Библиотека    Новые поступления    Словарь    Карта сайтов    Ссылки






назад содержание далее

Часть 5.

В отечественной социально-философской литературе последних лет ставится множество проблем современного мирового развития, взаимопроникновения формаций и цивилизаций, диалога Востока и Запада, конфликтности и согласованности в прошлой истории и современной модернизации российского общества и др.. В частности делаются выводы о том, что будущее — за диалогами культур, цивилизационными компромиссами, что возрастает значение “славяно-тюркского консенсуса, который является несущей конструкцией отечественной цивилизации.

К числу редких социально-философских работ собственно теоретического характера, в которых разрабатываются проблемы философии согласия, относится книга североамериканского философа Дж.Роулса “Теория справедливости”, развёрнутая критическая рецензия на неё Ю.Хабермаса и рекомендательная статья Т.А.Алексеевой, анализирующая ее концептуальное содержание. Основная идея теории справедливости, как полагает Дж.Роулс, состоит в том, что путём сознательного применения разума к своим действиям, “свободные и рациональные люди, заинтересованные в защите собственных интересов, могут договориться в исходной позиции равенства и определить фундаментальные основы своего сотрудничества. На основе этих принципов заключаются и все последующие соглашения; они определяют тип их будущего сотрудничества и формы правления”. Считая, что его теория справедливости рассчитана на случай, когда “каждый индивид действует по справедливости и вносит свой вклад в поддержку справедливых институтов”, философ характеризует “теорию справедливости”, как теорию “полного согласия”.

Американский философ имел основания для выдвижения идеи “полного”, хотя и относительного, согласия в современном западном, преимущественно в североамериканском обществе. Как отмечает Т.А.Алексеева, с 60-х годов ХХ века в США “началась эпоха борьбы за гражданские права, равенство рас, равную плату за труд, равный доступ к образованию и профессиям, эпоха массовых молодёжных,негритянских активных движений, идеологии бунтовства, “большого отказа”, “контркультур”. Оригинальный анализ концепции Роулса-Хабермаса нашла отражение и в монографии В.Г.Федотовой.

В России одной из первых попыток постановки отдельных теоретических проблем согласия является статья В.И.Бакштановского и Ю.В.Согомонова “Политическая этика: дух соперничества и сотрудничества” в “Философских науках”. Здесь последний раздел под названием “консенсология” определяет отдельные вопросы теории согласия, в частности ставится вопрос об изучении “роли компромисса в достижении согласия”, о задачах “институтов согласия”, “технологии взаимодополнения и взаимоограничения либеральных и демократических ценностей”, процедурах организации “круглого стола” и т. д. Однако, согласие статусируется только как “принцип политической этики” и “праксиологическая идея”. Начав рассмотрение проблем консенсологии в философском ракурсе, авторы придали ей преимущественно политико-этический характер. В таком специально-технологическом срезе рассматривается проблема “консенсус-конфликт” во всей конфликтологической литературе.

Цели и задачи исследования. Диссертация нацелена на исследование согласия на разных когнитивных уровнях. В первую очередь, на общефилософском, который связан с осмыслением согласия по его родовой сущности, возможно максимально широкому объёму и глубокому содержанию. Важно исследовать согласие, ставя вопрос о нём как одном из важных универсальных свойств сущего. В частности напрашивается необходимость уяснения того, в какой степени согласие и несогласие характеризуют универсум и его всеобщие свойства, природные явления, социум, историю, человека, его родовую и видовую сущность, как и взаимодействие биологического и социального в жизнедеятельности индивида, народа и общества в целом. Эта проблема включает и вопрос об “антропологической катастрофе”, который связан с возникновением самого человека в природе. Трагизм его состоит в том, что природа, создав человека, предоставила ему всё для развития и совершенствования, возложив на него самого производство преобладающего большинства средств к существованию, в то время, как каждому иному живому существу предоставила их в готовом виде.

Во-вторых, на социально-философском уровне, где осуществляется теоретический анализ общественного согласия, взятого во всемирно-историческом измерении или же согласия как социально-культурного феномена, характеризующегося своими особыми свойствами.

В-третьих, на уровне конкретики, когда исследуется какая-либо особенная и единичная форма согласия, в частности между телом и душой человека, между его чувством и разумом, между мужским и женским началами. Ни одно состояние столь не сложно, уникально и неповторимо, как согласие биосоциального существа, социализирующего себя на самых различных основах в самом человеческом бытии. Неверно относить к философии только общие принципы, свойства, связи и отношения сущего, их исследование в сугубо абстрактно-общих понятиях. “Степень общности не может служить основанием для отнесения проблемы или к области специальных наук, или к области философии, философскому исследованию может быть подвергнут любой объект, любой научный феномен, если только при этом ставится задача воспроизведения, реконструкции на основе общих принципов, принятых в философии”.

Согласие по своей природе относится к классу сложных объектов познания, к которому применимы как общенаучные, так и собственно философские методы, идеи и принципы. Для адекватного действительности понимания согласия недостаточны специализированные методы познания, необходимо ещё возвыситься на уровень философской рефлексии. В этой связи продуктивную мысль высказал В.М.Межуев относительно одной из идей И.Канта о различиях исторической науки и философии. Определяя отношение своей философии истории к историографии, Кант утверждал, что “философский ум (который, впрочем, должен быть весьма сведущ в истории) мог бы еще попытаться сделать, стоя на другой точке зрения”. Комментируя это положение Канта, В.М.Межуев резонно указывает на право философии возвыситься над исторической эмпирикой и строить свои суждения об истории в виде идей историков об истории. Данное положение, вероятно, верно и по отношению к философии вообще, в частности и к социальной философии, политологии, социологии или психологии в их интерпретации объекта нашего рассмотрения — согласия. “Дело философа мыслить о самой мысли в её отношении к действительности”, — резюмирует В.М.Межуев.

При характеристике философского анализа согласия важно было исходить ещё из того положения, что для него согласие представляет интерес, преимущественно, когда оно изучается во взаимодействии с противоположностью. В отечественной социально-философской, политологической и в социологической литературе таковым признается “конфликт”. С 1991 года в Москве началось издание периодического журнала под названием “Консенсусы и конфликты”, в 1992 году вышла в свет монография, в которой разрабатываются проблемы “этнополитологии консенсуса-конфликта”. Наша точка зрения состоит не в отрицании связи согласия с конфликтом, а в другом. Согласие взаимодействует с множеством “партнёров”, “оппозиций”, “альтернатив”, одним из которых, хотя и вершинным является конфликт. “Диалектическая противоположность” согласия находится в более широкой системе взаимодействий.

И наконец, в философском рассмотрении согласие берётся как междисциплинарный объект. Философия интерпретирует свою точку зрения на согласие, интегрируя как свои онтологические, гносеологические, логические воззрения на него, так и политологические, социологические, этические и психологические знания и идеи о нём. Но и этого, пожалуй, недостаточно, ибо многие свойства согласия по своему объясняют искусство, религия и обыденное сознание, как и здравый рассудок. Невозможно пренебрегать и их достижениями и заблуждениями в восприятии согласия, рассматриваемого в широком контексте истории, информации и культуры.

Самым главным в работе является исследование вопросов сущности, содержания и многообразия форм согласия вообще и общественного согласия в особенности, соотношения согласия и несогласия, согласия и разногласия, согласия и противогласия, самосогласия и самонесогласия в социуме. Компетенцией социальной философии является также круг проблем, связанных с исследованием содержания и формообразований межцивилизационного согласия, как и согласия общества с окружающей природой, эволюции его состояний, в том числе и состояний его культуры, этики, психологии, общего и народного духа.

Философский анализ природного и общественного согласия представляет ценность сам по себе, ибо вне философский рефлексии согласие, тем более в универсуме может быть теоретически постигнуто лишь с какой-то конкретной, единичной стороны, признака, связи или свойства. Философия способна создать системный образ согласия, взятого во взаимодействии со всеми сущностными свойствами и законами социума. В целом цель настоящей работы заключается в разработке общей научно-философской картины согласия в обществе, постановке и раскрытии ряда актуальных проблем философской теории согласия как культурно-исторического универсалия.

Цель нашего исследования и очевидная неразработанность многих философско-теоретических проблем согласия и, наконец, авторское видение проблемы определяют совокупность исследовательских задач, в решении которых реализуется выдвинутая цель. Наиболее важными являются следующие:

- определение общеметодологических и мировоззренческих проблем со циально-философской рефлексии над согласием в природе и обществе;

- изучение специфического места согласия среди всеобщих способов взаимодействия и отношений предметов и их систем в Универсуме;

- анализ опыта дефиниционного объяснения в философской мысли смысла и содержания понятия “согласия”, определение его реального категориального статуса;

- раскрытие уникальности человека в мироздании, с одной стороны, как носителя одновременно бесконечно различных свойств согласия, разногласия и противогласия (конфликта), а с другой стороны, как природного агента в обществе, придающего его бытию внутренне-двойственный, самопротиворечивый характер;

- рассмотрение в динамике процесса социализации согласия, приобретаемого человеком из естественной природы и облекаемого в специфические социальные, историко-культурные формы;

- исследование особенностей согласных и несогласных взаимосвязей биологического и социального, маскулинного и феминного, индивидуального и группового, материального и духовного, этнического и общечеловеческого в процессах социализации человека, формирования и развития общества;

- рассмотрение содержания процессов и способов институциализации согласия на основе применения обществом разума, сознательного самоограничения таких форм свободы, которые представляют социальную и биологическую опасность;

- специальное рассмотрение институций семьи, гражданского общества и государства, как взаимосвязанных социальных образований, которые с противоположных позиций оказывают наибольшее воздействие на трансформацию человеческих сообществ из конфликтных в “согласованные”.

Методология исследования. Она определяется дисциплинарной спецификой социальной философии, “главная задача которой состоит в том, чтобы понять, что такое общество в его действительности, сущности и существовании”. Будучи одной из “философских наук”, она, как и другие философские дисциплины, “научна” по особенному. Её научность иного рода, чем научность естественных, технических, экономических, психологических отраслей теоретического знания. Если существует лишь одна физика, одна математика и одна химия, то философская мысль существует лишь в многообразии своих проявлений. В социальной философии это проявляется в форме диалога и конкуренции натуралистической, социологической, конфессиональной, формационной, цивилизационной и иных теоретических концепций понимания социума, его свойств и истории. Кроме того, социально-философская мысль, хотя и коренится на “фактах действительности”, использует эти факты как носящие во многом символический, метафорический или идеализированный характер.

В силу специфики философских исследований в настоящей работе предпочтение отдается проблемным методам и методу плюрализма, методам восхождения от абстрактного к конкретному и от конкретного к абстрактному, образования философских понятий, поиска философской истины, генетическому методу, методам теоретических идеализаций и моделирования, системного и синергетического анализа. Исследование согласия как мировоззренческого, культурного универсалия потребовало также применения комбинированного метода общефилософского и социально-философского осмысления действительности.

В методологическом арсенале настоящего исследования значительное место занимает совокупность принципов общего и философского познания (реальность, целостность, взаимосвязанность, определённость, системность и др.). Характер исследования потребовал применения ещё историко-философских, культурологических, социологических и политологических методов в той мере, в какой они могут быть интегрированы в социально-философскую рефлексию над согласием.

Методологически верное осмысление согласия на уровнях понятия, идеи, ориентации, волевого действия требует, наконец, квалифицированного сопрягания согласия с однопорядковыми, но имеющими иную сущность, содержание и качество, универсалиями бытия. Согласие в чём-то близко к гармонии, симметрии, соответствию, равновесию, совпадению, тождеству, соотнесённости, целесообразности, но одновременно отличается от них, занимает качественно определенное место в системе универсальных свойств бытия. Вместе с тем оно служит формой проявления, дополнением, предпосылкой, а, возможно, результатом и следствием взаимодействия указанных универсалий. Поэтому в одних случаях согласие оказывается в тени других начал и свойств универсума, а в других случаях, выходя на передний край, заслоняет их своей действительностью и определённостью.

Научная новизна работы и положения, которые выносятся на защиту. Они состоят в совокупности теоретических положений и выводов, полученных в результате исследования согласия как всё более актуализирующейся проблемы социально-философской рефлексии. Если учесть, что как в общей философии, так и в социальной философии до сих пор проблема согласия в концептуальном плане еще не ставилась, то настоящая работа может быть признана одной из попыток разработки актуальных проблем теории согласия, соответствующих первоначальному этапу её образования. Основные положения такой теории могут быть резюмированы следующим образом:

- Согласие понимается как принципиально важный, методологически, логически и гносеологически нагруженный феномен, всё более обретающий статус достаточно проясненного универсалия и культурной формы, на совершенствование и активное использование которых должно быть направлено современное философское мышление.

- Согласие как философская категория характеризуется признаками всеобщности, качественной специфичности, субординированности с другими философскими категориями и доказуемости его свойств. Согласие реально во всех сферах мёртвой, живой и разумной природы, находится в состояниях единства и многообразия форм, а также все большего усложнения на высоких ступенях природных взаимосвязей.

- Согласие - качественно определенный и специфический способ взаимодействия тел, элементов и систем, характеризующий процесс соединения противоположностей, их соотнесенности друг с другом, достижения гармоничности, симметричности и пропорциональности в различных соотношениях. В более узком смысле согласие - это принятие телами, системами, элементами иных свойств, позиций и функций.

- В социальной философии атрибутивные характеристики родового понятия согласия конкретизируются применительно к социальным качествам человека, а человек определяется как субъект согласной деятельности, отношения к себе, другим людям и обществу в целом. В различных формах и состояниях согласие присутствует во всех сферах социума, отношениях форм социального бытия, социальных систем, социальных общностей, социальных взаимодействиях и социальных образах жизни, социальных ценностях и идеалах. Согласие - это принятие, одобрение, солидарность, поддержание, подтверждение, приспособление, сочувствие.

- Согласие в общей и социальной философии сопряжено с рядом понятий (подсобных категорий), характеризующих различные состояния согласия в природе и обществе, и ведущих в своем взаимодействии к объяснению в исходной категории согласия его противоположности. В философской гносеологии ею является несогласие. В бытии они выступают в неравновесном единстве согласия (согласованности) и несогласия (несогласованности), которые друг без друга не существуют. Согласие конкретизируется в формах самосогласия, единогласия и взаимосогласия, а несогласие - в формах самонесогласия, разногласия, противогласия (столкновения, конфликта).

- Будучи биосоциальным существом, человек наследует из естественной природы инстинкты как раздора, так и согласия, которые в своем взаимодействии в жизни человека дополняются и видоизменяются неполной соотнесенностью тела и души, чувства и разума. Эти фундаментальные свойства человека, которые одновременно делают его самосогласным и самонесогласным, обуславливают внутреннюю противоречивость согласия в социуме.

- В обществе согласие социализируется, над биологическим согласием и конфликтом вырастает широкий пласт общественной жизни, основанной на разуме, духовных ценностях, культурных и нравственных нормах, находящихся с биологическими факторами жизни в различных формах согласованности и несогласованности. Социальные качества человека утверждаются как благоприятные черты с биологической точки зрения. В генетическом плане социальное согласие вырастает из естественной природы, но, обретая общественные характеристики, наделяется особой спецификой и саморазвитием.

- Согласие — универсальный фактор интеграции общества, а разногласие — его дифференциации. Человеческое общество — богатое многообразие индивидуальных человеческих существ, живых и дееспособных субъектов исторического процесса. Преследуя индивидуальные цели, люди, пришедшие к самосознанию, все более дифференцируют общество на бесконечное множество малых групп, которые действуют на основе идей взаимосогласия, разногласия и противогласия. В реальной жизни социализация, имея более мощные инструменты воздействия, чем индивидуализация, особенно в тоталитарных обществах, обезличивает человека. В результате “общественное согласие” основывается на принуждении, носит внешний характер, а в либеральных обществах, где права и свободы граждан являются социально-политическим приоритетом, больше утверждается внутреннее согласие.

- Уникальная и одновременно высшая степень согласия, возможного в человеческих отношениях, достигается в половой любви мужчины и женщины. Свободное согласие, выступающее исходным пунктом любви, выходит за рамки естественных взаимоотношений людей, воспитывает в них родовую склонность к согласию и в других сферах межличностных отношений, моральном поведении, культуре и образе жизни.

- Согласование материальных и духовных факторов заложено в биосоциальной сущности человека и общества, а их актуальное согласование является прерогативой самого человека, его сознательных волевых действий. Перед каждым человеком по мере того, как он осознает себя, встает реальная практическая задача гармонического согласования в себе природного и разумного, материального и духовного, физического и нравственного.

- Мера социализации согласия в обществе находится в зависимости от качественных и количественных характеристик социальных институтов, ориентированных на цели и ценности согласия. В диссертации выделяются и специально рассматриваются согласительные качества институтов семьи как “первичной ячейки общества” и государства, как ведущего фактора политического обустройства народа. Семья связывает природные институты, чувства и эмоции вступивших в брак мужчины и женщины, соединенных любовным согласием, с общественными условиями жизни, нравственными установлениями и духовными ценностями, В этой единой сущности заложена основа её “субстанционального согласия”.

- Государство устанавливает согласие в обществе разумом и могуществом публичной власти, используя методы убеждения и принуждения, наград и наказаний. В правовом государстве политические и общественные формы согласия вступают в зрелые, совершенные формы. Оно узаконивает согласие как верховный принцип политического бытия общества. Конституция правового государства выступает правовой санкцией и правовой истиной, соединяющих всеобщее согласие граждан на политическое равенство и приоритет демократических прав и свобод, с всеобщим разногласием, вытекающим из принципа политического плюрализма. В этом смысле правовое государство, функционирующее в зрелом гражданском обществе, может быть определено как институт согласия. В зрелых гражданских обществах формируются и специальные институты согласия со своими учреждениями, уставами и программами, которые культивируют согласие как духовную ценность, приоритет этики, принцип политического сознания и поведения и праксиологическую идею.

Практическое значение исследования. Оно обусловлено возрастанием роли согласия и его альтернатив в жизни человека и общества. Каждый человеческий индивид причастен к ним, так как без них им невозможно понимать себя, свои сущностные свойства, отношения человека к миру и себе, тайну человеческого “Я”, особенно то, что по своей естественной природе, по законам которого человек живёт, он существо внутренне противоречивое и раздвоенное, с противоположными инстинктами согласия и несогласия, миролюбия и агрессивности. Понимание того, что эти инстинкты ему необходимы, позволяет человеку разумно сочетать их в своей жизнедеятельности, поведении, общении и познании, не впадая ни в ту, ни в другую сторону. Лишь в согласном, разногласном и противогласном по Канту “антагонистическом общении” он получает свободу и самостоятельность развивать заложенные в его природе силы и способности, производить и потреблять средства к существованию в единстве конкуренции и сотрудничества.

В обществе, которое Т. Гоббсом понимается как “согласие большинства”, не только согласие, но и насилие (агрессия) социализируется, обретает корпоративные и институциональные формы. Нарастает не только согласие, согласованность в трудовой, производственной, политической и иной деятельности, общении и поведении, но и тенденции к насилию и агрессивности. Человеческое сообщество создаёт всё более деятельные социальные институты (семью, государство, общественные объединения, политические партии, религиозные организации, научно-технические и иные общества, национальные и международные учреждения), чтобы противостоять, с одной стороны, подавлению свободы, индивидуальности и самостоятельности человека путём административного насаждения формального и фальшивого согласия, а, с другой, росту агрессивности, конфликтности, выражающих тенденцию противогласия и противодействия различных социальных, экономических, политических, национальных, конфессиональных субъектов с применением насильственных методов. По мере формирования “согласных”, “согласованных” обществ и демократий возрастает уважение к политическому и этническому плюрализму, “разногласию” и либерализованным формам несогласия, т.е. к другим мировоззрениям, образам жизни, культурным традициям и этическим нормам. Они, однако, в полной мере не достигают желаемой цели, ибо рост социального разума, цивилизирование и глобализация человечества, другие интегративные процессы в мире не означают, что международные конфликты вообще исчезнут. Сохраняется высокий и даже всёвозрастающий уровень противостояния населения на этнической и националистической почве.

В этом смысле предстоит определить культуру, искусство, дипломатию, мораль и психологию согласия в человеческом обществе, создать его целостную теорию, формировать массовое уважение к приоритету идеи согласия в обществе как основного принципа функционирования “согласованной демократии” и правового государства.

Философский анализ согласия имеет практическое значение и для разных отраслей естественно-научного и гуманитарного познания, в частности для социологии, политологии, культурологии, имеющих дело с конкретными сторонами, свойствами и отношениями согласия в межнациональных и других общественных отношениях.

Философское понимание согласия в широком и узком смыслах, в контексте всемирно-исторического и национального процессов важно для разработки и реализации парламентами, правительствами, политическими партиями, общественными организациями концепций и программ достижения мира и согласия внутри национальных государств и в международных делах.

Иначе говоря, практическая политика государственных и негосударственных органов не может не включать идеи национального согласия, для реализации которых нужна надёжная теоретическая база в виде философии политики. “Ей предстоит установить те основания консенсуса, которые открывает цивилизация в стадии информационного общества”.

И, наконец, поскольку современные социальные движения по преимуществу носят массовый характер, выступают как массовые движения, в которых сложно сочетаются созидательные и разрушительные структуры, профессиональное понимание философской интерпретации общего, особенно общественного, гражданского согласия является одной из предпосылок грамотной разработки и реализации соглашений и договоров, направленных на цивилизованное урегулирование международных отношений.

Апробация диссертации. Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на заседании Сектора социальной философии Института философии РАН.

Идеи и материалы диссертации использовались автором на научно-практических конференциях в Народном Собрании Республики Дагестан, в его документах по решению практических проблем национальных и конфессиональных отношений в республике, в спецкурсе на юридическом факультете Даггосуниверситета, а также в докладах, выступлениях, в согласительных комиссиях Совета Федерации и Государственной Думы, различных международных организаций. Результаты исследований представлены в монографии, статьях и докладах.

Практическое применение исследования. Результаты и выводы диссертации могут быть использованы при подготовке, обсуждении, принятии соглашений, договоров, контрактов, конвенций государственными органами, общественными объединениями, юридическими и физическими лицами, обучении и воспитании образовательными учреждениями учащихся и студентов, дипломатических работников, разрешении противоречий и конфликтов, выработке технологии согласия и ненасилия.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырех разделов, рубрицированных на 14 глав, заключения и списка использованной литературы.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяется степень ее разработки в философской литературе, формулируются цели и задачи изучения согласия с учетом современных мировоззренческих потребностей общества. Здесь же определяются теоретико-методологические основы диссертации, научная новизна и основные результаты исследования, которые вносятся на публичную защиту. Показываются, наконец, ее практическая значимость, области практического применения. Завершается введение сведениями об апробации основного содержания диссертации.

Первый раздел работы “Проблема всеобщности согласия (согласованности)” посвящается выяснению вопроса степени всеобщности согласия в мире. Это позволяет определить место и роль согласия в философской и научной гносеологии.

В первой главе “Согласованность и несогласованность в Универсуме” делается вывод о всеобщем характере согласия-несогласия в мире. Поэтому оно привлекает внимание философии, которая в понимании Универсума как субстанции, бытия, реальности осуществляет открытие, описание и объяснение его фундаментальных связей, свойств и закономерностей. Последние охватывают сравнительно широкий круг всеобщих начал и универсальных тенденций существования и изменения мира. Универсалистские представления о мироздании все более расширяют интегративный взгляд на него. Философия уже накопила значительный опыт выявления, схематизации, идеализации, классификации и интерпретации таких всеобщих начал и свойств, как реальность, всеобщность, единичность, устойчивость, повторяемость, связанность, симметричность, гармоничность, системность и другие. К этому классу парных свойств тел, признаков движения и изменения относятся согласие (согласованность) и несогласие (несогласованность). Согласие в тождестве и различии обнаруживается в физической, биологической и социальной природе. Каждое фундаментальное открытие науки сопровождается новыми свидетельствами о согласии. В частности в классической физике оно обнаруживается в законах механики, открытых Ньютоном, в согласованности законов земной механики и законов небесной механики. Выявлено сохранение вещества и движения в мире, которые однако при определённых условиях, переходят из одной формы в другую.

В начале ХХ века Эйнштейн открыл определенную согласованность пространства, времени и тяготения. Установлена согласованность между вихрем напряженности электромагнитного поля с производной по времени напряженностью электрического поля. Вектор напряженности электрического поля перпендикулярен вектору напряженности магнитного поля и оба они перпендикулярны направлению распространения электрического поля. Свойство согласованности ясно прослеживается во взаимодействии химических элементов. Периодическая повторяемость свойств элементов, их объединение по группам согласованы с некоторой структурой отношений самих химических элементов.

Наука выявляет поражающую воображение мыслящего человека согласованность биологических организмов, между ними и окружающей физической и химической средой, между внутренними и внешними органами живых организмов. Каждое организменное существо образует единую и замкнутую систему, все органы которого согласованы между собой и своим взаимодействием способствуют в итоге одной и той же деятельности. Гегелю интереснее всего была “числовая согласованность” того, в чем ухо находит гармонию. Оказывается в форме чисел можно выразить и мысленные отношения.

Законами взаимосогласования характеризуются происхождение и развитие биологических видов в процессах естественного отбора, взаимодействия наследственности и изменчивости.

Согласованность представляет собой фундаментальную закономерность Универсума в единстве с ее противоположностью — с несогласованностью. Было бы теоретически ошибочно придавать преобладающее значение одной из этих закономерностей. Как и другие закономерности бытия (обусловленность, самостоятельность и другие) они действуют в неразрывном единстве и взаимодействии. В то время, когда в одном объекте перевешивает согласованность, в другом объекте происходят процессы разсогласования, разрушения целостности. Согласованность и несогласованность меняются местами, переходят друг в друга. Диалектика Универсума состоит и в том, что тенденции согласованности и несогласованности физических и иных сил, свойств, связей и отношений постоянно изменяются по своим характеристикам, полноте, глубине, направленности, результатам, роли в мировом процессе движения. Образуя полюса системно-структурных изменений во всех природных явлениях, согласие и несогласие в одинаковой мере естественны и как таковые фундаментальны. Нельзя считать согласованность более положительным явлением природы, а несогласие — носителем деструктивных тенденций. Если в основе тенденции равномерного развития сторон любого целого лежит требование взаимосогласования элементов в рамках данного целого, то в основе неравномерного развития сторон целого находится требование их разсогласования, иначе движение невозможно.

Если главный смысл взаимосогласования сводится к согласованию протекания процессов в рамках их системы взаимоотношений, то главный смысл разсогласования сводится к освобождению системы от сил и тенденций, которые не позволяют системе модернизироваться и развиваться равномерными способами. Действие закономерностей взаимосогласования особенно возрастает в переломные эпохи, когда в Универсуме происходят процессы, объясняемые теориями “Великого объединения”. В основе этих теорий лежит гипотеза сверхгравитаций, согласно которым в сверхвысоких энергиях содержится высокая степень симметрии, при которой практически исчезает разница между различными типами частиц.

Особенно широко распространены процессы согласия и несогласия, разногласия и противогласия в мировых структурных закономерностях. В основе тенденций согласованных взаимодействий элементов, их свойств и отношений в рамках каждого данного целого явления неизбежно находится и тенденция их согласования. Проявляясь во множестве форм, эта тенденция к согласованию и взаимосогласованию становится объективной закономерностью бытия.

“Если согласованность процессов, протекающих в мире неживой материи, — отмечает Н.Н.Моисеев, — обеспечивается механизмами естественной самоорганизации, то обеспечение согласованности характеристики природной среды и общества может быть осуществлено только Разумом и волей человека”.

Во второй главе “ Общее состояние категориального статусирования согласия” выполняется специфическая для философских исследований работа по теоретическому определению категориального статуса этого понятия. В этих целях воспроизводятся определения, которые встречаются в философской, правовой, политологической и социологической литературе, особенно в теориях договора. Их было не очень много и все, пожалуй, определялись практическим применением, предельно краткой фразой или синонимией. Древнеримский философ Цицерон определял согласие, соглашение как “договор двух или многих лиц насчёт тождественного решения”. Гегель в “Философии права” определяет соглашение как договор, выражающий “общую волю”. В трудах социологов (О.Конт, Р.Парк, Е.Бёрджес, Т. Ньюком) оно сводится к “ориентациям” двух и более людей по отношению к чему-то третьему. Другие западные социологи считают согласие “практическим взаимодействием” людей, их “сплоченностью”, “общностью взглядов”. Во всех встречающихся в теоретической литературе случаях объем понятия “согласие” сужен и ограничивается сферой социальных явлений, а содержание обеднено, поскольку сводится к немногим сущностным определениям.

В третьей главе “Философская природа понятия “согласия” согласие рассматривается на уровне логической категории, которая характеризуется как всеобщностью, так и рядом специфических особенностей. Не настаивая на его общефилософском характере, автор тем не менее применяет к нему требования общелогической категории. В первую очередь всеобщий характер согласия, распространенность его во всех сферах бытия, включая и духовное. Согласие обладает свойством всеобщности, оно отражает и выражает универсальный закон бытия и познания, оно органически включено во все известные человеку явления материального и духовного мира, во всеобщий характер изменения, пространства, времени, сущности, содержания, формы и других свойств бытия, что позволяет найти в согласии философско-логическую природу. Исследованием выявлен также всеобщий характер согласия в том смысле, что по закономерностям согласованности-несогласованности осуществляется и мышление человека. Без него невозможно мышление человека. Хотя согласия в мышлении, возможно, меньше, чем в чувственном познании, оно более включено во внутренний механизм мыслительных процессов, что в частности подтверждается совпадением анализа и синтеза, индукции и дедукции, относительности истины, неразрывной связи между словом и понятием, как и между понятием, суждением и умозаключением. Человек не только в профессиональной, но и в повседневной практике инстинктивно пользуется категориями логики, применяя их бессознательно. Эта способность даётся человеку благодаря тому, что несмотря на различия людей в восприятии действительности, большинство из них делает адекватные выводы о чувственно воспринимаемом мире.

В характеристике согласия с точки зрения чувственно-эмпирической и логической, согласие должно рассматриваться в единстве и взаимодействии тождества и различия, равновесия и неравновесия. В реальном материальном и духовном мире оно дано во взаимопроникновении с “диалектическим партнёром”, каким на наш взгляд, является несогласие. В этом смысле согласие сопрягается не только с конфликтом, так как между согласием и конфликтом простирается широкое пространство, где согласие взаимодействует с рядоположностями, которые при определенных условиях трансформируются в противоположности, в конфликт.

Согласие и его непосредственная противоположность — несогласие образуют своего рода суперкатегории, познание которых осуществляется методом конкретного анализа однопорядковых категорий (гармоническое и негармоническое, синхронное и несинхронное, равномерное и неравномерное, пропорциональное и непропорциональное, соотносительное и несоотносительное и другие). Благодаря выявлению внутренного содержания близких, но разных категорий, согласие обретает свойство многосторонности и многофункциональности. Эта процедура позволяет представить согласие в его истинной всеобщности. Согласие выступает не в единичности, а всеобщности, конкретный же анализ внутреннего содержания других категорий позволяет обнаружить его многочисленные видообразования, начиная с самосогласия и самонесогласия, единогласия и взаимосогласия, разногласия и других. Анализ согласия, таким образом, имеет своим следствием и обнаружение противоположного согласию суперкатегории, а именно несогласия. Несогласие, как и согласие, рассматривается как противоположная согласию исходная суперкатегория, которая также множится на различные формы. Благодаря этому человеку удается охватить своим сознанием и самосознанием великое разнообразие поведенческих отношений плюрализма своего внутреннего духовного и чувственно-воспринимаемого мира. Согласие в единстве и многообразии подсобных категорий позволяет относиться к миру не одномерно, а разномерно и многомерно. Попутно каждая подсобная категория согласия создает возможность к открытию иных неведомых сторон окружающего сложного мира. Так каждая категория согласия даёт богатый материал для выделения таких форм согласия, как инстинктивно-чувственное, интуитивное, разумное, деятельно-практическое, стихийное, сознательное, содержательное, формальное и другие. Иначе говоря, в известном смысле движение сознания и поведения по законам согласия-несогласия образует внутренний механизм познавательного, мировоззренческого и практически-деятельностного отношения человека к себе и внешнему миру.

Мы исходим из той идеи, что как с чувственно-эмпирической, так и логической точек зрения согласие должно рассматриваться среди процессов взаимодействия. Взаимодействие является первым, что выступает перед человеком в познании им мира. Оно отражает и выражает взаимную связь явлений друг с другом, начиная с отношения человека к собственному телу и поведению в мире. Согласие начинается с самосогласия, как и самонесогласия. В классе взаимодействующих явлений вне индивидуального “Я” согласие соизмеряет связи и отношения между взаимодействующими телами с качественной и количественной сторон. Оно характеризует технологию их “стыковки и подгонки”. Оно является интегрирующим, объединяющим в определенные целостности бесконечные явления в мире, взаимное полагание их свойств, связей и отношений. Задача философии состоит не в арифметическом сведении всех начал в мире воедино, а в том, чтобы понять их взаимодействие, из которого вытекает высшее согласие.

В дальнейшем изложении материала согласие рассматривается в связи с близкими, но иными понятиями, которые тоже занимают важное место в теории и философии согласия. Это “согласование” и “взаимосогласование”, “согласованность” и “несогласованность”, “событийная согласованность”, “процессуальная согласованность” и др. Сейчас актуализируется необходимость исследования “согласных процессов”, “согласованных процессов”, “несогласованных процессов”, “согласованных и несогласованных действий”, как и “согласованных” и “несогласованных” сообществ, демократий, государств и др.

Сообразно тому, что человек является высшим прообразом развития природы и потому имеет значение эталона для изучения предшествующих форм развития бытия, присущие ему формы согласия также занимают ключевое место в познании согласия в мире.

Таким образом, согласие является многомерным теоретическим понятием, активно используемым рядом естественных и социальных наук, особенно социологией и политологией, а также в социальном опыте, поведении и познании мира каждым человеком. По своей природе оно представляет собой категорию философского познания, отражающую одно из всеобщих начал Универсума, выступает принципом взаимодействия в природе, живой и разумной реальностях, способом соединения противоположностей, средством разрешения противоречий и преодоления конфликтов, приоритетом морали, социально значимой праксиологической идеей, духовной институцией общества. В каждой отрасли знания согласие имеет своё понимание, соответствующее её видовой специфике. Его общее, родовое понимание призвана дать философия. Здесь согласие можно понять как специфическую форму взаимодействия предметов и процессов, отражающую процесс стихийного и сознательного соединения противоположностей, их соотнесения друг с другом, достижения гармонии, симметрии и пропорциональности частей целого в определённых соотношениях. В более узком смысле согласие — это принятие разными телами и системами иных свойств, позиций или функций. На праксиологическом уровне согласие понимается как единомыслие, одинаковые с кем-либо мысли и чувства, намерения и убеждения, духовное, психологическое состояние тех, кто не только соглашается на общее дело, но и принимает в его осуществлении практическое участие. Соответственно различаются видовые понятия согласия, а именно: стихийное и организованное, инстинктивное и бессознательное, системное и бессистемное, существенное и несущественное, содержательное и формальное, упорядоченное и хаотическое, событийное и процессуальное и др.

Во втором разделе “Самосогласие и самонесогласие человека”, который состоит из двух глав, реализуется воспринятая философией методология исследования менее развитых объектов природы через высокоразвитие. “Для понимания низших ступеней необходимо знакомство с высшим организмом, ибо он является масштабом и прообразом для менее развитых”. Говоря об этом предметно, Гегель считал человека “наиболее совершенним живым организмом”, который “стоит на высшей ступени развития”, следовательно, выполняющим роль “масштаба и прообраза для менее развитых”. Эта закономерность выявляется и при исследовании согласованности-несогласованности в сущности и существовании человека в мире. Смысл, содержание, форма антропологического согласия задаются ему, с одной стороны, естественной природой, а, с другой стороны, его общественной природой. В сущности и существовании человека обнаруживается и внутренняя противоречивость человека. Он одновременно наделен свойствами самосогласия и самонесогласия, придающими ему особую уникальность.

В первой главе “Согласие и несогласие в естественном существовании человека” отмечается, что в чисто естественном состоянии отношения согласия-несогласия людей с собой, другими людьми и природой строятся и регулируются на основе существующих в психике человека инстинктов. Наиболее фундаментальными из них являются инстинкты выживаемости и свободы. Человеку позволено природой делать всё, что он желает, владеть и пользоваться всем, вести борьбу за существование.

В истории философии сложились разные истолкования связи человеческого согласия, разногласия и несогласия с природными инстинктами, задатками и предрасположениями. В представлениях философов, для которых “война всех против всех” является универсальной формой существования людей, человек по своей природе зол, он является злым существом, ибо зла сама природа, которая располагает человека к злу, злому умыслу. Однако, как отмечает Гоббс, “естественным законом” является и осознание людьми того, что “война всех против всех” не имеет победителей, её жертвой может стать любой индивид. Поэтому естественно-закономерный характер приобретает осознание людьми “необходимости стремиться к миру всюду, где это возможно”. Подобное осознание приводит их к идее передачи части своих защитных функций одному или многим лицам, которые направляют действия всех людей “к одной и той же цели и общему благу”, в частности достижению “согласия большинства”, под которым Т.Гоббс понимает “общество”. Но общество не обеспечивает вступающим в соглашения, т.е. своим членам искомой им безопасности, позволяющей соблюдать в отношениях людей законы природы. Большие надежды возлагаются им на государство, располагающее правами и инструментами удерживать граждан в мире и повиновении.

Для Ж.Ж.Руссо исходной точкой взаимоотношений согласия и несогласия между людьми является то же “естественное состояние”, как у Т.Гоббса, однако французский философ дает ему иную трактовку. “Не зная человека в его естественном состоянии, мы напрасно старались бы определить и закон, данный ему в руководство природой или наиболее соответствующий его организации”. По нему естественным законом человека является тот, которому человек может подчиниться, а чтобы он был естественным, “ещё необходимо, чтобы человек говорил непосредственно голосом природы”. От природы человек добр, — считает Ж.-Ж.Руссо. Что же касается реального зла, имеющего место в обществе, то оно все больше порождается противоречиями общественного развития, человеческой алчностью, неравенством, угнетением, болезнями, скученностью населения в городах. Если бы не множились акты зла и злодеяний в обществе, человек остался бы верен своему естественному состоянию. Для того, чтобы согласие из возможности переросло в действительность, по мнению Ж.-Ж.Руссо, необходимо заключить между всеми людьми, образующими некое общество, “общественный договор”.

Третий подход обоснован И. Кантом: “Человек хочет согласия, но природа лучше знает, что для его рода хорошо и она хочет раздора”. Следовательно, в принципе от своей природы человек добр, но он не может реализовать свою доброту, поскольку природа постоянно настраивает его на раздоры.

Четвёртый подход состоит в признании того, что и природа, и человек, а не только человек, “хотят согласия”, но человек, будучи органической частью природы, не ограничивается “хотением согласия”, он хочет и определенного соперничества с себе подобными, и не относится к этому как к чему-либо неестественному, отрицательному, искусственно изобретённому и со стороны внесенному в психологию и этику человека.

Спорны утверждения многих социал-биологов об “избыточности” в природе человека агрессивности, более того, её взрывном росте с развитием общества и даже полезности её выхода и реализации. Спорны утверждения и иных социологизаторов о возможности преодоления избыточной агрессивности в человеке социальными реформами, как и путём достижения разумной справедливости и равенства граждан. История показывает существование определённых периодов активизации и пассивизации повышенной агрессивности и повышенной согласованности в естественной и социальной природе человека и человечества. В повседневной практике, если одни индивиды находят смысл жизни в агрессии, то другие находят в добротворчестве и помощи. И то и другое в основе своей работают на эффективность естественного отбора, которым достигается изменяющаяся мера конфликтности и примирения.

За пределами их разумной меры внутренний механизм стабилизации биологического вида, каким является человек, разрушается. Между тем, социл-биологизм находит дестабилизирующий фактор биологического вида человека не в одностороннем господстве растущей конфликтности или инстинкта согласия, а вообще в самой возможности взаимодействующего существования добра и зла.

назад содержание далее




ПОИСК:




© FILOSOF.HISTORIC.RU 2001–2021
Все права на тексты книг принадлежат их авторам!

При копировании страниц проекта обязательно ставить ссылку:
'Электронная библиотека по философии - http://filosof.historic.ru'
Сайт создан при помощи Богданова В.В. (ТТИ ЮФУ в г.Таганроге)


Поможем с курсовой, контрольной, дипломной
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь