5. Самообретение и освобождение
Незнание собственной истории и собственных возможностей, равно как и бездумное восхищение чужими историями и возможностями, привело некоторую часть латиноамериканцев к приятию новой зависимости ради того, чтобы избавиться от прежней. А это затем привело к необходимости познания и приятия собственной истории, познания и обретения собственной реальности. Осознание собственных сил и умение применить их - вот наиболее верный способ возрождения действительности нашей Америки. Испанцы, индейцы, метисы, негры - все они, безусловно, принадлежат нашей собственной реальности и нашей истории. Поэтому любой проект, предусматривающий обновление Америки, должен исходить из нее же. Марти открыто выступает против цивилизаторского проекта, в котором осью будущей свободы была сегодняшняя добровольная зависимость. "Кто может больше гордиться своей родиной, чем мы, граждане многострадальных американских республик, поднявшихся... на окровавленных плечах сотен апостолов? Никогда еще в истории в столь короткий срок из столь неоднородных элементов не создавались такие передовые и сплоченные нации"*. Было бы серьезной ошибкой закрывать глаза на эту необычайную историю, творимую из крови и жертв многочисленных народов в борьбе с завоевателями, вынужденных в одиночку сражаться с сильнейшими врагами. Марти клеймит позором тех, кто стыдится собственной родины, своего отца, своей матери и своих братьев, жалея о том, что не был рожден в Мадриде или в Париже, а оказался уроженцем земли индейцев, метисов, негров и мулатов. "Позор этим сыновьям плотника, что стыдятся своего отца**! Позор этим уроженцам Америки, что носят индейский передник, но стыдятся этого, стыдятся вскормившей их груди и отрекаются, негодяи, от больной матери, оставляя ее одну на ложе страданий. Скажите, кто настоящий человек? Тот, кто остается у одра матери, чтобы лечить ее, или тот, кто заставляет ее работать, пряча от чужих глаз, и живет на ее средства среди распутных иноземцев, щеголяя в галстучке, понося породившее его чрево и выставляя напоказ ярлык предателя на своем шутовском кафтане?"*** Испанская Америка может спастись, опираясь только на саму себя, и напрасно пытаться подражать Северной Америке, отвергая собственных индейцев, метисов, креолов и негров. "О, эти сыновья нашей поднимающейся Америки, которая должна спастись вместе со своими индейцами; эти презренные дезертиры, что вербуются в войска Северной Америки, которая топит своих индейцев в крови и клонится к упадку! О, эти неженки, которые не хотят трудиться, как то подобает мужчинам!"**** Пресмыкающиеся, ползающие по заграницам и торгующие не принадлежащими им достоинствами!
* (Марти X. Наша Америка.- В: Марти X. Цит. соч., с. 273.)
** (Там же.)
*** (Там же, с. 272 - 273.)
**** (X. Марти, осмысливая политические и социальные проблемы,. не раз обращается к библейской образности.)
Имея в виду Сармьенто, Марти пишет: "Борьба идет не между цивилизацией и варварством, а между ложной ученостью и естественностью"*. Это борьба между собственной реальностью и попытками придать ей чуждую форму. И в этой борьбе "туземец-метис победил чужестранца-креола. ...Не удивительно, что в Америке природный человек не дал одержать над собою верх книге, завезенной из чужих стран. ...Простой человек добр, он ценит знания и вознаграждает образованных людей, если только они не пользуются своей ученостью ему во вред, если они не оскорбляют его презрением, которого он не прощает, готовый силой внушить уважение тем, кто ранит его самолюбие, ущемляет его интересы"**. Из презрения к народным массам рождаются тирании. "Уступив место тираниям, республики поплатились за свою неспособность постичь подлинные начала национальной жизни, за неумение выводить из этих начал форму правления и править в согласии с ними"***. В этом причина неудач всех проектов, игнорировавших собственную, автохтонную действительность. Не сюртук и цилиндр обновляют нацию, но познание ее самой, познание ее наивысших добродетелей и достоинств, способных явиться стимулом в ее развитии. "Мы были ряжеными в английских панталонах, в парижском жилете, в сюртуке янки и в испанском берете. Индеец с немым удивлением кружил вокруг нас и уходил в горы крестить своих детей. Негр, скрываясь от враждебного взора, пел в ночи песню, лившуюся из сердца... Крестьянин, творец, слепой от негодования, восставал против своего творения - надменного города. Мы принесли с собой эполеты и тогу в страны, которые появились на свет в альпаргатах и с индейской повязкой на голове"****. Ошибка состояла в том, что чужеземное начало противопоставлялось местному без попытки их согласовать. "Нам надлежало бы, проявив сердечное человеколюбие и творческую смелость, сочетать тогу с повязкой; вывести индейцев из состояния инертности и застоя; двигаться вперед рука об руку с одаренным негром; приспособить свободу к запросам тех, кто поднялись во имя свободы и победили"*****. В конце концов всегда берет верх естественное, народное начало, отметая все, что не является своим и что не питает его. "Коренное население, движимое инстинктом, ослепленное торжеством, втаптывало в прах золотые жезлы. Ни европейская литература, ни книги янки не давали ключа к испаноамериканской загадке"******. Все было испытано: война, ненависть; не знали народы только любви, все принимающей п всех объединяющей. Книга боролась с копьем, разум восставал против кадила, и город противопоставлял себя деревне. "Устав от бесполезной ненависти, ...народы начинают, как бы бессознательно, обращаться к любви. Народы поднимаются и приветствуют друг друга. ...Сюртуки у нас еще французские, но мыслить мы начинаем по-американски. Молодежь Америки, засучив рукава, месит тесто новой жизни, заквашивая его дрожжами трудового пота. Она понимает, что мы отдаем чрезмерную дань подражанию и что спасение в том, чтобы созидать. Созидать - вот девиз нового поколения"*******.
* (Там же, с. 274.)
** (Там же.)
*** (Там же.)
**** (Там же, с. 277.)
***** (Там же.)
****** (Там же, с. 278.)
******* (Там же, с. 274.)
Тот, кто хочет управлять, должен хорошо знать действительность, которой собирается управлять, и не пытаться сменить ее на нечто несуществующее. Марти пишет, что "хороший правитель в Америке не тот, кто досконально изучил, каков образ правления у немцев или французов, а тот, кто знает, из каких элементов состоит население его страны, как их можно объединить и какими методами, при помощи каких учреждений, порожденных самой страной, можно вести народ к великой цели, к тому вожделенному положению вещей, когда каждый человек, познав самого себя, разовьет все свои способности и найдет им применение... Правительство должно быть детищем страны, дух правления должен быть духом ее народа. Форма правления должна соответствовать структуре страны. Правительство есть не более как равнодействующая природных элементов страны"*.
* (Там же.)
Ну а как достичь всего этого? Как сделать так, чтобы действия правителей опирались на собственную действительность? Как сделать так, чтобы они смогли познать эту действительность? Единственный способ достичь этого состоит в том, чтобы воспитывать латиноамериканцев в духе познания собственной действительности, чтобы они, по незнанию, не принялись бы вновь за поиски заемных, чуждых их собственной действительности образцов, которые могут привести только их к новым поражениям. Но, задает вопрос Марти, "как могут университеты подготовить правителей, если нет в Америке такого университета, в котором преподавались бы азы искусства правления, то есть умение видеть особенности, свойственные народам Америки?"*. Ничего этого не преподают молодежи в американских университетах, и она сама должна на ощупь двигаться к новому. "Вступая в жизнь, молодежь смотрит на мир сквозь очки, заимствованные у янки или французов, и она может только гадать, эта молодежь, претендующая на право управлять народом, которого она не знает"**. Поэтому следовало бы не допускать к политическому поприщу тех, кто не знает собственной политической истории. Иначе сам возмущенный народ может подняться против политических и юридических институтов, не имеющих основ в национальной жизни. И подобную естественную реакцию еще именовали варварством, в то время как она есть не более чем проявление связи народа со своей собственной реальностью, народа, не желающего быть устраненным якобы во имя ее. "Знать страну и управлять ею со знанием дела - единственное средство освободить ее от всякой тирании. Европейское образование должно уступить место образованию американскому. Историю Америки со времен инков до наших дней нужно преподавать так, чтобы ее знали назубок, пусть даже за счет истории греческих архонтов. Наше прошлое для нас дороже античности. Оно нам нужнее. Наши национальные политические деятели должны заменить чужеземных политиков"***.Речь идет не о том, чтобы повернуться спиной к миру, но о том, чтобы принять его, ассимилируя и адаптируя. "Пусть черенок мировой культуры привьется к нашим республикам, но стволом дерева должны быть наши республики". Наша собственная действительность, наша собственная история, наши собственные народы с их расовым многообразием должны стать предметом гордости латиноамериканцев, а не причиной их стыда перед другими народами. "И пусть умолкнет побежденный педант, ибо ни один человек не может гордиться своей родиной больше, чем мы, граждане многострадальных американских республик"****.
* (Там ж