3. Освобождение через сознание

Испанская Америка стала грандиозной жертвой политической демагогии и мелких амбиций. Десятки лет кряду ей предстояло метаться между крайностями и искать пути выбора между прошлым, которое отвергалось как рабское, и будущим, которое было ей чуждым. Надежда Освободителя на благоразумие была отброшена и забыта. Его преемники имели дело с взбунтовавшейся, неукротимой действительностью. В этих условиях следовало искать новое решение, новый проект освобождения. Америка, в которой разыгралась трагедия Боливара, станет ареной действий нового поколения, последовавшего за Освободителем. Республики оказались раздавленными долгими, бесконечными междоусобицами. Защитники прошлого боролись с теми, кто призывал смотреть лишь в будущее. Консервативные тирании сменялись тираниями либеральными. Смена власти производилась только насильственным путем. Консерваторы расправлялись с либералами, "жирондисты" - с "якобинцами", "пелуконы" - с "пипиоло", федералисты - с унитариями и т. д. и т. д. по всей территории Испанской Америки. Везде царило насилие, повсюду ведущим стремлением было заполнить "вакуум власти", оставленный после себя метрополией. Альтернатива оставалась прежней: либо клерикально-традиционалистское, либо республиканское государство, то есть либо отсталость, либо прогресс.

Отчего же все происходило именно так, а не иначе? Неужели не оставалось ничего другого, как смиряться с самоуничтожением испорченной нации? Или еще теплилась надежда на возрождение? Корень зла Боливар видел в колониальном происхождении Америки. Трудно, если не невозможно, строить свободу на основах рабства. Как писал Боливар, нельзя быть уверенным, что "народ, сбро-сивший наконец цепи рабства, не поддастся всем соблазнам приобретенной свободы и, подобно Икару, не лишится своих крыльев и не упадет в пропасть"^*. Подвиг Бо-ливара оказался именно таким неудавшимся полетом. Латиноамериканцы, не обладая ни умениями, пи опытом полета, обрекли себя на падение, увлекая за собой своих освободителей. Причина катастрофы заключалась в обычаях и традициях, унаследованных ими от колониального прошлого и способствовавших укреплению зависимости. И выход отсюда следовало искать в том, чтобы дополнить политическую независимость, добытую силой оружия, независимостью внутренней, обретением самосознания. Это и должно было стать вторым шагом на пути к полной независимости Латинской Америки, что подразумевает духовное освобождение, воспитание нового человека. Таким образом, либертарный проект подвергался пересмотру: его осуществление предусматривало использование иных орудий, а именно пера, букваря, алфавита, книги.

^* (Боливар С. Ответ одного южноамериканца.- В: Боливар С. Цит. соч., с. 59.)

Следовательно, иным стало бы отношение к колониальному прошлому со стороны нового поколения освободителей. Оставаясь воинами, они должны были взять в руки перо. Солдаты и учителя одновременно, они должны были воевать и воспитывать, искореняя обычаи и традиции, внедренные колониальной действительностью. От них требовалось умело владеть оружием, чтобы не давать одержать верх реакционным силам, и пером, чтобы создавать книги, которые учили бы народ свободе и тому, как жить в условиях свободы. И в Латинской Америке стали действовать именно такие представители нового поколения освободителей, борцов за раскрепощение сознания, которые стремились завершить дело, начатое их предшественниками. Это были Андрес Бельо, Доминго Фаустино Сармьенто, Франсиско Бильбао, Хосе Викторино Ластаррия, Хуан Баутиста Альберди, Хуан Монтальво, Хосе Мария Луис де Мора^* и многие, многие другие. Усилиями этих борцов создана целая литература, способствовавшая осмыслению латиноамериканской действительности, выявлению препятствии, возникающих на пути новых форм освободительного движения. И в первую очередь речь шла об опыте колониального прошлого, который надлежало основательно изучить с тем, чтобы избежать возможного возврата к нему^**.

^* (Здесь названы имена выдающихся исторических деятелей Испанской Америки XIX в., с которыми связано развитие ее общественно-литературной мысли.

Хосе Мариа Луис де Мора (1794 - 1850) - мексиканский политический деятель, писатель-историк.)

^** (См.: Zсa L. El pensamiento Latinoamericano, Editorial Ariel Seix Barral, S. A. Mexico, 1976.)

Испания, побежденная на поле боя, не была побеждена в сознании испаноамериканцев. Сами того не подозревая, они поступали в соответствии с образом мышления, унаследованным от колониального прошлого, как в хорошем, так и в дурном отношении. Прошлое продолжало жить в человеке Америки вопреки всем стараниям стереть и забыть его. Но именно для того, чтобы забыть, вычеркнуть его навсегда, о нем не следовало забывать. Иначе оно, это глухое и темное прошлое, будет следовать по пятам за людьми и тщетны будут попытки избавиться от него. Этим объясняется необходимость создания такого либертарного проекта, который начинался бы с раскрепощения сознания, дабы оно само могло выработать оптимальный способ продвижения в будущее и устранения возможных на этом пути препятствий. "Американцы,- писал Андрее Бельо,- были более подготовлены к достижению политического освобождения, чем к применению этой свободы в своем обиходе. Два явления происходили одновременно: одно было стихийным, другое - подражательным, чужеродным; причем, они подчас мешали друг другу, вместо того чтобы помогать. Чужие принципы способствовали прогрессу, а своя действительность - диктатуре"^*. Сам Боливар, освободитель из освободителей, вынужден был действовать с немалой жесткостью, направляя на путь истинный заблудшие народы и отвергая призывы к установлению то диктатуры, то монархии. Только глубочайшая приверженность Боливара принципам свободы позволила ему устоять против подобных соблазнов, приведя его в конце концов к отказу от всякой власти. "Ни в ком любовь к свободе не была столь искренней, как в генерале Боливаре, но, как и всякий смертный, он был вынужден подчиниться природе вещей: для свободы была нужна независимость, а вождь движения за независимость должен был стать диктатором"^**.

^* (Вellо A. Investigaciones sobre la influencia de la conquista У del sistema colonial de los espanoles en Chile. In: Obras Completas, vol. XIX, Temas de Historia у Geografia, Ministerio de Educacion. Caracas, p. 170 - 171.)

^** (Ibid.)

Прошлое, от которого стремились избавиться Боливар и латиноамериканские народы, находило опору в них самих. Бессознательно они действовали в соответствии с правами и обычаями, унаследованными от времен господства Испании. "Отсюда и неизбежная противоречивость их поступков. Победил Боливар, но победили и диктатуры,- подчеркивал Бельо.- В правительствах и конгрессах все еще продолжается борьба с духовным наследием Испании, с традициями, сложившимися у нас под влиянием испанских законов, но в этой глухой войне, ведущейся с переменным успехом, враг располагает надежным союзником в лице нас самих"^*. Война за независимость, будучи войной за определенный порядок, обусловливаемый свободой и независимостью, была отражением и суровой внутренней борьбы, происходившей в сознании самих латиноамериканцев. Отсюда и трудности, и жестокие ошибки, и все многочисленные проблемы, возникшие после битвы при Аякучо, где была разгромлена Испания, но не ее обычаи и традиции.

^* (Ibid.)

"Скипетра лишился монарх, но не испанский дух,- продолжает Бельо,- и наши конгрессы, сами того не подозревая, следуют этикету мадридского двора; Испания нашла себе оплот в наших правительственных дворах; административные установления испанских монархов стали нашими собственными законами, и даже наши воины, исповедующие собственные принципы, противостоящие принципам всеобщего равенства перед законом - краеугольным камнем всякого свободного устройства,- доказывают тем самым приверженность идеям Испании, знамена которой они в свое время попрали"^*. Против подобного наследия, против традиций дворянских установлений и корпоративных привилегий поднял свой голос мексиканец Хосе Мария Луис Мора. Он объявил войну всякого рода узкогрупповым интересам, которые служили прочной опорой испанскому колониализму и которые все еще продолжали раздирать на части формально свободную Мексику. Речь шла прежде всего об интересах церкви и армии, представлявших истинный бич для народов Латинской Америки как до, так и после завоевания независимости. Политическое освобождение Америки, призывает Мора, должно быть дополнено ее духовным освобождением, освобождением сознания ее народов^**.

^* (Ibid.)

^** (См.: Zea L. El positivismo en Mexico. Fondo de Cultural Economica. Mexico, 1975.)

Андрес Бельо так комментирует историю нашей Америки: "В колониях, пребывавших покорными воле матери - Испании, в поселениях, заложенных нацией переселенцев, дух метрополии по необходимости должен был укреплять ее далеких сынов и способствовать тому, чтобы законы ее воспринимались благожелательно даже тогда, когда они шли против местных интересов. И в тот момент, когда колонии почувствовали себя достаточно сильными, чтобы о