеобщий элемент радиоприемника может

и должен быть осуществлен отдельно от всех других элементов и деталей

радиоприемника. Он, как известно, и был осуществлен в эксперимнтах ос-

новоположника радиотехники Попова с помощью очень несложного устройс-

тва - с помощью трубки с опилками, замыкающей электрическую цепь...

В этом случае "аналитически выделен" действительно ПРОСТЕЙШИЙ

элемент сложного целого, в котором реально осуществляется радиоэффект.

С этого ПРОСТЕЙШЕГО случая радиоприема и начинает, как известно, любой

учебник радиотехники, любое руководство, имеющее целью раскрыть перед

читателем тайну самого сложного радиоприемника.

Любая же отдельная деталь приемника объясняется как звено в цепи,

помогающее выявиться этому ПРОСТЕЙШЕМУ эффекту, усиливающему его.

Ясно, что такой конкретно-всеобщий элемент радиоприема не может

быть отыскан на пути отвлечения того общего, что имеют между собой все

без исключения детали сложного, совершенного и современного радиопри-

емника, на пути "абстракции".

***

(ПК! Я не могу удержаться и не дать еще одну довольно длинную ци-

тату из Крона, чтобы МАРКСИСТСКИЙ ПОДХОД - Ильенкова и Крона - был

очевиден. Приношу извинения, но эти два текста - я имею в виду и Иль-

- 86 -

енкова, и Крона - образуют ЦЕЛОСТНОСТЬ!

Г.КРОН.

ПРИМЕНЕНИЕ ТЕНЗОРНОГО АНАЛИЗА В ЭЛЕКТРОТЕХНИКЕ.

ИЗ ВВЕДЕНИЯ АВТОРА.

Одно из назначений этой и других книг автора состоит в том, чтобы

показать, как можно ОРГАНИЗОВАТЬ составление, преобразование и решение

уравнений сложных технических систем и как использовать эту ОРГАНИЗА-

ЦИЮ для получения новых сведений о системах. В дальнейшем подробно

изучается только СОСТАВЛЕНИЕ уравнений и рассматривается только одно

из многих преобразований - ИСКЛЮЧЕНИЕ ПЕРЕМЕННЫХ.

***

{П.К! Исключение ПЕРЕМЕННЫХ из НЕЛИНЕЙНЫХ УРАВНЕНИЙ - один из ре-

зультатов, который был получен мною и Сережей Пшеничниковым лишь в

1983 году - его еще у Крона нет, но он становится СУПЕР-КРОНОМ после

этого "довеска". П.К!}

***

Последовательное решение систем дифференциальных уравнений не

проводится, так как практически все полученные дифференциальные урав-

нения, если они вообще имеют решения, могут быть решены общеизвестными

методами. Обильный материал по решению систем дифференциальных уравне-

ний читатель найдет в руководствах по теории матриц.

Ниже коротко излагается СУЩНОСТЬ предлагаемого метода РЕШЕНИЯ

технических задач как электрического, так и механического характера.

Пусть требуется определить поведение некоторой системы, например,

регулятора турбины или электрического привода переменной скорости, в

установившемся и переходном режимах.

Последовательность действий должна быть такова:

1) Не анализируйте непосредственно ДАННУЮ систему, так как она

очень сложна. Вместо этого составьте сперва уравнения ДРУГОЙ, РОДС-

ТВЕННОЙ системы, которую гораздо легче анализировать или уравнения ко-

торой уже были получены в другом случае.

***

{П.К! У Ильенкова - "простейшая система" - это элемент преобразо-

вания электромагнитных колебаний - в электрические. У Крона - единич-

ный "отклик" элементарной электрической сети на воздействие приложен-

ного напряжения. Но Крон не смог составить ТАБЛИЦУ ИСХОДНЫХ "ПРИМИТИВ-

- 87 -

НЫХ" СИСТЕМ, а у нас эта таблица ТЕПЕРЬ ЕСТЬ. П.К!}

***

2) Затем перейдите от уравнений ПРОСТОЙ системы к уравнениям

сложной системы путем РУТИННЫХ, СТАНДАРТНЫХ преобразований.

Правила преобразования уравнений простой или известной системы в

уравнения ДАННОЙ системы дает ТЕНЗОРНЫЙ АНАЛИЗ.

Немедленно возникает вопрос: как выбираются более простые системы?

***

{П.К! Ответ на этот вопрос СОДЕРЖИТСЯ В ЭТОЙ КНИГЕ, но здесь не

назван - это то, что Крон назвал ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫМ ПОСТУЛАТОМ. Этот пос-

тулат ПРЕДПОЛАГАЕТ, что тензорное обобщение возможно лишь тогда, когда

исходная система ПОЛУЧЕНА ИЗ ИЗМЕРЕНИЙ (ИЗ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫХ ДАННЫХ).

Для "фантомов воображения", ласкающих слух и взгляд математиков, ТЕН-

ЗОРЫ НЕ СУЩЕСТВУЮТ. Они - измеряемые ФИЗИЧЕСКИЕ ВЕЛИЧИНЫ. П.К!}

***

Существуют два способа, которые могут быть применены каждый в от-

дельности или оба одновременно.

1. РАЗБЕЙТЕ СЛОЖНУЮ СИСТЕМУ НА НЕСКОЛЬКО СОСТАВЛЯЮЩИХ

СИСТЕМ УДАЛЕНИЕМ НЕКОТОРЫХ, ОПРЕДЕЛЕННЫМ ОБРАЗОМ

ВЫБРАННЫХ СВЯЗЕЙ ТАК, ЧТОБЫ КАЖДУЮ СОСТАВЛЯЮЩУЮ

СИСТЕМУ МОЖНО БЫЛО ЛЕГКО АНАЛИЗИРОВАТЬ. ЭТО РАЗЛО-

ЖЕНИЕ МОЖЕТ БЫТЬ ВЫПОЛНЕНО В НЕСКОЛЬКО ПОСЛЕДОВА-

ТЕЛЬНЫХ ПРИЕМОВ.

Например, в случае регулятора турбины система делится на собс-

твенно регулятор, линии связи, управляющий клапан и турбину. Поведение

каждого элемента исследуется так, как будто другие элементы не сущест-

вуют. Электрический привод подразделяется на синхронный или асинхрон-

ный двигатель и неподвижные элементы сети.

Далее, если уравнения каждой из этих составляющих систем не были

выведены ранее, то каждая составляющая снова подразделяется на еще бо-

лее мелкие части, уравнения которых легко могут быть получены.

Группа составляющих систем, получающихся в результате ПОСЛЕДНЕГО

из необходимых делений, называется "элементарной" (или "ПРИМИТИВНОЙ")

системой.

Если уравнение какого-либо элемента (например, регулятора) однаж-

ды составлено, нет необходимости повторять все выводы с самого начала,

когда этот элемент используется как часть иного технического устройс-

тва. Таким образом, результаты всех исследований, выполненных с по-

- 88 -

мощью тензоров, могут быть заготовлены для будущего использования в

задачах различных типов, подобно тому, как стандартизованные детали

машин заготовляются для сборки самых разнообразных конструкций.

2. В дополнение к разложению сложной системы на нес-

колько составляющих систем, ПРИМИТЕ НОВЫЕ, БОЛЕЕ

ПРОСТЫЕ, КООРДИНАТЫ ДЛЯ ИСХОДНОЙ ИЛИ ДЛЯ СОСТАВ-

ЛЯЮЩИХ ЕЕ СИСТЕМ.

Например, замените, если это возможно, криволинейные координаты

прямолинейными или введите, вместо щеток, сдвинутых на некоторый угол,

щетки, расположенные на оси главных полюсов, и т.д.

Новые координаты могут быть воображаемыми, например, симметричные

составляющие, нормальные координаты, или же могут существовать в дейс-

твительности.

Правила перехода от уравнений "элементарной" (или "ПРИМИТИВНОЙ")

системы к уравнению действительной системы составляют содержание так

называемой "теории преобразования" или "преобразования координат"

ЭТИ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ ПРЕДСТАВЛЯЮТ СОБОЮ ОСНОВУ ТЕНЗОРНОГО АНАЛИЗА.

Большинство неподвижных сетей состоит из одних только одномерных

"катушек". Все вращающиеся машины представляют собой только набор

двухмерных "обмоток". Множество разнообразных устройств отличаются

друг от друга только ЧИСЛОМ и СПОСОБОМ СОЕДИНЕНИЯ этих основных "кату-

шек" и "обмоток", а различные "ТЕОРИИ" отличаются только принятой сис-

темой воображаемых координат.

Аналитическая работа требуется только при исследовании основных

элементов. Соединение этих элементов в данную систему представляет со-

бой стандартный процесс.

Хотя наш способ рассуждений применяется только для неподвижных и

вращающихся электрических сетей, ТОЧНО ТАКИЕ ЖЕ рассуждения применимы

для механических и других физических систем.

ВСЕ РАССУЖДЕНИЯ И ВСЕ ИССЛЕДУЕМЫЕ ЗДЕСЬ СИМВОЛИЧЕСКИЕ ВЫРАЖЕНИЯ

ОТНОСЯТСЯ НЕ ТОЛЬКО К ЭЛЕКТРОТЕХНИКЕ.

Электротехнические применения являются лишь иллюстрацией.

Следует отметить, что геометры, применяя аппарат тензорного ана-

лиза в дифференциальной геометрии, делали только второй шаг, преобра-

зуя координаты данной системы. Однако, до сего времени в геометрии не

делают первого шага - разложения системы на несколько составных частей

или, скорее, преобразования уравнений различных систем одних в другие.

Но именно процесс построения уравнений сложных систем из уравне-

- 89 -

ний их составных частей служит КЛЮЧЕМ к тензорному анализу технических

устройств. Без этого процесса изучение всякой отдельной машины или

системы машин представляет собой изолированную задачу, подлежащую ре-

шению каждый раз с самого начала.

Только за последние несколько лет геометры предприняли подобные

исследования в топологии, используя рассуждения, представления и аппа-

рат тензорного анализа, аналогичные тем, которые использованы инжене-

рами-электриками.

Интересно отметить, что основы топологии заложил Кирхгоф своими

исследованиями электрических сетей.

В качестве ПЕРВЫХ шагов в ОРГАНИЗАЦИИ, вносимой тензорным мето-

дом, можно рассматривать применение матриц и ТРЕХМЕРНЫХ ВЕКТОРОВ - по-

нятий, хорошо известных инженерам. Матрицы широко применялись матема-

тиками для функционально-теоретических исследований дифференциальных

уравнений. Матрицы применялись для исследования дифференциальных урав-

нений, связанных с задачами о механических колебаниях, а также при

синтезе четырехполюсников для сетей связи.

Векторы обычного векторного анализа (а также диады, триады и во-

обще "полиады"), представляют собой способ ОРГАНИЗАЦИИ, отличный от

матриц, хотя при представлении векторов в какой-либо системе координат

всегда возникают матрицы различных измерений (n-матрицы)

ТЕНЗОРЫ МОЖНО РАССМАТРИВАТЬ КАК ВЕКТОРЫ (ИЛИ, СКОРЕЕ,

ПОЛИАДЫ) В ИХ ДАЛЬНЕЙШЕМ РАЗВИТИИ.

В то время как векторы могут одновременно представлять ТОЛЬКО ТРИ

ПЕРЕМЕННЫЕ (П.К! Было и такое время, но очень, очень давно!), тензоры

могут быть применены в задачах с любым числом переменных. Применение

обычных векторов ограничено определенными координатными системами,

построенными для определенных типов пространств. Эти ограничения не

накладываются на тензоры.

***

Здесь отсутствует очень важная часть введения Крона! Восстановить!

***

Поскольку инженеры имеют дело с более сложными физическими систе-

мами, с гораздо большим числом взаимных связей, чем физики и геометры,

тензорный анализ является по преимуществу средством инженерного расче-

та.

Он был бы предложен и развит инженерами, если бы на протяжении

прошедших десятилетий (П.К! и даже СТОЛЕТИЙ!) техника не была бы све-

- 90 -

дена к чистой эмпирике. По мере признания аналитических методов и ус-

ложнения технических задач НЕОБХОДИМОСТЬ ПРАКТИЧЕСКОГО использования

организующих возможностей ТЕНЗОРНОГО МЕТОДА БУДЕТ СТАНОВИТЬСЯ ВСЕ БО-

ЛЕЕ НАСТОЯТЕЛЬНОЙ.

Примерами такой настоятельной необходимости являются эквивалент-

ные схемы вращающиихся машин. Расчеты режимов современных сложных

электроэнергетических систем настолько длинны и трудоемки, что прихо-

дится обращаться к помощи вычислительных устройств, таких как расчет-

ные столы переменного тока. Для составления эквивалентных схем, кото-

рые можно собирать на расчетном столе, требуется именно такая последо-

вательность действий и именно такие физические представления, которые

АВТОМАТИЧЕСКИ ВЫТЕКАЮТ ИЗ ТЕНЗОРНОГО МЕТОДА РАСЧЕТА, ИЗЛОЖЕННОГО В

ЭТОЙ КНИГЕ.

Другими примерами является изучение УСТОЙЧИВОСТИ и КАЧАНИЙ раз-

личных устройств, - вопросы, которые находятся в центре внимания в

связи с возросшим применением аппаратуры автоматического регулирова-

ния. Хорошо известно, что применение уравнений Лагранжа к изучению ма-

лых колебаний в том виде, как это делается в руководствах по динамике

или в курсах электрических машин, НЕ ПРИВОДИТ К ТЕНЗОРНЫМ (ИНВАРИАНТ-

НЫМ) УРАВНЕНИЯМ. Вследствие этого получающиеся уравнения не дают, за

исключением отдельных случаев, ПОЛНОЙ ФИЗИЧЕСКОЙ КАРТИНЫ того, что в

действительности происходит в системе при малых колебаниях, хотя урав-

нения и позволяют получить правильный числовой ответ. Этот недостаток

появляется при всякой попытке наглядно представить явления качаний или

при попытках построить физические модели.

Для получения уравнений качаний В ТЕНЗОРНОЙ (ИНВАРИАНТНОЙ) ФОРМЕ

и, следовательно, для выражения малых колебаний через посредство ФИЗИ-

ЧЕСКИХ ВЕЛИЧИН, которые могли бы быть наглядно представлены и ИЗМЕРЕ-

НЫ, необходимо применить такое сложное ПОНЯТИЕ ТЕНЗОРНОГО АНАЛИЗА, как

ТЕНЗОР КРИВИЗНЫ РИМАНА-КРИСТОФФЕЛЯ (предложен впервые Риманом около

ста лет тому назад).

Непосредственной задачей настоящей книги является ВВЕДЕНИЕ В ТЕХ-

НИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ только таких ПОНЯТИЙ, которые РАЗРАБОТАНЫ ФИЗИ-

КАМИ для изучения простейшего элемента системы.

Предлагаемые формулы и методы решения основаны на УБЕЖДЕНИИ, что

ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ отличаются от ФИЗИЧЕСКИХ НАУК только следующим:

1) применением большего числа переменных;

2) большим разнообразием координатных систем;

- 91 -

3) построением более сложных пространств.

Основные ПОНЯТИЯ (и обозначающие их СИМВОЛЫ), применяемые в обеих

науках, ИДЕНТИЧНЫ. Они и ДОЛЖНЫ БЫТЬ ИДЕНТИЧНЫ В СИЛУ ИДЕНТИЧНОСТИ

РАССМАТРИВАЕМЫХ ЯВЛЕНИЙ.

1942 год. Г.Крон.

ПК! Конец очень длинной вставки.ПК)

***

Анализ в данном случае выделяет такую ПРОСТЕЙШУЮ составную часть

"целого", в которой не исчезает специфика исследуемого предмета. Пре-

дел аналитического расчленения в данном случае указывает "природа це-

лого".

И на этом пути открывается ПРОСТЕЙШЕЕ, неразложимое далее, всеоб-

щее выражение предмета в целом. В этом звене, в этом элементе "природа

целого" не угасла, не уничтожена - она лишь сведена к ее ПРОСТЕЙШЕМУ

выражению.

Такой анализ - и только такой - противостоит "абстракции".

Результат, который с его помощью достигается, есть всегда ПРОС-

ТЕЙШЕЕ выражение конкретной природы исследуемого ЦЕЛОГО, есть конкрет-

ное, сведенное к ПРОСТЕЙШЕМУ ВЫРАЖЕНИЮ.

***

(ПК! Эвальд не знает, что ПРОСТЕЙШЕЕ математическое выражение -

есть ПРОСТЕЙШЕЕ скалярное выражение. Только оно может быть развернуто

до тензоров, компаунд- и мультитензоров. ПК!)

***

Иными словами, действительный анализ выясняет всегда не просто

"составные части", равнодушные друг к другу, а ПРОСТЕЙШИЙ случай их

взаимодействия. Действительный анализ поэтому-то с самого начала орга-

нически совпадает с "синтезом", с выяснением взаимной обусловленности,

характерной для данного конкретного "целого".

Наоборот, односторонний анализ дает в качестве своего продукта

лишь абстракции, в которых конкретная природа "целого" никак не выра-

жена, никак не "светится".

И если такой - абсолютно чистый "анализ" где-нибудь и совершает-

ся, то не в процессе мышления, не в процессе образования понятий, - а

в процессе образования терминов, наименований, в процессе простого

словесного выражения чувственно данных фактов.

Поскольку же мы имеем дело не с процессом образования слов, а с

- 92 -

процессом образования ПОНЯТИЙ, с логическим процессом, постольку под-

линным законом этого процесса является совпадения "анализа" с "синте-

зом", - совпадение, которое осуществляется даже в том случае, если ду-

мают, что производят "чистый анализ"...

Там, где на самом деле (а не в иллюзии теоретика) осуществляется

"чистый анализ", - там не происходит процесса образования понятия, а

происходит процесс образования лишь слова, там не происходит мышления,

а происходит лишь выражение чувственно воспринимаемых фактов.

Ибо мышление, как специфическая деятельность, как раз и заключа-

ется в особого рода переработке чувственно данных фактов, в переработ-

ке, смысл и цель которой с самого начала состоит в постижении "эмпири-

ческого в его синтезе".

Там, где нет поцесса выявления внутренней и необходимой связи

между двумя (и более) чувственно-данными эмпирическими явлениями, а

есть лишь процесс абстрактно-словесного выражения этих фактов или их

внешней связи, - там, конечно, есть лишь анализ, но нет "синтеза", но

именно потому нет и мышления.

"Чистый анализ", таким образом, вовсе и не есть закон мышления, а

лишь рассудочная абстракция от него, абстракция, существующая лишь в

голове логиков-метафизиков, логиков, на деле приравнивающих понятие к

слову.

Наоборот, конкретный анализ - анализ, органически совпадающий с

синтезом, - есть действительный закон мышления, всеобщая форма процес-

са образования понятия. Мышление поэтому и осуществляется на самом де-

ле как процесс конкретного анализа эмпирических фактов, совпадающий с

процессом выявления их внутренне-необходимой связи.

А это - занятие не есть простое, как отвлечение чисто эмпиричес-

кой, чисто аналитической абстракции, или "связывание" двух аналитичес-

ких абстракций в высказывании.

"Эмпирический" анализ и "эмпирический синтез" плохи вовсе не тем,

что они выражают вообще "эмпирические", фактически наблюдаемое положе-

ние дел, связь между фактами и т.д. - в этом отношении они ничем не

отличаются от самого глубокого научно-теоретического анализа и синтеза.

Эмпирические абстракции и способы ее получения плохи тем, что они

не выражают "эмпирического" в его подлинном "синтезе", - но лишь от-

дельный фрагмент, лишь абстрактно вырванный кусочек "эмпирического".

Понятие (и мышление в понятиях) совпадает с "эмпирическим", лишь

постигнутым во всем его объеме, в его развитии, - с "синтезом", с сум-

- 93 -

мой, сводкой эмпирии (Ленин).

Но именно поэтому понятие (теоретическая абстракция) и не может

совпадать с каждой отдельной эмпирической абстракцией, - более того,

одна противоречит другой в большинстве случаев. И в этом факте выража-

ется диалектика отношения "сущности" и "явления". Обычно там, где "эм-

пирическое" сознание устанавливает прямую и непосредственную связь

между вещами, мышление отрицает ее наличие, показывая "эмпирическую

абстракцию" как ложную, и, наоборот, обнаруживает глубокую внутреннюю

связь там, где эмпирическое сознание и представление вообще не отмеча-

ет никакой связи...

Но теоретическая абстракция, как правило, не совпадает не только

с каждой отдельной эмпирической абстракцией, но и с их простой "ариф-

метической" суммой: "сущность" вещи не равна простой механической сум-

ме ее "явлений".

"Синтез эмпирического" - с которым только и может совпадать "по-

нятие", - сам должен быть совершен диалектически.

То обстоятельство, что понятие (теоретическая абстракция) совпа-

дает лишь с эмпирическим, постигнутом в его диалектически-противоречи-

вом единстве, в его "разумном синтезе", и не может совпадать с каждым

отдельным фрагментом "эмпирии", - это всеобщая предпосылка - аксиома

всякой философии (исключая, конечно, агностицизм и вульгарный "позити-

визм").

"Совпадение понятия с синтезом, "суммой", сводкой эмпирии, ощуще-

ний, чувств несомненно для философов всех направлений", - отмечал Ле-

нин.

Проблема, решаемая философией, заключается не в том, есть ли та-

кое совпадение или нет его, а в том, - "откуда это совпадение"?

Вся трудность возникает из того обстоятельства, что "эмпирический

опыт" всегда неполон, не закончен, что "эмпирическое" в его реальном

"синтезе" никогда не было и не будет дано человеку в созерцании и

представлении. Мышление всегда стоит перед задачей образования таких

абстракций, которые совпадают с "полным" объемом, с "полным" синтезом

эмпирии, - а не только с той ее частичкой, которая до сих пор побывала

в поле зрения человека и человечества, - "со всяким возможным опытом",

как выразился Кант.

Вся трудность проблемы понятия и заключается в том, что в нем

происходит совпадение не только с уже "протекшим" опытом (стало быть,

не только с "частью" эмпирического), но и с будущим, то есть с эмпири-

- 94 -

ческим, постигнутым действительно в его полном объеме и развитии.

Мышление, которое лишь подытоживает то, что уже было, то, что че-

ловек уже видел, и неспособно осуществить СТРОГОЕ ОБЪЕКТИВНОЕ ПРЕДВИ-

ДЕНИЕ БУДУЩЕГО, - это еще не подлинное мышление. Самого важного в нем

еще нет.

Стало быть, вся проблема мышления и заключается в том, чтобы по-

нять - как и почему оно способно на основе анализа протекшего эмпири-

ческого опыта (то есть на основе более или менее обширной части эмпи-

рии) образовать такие определения, которые выражали бы эмпирическое во

всем его объеме и развитии.

Следовательно, в понятии происходит совпадение с "неизвестным", с

тем, что созерцанию и представлению дано не актуально, а лишь в ка-

честве бесконечной возможности.

И поскольку мышление всей своей историей доказывает, что оно спо-

собно делать именно это, то и возникает специальная проблема философии

- откуда это совпадение? Откуда эта способность? Где источник и крите-

рий этого совпадения?

###################

Вот на этот-то вопрос и дал ответ лишь диалектический материа-

лизм, открыв источник и критерий этого совпадения в практике.

Метафизический материализм, исходивший из представления о мышле-

нии как о простой "обобщающей" деятельности сознания, ответа на воп-

рос, разумеется, дать не мог. По отношению к метафизическому материа-

лизму аргументация Канта и по сей день остается разящей: он принципи-

ально не в состоянии дать рациональное обоснование тому факту, что в

мышлении происходит совпадение не только с тем, что уже было, но и с

тем, что вообще может когда-либо произойти, даже с тем, чего человек

еще никогда не наблюдал в качестве эмпирически очевидного факта.

Ниже мы покажем конкретно, каким образом практика - а не "общее в

созерцании" - является критерием истинности понятия и почему "общее в

созерцании" (эмпирическая абстракция) не может ни подтвердить, ни оп-

ровергнуть истинности понятия, истинности теоретической абстракции.

Пока констатируем просто как факт, еще подлежащий объяснению, что

в понятии человек путем анализа (а не "абстракции") оказывается воз-

можным отразить такие определения вещи, которые принадлежат ей атрибу-

тивным образом, абсолютно необходимо связаны с ее конкретной природой

и не могут исчезнуть без того, чтобы не исчезла сама вещь.

Этого нам пока достаточно, чтобы внести новые важные штрихи в ре-

- 95 -

шение проблемы абстрактного и конкретного в материалистической диалек-

тике. К этому мы и перейдем.

***

(ПК! Я уже который раз читаю этот текст в точки зрения Главного

конструктора - для меня "ПОНЯТИЕ" это конкретизация замысла будущего

изделия. Для меня "ИСТИНА" - это соответствие ПОНЯТИЯ (замысла) -

ПРЕДМЕТУ (задуманному изделию), а КРИТЕРИЙ ИСТИНЫ - ПРАКТИКА "ИСПЫТА-

ТЕЛЬНОГО ПОЛЕТА". Любой Главный и Генеральный в любой стране мира -

узнает в логике Ильенкова-Крона - свой собственный "характер мышле-

ния".)

***

28 января 1996 г.

Глава 3. СОВПАДЕНИЕ АБСТРАКТНОГО И КОНКРЕТНОГО - ЗАКОН МЫШЛЕНИЯ.

1. Абстрактное как непосредственное выражение конкретности.

2. Диалектическое и эклектико-эмпирическое понимание

"всесторонности рассмотрения".

3. Спиралевидный характер конкретности в действительности

и в ее теоретическом отражении.

4. Относительная самостоятельность как объективный прообраз

"абстрактного".

5. Конкретная абстракция (понятие) и практика.

1. АБСТРАКТНОЕ КАК НЕПОСРЕДСТВЕННОЕ ВЫРАЖЕНИЕ КОНКРЕТНОСТИ.

Итак, мы установили, что сознание, отражающее единичный, пусть

даже неоднократно повторяющийся факт, но не улавливающее его внутрен-

него строения и внутренне-необходимой связи с другими такими же факта-

ми, есть сознание крайне абстрактное - даже в том случае, если оно

наглядно и чувственно представимо.

###

Именно поэтому "Общий закон изменения формы движения гораздо

конкретнее, чем каждый "конкретный" пример этого" [М. Э. т.?, стр.?]

###

***

(ПК! Это положение, приведенное выше, и есть КЛЮЧ ко всей излага-

емой Эвальдом, теории познания. КОНКРЕТНЫ ТОЛЬКО(!) ЗАКОНЫ, которые

охватывают, как конкретно "общее" все более и более широкий круг

"частных ПРО-явлений". Это и есть подлинное место "законов сохранения"

в рамках общей теории познания! ПОНЯТИЕ - это другое название того,

что до сих пор принято считать ЗАКОНОМ ПРИРОДЫ!)

***

Именно поэтому самые что ни на есть "нагляднейшие" примеры не де-

лают и не могут сделать "конкретной" убогую, тощую, бедную определени-

ями "мысль".

"Наглядные примеры", иллюстрирующие тощую абстракцию, могут лишь

замаскировать ее абстрактность, могут создать лишь видимость, лишь ил-

люзию "конкретного" рассмотрения. Этим, к сожалению, довольно частно

пользуются любители пускать пыль в глаза, сводящиие "теоретическое

рассмотрение" к нагромаждению "примеров". Для этих людей, естественно,

толкование конкретности как чувственной наглядности знания гораздо

- 2 -

удобнее, чем определение Маркса, ибо последнее обязывает к дальнейшему

анализу фактов.

И столь же естественно, что любая попытка проанализировать факты

действительности конкретно, то есть обнаружить скрытую в этих фактах

внутреннюю взамосвязь, несводимо к тому абстрактно общему, которое

открыто глазам и без всякого анализа, расценивается любителями "конк-

ретных примеров" как "абстрактное рассуждательство", как "абстрактное

теоретизирование" и т.п.

К счастью, эта позиция не имеет с позицией Маркса ничего общего.

Точнее, "общее" есть, конечно, и тут - слова "абстрактное" и "конкрет-

ное". Но эти одинаковые слова прикрывают полную противоположность по-

нятий абстрактного и конкретного, противоположность действительного

понимания роли и места того и другого в процессе мышления, в процессе

переработки созерцания и представления.

В чем заключается, согласно Марксу, действительно абстрактное

рассмотрение предмета?

"Абстрактность" как таковая есть с его точки зрения просто-нап-

росто односторонность знания, такое знание вещи, которое отражает вещь

лишь с той стороны, с какой она, это вещь, "подобна", "тождественна"

многим другим таким же вещам. "Абстрактность", следовательно, по самой

своей природе не в состоянии ухватить специфической природы вещи, то

есть как раз того, что для мышления в понятиях как раз единственно

"интересно". Мыслить абстрактно - легче легкого. Для этого не требует-

ся никакой логической грамотности, никаких усилий ума.

Но очень трудно мыслить в конкретных абстракциях, очень нелегко

производить действительно содержательные абстракции. Но содержательная

абстракция, конкретная абстракция есть по своим действительным логи-

ческим характеристикам нечто прямо противоположное простой абстракции,

абстрактному как таковому.

Если абстракци как таковая отражает единичную вещь (явление,

факт, предмет и т.п.) только с той стороны, с какой она, эта вещь, по-

добна, сходна, тождественна целому ряду других таких же вещей, то

конкретная абстракция как раз наоборот отражает именно специфическую

природу рассматриваемого особенного или единичного явления.

Что значит совершить действительное обобщение, что значит отвлечь

объективную конкретную абстракцию от явления?

- Это значит рассмотреть вполне особенный, неоднократно повторяю-

щийся факт с точки зрения его собственного, имманентного содержания,

- 3 -

рассмотреть его, как говорится, "в себе" - отвлекаясь при этом от все-

го того, чем этот факт обязан внешнему воздействию, всей совокупности

внешних воздействий той более широкой сферы деятельности, внутри кото-

рой он существует.

Именно так поступает Маркс в "Капитале" при исследовании явлений

простого товарного обмена. Он получает действительные объективные ха-

рактеристики стоимости, - "рассматривая процесс абстрактно, - т.е. ос-

тавляя в стороне обстоятельства, которые не вытекают из имманентных

ЗАКОНОВ простого товарного обращения..." ["Капитал"]

Подчеркнутое разъяснение относительно "абстрактного" способа ра-

ссмотрения - как нетрудно заметить - прямо противоположно ходячему по-

ниманию этого способа. Согласно последнему "абстрактное" рассмотрение

особенного явления должно было бы поступать совсем наоборот: отвлечь

от него лишь такие определения, которые одинаковы у него с целым рядом

других особенных явлений, отвлечь лишь то, в чем данное особенное яв-

ление подобно, тождественно с рядом других.

То, что делает Маркс "рассматривая абстрактно" определенное осо-

бенное явление, скорее похоже на то, что старая логика именует "изоли-

рующей абстракцией". Но это опять-таки лишь чисто внешнее сходство. Та

же старая логика метафизически противополагает "изолирующую абстрак-

цию" - "генерализующей", т.е. такой абстракции, которая игнорирует

особенность и отбирает лишь "общее".

Абстрактное рассмотрение особенного явления у Маркса есть ни то,

ни другое, не выработка т.н. "изолирующей абстракции", ни выработка

т.н. "генерализующей абстракции".

То, что делает Маркс, с позиции старой логики покажется неизбежно

то выработкой "изолирующей", то выработкой "генерализирующей" абстрак-

ции, в зависимости от того, как говориться, "с какой стороны посмот-

реть"...

Выявление теоретических характеристик простого обмена товара на

товар включает в себя, с одной стороны, строжайшее "изолирование" яв-

ления простого товарного обмена от всех прочих движений стоимости, но,

с другой стороны, вырабатывается при этом не что иное, как ВСЕОБЩЕЕ

понятие СТОИМОСТИ, вскрывается ВСЕОБЩИЙ ЗАКОН ВСЕХ (а не только одной)

ФОРМ ДВИЖЕНИЯ СТОИМОСТИ...

***

(ПК! Случайно фундаментальный вывод "разрезан" вставкой Эвальда:

Подлинный шедевр состоит во фразе:

- 4 -

"... ВЫРАБАТЫВАЕТСЯ при этом не что иное,

как ВСЕОБЩЕЕ ПОНЯТИЕ СТОИМОСТИ, вскрывает-

ся ВСЕОБЩИЙ ЗАКОН ВСЕХ "ФОРМ ДВИЖЕНИЯ"

СТОИМОСТИ..."

Эта формулировка, относительно "ВСЕХ ФОРМ ДВИЖЕНИЯ" - фундамент

ТЕОРИИ ДВИЖЕНИЙ - и имеет силу для всех движений - в природе, обществе

и мышлении!!!)

***

А это показывает, что "абстрактное рассмотрение" явления у Маркса

есть какая-то более сложная и содержательная операция, нежели "изоля-

ция" и "генерализация", и даже нежели простое "единство" и того и дру-

гого. Это показывает, что действительную суть логических действий

Маркса вообще невозможно ни понять, ни выразить в категориях, развитых

на почве чисто формального исследования логического процесса.

В чем же заключается то специфическое в логических действиях

Маркса, которое не может быть выражено в категориях старой, чисто фор-

мальной логики?

Дело зключается прежде всего в том, что Маркс с самого начала

имеет в виду, как общую цель, в свете которой соразмеряется каждое от-

дельное логическое действие, каждый отдельный акт образования абстрак-

ции, цель воспроизведения конкретного в мышлении. Каждое особенное яв-

ление рассматривается в "Капитале" непосредственно с точки зрения его

места и роли в составе целого, в составе конкретной системы, внутри

которой и посредством которой каждое отдельное явление приобретает

свою специфическую определенность. Эту самую определенность, не свойс-

твенную каждому отдельному явлению, если оно существует вне данной

конкретной системы, целого, и приобретаемую им тотчас, как только оно

входит в состав данного целого, в состав данной, конкретной историчес-

ки развившейся системы и фиксирует каждая конкретная абстракция. Через

"абстрактное" рассмотрение особенного явления (отвлекаясь сознательно

от всего того, чем данное явление обязано другим взаимодействующим с

ним явлениям) Маркс на деле рассматривает как раз всеобщую взаимосвязь

"целого", то есть - всей совокупности взаимодействующих особенных яв-

лений.

Это на первый взгляд кажется чем-то парадоксальным: выявление

всеобщей связи явлений совершается как раз через свою противополож-

ность - через строжайшее отвлечение от всего того, что одному явлению

свойственно, благодаря его всеобщей взаимосвязи с другими, от всего

- 5 -

того, что "не вытекает из имманентных законов" данного особенного яв-

ления.

Дело, однако, заключается в том, что уже само право рассматривать

данное конкретное явление "абстрактно" предполагает понимание его осо-

бой роли и места в составе целого, внутри всеобщей взаимосвязи, внутри

совокупности взаимообуславливающих особенных явлений.

Простой товарный обмен Маркс действительно ставит перед глазами

как особую реальность и рассматривает его совершенно независимо от

всех тех сложнейших форм взаимодействия, внутри которых он реально су-

ществует в составе целого, абстрактно, то есть независимо от рассмот-

рения "целого", от рассмотрения его взаимодействий.

Но уже в том, и именно в том, что простой товарный обмен, "товар"

и форма товара, рассматриваются "абстрактно", как раз и находит свое

логическое выражение в той совершенно особенной роли товара, которую

он играет в составе данного и никакого другого "целого".

В том, что товар рассматривается абстрактно, независимо от всех

остальных явлений товарно-капиталистического производственного орга-

низма, как раз и выражается логически (теоретически) его конкретная,

исторически неповторимая форма зависимости от системы производственных

отношений в целом.

Дело в том, что только внутри развитой системы товарно-капиталис-

тического производства - и ни в какой другой системе производственных

отношений людей друг к другу - товарная форма связи оказывается всеоб-

щей, простейшей, элементарной формой взаимосвязи общественно-произво-

дящих свою жизнь людей. Ни в одной другой конкретно исторической сис-

теме отношений производства такой роли товар и обмен товаров не игра-

ли, не играют и не могут играть.

Эта особенная роль и значение товарной формы внутри развитого ка-

питализма и выражается теоретически в том, что чисто абстрактное расс-

мотрение товара, его "имманентных законов", одновременно тем самым вы-

являет всеобщее теоретическое определение всей системы в целом, выра-

жение ее конкретно-всеобщей закономерности.

Если бы предметом теоретического рассмотрения оказалась бы не то-

варно-капиталистическая, а любая другая конкретно историческая система

отношений общественного производства, социализм или феодализм, перво-

бытнообщинный строй или рабовладельческая формация, то не было бы ни-

чего ошибочнее с точки зрения Логики Маркса рассматривать товарную

форму абстрактно, так, как она рассматривается в экономической теории

- 6 -

капитализма.

Абстрактное рассмотрение товарной формы ровно ничего не дало бы

для теоретического понимания всеобщей связи системы в том случае, если

бы эта система развилась из какой-то иной всеобщей основы, нежели то-

варная форма. В данном случае "рассматривая (товар) абстрактно, то

есть оставляя в стороне обстоятельства, не вытекающие из имманентных

законов" товарной формы, мышление не сделает ни малейшего шага по пути

конкретного рассмотрения исследуемой системы, не отвлечет ни единого

конкретного теоретического определения предмета.

Если внутри товарно-капиталистической системы, в ходе ее рассмот-

рения, теоретик не только вправе, но и обязан рассматривать товарную

форму абстрактно, то он не имеет никакого логического права рассматри-

вать столь же абстрактно любую другую форму экономической связи того

же капиталистического ОРГАНИЗМА, например прибыль или ренту...

Попытка проделать это не приведет к выработке конкретного теоре-

тического понимания роли и места прибыли внутри общей взаимосвязи. Это

вообще невозможно проделать, если предварительно не проанализированы:

прибавочная стоимость, деньги и товар. И если мы сразу, не проделав

анализа товара, денег, прибавочной стоимости и прочего, выделим явле-

ние прибыли и начнем его рассматривать "абстрактно", то есть оставляя

в стороне все обстоятельства, которые вытекают из ее "имманентных" за-

конов, то ровно ничего не поймем в ее ДВИЖЕНИИ. В лучшем случае мы по-

лучим абстрактное описание явлений движения прибыли, абстрактное

представление о них, но не конкретное теоретическое понимание, не по-

нятие.

Точно такой же с точки зрения диалектики явилась бы попытка по-

нять что-либо в явлениях человеческой психики, отправляясь от условно-

го рефлекса. Условный рефлекс есть действительно всеобщая форма отра-

жательной деятельности животной особи, на ее основе строится весь

сложнейший аппарат нервно-физиологических связей, через который пре-

ломляются все воздействия внешнего мира. Отражательный аппарат живот-

ного не только можно, но и нужно исследовать, исходя из условно-реф-

лекторной связи. Именно на этом правильном пути великий Павлов развил

свою теорию, рассматривая условный рефлекс так же абстрактно, как

Маркс рассматривал всеобщую форму экономической связи, товар, то есть

"оставляя в стороне все обстоятельства, которые не вытекают из имма-

нентных законов" этой простой нервно-физиологической реальности.

Но крайне ошибочна затея некоторых последователей И.П.Павлова,

- 7 -

которые мечтают развернуть теоретическое понимание отражательной дея-

тельности человека, отправляясь от того же условного рефлекса, расс-

матривая условный рефлекс как всеобщую, элементарную форму психологии

человека.

Психология, сознание человека разрастаются на совершенно иной

всеобщей основе. Сама работа аппарата условно рефлекторных связей

здесь подчинена процессу, который совершенно независим от условнореф-

лекторной деятельности отдельной антропологической особи. Здесь все

зависит от процесса общественного труда, от общественного бытия чело-

века. Поэтому сознание человека нельзя ни сводить к условнорефлектор-

ной деятельности отдельного мозга, ни выводить из нее, как из "всеоб-

щей" основы. Здесь - другая всеобщая основа, которая и должна рассмат-

риваться "абстрактно", то есть совершенно независимо от условных реф-

лексов, от физиологии и прочих природных предпосылок.

Поэтому заранее обречены на провал попытки развить теоретическое

понимание психологии человека, теорию психологии, рассматривая в ка-

честве простой субстанции всех психических явлений условный рефлекс.

Это также невозможно сделать, как невозможно развить теорию капи-

талистической экономики на основе абстрактного рассмотрения "труда во-

обще" или технологии производства.

***

(ПК! Здесь Эвальд неправ, но только потому, что развитие теории

должно опираться на понятие ЖИЗНЬ и на понятие ВСЕОБЩЕГО ТРУДА - сво-

еобразного "труда вообще", который есть ПРОЦЕСС СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ ОРУ-

ДИЙ, включающий в себя АКТ ТВОРЧЕСТВА. Этих двух ПОНЯТИЙ у Эвальда еще

не было, когда он писал эту книгу! Моя позиция возникает при ответе на

вопрос: "что есть СУБСТАНЦИЯ ТРУДА?" Это другой уровень рассмотрения,

чем признание "субстанцией стоимости - труда". ПК).

***

Здесь другая всеобщая основа, другая конкретная субстанция, кото-

рая и должна быть рассмотрена абстрактно. Условный рефлекс в системе

отражательной деятельности человека сам занимает подчиненное место,

играет роль, сходную с ролью "товара" внутри социализма. Абстрактное

его рассмотрение не ведет поэтому к пониманию его действительной роли

в составе данного конкретного целого - в данном случае человеческой

психики.

Таким образом, право на абстрактное рассмотрение явления, опреде-

ляется совершенно конкретной ролью данного явления в составе исследуе-

- 8 -

мого целого, конкретной системы взаимодействующих явлений. Если исход-

ный пункт развития теории взят правильно, то "абстрактное" рассмотре-

ние оказывается непосредственно совпадающим с конкретным рассмотрением

всей системы в целом.

Если же "абстрактно" рассматриваются не то явление, которое объ-

ективно составляет всеобщую, простейшую, элементарную форму бытия

предмета в целом, его реальную "клеточку", - то в данном случае "абс-

трактное" рассмотрение так и остается "абстрактным" в дурном смысле

этого слова и не совпадает с путем конкретного познания.

Взяв явления прибыли, например, можно составить себе абстрактное

обобщенное представление о них. Но конкретного понятия прибыли на этом

пути не получить, ибо конкретное понимание места и роли прибыли в про-

цессе движения системы товарно-капиталистических отношений предполага-

ет понимание их реальной ближайшей субстанции - прибавочной стоимости,

то есть другого экономического явления, а последнее в свою очередь

предполагает познание "имманентных законов" ДВИЖЕНИЯ товарно-денежной

сферы, понимание "стоимости" как таковой, независимо от прибыли и при-

бавочной стоимости. Иными словами, само "абстрактное" рассмотрение

прибыли возможно лишь в том случае, если предварительно проанализиро-

ваны абсолютно независимые от прибыли явления. Прибыль может быть по-

нята только через прибавочную стоимость, через "другое", в то время

как прибавочная стоимость может и должна быть понята "сама по себе", и

при ее анализе следует строго оставить все обстоятельства, не вытекаю-

щие непосредственно из ее имманентных законов; надо, прежде всего, ос-

тавить в покое прибыль. При анализе же прибыли нельзя этого сделать,

нельзя оставить в стороне обстоятельства, вытекающие из имманентных

законов другого явления, нельзя рассматривать прибыль "абстрактно".

Таким образом, само "абстрактное" рассмотрение явления включает в

себя "конкретный" подход к этому явлению и непосредственно выражает

его роль внутри данной, конкретно исторической системы явлений в це-

лом.

"Абстрактное рассмотрение" выступает как такое рассмотрение явле-

ния, которое, оставляя в стороне все обстоятельства, не вытекающие не-

посредственно из имманентных законов данного явления, сосредотачивает-

ся как раз на "имманентных законах", на анализе явления "в себе и для

себя", если употребить гегелевское выражение. Образцом такого исследо-

вания является АНАЛИЗ ЗАКОНОВ ДВИЖЕНИЯ товарно-денежной сферы в "Капи-

тале" Маркса.

- 9 -

Явление здесь рассматривается "само по себе", в строжайшем отвле-

чении от всех тех воздействий, которые оказывают на него другие, более

сложные и развитые явления, явления, связанные с производством приба-

вочной стоимости прежде всего. Это и значит, что оно рассматривается

"абстрактно".

В таком понимании и применении "абстрактного" рассмотрения не

только нет ничего "дурного", чего-то метафизически противоположного

"конкретному" рассмотрению, но есть как раз реальное совпадение абс-

трактного и конкретного, их диалектическое единство.

"Конкретное" рассмотрение выступает в свете этого как такое расс-

мотрение, которое уже не оставляет в стороне все обстоятельства, не

вытекающие из имманентных законов данного явления, а наоборот, привле-

кает их к рассмотрению. "Конкретное" понимание явлений товарно-денеж-

ной сферы совпадает с учетом всех тех воздействий, которые на нее ока-

зывают все развитые, все более сложные формы экономических отношений

внутри капитализма.

Иными словами, конкретное понимание товара, который в начале

рассматривался лишь абстрактно, совпадает с теоретическим пониманием

всей совокупности взаимодействующих форм экономической жизни, всей

экономической структуры капитализма. Как таковое оно достигается лишь

в развернутой системе науки, в теории в целом.

"Конкретность" тем самым совпадает со всесторонностью учета всех

форм внутреннего взамимодействия явлений, составляющих в их совокуп-

ности конкретно исторически развившуюся систему.

2. ДИАЛЕКТИЧЕСКОЕ И ЭКЛЕКТИКО-ЭМПИРИЧЕСКОЕ ПОНИМАНИЕ

"ВСЕСТОРОННОСТИ РАССМОТРЕНИЯ".

Если говорится, что требование "всесторонности" учета всех фак-

тов, всех моментов взаимодействия только и может обеспечить подлинно

конкретное познание, то это верно и справедливо лишь при том условии,

что само требование "всесторонности" понимается действительно диалек-

тически.

Этот пункт важен по той причине, что именно на этом требовании

чаще и охотнее всего спекулирует одна из самых вредоносных и антинауч-

ных форм мышления - ползучий эмпиризм, маскирующийся под теоретическое

мышление.

Гениальный диалектик Ленин не раз вслед за Марксом предостерегал

от смешения диалектического понимания конкретности с вульгарно-эклек-

- 10 -

тической пародией на него, - тем более, что это очень часто приобрета-

ет прямой политический смысл.

"При подделке марксизма под оппортунизм подделка эклектизма под

диалектику легче всего обманывает массы, дает кажущееся удовлетворе-

ние, якобы учитывает все стороны процесса, все тенденции развития, все

противоречивые влияния и проч., а на деле не дает никакого цельного и

революционного понимания процесса общественного развития" [Ленин.т.25,

с.372]

Само собой ясно, что эти слова относятся не только к процессу об-

щественного развития, но и к любой области познания и деятельности и

заключает в себе тем самым всеобщее, логическое требование.

Одним из самых ходовых аргументов, применяемых врагами научного

коммунизма в борьбе против теории Маркса-Энгельса-Ленина, является об-

винение в "упрямой односторонности" - в "абстрактности", в "отвлечен-

ности" теории общественного развития, созданной Марксом и Лениным, и

соответственно вытекающей из нее политики.

Классики марксизма-ленинизма, и в особенности Ленин, детально по-

казали методологическую основу этих нареканий, полнейшее непонимание

диалектики как метода конкретного исследования или же сознательная

фальсификация ее требований.

Эклектик любит рассуждать на тему о том, что всякая "односторон-

ность" - вредна, что всегда нужно учитывать, и то, и это, и пятое, и

десятое, что нужен "всесторонний" учет любой мелочи, разрастающийся в

его глазах, в его изображении до таких размеров, что она начинает зас-

лонять главное. При этом он имеет в виду не только и не столько задачу

применения теории научного коммунизма к анализу отдельных, быстро ме-

няющихся обстоятельств, событий и ситуаций, где действительно "мелочь"

может сыграть свою роль, сколько самое теорию, лежащую в основе всей

политики.

Для оппортуниста характерно (что и сегодня представляет известную

опасность) умозаключение от фактов ошибочных оценок отдельных явлений

(случающихся, естественно, и с марксистами) - прямо к выводу об оши-

бочности, об "абстрактной оддносторонности" самой теории научного ком-

мунизма, самого научно-теоретического обоснования всей конкретной по-

литики коммунистических партий. Но догматизм в применении и в деталях

разработки теории. случающийся, к сожалению, довольно часто и среди

марксистов, вовсе не есть довод к пересмотру самой теории.

А нетрудно это потому, что любой, самый незначительный и "ничтож-

- 11 -

ный" предмет обладает в реальности актуально бесконечным количеством

сторон, связей и опосредствований со всем окружающим его миром. В каж-

дой капле воды отражается все богатство вселенной. Даже бузина в ого-

роде через миллиарды опосредствующих звеньев связана с дядькой в Кие-

ве, даже насморк Наполеона был-таки "фактором" Бородинского сраже-

ния...

И если понять требование "конкретности" анализа как требование

абсолютной полноты учета всех без исключения эмпирических подробнос-

тей, деталей и обстоятельств, так или иначе связанных с исследуемым

предметом, то "конкретность" окажется (как и любая категория, если ее

толковать метафизически) - лишь голой абстракцией, лишь некоторым не-

досягаемым идеалом, существующим лишь в фантазии, но никогда не реали-

зуемой в действительном познании. Теоретик же, исповедующий такое по-

нятие "конкретности", попадает в положение метерлинковского героя, го-

няющегося за синей птицей, которая перестает быть синей тотчас, как он

ее схватывает...

И здесь, в проблеме отношения абстрактного к конкретному, метафи-

зика оказывается тем мостиком, по которому мысль неизбежно приходит к

агностицизму и в конечном счете к ликвидации теории как таковой, к

представлению того сорта, что теория навсегда обречена вращаться в

сфере более или менее субъективных абстракций и никогда не улавливает

объективной конкретности...

Метафизическое понимание "конкретности", как абсолютно полного

учета всех эмпирически наличных обстоятельств неизбежно делает испове-

дующего его человека очень податливым к аргументации субъективных иде-

алистов и агностиков. Против такого понимания "конкретности" даже

субъективный идеалист легко выдвинет совершенно неотразимые аргументы,

не говоря уж об идеалисте "умном", об идеалисте типа Канта и Гегеля.

Чувственно данная "конкретность", говорит любой, самый мелкий и

пошлый субъективный идеалист, бесконечно многообразна. И человек, отв-

лекающий от нее "абстрактные" образы, не может иметь никакого другого

критерия выбора, отбора, согласно которому он отвлекает одно и остав-

ляет без внимания другое, кроме субъективного интереса, кроме субъек-

тивно положенной цели, желания, мнения и т.д.

Чувственно конкретная реальность поэтому-де и оказывается лишь

бесконечной возможностью, лишь внешним поводом для проявления абстра-

гирующей деятельности субъекта, который при этом руководится своей им-

манентной целью, не имеющей ничего общего с природой предмета. "Поня-

- 12 -

тие"-де поэтому и есть не более как опосредствованная проекция "Я" на

экран чувственно данных явлений, не отражение предмета в "Я", а наобо-

рот, отражение "Я" в предмете, под видом "предмета".

Идеалист объективный, идеалист типа Мальбранша, Гегеля или совре-

менных "томистов" истолковывает это по-иному. Для него гарантом "объ-

ективной" истинности абстракции выступает абсолютный дух, благодаря

которому "цели" человека совпадают с "имманентной" целью природы и об-

щества, провиденциально заложенной и тут и там одним и тем же духовным

первоначалом, богом под тем или иным названием... Идеализм вообще тем

самым закладывает в фундамент понимания абстрагирующей деятельности

субъективизм - и это неизбежный результат метафизического понимания

"конкретности", от которой субъект отвлекает "абстракции".

Лишь марксистско-ленинская философия, открыв в общественной прак-

тике человечества, в совокупном процессе чувственно практической дея-

тельности человека "субстанцию", то есть всеобщую основу и источник

всех без исключения деятельных способностей человека, и способности к

абстрагирующей деятельности в том числе, вскрыв тем самым и критерий,

гарант объективности абстракции, и основу диалектического совпадения

абстрактного и конкретного как в познании в целом, так и в каждом от-

дельном акте познания.

Как понимается "конкретность" знания в диалектико-материалисти-

ческой философии? Выясним прежде всего ту форму конкретности, которой

достигает и обязана достигать наука, теория в строгом смысле этого

слова, ибо, как мы покажем ниже, процесс применения уже готовой, уже

развернутой теории к анализу отдельных фактов, явлений, событий, про-

цесс применения теории к практике, в определенных пунктах существенно

отличается от процесса разработки теории в точном смысле слова, хотя

подчиняется в общем и целом одним и тем же законам.

***

(ПК! Это очень важный пункт! Для Эвальда это "видно", но не имеет

того значения, которое он имеет для меня. Я обращаю здеь на два вида

УМЕНИЯ:

1. Умение применять имеющуюся теорию.

2. Умение сделать новую теорию на предметную область, в которой

теории еще нет.

Это и вынуждает меня выделить цитату из Эвальда:

"...ПРОЦЕСС ПРИМЕНЕНИЯ уже готовой, уже раз-

вернутой теории к анализу отдельных фактов,

- 13 -

явлений, событий, процесс применения теории к

практике, в определенных пунктах существенно

отличается от ПРОЦЕССА РАЗРАБОТКИ теории в

точном смысле слова...")

***

"Конкретность" теории, науки совпадает с раскрытием всей совокуп-

ности внутренних связей предмета исследования. "Конкретность" этой

стороны выступает как синоним внутренней взаимообусловленности всех

необходимых сторон, черточек, граней предмета, совпадает с понятием

системы взаимодействия всех сторон предмета, понимаемого как единое

развивающееся целое.

В определении Маркса очень важно указание на то, что конкрет-

ность, с отражением которой имеет дело наука, теория, есть в полной

мере взаимная обусловленность, то есть такая форма взаимосвязи, внутри

которой каждая из сторон исследуемой реальности взаимно определяет ха-

рактер и своеобразие всех других, взаимно обуславливает их существова-

ние и обратно - обусловлена их существованием и взаимодействием.

Теория в целом похожа на отдельный акт "абстрактного рассмотре-

ния" тем, что она все время остается в пределах "имманентных" (внут-

ренних) законов исследуемой конкретной системы взаимодействующих явле-

ний и оставляет в стороне все то, что касается внешнего взаимодействия

данной системы с другими системами.

В этом плане определение конкретного в мышлении, конкретности те-

ории, прямо и непосредственно совпадает с определением "абстрактного"

рассмотрения, такого рассмотрения, которое оставляет в стороне все

обстоятельства, не вытекающие из имманентных законов существования

данной конкретной системы взаимодействующих явлений в целом. И здесь с

точки зрения Логики марксизма-ленинизма происходит "совпадение" абс-

трактного и конкретного, совпадение противоположностей, притом такое

совпадение, внутри которого "конкретное" именно и только потому конк-

ретно, что одновременно "абстрактно" и наоборот. Как и любая другая

категория материалистической диалектики, "конкретное" осуществляется

только через свою собственную противоположность, только благодаря ей.

О чистой, абсолютной "конкретности" в диалектике вообще не может быть

разговора вне единства с ее противоположностью, с "абстрактным", точно

так же как нелеп разговор о "сущности", которая не "являлась" бы, или

о необходимости, которая осуществлялась бы "в чистом виде", то есть

иначе, нежели через случайность...

- 14 -

3. СПИРАЛЕВИДНЫЙ ХАРАКТЕР КОНКРЕТНОСТИ В ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ

И В ЕЕ ТЕОРЕТИЧЕСКОМ ОТРАЖЕНИИ.

Итак, под "конкретностью" теории материалистическая диалектика

понимает отражение всех необходимых сторон предмета в их взаимной

обусловленности, в их внутреннем взаимодействии.

Взаимный характер обусловленности, характерный для всякого диале-

ктически расчлененного целого, обязывает теорию ко многому и одновре-

мено дает в руки теоретика четкий критерий для выделения из чувственно

данного многообразия лишь внутренне необходимых определений.

Это непосредственно означает, что каждая из конкретных абстракций

(совокупность которых и составляет теорию) отражает лишь такую форму

существования предмета, которая является одновременно и всеобщим необ-

ходимым условием всех других, и столь же всеобщим и необходимым следс-

твием их взаимодействия.

Этому условию удовлетворяет, например, определение человека, как

существа, производящего орудия труда. Производство орудий труда, про-

изводство средств производства есть не только всеобщая (и логически и

исторически) предпосылка всех остальных форм жизнедеятельности, но и

постоянно воспроизводимый результат, следствие всего общественного

развития в целом.

Человечество в каждый момент своего развития вынуждено с необхо-

димостью воспроизводить - то есть полагать как свой продукт - свою

собственную всеобщую основу, всеобщее условие существования обществен-

но-человеческого организма в целом.

Сегодня производство орудий труда, развившихся до фантастически

сложных машин и агрегатов остается, с одной стороны, как и на заре че-

ловеческого развития, всеобщей объективной основой всего остального

развития. Но, с другой стороны, оно по существу зависит от уровня раз-

вития науки, своего собственного отдаленного порождения, от своего

собственного следствия, и зависит в такой степени, что машины можно

рассматривать (не перестаая быть материалистом) как "...созданные че-

ловеческой рукой органы человеческого мозга..." Так и товар, и деньги,

и "свободная" рабочая сила - все это не в меньшей мере продукты капи-

тала, последствия его специфического движения, чем его же исторические

предпосылки, условия его появления на свет. При этом такие продукты,

которые он воспроизводит во все расширяющихся масштабах, невиданных до

его появления.

- 15 -

Эта диалектика всякого действительного развития, в котором всеоб-

щее необходимое условие возникновения предмета становится его же собс-

твенным и необходимым следствием, это диалектическое "переворачивание"

условия в обусловленное, причины - в следствие, "всеобщего" - в "осо-

бенное" и есть характерный "признак" внутреннегоо взаимодействия, бла-

годаря которому действительное развитие приобретает форму "круга", а

точнее - спирали, все время, с каждым новым оборотом расширяющей масш-

табы своего движения.

Одновременно с этим происходит и то своеобразное "замыкание на

себя", которое превращает совокупность единичных явлений в относитель-

но замкнутую систему, в конкретный, исторически развивающийся по своим

"имманентным" законам единый организм...

Маркс резко подчеркивал такой характер взаимодействия внутри сис-

темы товарно-капиталистического производства:

"Если в развитой буржуазной системе... каждое полагаемое есть од-

новремено предполагаемое, то это имеет место в любой органической сис-

теме". Подчеркнутые слова прямо выражают то обстоятельство, что "кру-

говой" характер взаимодействия вовсе не есть специфический закон дви-

жения и существования капитализма, а всеобщий закон диалектического

развития, закон диалектики. Именно этот закон и лежит в основе логи-

ческого закона совпадения абстрактного и конкретного, в основе диалек-

тико-материалистического понимания теоретической "конкретности".

***

(ПК! Эвальд не может знать, что в математике это называется "ак-

сиомой монодромии" - как ее формулировал Гельмгольц, но которую посчи-

тал "излишней" Софус Ли. Однако этот цикл - не есть "круг", а есть

"замкнутость" проективной прямой, аксиоматика которой (как и любого

"проективного пространства") включает все диалектические противоречия)

***

Но тот же самый закон спиралевидного развития системы взаимодейс-

твующих явлений ставит мышление перед особыми трудностями, такими

трудностями, которые абсолютно неразрешимы без диалектического метода

вообще и без четкого представления о диалектике абстрактного и конк-

ретного, в частности.

Буржуазные экономисты, сталкиваясь в исследовании с этим обстоя-

тельством - со спиралевидным характером взаимообусловленности различ-

ных форм буржуазного "богатства", с неизбежностью попадали в "круг" в

определении важнейших категорий. Маркс обнаружил этот безвыходный круг

- 16 -

уже при попытке анализа экономических теорий английской экономики, в

1844 году. В анализе рассуждений Сэя он обнаруживает, что тот, как и

другие экономисты, везде подсовывает понятие "стоимости" под объясне-

ния таких явлений, которые потом сами молчаливо предполагаются при

разъяснении "стоимости", например, понятие "богатства", "разделения

труда", "капитала " и т.п.

"Богатство. Здесь уже представлено понятие "стоимости", которое

еще не развито; ведь богатство определяется как "сумма стоимости", как

"сумма вещей, обладающих стоимостью", которой владеют..."

Пятнадцать лет спустя, возвращаясь к этому пункту, Маркс раскры-

вает тайну этого безвыходного логического круга:

"Если в теории понятие стоимости предшествует понятию капитала,

но с другой стороны предполагает в качестве условия своего чистого

развития способ производства, основанный на капитале, то это имеет

место и в практике. Поэтому экономисты неизбежно рассматривают в одних

случаях капитал в качестве творца стоимости, в качестве источника пос-

ледней, а в других - предполагают стоимость для объяснения образования

капитала, и сам капитал изображают как сумму стоимостей в некоторой

определенной функции".

Этот логический круг в определениях получается с неизбежностью

именно потому, что любой предмет в действительности есть продукт диа-

лектического развития, благодаря которому исследуемая наукой реаль-

ность всегда выступает как система взаимообуславливающих друг друга

сторон, как исторически возникшая и развившаяся "конкретность".

Капитал, действительно предполагая и деньги, и "стоимость" в ка-

честве предпосылок своего возникновения, при своем рождении тотчас

превращает их в реально всеобщие формы своего собственного движения, в

"абстрактные" моменты своего специфического бытия. В итоге он и предс-

тает перед глазами наблюдателя, созерцающего уже сложившееся истори-

чески отношение, в качестве творца стоимости. И трудность заключается

здесь в том, что только появление капитала превращает "стоимость" в

реально всеобщую экономическую форму всего производства, всей системы

экономических отношений... До этого - до появления капитала - стои-

мость является чем угодно, но только не всеобщим экономическим отноше-

нием, уже потому, что в нее не входит такой важнейший "особенный" фак-

тор производства, как рабочая сила.

Рассечь логический круг в определении стоимости и капитала невоз-

можно никакими логическими ухищрениями, никакими семантическими мани-

- 17 -

пуляциями с "понятиями" и их определениями, ибо он возникает не из

"неправильности" в определении понятий, а из непонимания диалектичес-

кого характера взаимосвязи между тем и другим, из-за отсутствия дейс-

твительно исторического подхода к исследованнию этой взаимосвязи.

Только действительно исторический подход дает возможность найти "вы-

ход" из круга, точнее "вход" в него. Поскольку буржуазным экономистам

чужд такой подход, постольку круг - безвыходен.

Нечто подобное происходит на наших глазах с авторами книг по

"формальной" логике при попытках определить такие категории, как "по-

нятие", "суждение", как "правильность" и "истинность" и т.п., не попа-

дая тотчас в логический круг, который сама же формальная логика ставит

под запрет.

Неудача такого рода попыток связана именно с непониманием "конк-

ретности" как исторически развившейся и продолжающей развиваться сис-

темы внутренне взаимодействующих явлений как развившееся "единство в

многообразии". И как раз такое - диалектическое - понимание "конкрет-

ности" дало Марксу в руки методологический ключ к решению основных те-

оретических проблем политической экономии. Именно с этим пониманием

"конкретности" связано то обстоятельство, что только Марксу удалось

рационально разрешить и тайну товарного фетишизма. В состав "конкрет-

ности" товарно-капиталистического мира входят лишь те объективные фор-

мы движения, которые этот мир не только предполагает в качестве пред-

посылок, но и сам же воспроизводит как свой специфический продукт,

"полагает" как свое следствие.

Ведь и солнце, и товар, и полезные ископаемые, и деньги, и "сво-

бодная" рабочая сила, и наличие машинной техники - все это одинаково

объективные предпосылки и условия, при отсутствии которых капитал ни

возникнуть, ни существовать не может. Но ни природные условия его воз-

никновения, ни технические характеристики машин, ни антропологические

особенности человека с его способностью трудиться не составляют всеоб-

щих и необходимых "имманентных" форм его существования.

В виде конкретных теоретических характеристик анализ Маркса удер-

живает лишь те из всеобщих и необходимых условий бытия капитала, кото-

рые движением самого же капитала и воспроизводятся. Капитализм "восп-

роизводит" не рабочую силу как таковую, не полезные ископаемые и про-

чие вещественные компоненты, а рабочую силу как товар, то есть как ту

общественную форму, в которой рабочая сила функционирует внутри разви-

той системы капиталистических отношений.

- 18 -

Рабочую же силу как таковую, как совокупность психических и физи-

ологических способностей, создает, производит и воспроизводит совер-

шенно иной процесс или процессы. Капитализм ее не производит точно так

же, как не производит он ни солнечного света, ни полезных ископаемых,

ни воздуха и т.п., - зато он воспроизводит те общественнные формы,

внутри которых и посредством которых все эти вещи приобщаются к его

специфическому движению и совершают свое движение внутри его организ-

ма, как его формы.

Примененный здесь Марксом критерий для различения "имманентных"

форм движения предмета есть критерий по существу всеобщий, логический.

Это значит, что любой единичный предмет, вещь, явление, факт при-

обретают ту или иную конкретную форму своего существования от того

конкретного процесса, в движение которого он оказывается вовлеченным;

любой конкретной формой своего существования любой единичный предмет

обязан не себе, не своей самодовлеющей "единичной" природе, а той

конкретной, исторически развившейся системе вещей, в которую он попал,

внутри которой он возник.

Золото само по себе не есть деньги. Деньгами его делает процесс

товарно-денежного обращения, в который золото вовлечено. "Стул на че-

тырех ножках под бархатным покрывалом в известных условиях преставляет

собой трон, но на этом основании этот стул, эта вещь, служащая для си-

дения, не есть трон благодаря своей потребительной стоимости", то есть

он по своей "имманентной" природе, "в себе и для себя", взятый в абс-

тракции от тех специфических условий, внутри которых он только и есть

"трон", троном вовсе не является.

Здесь ясно видно, какое огромное значение имело диалектическое

понимание конкретности теоретических абстракций в процессе преодоления

натуралистически фетишистских иллюзий, опутывающих природу стоимости,

как и всех производных от нее форм, вплоть до процента, ренты и т.п.

Золото по своей природе является деньгами столь же мало, сколь

мало уголь по своей природе есть топливо для паровоза, сколь мало луна

является покровительницей влюбленных, а человек - рабом или патрицием,

пролетарием или буржуа, философом или математиком.

В физиологических условиях мозга поэтому искать реальную основу

"математических способностей", например, столь же нелепо, сколь нелепо

искать определения денег путем химического анализа золота. Но здесь

есть одна тонкость, которую диалектика обязывает учитывать. И уголь, и

человек, и мозг человека сами по себе должны обладать такими особен-

- 19 -

ностями, такими качествами, благодаря которым тот процесс, в движение

которого они вовлечены, может превратить их в формы своего собственно-

го движения, своего "бытия".

Золото, а не глина и не кусочки гранита оказывается тем природным

материалом, в котором реализуется всеобщая форма стоимости. И здесь

играют природные, физико-химические качества свою роль. Но эти природ-

ные свойства все же совершенно ни при чем, когда речь идет о сущности,

о природе денежной формы стоимости как таковой. Эта форма развивается

совершенно независимо от природных свойств золота процессом товарного

обращения. Именно сфера обращения развивает ту "чистую экономическую

форму", которая уже затем подыскивает материал для своего воплощения,

наиболее пластичный и послушный ее требованиям материал.

И как только золото оказывается недостаточно гибким и пластичным

средством, "материей" выражения все новых и новых особенностей разви-

вающихся особенностей денежной формы, золото заменяется бумагой, кре-

дитными билетами, безналичнымм банковским расчетом и т.д.

Точно так же и со "способностью к математике", и с любой другой

"способностью". Анатомо-физиологические задатки находятся в том же са-

мом отношении к развитой способности человека, в каком физико-химичес-

кие свойства золота находятся к деньгам. Иными словами, в анатомии или

в физиологии способность, как общественно развитая реальность, вовсе

не существует. Это вещи, принадлежащие двум разным мирам, как, напри-

мер, земля и рента, труд и заработная плата.

Но определенная спообность выдвигает свои определенные требования

к совокупности анатомо-физиологических задатков. В одних она "воплоща-

ется" легче и скорее, в других - с трудом. И в этом пункте "задатки",

систему "задатков" приходится учитывать. Но необходимо помнить при

этом, что сама по себе способность есть реальность совсем другого по-

рядка, чем задаток, что способность не есть "развитый задаток", а есть

форма, есть способ общественного действия, которая, как таковая, может

и должна быть развита в любом "нормальном" человеческом индивиде. Нет

"от природы споособных" и "от природы неспособных" к математике, к му-

зыке и прочему. Способность есть форма общественного действия индиви-

да, развивающаяся совсем независимо от "задатка". Задаток же есть ка-

тегория антропологии.

Конкретная теория способностей, как раздел психологии, поэтому-то

и должна развиваться совершенно независимо от физиологии высшей нерв-

ной деятельности, если психолог не хочет удариться в тот самый натура-

- 20 -

листический фетишизм, который характерен для всей науки до Маркса-Эн-

гельса.

Мы привели этот пример с той целью, чтобы показать, что без диа-

лектико-материалистического представления о конкретности невозможно

найти вход в действительно материалистическую теорию психологии, как и

в любую другую область современного знания.

Одновременно здесь ясно видно, какая действительная объективная

реальность была мистифицирована аристотелевской (а затем и гегелевс-

кой) диалектикой в виде учения об "энтелехии", о той "чистой форме",

существующей вне и независимо от "материи", в которую она затем вопло-

щается, которую она "формирует" на свой лад, в соответствии с заклю-

ченными в ней требованиями. Это опять-таки реальная объективная конк-

ретность как система взаимодействующих вещей, попадая в которую, еди-

ничная вещь подчиняется ее требованиям и приобретает "форму существо-

вания", ранее ей не свойственную.

Диалектико-материалистическое понимание конкретности тем самым

разбило последнее убежище умного, диалектического идеализма, так как

дало рациональное разрешение тайны "энтелехии", тайны "всеобщего" как

"целевой причины", как "чистой формы", развивающейся вне и независимо

от мира единичных вещей и подчиняющей эти вещи своему специфическому

движению.

Реальность, которая идеалистически-мистифицированно выражена в

представлении о понятии как целевой причине, как о деятельной форме, -

это не что иное, как реальная объективная конкретность, - то есть ис-

торически возникающая и развивающаяся система взаимообуславливающих

явлений, - сложное, диалектически расчлененное "целое", которому каж-

дая отдельная вещь, возникающая в его лоне, обязана конкретной формой

своего бытия, - как данной вещи, как вещи, принадлежжащей к данной

"природе", к данной "субстанции".

Материалистически понимаемая категория "взаимодействия" и раскры-

вает тайну "целевой причины".

"...взаимодействие являетя истинной causa finalis вещей", форму-

лирет этот тезис диалектик Энгельс (т.20, с.546)

4. ОТНОСИТЕЛЬНАЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ КАК ОБЪЕКТИВНЫЙ ПРООБРАЗ

"АБСТРАКТНОГО".

Материалистическая диалектика исходит из того положения, что аб-

- 21 -

солютной "конкретностью" обладает лишь вся природа в целом, природа,

бесконечная в пространстве и времени, в бесконечном многообразии форм

ее развития, включая сюда человека в сплетении общественных связей.

Каждая отдельная форма существования природного целого (в широком

смысле этого слова, включая сюда и общество) лишь относительно самос-

тоятельна, лишь относительно независима. На самом деле каждая реальная

система взаимодействующих явлений (каждое "конкретное целое") сущест-

вует не в пустоте, и не в эфире чистого разума, а в сложнейшем переп-

летении и взаимодействии с массой других таких же относительно самос-

тоятельных систем.

Нигде и никогда, разумеется, не было и не будет "чистого капита-

лизма" - в том виде, в каком он изображен в "Капитале".

Нигде в природе не встретишь "биологической формы движения" как

таковой - биологический процесс на самом деле всегда и везде соверша-

ется на основе и в форме химических, физических и прочих - вплоть до

механических процессов. Само мышление столь тесно связано с нервно-фи-

зиологической деятельностью человека, как биологического существа, что

отделить одно от другого можно лишь в абстракции. На деле мышления,

как такового, в том его виде, в котором оно составляет предмет Логики,

нет, не было и никогда не будет, - мышления, которое осуществлялось бы

вне и независиимо от нервно-физиологической жизни мозга.

Но относительная независимость, относительной самостоятельностью

обладает каждая из форм движения материи, каждый из конкретных процес-

сов развития, и его продукт - исторически сложившаяся система взаимо-

действия.

Сама природа поэтому "и конкретна и абстрактна"(Ленин) - "конк-

ретна" в том смысле, что представляет собой единое связное целое, и

"абстрактна" в том смысле, что состоит из относительно самостоятельных

по отношению друг к другу качественно специфических систем конкретного

взаимодействия.

Относительная самостоятельность каждого из конкретных процессов

развития, каждой формы движения, каждой исторически складывающейся

системы взаимодействия и есть ОБЪЕКТИВНАЯ ОСНОВА КЛАССИФИКАЦИИ НАУК, и

отграничения предмета одной науки от предмета другой науки; именно эта

относительная самостоятельность дает мышлению право внутри каждой нау-

ки отвлекать от чувственно данной конкретности лишь то, что относится

к системе внутреннего взаимодействия, составляюшей специфический пред-

мет данной науки.

- 22 -

Поэтому-то политическая экономия, например, и раскрывает в систе-

матической форме конкретную совокупность общественно-производственных

отношений между людьми, оставляя без внимания технологическую сторону

связи, биологические отношения между индивидами, хотя все эти вещи

друг без друга реально не существуют и не могут существовать.

Совершенно ясно, что все те изменения, которые происходят внутри

системы производственных отношений, вся эволюция системы производс-

твенных отношений, форм экономической связи, на деле зависят от про-

цесса развития производительной силы человека, более того, они опреде-

ляются этим развитием.

Тем не менее Маркс в "Капитале" рассматривает систему товарно-ка-

питалистических отношений как "саморазвивающуюся систему", как замкну-

тую "в себе" конкретность, движущие пружины развития которой находятся

внутри ее самой, в ее внутренних противоречиях, в "имманентных" проти-

воречиях экономической формы. Но ведь, строго говоря, действительные

движущие пружины эволюции системы производственных отношений заключены

не внутри ее самой, а в процессе развития производительных сил. Если

производдительные силы не развиваются, то никакая "внутренняя" диалек-

тика система экономических отношений не вызовет ее эволюции. Однако

Маркс прослеживает именно внутреннюю диалектику развития этой системы.

Более того, само развитие производительных сил принимается им во вни-

мание лишь постольку, поскольку оно выступает как следствие, как ре-

зультат и продукт обратного воздействия системы производственных отно-

шений на производительные силы.

В "Капитале" показан, например, тот механизм, благодаря которому

появление экономической формы относительной прибавочной стоимости вы-

зывает рост производительности труда, вынуждая капиталиста заменять

ручной труд машинным, побуждая его развивать техническую базу произ-

водства прибавочной стоимости.

Но ведь ясно (это показывает сам Маркс), что на деле именно появ-

ление машин вызывает в жизни самое относительную форму прибавочной

стоимости, что именно появление машин есть подлинная причина того обс-

тоятельства, что абсолютная форма прибавочной стоимости вытесняяется

относительной ее формой. Ясно, что относительная прибавочная стоимость

становится доминирующей формой прибавочной стоимости именно потому,

что она более соответствует машинному труду, нежели абсолютная, увели-

чение которой связано с простым удлинением рабочего дня при неизменной

производительности труда.

- 23 -

Все дело заключается, однако, в том, что само это "соответствие"

экономической формы - ступени развития производительной силы есть в

свою очередь соответствие диалектическое. Относительная прибавочная

стоимость "соответствует" машинному производству именно потому, что

она не остается пассивной формой, внутри которой работают машины, а

становится активной формой, оказывающей сильнейшее обратное воздейс-

твие на машинное производство, то есть на свою собственную, породившую

ее основу и создает тем самым новый стимул своего собственного движе-

ния.

Здесь происходит то самое переворачиивание причины - в следствие,

которое характерно для всякого действительного развития. И это обстоя-

тельство очень важно для понимания тех путей, которыми движется в исс-

ледовании Маркс.

Маркс рассматривает процесс эволюции системы производственных от-

ношений, основанных на наемном труде. Главное его внимание все время

направлено на те изменения, которые происходят внутри системы произ-

водственных отношений, внутри экономической структуры общества.

Развитие же производительных сил само по себе, независимое от той

или иной формы производственных отношений, в "Капитале" не рассматри-

вается. Это - предмет другой науки - технологии.

Маркс берет как данное тот факт, что сами по себе производитель-

ные силы развиваются независимо от той или иной конкретно-исторической

формы отношений между людьми, и предполагает его как факт, не подлежа-

щий специальному исследованию внутри политической экономии.

***

(ПК! Эвальд четко устанавливает границы "Капитала". Это - полити-

ческая экономия капитала - и только! Но за рамками этой теории (именно

этой!) находится другая область - область развития "производительных

сил", которые у меня называются областью "ДУХОВНОГО ПРОИЗВОДСТВА" и

область, которая называется "технология", которая у меня называется

"ТЕОРИЕЙ НАУЧНОГО ПРОЕКТИРОВАНИЯ - ПРОЕКТОЛОГИЕЙ". Но именно эти об-

ласти и есть предмет рассмотрения в полном бюджете социального времени

и в физике социально-экономических систем. ПК).

***

Значит ли это, что развитие системы производственных отношений

вообще рассматривается им вне связи с развитием производительных сил?

Как раз наоборот. На деле внутри системы экономических отношений прос-

леживаются именно те отношения, которые вызваны развитием производи-

- 24 -

тельной силы. Более того, именно потому, что в теоретической экономии

развитие производительной силы само по себе не рассматривается, - воз-

действие этого развития на систему экономических форм, его взаимодейс-

твие с этой последней, активное и с той и с другой стороны, как со

стороны производительной силы, так и со стороны экономической структу-

ры, оказывающей сильнейшее обратное воздействие и постигается конкрет-

но исторически, то есть именно в том виде, в каком это воздействие

имеет место только в мире частнокапиталистической собственности.

Ведь характер того изменения, которое вносит приращение произво-

дительной силы в систему производственных отношений, целиком зависит

от характера той системы, в которую эти изменения вносятся.

Так, открытие одной и той же производительной силы - атомной

энергии - приводит к одним экономиическим последствиям в СССР и к пря-

мо противоположным в США. Это целиком подобно тому, как одна и та же

вода производит одно действие на кусочек раскаленного угля и совсем

другое - на кусочек металлического натрия.

***

(ПК! Здесь Эвальд отождествляет "производительную силу" с новым

источником мощности. Моя позиция в этом вопросе отлична - я считаю

"производительной силой" - ИДЕЮ, которая и может иметь результатом не

только новый источник мощности, но и повышение либо технического, либо

социального коэффициента полезного использования мощности. Я опираюсь

на обнаружение "субстанции труда", которая и есть "ИДЕЯ УСОВЕРШЕНСТВО-

ВАНИЯ ОРУДИЙ". Это положение есть развитие идеи:"Если субстанцией сто-

имости является ТРУД, то что является "субстанцией труда"?"

***

То есть всякое приращение производительной силы не создает авто-

матически прямо соответствующего себе экономического отношения, об-

щественно-экономической формы, а определяет то направление, в котором

эволюционирует уже имеющаяся исторически сложившаяся система экономи-

ческих отношений. И дело не изменяется от того, что эта, ранее сложив-

шаяся система экономических отношений сама есть от начала до конца

продукт всего предшествующего развития производительной силы.

Конкретно исторически сложившаяся система экономики есть всегда

относительно самостоятельный организм, оказывающий сильнейшее обратное

воздействие на свою собственную основу - на совокупность производи-

тельных сил и преломляюший всякое воздействие последних через свою

специфическую природу. Совокупность экономических форм, связанных в

- 25 -

единую, развившуюся из одного основания систему, и составляет ту самую

специфическую природу экономического организма, которая тем самым об-

ретает относительную самостоятельность по отношению к самим производи-

тельным силам.

Политическая экономия как особая наука и имеет своим преметом как

раз те формы, в которых выражается относительная самостоятельность

системы производственных отношений. Определяющее влияние производи-

тельной силы на производственные отношения именно тем самым и раскры-

вается конкретно исторически, именно благодаря тому, что само по себе

взятое развитие производительных сил не рассматривается, а рассматри-

вается только внутренняя логика эволюции производственных отношений,

внутренняя логика становления и развития этой системы. И тем самым

процесс, в котором производительная сила создает соответствующие себе

производственные отношения, прослеживается в полной мере конкретно. В

противном случае дело останется в области абстрактной фраз

назад содержание далее



ПОИСК:




© FILOSOF.HISTORIC.RU 2001–2021
Все права на тексты книг принадлежат их авторам!

При копировании страниц проекта обязательно ставить ссылку:
'Электронная библиотека по философии - http://filosof.historic.ru'
Сайт создан при помощи Богданова В.В. (ТТИ ЮФУ в г.Таганроге)